Антон Викторович Текшин - Cooldown [СИ]

Cooldown [СИ] 1222K, 279 с. (Размороженный-1)   (скачать) - Антон Викторович Текшин

Антон Текшин

COOLDOWN


Вместо пролога

Пусть это прозвучит донельзя банально, но у каждой нехорошей истории есть своя точка отсчёта. Нулевая отметка, «тайм зеро» – называйте, как хотите – после которой всё летит кувырком прямо коту под хвост. Не забывая, при этом, пару раз ухнуть в тартарары и закатиться к чертям на огонёк.

Поэтому, если уже рассказывать по порядку, то лучше всего начать с моей смерти…

– Слушай, ну сдайся ты по-хорошему! – в который раз прошипела рация знакомым голосом Гохи. – Зачем пальбу в городе устраивать, людей пугать!

– Да ну тебя, – лениво отозвался я, колдуя с настройками старенького ноутбука, на экран которого выводилось мутное изображение с наружных камер. – Ещё предложи меня так, за бесплатно грохнуть, типа «при сопротивлении». Нет. Так сильно вам облегчать жизнь я не собираюсь.

– Никто тебя валить не…

– Гоха, ты прекрасно знаешь, что я даже до первого допроса не дотяну, – напомнил я ему горькую истину. – А так хоть пошумим напоследок с мужиками, как в старые добрые времена.

– И ты в них что, стрелять будешь?!

– Только по тем, кто будет глупо подставляться

– Ты псих!

– Верно, у меня и справка есть. Даже две, кажется…

– Ты неисправим! Я всё понимаю – и почему начал творить такую дичь, и почему не хочешь сдаваться. Но могут пострадать невиновные.

– Именно поэтому мы именно тут собрались на огонёк, а не в центре города. Можете даже газа сюда напердеть, никто не пострадает.

– А как же заложники?

– Они и так спят, разницы не заметят.

– Значит, без стрельбы никак…

– Нет.

– Тогда мне больше нечем тебе помочь, – с сожалением констатировал Гоха. – Прощай.

– Привет жене, – отозвался я, и чуть погодя добавил. – Извини, что на ваше новоселье не смогу прийти…

Бывший боевой товарищ, ныне оказавшийся по ту сторону баррикад, молча отключился. Ну да, его можно понять, и так наговорил слишком много даже для простого переговорщика. Надеюсь, у него не будет из-за меня проблем на работе. А с другой стороны – свою задачу он вполне успешно выполнил – заболтал меня насколько смог.

Я пару секунд задумчиво повертел в руках ставшую бесполезной рацию, а затем со вздохом бросил её на колени связанному сержанту, периодично мычавшему что-то через импровизированный кляп. Он с напарником как раз осматривал ближайшую местность по ориентировке в поисках «народного мстителя», вот и одолжил мне своё средство связи ненадолго. Обоих пленников я от греха усадил за толстыми бетонными колоннами, подпирающими потрескавшийся свод, так что при штурме пострадать они вроде как не должны. Хотя сейчас оба вряд ли оценят мою заботу.

Заброшенный ремонтный завод, в котором я окопался для своего последнего и решительного боя, методично окружали четыре вооружённые до зубов группы. И все на меня одного, прямо гордость берёт. Через обычные входные проёмы они ломиться не захотели, предпочтя широкие окна первого этажа, пусть те и находились на порядочной высоте. Там всё равно стёкол ещё со времён Перестройки не было.

Я это обстоятельство учёл и соорудил пару хитрых растяжек прямо под оконными проёмами. Ребята в снаряге весят, как средневековые рыцари, решившие заняться подлёдной ловлей рыбы на Чудском озере, так что не удивительно, что под их тушами старые подоконники чуть прогнулись. А большего натянутым как струна растяжкам и не надо.

Гулко грохнули взрывы, взметнув наружу кучу пыли. Ох сейчас на улице и переполох-то будет…

На какое-то время бойцам стало совсем не до меня. Но это лишь временная отсрочка – гранаты были светошумовыми, и серьёзно никто не пострадал. Разозлились это да, ну так сами виноваты, нечего расслабляться. Зато теперь ко мне в диспетчерскую на третьем этаже будут ползти со всей осторожностью.

А, между тем, на горизонте наконец-то показался заветный белоснежно-синий «Рейндж Ровер», сияя хромом и включенной яркой «люстрой». Покрякав для солидности на зазевавшихся бойцов из оцепления, внедорожник вальяжно закатился на парковку для инвалидов. Хорошее место – и не далеко до меня, и машина надёжно прикрыта ближайшими гаражами в случае чего. Не развесь я предварительно камеры по округе, ни в жизнь бы его не засёк.

Как и предполагал, полковник Рыбаченко решил лично засвидетельствовать кончину «народного мстителя». То есть – мою. Слишком уж сильно я ему осложнил бизнес в последнее время, устранив многих постоянных «клиентов». Да и за свою шкуру он не мог не опасаться – двух сбитых по пьяни девочек ему в городе вряд ли кто простил.

Выбираться из удобного прохладного салона он не соизволил, выслушав прямо за рулём доклад подскочившего координатора в лёгком бронежилете поверх рубашки. Ну, штурм худо-бедно уже начался, а значит, скоро выступать ему перед телекамерами. Глядишь, и новая должность на волнах шумихи приплывёт прямо в потные трудовые руки. Тяжёлая работа, ничего не скажешь.

Я дождался, пока координатор отлипнет от машины, вернувшись обратно в импровизированный штаб, и взял в руки простенький чёрно-белый «Сименс». Нужный номер уже был забит в память, так что осталось только утопить резиновую кнопку вызова.

– Алло, это тебе с того света звонят, – прошипел я, не сводя глаз с зернистой картинки. – Ксения и Ольга Лисицыны, помнишь их?

В телефоне раздался протяжный гудок, тут же сменившийся частыми, как при отбое, и одновременно с этим изображение с камеры пошло крупной рябью. Уши спустя полсекунды расслышали солидное «ту-дум», но здание даже не дрогнуло. На века строили, что ему какой-то рванувший канализационный люк под автомобилем.

Теперь осталось отключить внешний жёсткий диск, на котором была расположена вся важная инфа, и бросить его в заранее приготовленный стеклянный тазик. Битьё молотком в наше время бешенного развития технологий уже не гарантирует его полную гибель. так что пришлось заливать хард кислотой. Да, опасно для здоровья и неэкологично, зато надёжно. Затем ёмкость предписывалось плотно закрыть крышкой и бережно поставить под стол. А ноутбук отправился в недолгий полёт через окно третьего этажа на асфальт, где ему предстояло разлететься на куски. Экспертам ведь тоже надо чем-то заниматься, пусть его собирают, к тому времени от харда одна мутная жижа останется.

И вот теперь можно с чистой совестью встречать гостей. А что бы у них не оставалось сомнений в моей опасности, я изъял табельный Макаров одного из патрульных, оставив все патроны у него в кармане. От греха.

Но отойти от оконного проёма, выходившего на глухой торец пятиэтажной хрущёвки, увы, мне уже не дали. Ослепительной болью рвануло в груди, выбивая воздух из легких, сильно толкнув меня назад. Машинально схватился за рану, в тщетной попытке унять дикую боль, сделал неловкий шаг, и сам не понимая, каким образом, вдруг оказался лежащим навзничь на полу.

И ведь накануне сам проверял – ни с крыши, ни с земли единственное окно диспетчерской не простреливается, пули должны уходить либо в пол, либо в потолок. А устроиться на глухой гладкой стене панельного дома можно, разве что, обхватив ягодицами водосточную трубу. Что очень неудобно для стрельбы.

Однако, дыра в груди не могла взяться сама по себе. На тросе, наверное, стрелка спустили… Да теперь уже не важно.

Я попытался убрать руку и дать крови свободно себе течь наружу, но не смог пошевелить и пальцем, будто конечность что-то крепко держало. Хрипя и кашляя алыми сгустками, кое-как наклонил голову вбок и увидел сидящую рядом Лидию, обеими ладонями зажимающую рану. Говорить я уже не мог, но к призраку, намертво засевшему в моей голове, можно было обратиться и мысленно:

«Отпусти меня, хватит!»

Но она лишь яростно замотала головой. Вот упрямая! Даже смерть её не исправила.

Веки, тяжелеющие с каждым мгновением, окончательно закрылись, но вот уши ещё продолжали функционировать, донося до умирающего без кислорода мозга торопливый дробный шум. Это берцы по лестнице стучат, неся своих хозяев наверх, ко мне. Ну, опоздали ребятки, проставитесь потом обскакавшему вас снайперу.

А мне пора на покой.


Глава 1

Как ни странно, встречали меня на той стороне не рогатые черти, довольно потирающие мохнатые лапы, и не печальные ангелы с поникшими крыльями. И даже не Лидия, заждавшаяся меня на том свете куда больше других. Провожатым на ту сторону оказался сухонький старичок в белоснежных одеждах. Присмотревшись к странному для служителя небес одеянию, я понял, что это самый обыкновенный комбинезон, пусть и сделанный из незнакомого ячеистого материала.

Старичок строго посмотрел на меня, будто я ему всю месячную статистику по отпущенным душам испортил, после чего скрипучим голосом произнёс:

– Он приходит в себя. Через пару минут будет полностью готов.

Что?!

Я мигом перевел мутный взгляд за старичка, пытаясь понять, где нахожусь. Не дай бог реанимация! Голова не слушалась и даже как-то не ощущалась, но насколько хватало радиуса обзора, вокруг нас ничего не было, кроме гладких белоснежных стен. А я их сослепу принял за обычный посмертный фон.

Скосил глаза максимально вниз и разглядел край кушетки, на которой лежал. Всё того же похоронно-белого цвета, как и пижама на мне. Откачали всё-таки… Но как им это удалось с такой-то раной?

– Молодой человек, не дергайтесь! – погрозил мне длинным узловатым пальцем старичок. – Дышите ровно, скоро должна вернуться чувствительность.

Странный эскулап попался – как будто не знает, кто тут перед ним. Другой на его месте – более сознательный – наоборот молился, чтобы я как можно дольше в его присутствии оставался беспомощным растением. А то, как бы самому на реанимационный стол не загреметь с таким беспокойным пациентом.

Но это в лучшие времена. Сейчас же чувствовал я себя старой замороженной котлетой, которую стали медленно разогревать в микроволновке. В мышцы одну за другой накатывала острая покалывающая боль, постепенно переходящая в тянущую, оставляя после себя горящие огнём нервные окончания. Будто сначала их отсидел, а потом ещё и отморозил. От скручивающей тело рези хотелось выть волком, но я терпел, не пытаясь выклянчить обезболивающее.

Одним из первых ко мне вернулся контроль над шеей, чуть ли не со скрипом оторвавшейся от жесткого ложа. Круговой осмотр помещения, когда перед глазами поутих разноцветный фейерверк, оставил больше вопросов, чем ответов. В комнате, кроме меня в пижаме, старичка и кушетки не было вообще ничего. Включая вполне ожидаемого дверного проёма на одной из стен. Да и чёрт с ним, как и с оборудованием для жизнеобеспечения, но с кем только что врач общался?

Чувствительность продолжила болезненное шествие по моему организму, поочередно запуская застоявшиеся без дела системы – закололо в руках, в животе заурчало, а от мышечного усилия ещё и уши заложило. Я прилег обратно, прекрасно рассмотрев широкие медицинские ремни-фиксаторы, стягивающие мои запястья, и стал приводить засбоившее дыхание в порядок, как и советовал старичок.

Через некоторое время негативные ощущения понемногу стали утихать, но в теле воцарилась такая слабость, будто в жилах место крови текла одна молочная кислота. Последствия сильного наркоза? Или терапии? Я ведь всё-таки самостоятельно дышу, и кровью не булькаю, и даже не хрипит ничего. Чудеса…

Минут через пять отошёл и язык, едва волочившийся во рту, словно всю жизнь одной хурмой питался.

– Где…? – вот и всё, что смог из себя выдавить.

– Неважно, – отрезал старик, поднеся к губам небольшой стакан с трубочкой. – Пейте.

Что ж, тост так себе, но жажда сдавила горло до скрипа гортани.

То ли в стаканчике была обычная дистиллированная вода, то ли рецепторы ещё окончательно не пришли в норму, но жидкость не имела ни вкуса, ни запаха. Однако после неё мне окончательно полегчало, даже голова почти перестала кружиться. Увы, но второго стаканчика у старичка при себе не оказалось. Видимо, в его планы не входило, чтоб мне совсем стало хорошо.

Пока я отпивался, в помещение просто и буднично вошёл представительный мужчина в деловом костюме, прямо через образовавший в стене проход. Именно образовавшийся – секунду назад его попросту не существовало. Выглядело это как резко раздавшаяся в стороны вертикальная щель, и вот уже в проёме виднеется часть какого-то безликого коридора. При этом не осталось даже малейшего намёка на створки.

Я уже чётко понимал, что нахожусь не на том свете, но вот такие инопланетянские фокусы на ровном месте… Тут поневоле задумаешься, а не поехал ли у меня чердак окончательно? Или просто меня чем-то не тем накачали?

Между тем мужчина элегантно уселся на вздыбившийся участок пола, застывший в виде полукруглого сиденья со спинкой, откашлялся и хорошо поставленным глубоким баритоном произнёс:

– Здравствуй, Клим.

Я невольно поморщился. Не то, чтобы мне надоело собственное имя, но в последнее время те, кто его упоминали, хотели моей смерти. Что поделаешь – обратная сторона высокой популярности «народного мстителя».

Кушетка бесшумно пришла в движение, приподнимая верхнюю половину моего тела, и чуть приспуская ноги. В конце концов я замер, будто в стоматологическом кресле, вот только сильно шевелиться не мог – фиксаторы обнаружились ещё на лодыжках, и даже в районе талии меня держало что-то вроде широкого ремня.

Старик, с пустым стаканчиком в руке, зачем-то провел ладонью по моему ложу и с поклоном вышел вон. Проход за его спиной схлопнулся сам собой, снова превратившись в монолитную стену без малейшего стыка. Но после увиденного мною кресла, выросшего прямо из пола, это уже перестало выглядеть какой-то фантастической диковинкой.

Мы с мужчиной остались вдвоем. Я по привычке отметил явно военную выправку, и безупречный, а значит – очень дорогой внешний вид посетителя. Даже тёмная шевелюра уложена волосок к волоску, как будто он только что вышел из-под рук стилиста. Кожа чуть смуглая, но это, скорее природное, чем последствия загара. Явный креол – в лице преобладают как резкие черты народов Кавказа, так и славянская мягкая пластика.

– Ты можешь говорить? – поинтересовался франт, чуть вытягивая гласные, как принято в нашей горячо любимой столице.

Горло после безвкусной выпивки перестали драть пустынные кошки, и вполне можно было попробовать что-нибудь ему ответить.

– Где… я нахожусь?

– В гостях, – уклончиво ответил мужчина. – Меня зовут Георгий. К тебе есть предложение. Очень серьёзное. Ты готов его выслушать?

– А если… нет?

– Тогда Роберт Леонидович что-нибудь выделит из своих запасов, – Георгий кивнул на глухую стену, в которой скрылся старичок. – Для прочистки мозгов.

– Спасибо… не надо.

– Вот и отлично, – франт сделал странное движение рукой, будто перелистывал невидимую страницу журнала. – У тебя впечатляющее досье. Клим Денисов, позывной – «Ка-Де», как оригинально… Показатель интеллекта, не смотря на травму, довольно высок, так что надеюсь, наш разговор не затянется.

Это он про мою контузию, а не про дыру в груди. Наверняка моё личное дело уже давно предали общественности, глядишь – скоро по нему преподавать выявление боевых социопатов будут. Интересно одно – у него отредактированный вариант или рассекреченный подлинник?

– Начну с главного, – продолжил Георгий. – Ты получил ранение, не совместимое с жизнью. При существующих на тот момент технологиях тебя ждала только смерть. Поэтому твой покровитель принял решение погрузить твоё тело к криостазис. Проще говоря – заморозить. До лучших времён.

Сказать, что новость ударила по мозгам тяжелей обуха топора, значит сильно слукавить. Я что, в будущем?!

– Как?!

– Тебя действительно интересует техническая составляющая? – поднял тёмную бровь Георгий.

– Нет, – я понемногу начал приходить в себя. – Что за покровитель такой? И кто ему меня вот так запросто отдал?

– Подробности операции мне не известны. Но руководил ей однозначно контр-адмирал Рассохин, Сергей Анатольевич.

– Первый раз слышу. С чего такая забота?

– Одна из спасённых в последней твоей акции девочек оказалась его дочерью.

– Да ладно! – не поверил я. – У неё просто обязана была быть охрана. Как Кукловоду удалось её похитить? Он же осторожный был до патологии, работал только по беспризорницам. Я чёрт знает, сколько его выслеживал…

– Зато убил быстро, – с усмешкой напомнил Георгий.

– Времени не было, – пожал я плечами, насколько позволяли путы. – Та девочка, над которой он работал, совсем плохая оказалась. Не останься я рядом, до «скорой» она бы не дотянула, слишком большая кровопотеря.

– Знаю. Это и была его дочь. У неё конфликт с мачехой вышел, сбежала из дома. Там её Кукловод и нашёл. У Рассохина и с первой женой разница в пятнадцать лет была, а со второй так вообще больше двадцати, сам понимаешь, мать из неё оказалась ещё та…

– Надеюсь, он сделал оргвыводы. Но всё равно не представляю, как ему это всё удалось провернуть. Мог бы просто цветы на мою могилку принести.

– Однополчанин Рассохина руководил экспериментальной военной программой по криозаморозке. Тебя туда и оформили по ложным документам.

– А что с ним сейчас?

– Он умер спустя десять лет после инцидента, в две тысячи семнадцатом. Сердечный приступ.

– Так, – я глубоко вздохнул, готовясь произнести главный вопрос. – А сейчас-то какой год на дворе? Мы вообще на Земле, или уже где-то на Альфе Центавра?

– На Земле, – Георгий как-то горько улыбнулся. – Со дня твоей официальной смерти прошло двадцать четыре года.

– Фу-у-уф, ну спасибо, не трёхтысячный от Рождества Христова! Мне всего-то пятьдесят один стукнуло.

– Биологически тебе по-прежнему двадцать восемь. Плюс минус. Но мы сейчас не об этом. Последние годы расходы на твоё содержание взяла наша организация…

– Не благотворительная? – с усмешкой уточнил я.

– Нет.

– Значит, раз вы меня разморозили и заштопали, вам что-то от меня надо. Но сразу скажу – я не наёмный убийца, да и жить, мне, откровенно говоря, поднадоело.

– Да, в психопортрете это было, – кивнул Георгий. – Но наши аналитики всё равно решили задействовать все существующие активы. И нет, нам не нужен морально устаревший киллер. Нам нужен агент. Мыслящий нестандартно, с высоким показателем интеллекта, а главное – не засвеченный в прошлых операциях.

– Правительственный шпионаж?

– Скорее – промышленный, – Георгий взял небольшую паузу. – Наша организация отвечала за безопасность игроков определённого клана. За последнее время на четверых из них было совершено нападение. Везде – с летальным исходом. Наша профессиональная репутация оказалась под большим вопросом. Главный подозреваемый – конкурирующий клан, но доказательств нет, а заслать туда своего человека сейчас довольно проблематично.

– Прости, может, я плохо расслышал. Кого вы там охраняли?

– Топового игрока, который входил в наш клан-наниматель.

– Раз уж мы общаемся на ты… Жора, ты случаем из запасов Роберта Эдуардовича ничего не принимал? Что еще нахрен за кланы?!

– Игровые. Клим, послушай. За четверть века, что ты проспал, жизнь очень сильно изменилась…

– Ну не настолько же, чтобы за какую-то игрушку убивать?!

– Настолько. Сейчас большая часть денег крутится именно в виртуале. В онлайн-играх. Значительная часть населения Земли в них живет, работает, и главное – зарабатывает.

– А на станках тогда кто? Роботы, что ли, впахивают?

– Можно и так сказать.

Я представил себе ожиревших людей будущего, сутками сидящих перед компьютерами, и едва сдержался, чтобы не сплюнуть. Вот нас бездушные машины и победили, мать-перемать, никакому Терминатору и не снилось…

– Все не так плохо, как ты думаешь, – поспешил меня успокоить Георгий. – Просто виртуал – единственная мера, сдерживающая перенаселённость на планете. Иначе – война. Не все в восторге, но это – государственная политика.

– В космос лучше бы отправились, – я кивнул в сторону сиденья, бывшего несколько минут назад простым полом. – Технологии смотрю, нехило так скакнули.

– С этим тоже всё… Сложно.

– В жопу такое будущее. Усыпляйте меня обратно!

– Это невозможно, – покачал головой Георгий. – Твой организм и так чудом выжил. Даже не принимая во внимание повреждения, с которыми людей помещали в стазис, процент выживших не выше пятнадцати из ста. Опять же это всё стоит денег, а за тобой ничего, кроме долга не числится.

– Намёк понял, но гоняться за спятившими геймерами – не мой профиль. Разнорабочим я вам тоже вряд ли нужен, так что придется меня снова убить.

– Это всегда успеем, но может, всё же взглянешь на место преступления?

– Не хочу куда-то ехать, и так слабость смертная.

– Зачем ехать?

Георгий с улыбкой щёлкнул пальцами, явно наслаждаясь моментом. Миг, и белые стены пропали, сменившись забрызганными кровью обоями. Мы оказались посреди форменного побоища – мебель изломана на куски, повсюду человеческие останки и всякий неидентифицируемый мусор. Добавить бы копоти – и можно уверенно заявить, что внутри рванул немаленький такой снаряд.

Секунду я озадаченно разглядывал обстановку, силясь понять, как мы сюда попали, но потом заметил, что туфли Георгия практически полностью погрузились в какую-то явно электронную мешанину. Да и основание кушетки неаккуратно торчало из остатков раскуроченного диванчика.

– Иллюзия?

– Голограмма, – поправил меня франт. – Ты что-то не особо удивлён.

– Ну, есть и проще способы увидеть несуществующие в реальности вещи. Например – шизофрения.

– Ты не шизофреник, не прибедняйся. Психически нестабилен – это да, но главное, что у тебя по-прежнему работают мозги. Что скажешь?

Картина была до того достоверная, что невольно спохватывался отсутствию запаха. Привычка.

– А где окно? – я изогнулся, чтобы взглянуть через плечо, но ремень не давал полной свободы манёвра.

– Его нет по соображениям безопасности.

– Да, много ему это помогло… Камеры в комнате стояли?

– Две. Но обе отключились во время инцидента. А те, что в коридоре, ничего не засекли.

– Никто не входил и не выходил?

– Вот именно. Двери так же никто не вскрывал. Там тройная защита.

Ох уж эта безудержная вера в технологии…

– Кроме них что-то ещё было?

– Пост охраны. Они тоже никого не видели. Их показания подтверждены нашими специалистами.

– А вот это уже любопытно…

– Что?

– Ваш человек защищался. Это явно видно по следам разрушений. Видишь ту игрушечную фигурку дракона?

– Половину от неё, – кивнул Георгий.

– Это ж пластик. А срез чёткий, будто хирургический. Жертва отмахнулась статуэткой, и та попала под… Ну, это точно не лезвие. Лазер какой, что ли?

– Мы не знаем.

– Интересная картина, – заключил я. – В общем, какое-то время ваш подзащитный бегал от убийцы. Он оказался меленный и неповоротливый – вон, сколько нарубил здесь всякого. Потом мусора стало критично много для перемещения, и бедолагу методично, пусть и бестолково, расчленили. Почему он не выскочил наружу? Не пойму…

– В целях безопасности дверь была заблокирована, – с неохотой признал Георгий.

– А это точно был ваш клиент, а не пленник?

– Мы ожидали нападения, и приняли все возможные меры. Руководство клана дало добро, впрочем, и сам игрок был не против, он всё равно вёл затворнический образ жизни. Внутрь не мог попасть никто, кроме охраны.

Я почувствовал то, чего так боялся с самого начала нашего с ним разговора. Азарт, мать его в кувшинку, снова вернулся. Любопытство сгубило не только кошку, но и меня.

– Полагаю, все охранники мамой клянутся – мол, они тут не причём?

– Самое печальное, что это действительно так.

Георгий снова щёлкнул пальцами, и окружающая нас голограмма пропала. Вместе с ней ослабли и стягивающие меня ремни, живо втянувшись куда-то в недра кушетки. Преодолевая слабость, накопившуюся в мышцах, я хотел было привычно растереть виски, но не смог толком согнуть руку. Даже пальцами толком пошевелить не удалось. Дошло до странного – хотел согнуть указательный, а вместо него послушался средний. Сам же он на прямое мысленное усилие передал свои полномочия мизинцу. С таким раскладом даже банальный хулиганский жест не покажешь с наскока.

– Клим, к сожалению, твоя нервная система далеко не в порядке, – поспешил сообщить франт. – Синдром криораспада синапсов. Единственная твоя возможность снова полноценно двигаться – вирткапсула.

– Надеюсь, мне не придётся эту вашу капсулу глотать, – вздохнул я.


Глава 2

Капсулой оказался довольно громоздкий, хоть и высокотехнологичный агрегат, весом под тонну. Смотрелся он посреди пыльной квартирки, где мне предстояло жить, словно прилетевший с другой планеты корабль пришельцев, пусть и крохотных. Самое смешное – на капсулу формой аппарат походил меньше всего. Скорее, на утопленную в массивный постамент колбу, под пробку наполненную мутной жидкостью.

Пока молчаливые (а что самое страшное – трезвые) техники устанавливали и настраивали аппаратуру, Георгий предложил им не мешаться и посидеть внизу, в прохладном салоне его роскошного автомобиля. Пусть на улице понемногу смеркалось, но духота вокруг стояла страшная. Август, как-никак.

От выданной мне инвалидной каталки я категорически отказался, прохромав положенное от лифта до парковки расстояние самостоятельно. Получалось из ног вон плохо – конечности предательски дрожали и не слушались, три раза чуть не грохнулся. И если кое-как ковылять ещё получалось, то мелкая моторика оказалась уже за гранью моих мечтаний. Да и в целом мышцы выглядели не впечатляюще – шутка ли, двадцать семь килограмм потерял!

Одно хорошо – ни малейшего шрама от пули не осталось, но чтобы я не слишком радовался, на теле появилось несколько сугубо армейских татуировок. Всего лишь ради маскировки.

Хоть меня после возвращения с того света и так узнать было проблематично, но внешность всё равно подкорректировали – нос выправили, скулы заострили, изменили форму ушей, и ещё кой-чего по мелочи. Чёртовы перестраховщики! Я когда себя в первый раз в отражении увидел, едва подавил в себе желание кого-нибудь убить. До красавца мне было и раньше далеко, но сейчас я вообще походил на какого-то хмыря из уголовной хроники. Единственное, что не тронули – глаза, пусть они и были одной из главных примет для опознания.

Гетерохромия на мне оторвалась по полной программе – левый глаз светло-голубой, а вот правый – тёмно-карий, причём не полностью. У него, как на круговой диаграмме для презентаций, есть участок процентов в тридцать чисто зелёной радужки. Такое не каждый день увидишь, но, к счастью, чёртовы параноики не стали мне ничего выкалывать. Наверное, понимали, что тогда точно не досчитаются кого-нибудь в штате. Обошлись линзами.

Георгий взмахом ладони распахнул пассажирскую дверь автомобиля и помог мне устроиться на мягком кожаном сиденье. Мой куратор вообще проявлял неслыханную заботу – подробно отвечал на малейшие вопросы, инструктировал только по существу и вёл себя максимально дружелюбно. Будто именно его дочь я спас двадцать четыре года назад. Странно.

– Это стандартный пакет обслуживания для нового агента, или просто мне так повезло? – не выдержав, спросил я.

– Знаешь, Клим, – Георгий вполне искренне вздохнул. – За последнее время ты – единственный, кто не стал устраивать истерику, а это очень утомительно. Хотя все эти угрожающие пометки в твоём личном деле утверждали, что передо мной – форменный псих. Ты очень быстро приспосабливаешься, даже как-то пугающе быстро. Я уверен, с первым заданием у тебя не возникнет проблем. А значит – и мне это зачтётся.

– Это ж каким дегенератом надо быть, чтобы провалить банальную регистрацию в игре? – хмыкнул я. – Неделя мне ни к чему, пару дней для освоения хватит.

– Не спеши, для начала просто освойся, чтобы не наломать дров в будущем. Заодно наши специалисты посмотрят, насколько хорошо действует твоя легенда. Внимательно ознакомься с досье и старайся не выпадать из образа.

– Кстати о легенде, у меня вопрос. Зачем вообще заморачиваться с разморозкой не пойми кого, если можно просто изменить личность ваших людей?

– Если бы всё было именно так… – Георгий покачал головой. – Идентификационный чип невозможно подделать или заменить. Человек этого попросту не переживёт. Но без такой ультимативной гарантии защиты никто не стал бы их вводить.

– И как же я тогда стал Кириллом Демченко?

– У тебя чипа вообще не было, так что одноразовая трансплантация прошла без фатальных осложнений. Морпех Данченко действительно существовал до недавнего времени, проведя в коме около пяти лет. Так что привыкай к новому имени, его теперь тебе в любом случае до самой смерти носить.

– Смешно.

Мы немного помолчали.

– Квартира тоже его? – наконец спросил я, кивнув в сторону старенькой восьмиэтажки.

– Нет, ты снял её на выплаченное пособие, после того, как пришёл в себя. Капсулу тоже выделил ВМФ, обычную. Вот только ты, не будь дураком, выторговал себе модель получше, с мощным медицинским блоком. Естественно, не за просто так. Если хорошенько покопаться, то даже можно отыскать следы твоей взятки, так что с этой стороны всё чисто.

– Меня сильно будут проверять?

– Если обратишь на себя внимание серьёзных кланов, то да.

ќ– А не боишься, что я расскажу им правду, или того хуже – сдам вас властям?

– Кого это, нас? – почти весело уточнил Георгий. – Ты даже название нашей организации не знаешь. Нападение на игроков уже далеко не новость, и вычислить, кого охраняли именно мы – довольно сложно. Доказать же нашу причастность – невозможно в принципе. А вот себе ты однозначно навредишь. Поверь, здесь выходец из прошлого задаром никому не нужен, и в лучшем случае ты останешься обычным инвалидом, без средств к существованию. Я бы не стал даже на такой исход надеяться. Ну, а государство тебя может лишь заново похоронить. Пусть твои выходки и остались в далёком прошлом, про них никто не забыл. Плюс, присвоение чужой личности, это вообще покушение на святая святых нынешнего общества. Такое не прощается. Все безропотно носят чип ровно до того момента, пока точно уверенны, что их личные данные в безопасности.

– Получается, вы мои самые лучшие друзья?

– Нет. Но мы, в отличие от остальных, заинтересованы в твоих услугах. Справишься – и можешь жить себе припеваючи, здоровым и при деньгах.

«А скорее – с пулей в голове», – закончил я за него мысленно. Не верилось мне в счастливый конец, но с другой стороны – вот что мне сейчас терять?

За прошедшие две недели с нашего знакомства, я так и не смог окончательно решить для себя, что же делать дальше. Там, в прошлой жизни, всё было предельно ясно – потеряв последние «тормоза», я выкашивал уродов сколько успею. Естественно, долго так продолжаться не могло, чай не в сказке живём. Пусть в народе меня любили, но власти открыли на «линчевателя» настоящую охоту. Потом случилось дело Кукловода, где пришлось выбирать – сохранение тайны или жизнь девочки, и я без колебаний выбрал второе.

И вот меня убили.

А вместо долгожданного воссоединения с семьёй я сейчас сижу в нафаршированном электроникой автомобиле и обсуждаю особенности моей будущей работы. И хорошо бы задание было серьёзным, а так буду просто-напросто… Играть. В пьяном угаре такое не привидится.

Открывшееся будущее откровенно и беспощадно разочаровывало.

Взять тот же автомобиль. Да красивый, корпус футуристический – сразу и не поймёшь, что это «Мерседес», но кроме как электромотора под капотом отличий не так уж и много. По воздуху, естественно, он не летал. А дороги, кстати, как были раздолбанными, отъедь чуть от центра, так и остались. Заметно прибавилось высоток, а вот пешеходов – наоборот. Безлюдно как-то, хотя на каждом свободном клочке асфальта стоит машина.

Самой главной особенностью новой эпохи стало, пожалуй, обилие голограмм. Они виднелись повсюду, куда не посмотри. И если внизу, на обочине, они в основном носили информационный характер, то чуть выше шли сплошь рекламные. Чистая визуальная вакханалия.

Из высоток выглядывали модно одетые гигантские девушки, мелькали разные бренды, как знакомые, так и нет, да так часто, что порой полностью закрывали небо. Разве что тени от них не имелось. Этим они и отличались от реальных объектов.

Над нами как раз величественно проплывала огромная бутылка Колы, с которой неожиданно слетела пробка, размером с «Мерседес» Георгия. Красно-чёрная ёмкость накренилась, и с небес на нас ринулся тёмный пузырящийся поток. Выглядело это столь натурально, что я невольно вздрогнул, но фантомная жидкость, не достигнув каких-то пару метров до земли, бесследно исчезла.

Что ж, разумно, а то так и аварию недолго спровоцировать. Или инфаркт.

Большинство водителей, как я понял, предпочитали довериться автопилоту, и ехать как в личном такси, но хватало и тех, кто до сих пор пользовался рулём и педалями. У кого модель откровенно устаревшая, а кто просто любил агрессивную езду. Мы же сюда будто на диване мягком приехали. Но не без ностальгического укола в сердце я проследил взглядом протарахтевшую мимо старенькую «десятку», обильно чадившую выхлопной трубой.

Георгия же детище нашего родного автопрома заставило только скривиться:

– Да когда же их всех с дорог уберут… Утилизация же есть!

– Меня тоже, по идее, нужно списывать, – напомнил я.

– Нет, Клим, у тебя теперь новая жизнь. Надеюсь, старые привычки ты оставишь в прошлом.

– Я ж психопат.

– Поверь, когда окунёшься в игру, почувствуешь себя нормальным.

– Вот этого я и боюсь…

У Георгия едва слышно завибрировали безумно дорогие даже на первый взгляд часы.

– Всё, тебе пора. Вся информация хранится у тебя на жёстком. Ознакомься сегодня, потому что завтра, с первым твоим заходом в игру, она удалится навсегда. В будущем внимательно обдумывай каждый свой поисковый запрос. И… Ладно, жди меня не через неделю, а послезавтра. Обсудим планы на будущее.

– Да кстати, – я осмотрел внутреннюю поверхность двери, но ручки так и не обнаружил. – Что за игра-то? Надеюсь не принцесс из лап драконов спасать?

– Космос, – лаконично отозвался Георгий, выпуская меня наружу. – Сейчас это самый популярный жанр.

– Зашибись. Всю жизнь мечтал туда слетать.

– Не ты один…

Мой куратор терпеливо дождался, пока я выкарабкаюсь наружу, и шурша колёсами, плавно вывернул с парковки на дорогу.

Мне же осталось лишь выдвинуть современные медицинские костыли из креплений на предплечьях и поковылять к своему новому жилищу. Благо покидать его в ближайшее время не требовалось – Георгий объяснил, как заказывать доставку прямо на дом. Как оказалось, это довольно популярная услуга, самостоятельно нынче мало кто готовит.

Итак, по порядку. Первым делом нужно тщательно ознакомиться с досье бедолаги-морпеха, раз уж невольно забрал его личность. Может, у него дела какие незавершённые, будет мне потом при встрече претензии высказывать. Затем – краткий курс истории, чего я там такого пропустил за четверть века. И, наконец, регистрация в игре. Затягивать с этим не надо – Георгий ясно дал понять, что чем раньше я окажусь в капсуле, тем быстрей запустится процесс лечения.

Конечно, с одной стороны здорово придумали – отвлекать игрой тяжело больного человека, а вот с другой… Сидеть там сутками вполне здоровым людям, это ли не клиника?

Замерев на пороге, перед гостеприимно распахнувшимися створками, считавшими информацию с моего чипа, я задрал лицо к небу и негромко произнёс:

– Прости нас, Юра, мы действительно всё просрали…

Будто в ответ, темнеющий небосклон пересекла яркая искорка метеора. Уж чего-чего, а я её запросто отличил от успевших надоесть иллюзий.


Глава 3

Только перед самым погружением в виртуальность я вспомнил, что забыл самое главное – посмотреть, во что же собственно мне предстоит играть. Ну да, меня ждала виртуальная реальность, судя по описанию – неотличимая от реала. Ага, как же!

Просто за всем этим занимательным чтением и просмотром видеороликов мозги грозили натурально вскипеть. Тут не до игр было. На ознакомление с жизненно необходимой информацией мне отводились целая ночь и почти всё утро, так что даже сон был отодвинут далеко на «потом». Естественно, этого времени не хватило.

Чувствовал себя я как девочка Лилу в «Пятом элементе», на голову которой разом свалилась вся непростая история человечества. Столько событий, столько имён… И пусть я прошёлся по самым верхам, количество новых фактов не поддавалось осмыслению. Сам виноват – не оценил колоссальный размер задания, вот и вынужден был заходить в виртуальность, не имея ни малейшего понятия, что мне там вообще предстоит. Так что кроме немного странного названия для космического симулятора – «Новые горизонты», про саму игру я ничего не разузнал. Единственное, на что мог чётко ориентироваться, так это время отбывания «трудовой повинности». Для восстановления повреждённой нервной системы требовалось проводить в капсуле не менее шести-восьми часов в сутки – чокнуться можно! Но на этом Роберт Эдуардович настаивал особо, так что на сон перед встречей с куратором оставалось совсем немного.

Да, про изобретение самих капсул тоже довелось читать, куда же без этого. Строились они на базе квантовых компьютеров, которые связывались друг с другом квантовой же сетью. Странно, но её бесперебойную работу обеспечивали всего пара десятков спутников и огромное количество ретрансляторов по всему миру. Больше же ничего в ближнем космосе не летало. Ни станций, ни телескопов, ни прочих аппаратов. Сразу напрашивался вопрос – отчего так?

Ответ оказался простым и горьким – нынешняя орбита Земли оказалась настолько забита мусором, что держать там людей и технику стало неоправданным риском. Началось всё с того, что рядом пронеслась какая-то шальная комета, пусть и мимо Земли, но в опасной близости. Наша планета разминулась с незваной космической гостьей, но, к сожалению, зацепила её пышный хвост, который та насобирала по всей Галактике. Большинство камней и льда бесследно сгорели в атмосфере, но какая-то часть успела осесть на орбите, и в фарш разнесла большинство из того, что там на тот момент вращалось. Пошла цепная реакция – чем больше разрушалось объектов, тем больше прибавлялось опасных осколков. Благо хоть космонавты почти все успели эвакуироваться.

Теперь в любой момент в аппарат могло что-нибудь врезаться на сумасшедшей скорости, поэтому жизнь даже обычных мелких спутников не превышала месяца. И это с постоянной корректировкой траектории движения.

Были свёрнуты все космические программы, расформированы центры по подготовке космонавтов. Я читал и не верил своим глазам! Естественно, большая часть мусора рано или поздно должна была упасть вниз и сгореть, но на естественную очистку околоземного пространства до приёмлемых величин должно уйти не меньше тридцати лет. И вместо того, чтобы решать проблему сообща, пытаясь ускорить процесс, государства вовсю осваивали новые технологии передачи данных через квантовые ретрансляторы.

Ой, что-то человечество не туда свернуло…

Похоже, с воцарением виртуальной реальности всем стало глубоко до фонаря, что творится с нашей планетой. Зачем грезить несбыточной мечтой стать космонавтом, если можешь уже сразу после запуска игры надеть скафандр без всяких там медкомиссий и прочего? Про волшебников и эльфов вообще упоминать не стоит. Виртуальная реальность неотвратимо вытесняла обыденность, а без голограмм люди уже не представляли свою жизнь. Они реально были уже везде, от придорожных забегаловок, до кабинетов высоких начальников. Только церковь встала в агрессивную позицию.

Даже в моей не самой продвинутой квартирке имелась куча всяких гаджетов – чего стоил один только компьютер, которого и компьютером-то уже и не назовёшь. Ни тебе системного блока, ни экрана как такового. Любое изображение просто висело в воздухе и масштабировалось, как тебе вздумается.

Я взглянул на голографические часы, которые неумолимо отмеряли оставшееся у меня время, выругался, и принялся неуклюже раздеваться, досматривая очередной информационный ролик. В тягучий коллоидный гель вирткапсулы предписывалось нырять голышом, но хоть никаких штекеров в затылок при этом не втыкалось, как в той же «Матрице». Похоже, вся жидкость и являлась одним сплошным передатчиком нервных импульсов.

Для инвалидов имелась миниатюрная погрузочная платформа, которой я воспользовался, скрипя зубами. Достала уже собственная беспомощность, но деваться некуда. Ещё радоваться надо – останься компьютерная периферия такой же, как четверть века назад, сидеть мне до сих пор над второй страницей текста, а так любая информация выводилась прямо перед глазами по первому же зову. Ужас как удобно.

Платформа плавно опустила меня на дно хрустального гроба, который тут же начал подкачивать уровень тёплого геля, стоило только крышке встать в пазы. Стоп, а дышать я чем здесь должен?!

Но практически сразу лица коснулась прохладная маска, навроде кислородной, намертво пристав к коже. Я сделал осторожный вздох. Вроде нормально, пусть воздух и оказался с кисловатым привкусом. Гель, между тем, достиг глазных впадин и веки пришлось закрывать. Какое-то время я лежал одиноким маринованным огурцом в банке, пока уши непонятно как расслышали приятный женский голос:

– Производится калибровка оборудования. Просим вас подождать.

«Да куда ж я денусь-то с подводной лодки!» – хотел было ответить, да не успел.

Внезапно крышка агрегата снова пришла в движение, да не одна, а вместе с одной из стенок. Жидкость, получившая свободу, ринулась наружу, унеся меня с собой, словно смытую в унитаз аквариумную рыбку. Я нелепо взмахнул руками, пытаясь хоть за что-то зацепиться, но внутренняя поверхность была гладкая, как яичная скорлупа. Меня вынесло и немного поволокло по гладкому полу, пока жидкость не выдохлась и не растеклась по помещению окончательно.

Откашливаясь и протирая глаза, в которых отчётливо щипало, я попытался наощупь прикинуть, сильно ли затопил соседей снизу. Странно, но вроде бы гель в колбе был погуще, кончики пальцев ощущали практически обычную воду. Да и поверхность пола слишком уж гладкая…

– Добро пожаловать на космическую станцию «Глория-14»!

Всё тот же мелодичный женский голос, но почти без интонаций, таким только новые тампоны рекламировать. Чертыхнувшись, я окончательно проморгался и увидел, что нахожусь вовсе не в своей квартире, а в небольшом пустом помещении с металлическими стенами, начищенными до матового блеска. Ни пятнышка коррозии.

По привычке, выработанной в гостях у Георгия и его таинственной организации, первым делом поискал глазами дверной проём. Он обнаружился за спиной, закрытый массивной створкой с крохотным смотровым окошком. Уже лучше.

Плохо было то, что кроме меня и пустой капсулы не было никого. Последняя несколько видоизменилась, походя теперь больше на стеклянное веретено, но мне сейчас было не до этого. Опять голоса в голове? Мы это уже проходили, спасибо, мне не понравилось.

– Вас приветствует бортовая система обслуживания. Пожалуйста, идентифицируйтесь.

Я проигнорировал просьбу, изо всех сил ущипнув себя. Вроде больно, но положенного покраснения не наблюдалось, и вряд ли стоило ждать появления синяка. Одновременно с этим отметил, что на теле из одежды вообще ничего, но главное – конечности снова слушались, как родные! Только сейчас понял, как осточертело чувствовать себя Франкенштейном, сшитым из кусков разной плоти.

– Пожалуйста, идентифицируйтесь.

Упорности бесплотного голоса оставалось только позавидовать. Что она там про себя говорила – бортовая система какой-то там станции? Значит, я действительно в игре. Обалдеть!

– Кирилл Данченко, – представился я, поднимаясь с мокрой лужи, в которой сидел, на ноги.

– Данный никнейм занят. Напоминаю, вы можете использовать название вашей глобальной учётной записи, либо придумать собственный уникальный никнейм.

Понятно, глобальная – это для всех игр разом. Что-то такое я краем глаза зацепил, когда просматривал файл про сетевую глобализацию. Надеюсь, эта компьютерная болванка в курсе моих данных.

– Напомни, какая у меня учётная запись?

– Демчонок-два-ноль-ноль-три.

– И я могу взять такое имя?!

– Да. Но вынуждена предупредить, что отменить это решение будет нельзя. Смена никнейма неизбежно приведёт к потере всего достигнутого вами прогресса.

– Да уж…

– Могу предложить вам воспользоваться генератором имён. Просто задайте параметры.

Я задумался. То ли случайно, то ли в шутку, но для меня подобрали личность с теми же инициалами, к которым я привык. Если выберу привычную последовательность букв, никто и не заподозрит ничего.

– Ка-Дэ!

– Извините, никнейм должен состоять не менее чем из пяти букв.

– Да твою же…

Я растёр виски. Что вообще творится? Вместо того, чтобы вовсю осваивать новое поле деятельности, я тут на пороге застрял! Надо срочно придумать что-то игровое и двигаться дальше.

– Блин, не знаю! Киллдрагон? Кулдаун?

– Данные никнеймы заняты.

А на что я, собственно надеялся? Все мало-мальски игровые словосочетания давно уже выбраны. Интересно было другое – два последних варианта зажглись перед глазами в объёмной проекции. Причём написаны они были кириллицей, пусть и с красным ореолом вокруг букв. Чуть ниже вылезло контекстное меню и полупрозрачная клавиатура. В отличие от голограмм в реальности, на прикосновения она отзывалась – пальцы вполне отчётливо ощущали сопротивление. Разве что привычных щелчков не слышно, а так печаталось без особых проблем.

Видимо игра оценила мои умственные способности, и решила максимально упростить мне выбор, сделав его более наглядным.

«Киллдрагон» я, подумав, всё же стёр. Красиво, но сеттинг не тот.

А вот с «Кулдауном» решил немного повозиться. Парочка знакомых игроманов, услыхав мой позывной, принимали меня за своего, спутав его именно с этим термином. Как раз тогда стали появляться массовые онлайн-РПГ – тот же ВоВ – весь мир будто с ума сошёл. Сам я практически не играл, не до того было. Детдом, затем армия…

Не появись на гражданке те самые знакомые-геймеры, максимум косынку бы освоил. А вот сейчас пусть скупые знания, но пригодились, спасибо вам, ребята.

Итак, «Кулдаун». Ни постановка пробела или тире, ни добавление лишней «л» эффекта не дали. Заглавные буквы тоже успеха не принесли. Не один я такой умный.

Пытаясь вернуть правильное количество «л», с непривычки ввёл буквы не в том порядке. Хотел было снова стереть, но неожиданно услышал:

– Никнейм принят. Пожалуйста, подтвердите свой выбор.

Вместо клавиатуры перед взором зажглись две прямоугольные кнопки – «Да» и «Нет», только руку протяни. Я перечитал получившуюся случайно словесную абракадабру, хмыкнул и нажал «Да».

– Добро пожаловать на станцию «Глория-14», Куладун! Идентификация успешно пройдена.

Злорадно расхохотавшись, я направился в гостеприимно распахнувшийся проём.


Глава 4

Следующее помещение напомнило декорации какого-то полузабытого фантастического фильма – пол устилала мозаика из крупных гексов, а одна из стен была просто до потолка завешана разномастным оружием в магнитных креплениях. Куча пистолетов-пулемётов, винтовок, даже парочка ручных пулемётов имелась. Естественно, модели оказались незнакомы, да и дизайн у большинства оказался очень уж футуристический. По бокам от импровизированного стеллажа, будто почётный караул, торчала парочка безликих манекенов с пистолетами в руках – мужской и женский. Одеты они были в необычные облегающие оранжево-синие комбинезоны, со встроенными простыми наколенниками и налокотниками. Почему-то их внешний вид сразу повеял фантастикой восьмидесятых-девяностых. Будто в детство окунулся.

Я хотел было подойти и пощупать всё своими руками, но неожиданно натолкнулся на невидимую стену, напополам рассекающую помещение. Единственное, чего удалось добиться, это вызвать поясняющий текст, выскочивший в полупрозрачной рамке, стоило только задержать взгляд на одном из манекенов чуть дольше положенного.

Дроид, уровень 1.

И, как бы, всё. Понятно, что это не элемент архитектуры, и стоят они здесь не просто так, но пока их функция мне оставалась непонятной. Особой угрозы истуканы не внушали, так как оба состояли из самого обычного на вид пластика. Досадно лишь, что они-то одетые, а я до сих пор нет.

Тем временем бортовая система снова подала мелодичный, но безжизненный голос:

– Прошу вас определиться с внешним видом и выбрать себе специальность.

Я с трудом оторвался от разглядывания оружия через невидимый барьер, и обнаружил, что часть противоположной стены представляла собой огромное зеркало во весь рост. В его отражении на меня уставился молодой крепкий человек с узким лицом и хищным носом, черноволосый и темноглазый, с высокими надбровными дугами. Внешность опасная, и вместе с тем – притягательная. Этакий современный Казанова. Девушки, наверняка, от такого сочетания приходили в дикий восторг.

Именно так выглядел морпех Демченко до катастрофы, которая обезобразила его лицо. Сейчас я на него походил слабо, но это как раз можно было легко списать на криворукость штатных пластических хирургов Минобороны. Георгий ясно дал понять, что если я справлюсь с поставленной работой, то вполне могу рассчитывать на дорогостоящую операцию, и тогда нас с морячком будет не отличить друг от друга.

Однако, он тактично забыл упомянуть, как именно отставной инвалид сможет её себе позволить. Насколько я успел понять, сейчас работа Налоговой облегчена до предела, и они спокойно отслеживают весь денежный поток. Такая трата просто не сможет уйти от их внимания. Значит – операция будет проводиться подпольно, и никто не даст гарантии, очнусь ли я после наркоза. Всё просто и элегантно.

Судя по выплывшим подсказкам, с внешностью можно было немного поиграться, в разумных пределах. Изменить цвет волос, причёску, добавить татуировки или шрамы. Кардинальные же изменения (в том числе касающиеся мужского естества, куда же без него) предоставлялись лишь владельцам различных премиум-аккаунтов. Я же довольствовался самым что ни на есть базовым, на большее средств морячка банально бы не хватило. Кстати, нигде не заметил варианта смены расы, хотя в параметрах определенно стояло – Человек. Опять дискриминация по финансовому признаку – а вдруг я каким-нибудь щупальцеобразным планетянином хочу поиграть?

Ничего трогать во внешнем виде я не стал, здраво рассудив, что это естественно для соскучившегося по своему внешнему виду парня. Да меня в нём практически всё устраивало, лишь немного удивила собственная нагота. А как же дети, или я играю без цензуры? Не верю, что школьники в двадцать первом веке настолько дисциплинированные, что их интересует исключительно учёба. Они здесь, по идее, жить сутками должны…

С чем можно было существенно поработать, так это с характеристиками персонажа. Представлены они были вполне классической семёркой:

Сила – 1

Ловкость – 1

Выносливость – 1

Разум – 1

Интеллект – 1

Телосложение – 1

Удача – 1

Сразу бросилось в глаза отсутствие харизмы – в ролевых играх я предпочитал обычно качать обаятельных негодяев. Здесь, получается, придётся зарабатывать репутацию каждый раз с нуля. Вкладка Отношения открывала просто бесконечный, как Вселенная, список фракций, обществ и кланов, так что я её поскорей закрыл от греха, лишь убедившись, что все они пока ко мне нейтральны.

Затем стал выяснять, чем же отличается Выносливость от Телосложения. Оказалось – многим.

Выносливость отводила конкретный запас энергии, которая расходовалась буквально на все действия, требующие усилий, и очень существенно влияла на время «перезарядки» всех спец-умений. Тот самый, мать его, кулдаун. Телосложение же отвечало за способность переносить негативные воздействия, коих здесь имелся список длинной всего-то в метр, а также определяло количество той самой полоски «жизни», сейчас исчислявшейся всего десятью хитпоинтами. Плюс в сочетании с Силой оно влияло на способность носить различную по тяжести броню, а судя по впечатляющему разнообразию оружия, в игре защита ой как нужна.

Следующими сходными по смыслу были Разум и Интеллект. Последний как обычно отвечал за количество получаемого опыта, хакерство и использование различных устройств сложнее утюга. А вот Разум давал то, чего мне так не хватало в жизни – психологическую устойчивость, уж не знаю, на кой чёрт, а так же повышал восприятие, интуицию и, как ни странно, обучаемость.

Ловкость каких-то особых откровений не принесла, всё по-классике, даже шанс увернуться имелся. Вот только как это должно выглядеть на практике?! Ладно, уклониться как-то от пули, вспомнив того же приснопамятного Нео, теоретически можно. Но допустим – стреляют в меня из какого-нибудь боевого лазера. А это, на секундочку, скорость света – между нажатием курка и появлением пропеченной дырки в том месте, куда целился, задержки никакой. И как тогда? Ладно, надеюсь, в проблеме можно будет разобраться на практике – непосредственно в бою.

Наконец, Госпожа Удача влияла буквально на всё – от количества наносимого урона, до величины получаемого лута. Просто и понятно. Каждое очко – плюс пять процентов.

На улучшение всех характеристик мне от щедрот выдавалось аж целых пять пунктов. Маловато, однако. В размышлениях, что же мне увеличивать в первую очередь, я потянулся к бегункам и тут же услышал приятную новость:

– Выбор вашего класса принесёт вам три дополнительных очка характеристик, Куладун! Кем вы хотите стать?

Да, вкладка «Класс» как раз оказалась пустой, причём никакого списка на выбор здесь не имелось.

– А какие у меня варианты?

– Пилот, бомбардир, медик, специалист-техник, инженер, оружейник, искатель, первопроходец, планетарный геолог…

И понеслось. Примерно на тридцатой позиции я сдался, и попросил помочь мне с выбором.

– Что вы умеете лучше всего или хотели бы научиться?

– Ну, я достаточно неплохо убиваю людей, – скромно признался я.

– Рекомендуемый класс – воин. Воины сражаются на передовой, получая бонус к используемому ручному оружию. Они незаменимы при абордажных атаках и их отражении, а так же в десантных выбросках на станции или планетные системы.

– Звучит неплохо. А насколько этот выбор популярен?

– Стать воином предпочли свыше тридцати одного процента разумных.

– Хм, – я задумчиво почесал острый подбородок. – Многовато.

С одной стороны – среди такой тучи игроков выделиться будет значительно сложнее, а с другой – нужен ли крупному клану какой-нибудь космический ассенизатор, это ещё большой вопрос. Тут надо, по идее, читать гайды, чего я сделать не потрудился. Всё у меня не по-православному.

– Перечислить наименее популярные классы?

– Не надо. Буду воином.

– Ваш выбор принят, Куладун!

Одновременно с этим тренькнуло оповещение, о повышении Силы, Ловкости и Телосложения на единичку. Существенно это меня не усилило, но определённо указало вектор развития. Вот только безо всякой статистики было ясно, что таких бойцов в игре хоть задницей жуй. Раз уж выбрал самый популярный класс, надо хоть немного нестандартно развиваться. Знать бы только, какие требования у брони и оружия…

– Внимание, силовое поле снято!

Вот как раз и узнаем.

Одну единичку без раздумий закинул в Удачу и пошёл знакомиться с арсеналом. Но первым делом заглянул к мужскому манекену посмотреть на характеристики комбинезона. Ничего в нём сверхъестественного не обнаружилось, кроме как удобных микромолний, с помощью которых получилось за пару секунд раздеть болванку, и напялить одежду на себя. Поначалу мешковатая ткань тут же резво стянулась, любому «стрейчу» на зависть, плотно обхватив тело. Защиты не прибавилось от слова совсем, но чисто психологически стало намного комфортнее. А вот пистолет из пластиковых пальцев никак не вынимался, но таких же было полно на стенде, так что я оставил манекен в покое.

Выбор смертоубийственных игрушек оказался действительно богатым. Там даже снайперская винтовка нашлась, простенькая, как мухобойка из старой-доброй «Контры». Что бы её банально взять в руки, требовалась Ловкость – 4 и Сила – 2, в противном случае магнитный захват оружие отпускать категорически отказывался. Всё оружие оказалось кинетического типа, а значит – должно не сильно цениться в эпоху межзвёздных перелётов. Ну а кто доверит что-то серьёзное новичку на самом старте?

Я примерился сначала к пистолетам, но им хватало и базовых значений, что намекало на их вторичность в экипировке, а потом заинтересовался дробовиками. Требования у них были диаметрально противоположные точному оружию – больше Силы, чем Ловкости, ну, оно и понятно. Самыми сбалансированными ожидаемо оказались штурмовые пистолеты-пулемёты и винтовки.

Имелось тут и холодное оружие, в количестве одного единственного меча с широкой гардой, расположенного чуть ли не у самого плинтуса. Напоминал он классический китайский «да дао» с широким лезвием и ухватистой рукоятью. Я со смешанными чувствами уставился на пехотную саблю, невесть как оказавшуюся на космической станции. Всегда питал слабость к холодному оружию, но вот что оно может противопоставить тем же бластерам, которые здесь по-любому в ходу?

Но всё же не удержался, и вкинув третий пункт в Ловкость, взял меч в руки. Крутанул туда-сюда простую «восьмёрку», пожал плечами и хотел вернуть его на место, но тут пронзительно запищала сирена, а ровный дневной свет в помещении разом сменился на ярко-красные всполохи.

Подсветка стеллажа тоже окрасилась багрянцем, как бы намекая, что взять теперь оттуда уже ничего нельзя. Но я всё равно на всякий случай успел подёргать ближайший пистолет-пулемёт. Нет, намертво.

Дальше – больше. Где-то с четверть тех самых гексов на полу, что я принял за обычное покрытие, стали плавно подниматься вверх, превращаясь в шестиугольные металлические постаменты, высотой примерно в метр. А оба манекена, тьфу ты, то есть дроида, синхронно дёрнулись всем телом и вскинули пистолеты. Угадайте, в чью сторону.

– Ну ещё скажите, мать вашу, что я за него заплатить должен!

Двигались болванки дёргаными рваными движениями, немного бестолково, как и полагалось учебным ботам. Будь на их месте хотя бы пятиклассники, вместо уроков сбегающие в ближайший компьютерный клуб, раздуршлачили бы меня на месте в два ствола. А так я без особых проблем нырнул за ближайшее укрытие, только голые пятки сверкнули. Да, стянуть себе обувь я чего-то поленился.

Пули звонко зацокали по постаменту, но дроиды почти сразу прекратили обстрел, пытаясь обойти меня и взять в клещи. План так себе, но с учётом того, что их бестолковый противник не потрудился захватить с собой огнестрел, затея могла и выгореть. Вот только бесцельно отсиживаться не в моём характере.

Я ж псих.

Крутнулся вправо-влево, раскачивая маятник, и снова провоцируя пластиковых дебильчиков бестолково палить, а затем рванул прямо на мужскую фигуру. Тот так и не сумел взять должное упреждение и лишь оцарапал мне плечо на пару хитов. В следующее мгновение мы с ним оказались уже нос к носу, как соскучившиеся после долгой разлуки влюблённые. Я ушёл в перекат под рукой с оружием, скупо махнув клинком, и тут же из разворота рубанул ровнёхонько в подколенный изгиб. Дроид рухнул как подкошенный, не успев толком повернуться, а в глазах у меня отчётливо зарябило.

Оружие, несмотря на всю свою допотопность, показало себя отменно – даже первый, практически тестовый удар, напрочь отрубил конечность, вместе с зажатым в ней пистолетом. Будто действительно по манекену бил, хотя на срезе отчётливо виднелись какие-то электронные потроха с искрящими проводками. Пришлось развить успех и снести болванчику голову, а то он, горемычный, попытался приподняться, опираясь на оставшуюся в строю руку.

– Никуда не уходи, ладно?

Наконец, до меня дошло, что за мельтешение было перед глазами – это системные сообщения выскакивали. Я не стал их читать, разом смахнув в сторону, но взгляд всё равно успел зацепиться на мелькавшее почти в каждом слово «КРИТ». Видимо, этим и объяснялась та лёгкость, с которой я разделал первого же противника в игре. Однако, это не дело – сообщения здорово отвлекали внимание, но пока поделать с этим что-то было нельзя. Женская модель дроида подошла слишком близко, и грозила в любое мгновенье стать проблемой.

Лихой наскок стоил мне практически всего заряда бодрости, и чувствовал себя я как марафонец, трусцой взбежавший на вершину Эвереста. Соответствующая шкала нашлась аккурат под здоровьем и оказалась исчерпанной процентов на восемьдесят. Чёртовы игровые условности! Да в обычной жизни я бы их обоих на колбасу уже бы нарезал и даже не вспотел!

Пришлось выковыривать трофейное оружие из непослушных пластиковых пальцев. Модель оказалась самая простецкая, следующая после кремневого пистолета, разве что имела в магазине тринадцать патронов. Дройд успел отстрелить восемь, так что оставшиеся пять полетели в его подругу. Тут обнаружилось другое спорное нововведение – помимо стандартной мушки перед глазами появилось полупрозрачное кольцо, медленно сжимающееся в диаметре. Только после второго выстрела я понял, что это так показан радиус предполагаемого разлёта пуль.

Попал я трижды, несмотря на крохотное расстояние, и нанёс смехотворно мало урона, примерно с четверть её хитов. Дроидша на обстрел отреагировала индифферентно и продолжала рывками приближаться, ну да сама напросилась. Бодрость вернулась довольно быстро, и дождавшись, пока болванка поравняется с очередным шестиугольным столбиком, по совместительству – моим укрытием, я чёртиком из табакерки выпрыгнул навстречу и размашистым ударом развалил пластиковое недоразумение на две неравные части.

– Поздравляю, Куладун! Боевое крещение пройдено! Вы желаете стать мечником?

– А чё сразу не крестоносцем?

Я глубоко вздохнул, успокаивая колотящееся об рёбра сердце. Игра игрой, а ощущения были самыми настоящими, даже плечо немного пекло.

– Извините, такая специальность в каталоге отсутствует.

– И что же такого полезного делает обладатель холодного оружия в эпоху звездолётов?!

– Мечники – непревзойдённые мастера ближнего боя. Их реакция и скорость – феноменальны, а для увеличения продолжительности жизни в самой гуще боя они единственные могут использовать различные щиты, помимо стандартной экипировки. Все виды оружия ближнего боя в их руках, а особенно мечи, имеют повышенный шанс нанести критический урон. Так же следует помнить, что высокотехнологические клинки способны справится с любой бронёй.

– Что значит, высокотехнологичные?

– Это все типы и модификации, начиная от лазерных мечей.

– О, и джедаев сюда притащили… И каков процент мечников среди прочих воинов?

– Чуть выше семи сотых процента.

Я быстро прикинул в уме – всего семеро из десяти тысяч. Это очень и очень редкая специализация. Отчего так?

Догадаться не трудно – не знаю, что там за «щиты», но жить такой боец должен считанные секунды, и то – если успеет добежать до противника. Зато эти самые мгновения он проведёт очень и очень весело. И вообще – это же джедайство, чего тут думать-то?!

– Подтверждаю выбор!

Тут же капнули ещё три очка характеристик, два сразу в Ловкость, один свободный. Может, я зря беспокоился, что изначально их дали слишком мало, если по ходу игры их можно запросто получать? Вопрос был критичным, так что пришлось лезть в справку.

Оказалось, щедро их отсыпают лишь на самом старте, остальные достаются потом и кровью, при получении каждого юбилейного уровня, а также при помощи дорогих имплантатов или зарабатывая редкие Достижения. Да и сейчас самостоятельно распределять дали лишь половину, чтобы не стать совсем уж бесполезным специалистом.

Итак, Ловкость у меня сейчас равна пяти, наверняка этого мне для начала хватит. Чего мне в бою реально не хватало, так это Выносливости. Единичку туда. И в Телосложение тоже одно очко, так как жизни у меня оказалось до обидного мало.

Оставшиеся два пункта бросил в Разум. Какой джедай без контроля сознания? Кстати, этот пункт обнаружился в длинном списке умений, так что трата не бездумная, а с прицелом на будущее. Получился неплохой (хоть и туповатый) рукопашник с развитой интуицией и огромным желанием учиться новому.

Сила – 2

Ловкость – 5

Выносливость – 2

Разум – 3

Интеллект – 1

Телосложение – 3

Удача – 2

Подтвердив изменения, я занялся сбором трофеев, благо освещение снова пришло в норму, а шестигранные столбики втянулись обратно в пол.

Первым делом обулся во что-то напоминающее обычные кеды на липучке, попрыгал на месте и решил, что первым же делом нужно будет найти себе нормальную обувь. Затем полностью обобрал женскую модель, вот только складывать добычу оказалось особо некуда. Тут на помощь пришла очередная подсказка в половину радиуса видимости. Да задолбало! Где тут настройки? Пусть лучше сбоку где-нибудь мельтешит, и прозрачности побольше. Когда противник откинется, я и так это замечу.

Итак, что там мне хотели сказать?

Оказывается, у меня имелся небольшой подпространственный инвентарь, куда без проблем складировалось всё то, что не вмещалось в карманах. Представлял он собой поле в двадцать ячеек, в которое можно было переместить проекцию любой вещи, и та немедленно исчезала из текущей реальности. Обратный процесс тоже был мгновенным. Женская одежда с кедами заняли одну ячейку, вторую – пустой пистолет.

К мечу же обнаружились неплохие, хоть и кинематографичные ножны. Ну какой мечник в здравом уме станет носить своё основное оружие за спиной? Его и вытаскивать неудобно, да и без ушей можно легко остаться. Но смотрелось это со стороны красиво, не поспоришь, а отсечённые выступающие части тела, если надо, отрастут заново.

Это ж всего лишь игра.


Глава 5

Наконец, после всех мытарств меня выпустили наружу. Нет, не в открытый космос без скафандра подышать вакуумом, а всего лишь в общую зону. За следующей переборкой, которую пришлось открывать самостоятельно выданным ключом безопасности, обнаружился огромный многоярусный холл станции.

Зрелище захватывало дух.

Повсюду сновало просто дохрена самого разного народа – люди, киборги, инопланетяне, и даже какие-то безумные роботы, походящие на металлических скорпионов, вместо клешней у которых имелись внушительные многоствольные орудия. Один из них едва не размазал меня по металлической стене, с недовольным скрипом пролязгав мимо в считанных сантиметрах от лица. Неритмичное поскрипывание явно что-то означало, но я ни хрена по-инопланетянски не понимал, поэтому выдал на всякий случай:

– Сам мудак!

Робот молча скрылся за углом.

Станция изнутри представляла собой гигантский бублик, в центре которого под толстым стеклом пульсировало ярко-жёлтое сияние. Так и не разобрался что это – термоядерный реактор, система освещения? Побродив немного, я оказался у внешней стены, и заворожено уставился на непривычно яркие звёзды и газовые туманности, сиявшие в широком иллюминаторе. Красиво до оцепенения, и одновременно горько, что такие величественные картины в ближайшее время человечеству суждено наблюдать лишь в виртуале.

Здесь же мне во вкладку Задания упал первый квест – зарегистрировать точку возрождения, или по-местному – респауна. А чтобы новичок не потерялся в хитросплетениях ярусов и коридоров, здесь имелась интерактивная «Нить Ариадны», представленная видной только для меня стрелкой на стене.

Вообще вся эта поясняющая хренотень перед глазами называлась «нейроинтерфейсом», мне её в обязательном порядке пришили, как коню пятую ногу, и теперь постепенно учили пользоваться.

По легенде я оказался выловленным кораблекрушенцем из древнего звездолёта землян, посланным на авось для покорения космоса. Ветхая посудина спустя долгие годы пути не пережила столкновения с очередным астероидом и рассеяла по сектору кучу спасательных капсул, которые продолжают вылавливать в космосе даже спустя две тысячи лет. В общем, как и в реальной жизни, меня нашли и разморозили, ничего нового. Впору Вареником каким называться или Пельменем.

Система респауна была проста как гвоздь, забитый в крышку гроба ќ– если древний астронавт откинет где свои копыта, то по имеющемуся цифровому слепку его без проблем распечатают на ближайшей станции. Именно распечатают, как ксерокопию, я три раза перечитал, ни о каком клонировании речи не шло. По сути – все игроки, это искусственные создания, путешествующие от звезды к звезде, периодически обновляя физическую оболочку.

Увы, но с собой у воскрешённого не окажется ничего, кроме встроенных имплантатов и личного счёта, так что держать ценные вещи рекомендовалось либо в личном подпространственном инвентаре, либо в специальном хранилище дружественной станции.

Но с подпространством всё тоже было непросто. Заглянуть туда кроме владельца не мог никто, но с его смертью имелась некоторая вероятность выпадения отуда нескольких вещей. И чем они, зараза, были дороже, тем она становилась выше. Так что умирать, имея в загашнике какую-нибудь особо ценную штуковину, категорически не рекомендовалось.

Кстати о деньгах. Здесь они были представлены некими кредитами, изображёнными в виде серебряной прямоугольной пиктограммы. Без них даже банальной воды себе в желудок не нальёшь. А вот сто тысяч этих самых кредитов уже составляли одну золотую пиктограмму – синткоин. Они свободно конвертировались в любую реальную валюту, ими же оплачивались все услуги в игре, вплоть до месячного абонемента. Ради интереса посмотрел, сколько этот самый синткоин стоит в рублях. Оказалось, где-то в районе тысячи с небольшим. Охренеть.

Однако, дорогое удовольствие – эта виртуальность, особенно если вспомнить, что за базовый доступ к игре с меня списали как раз тридцать пять таких золотистых пиктограмм. На счету при этом остались жалкие полторы тысячи кредитов, которые немедленно ушли на оплату постоянной точки возрождения. В карманах явственно начал гулять хоть и виртуальный, но ветер.

В зале репликации, напоминающей заставленный разнокалиберными банками бабушкин погреб, я получил долгожданный первый уровень и встретил первого своего неиграбильного персонажа, управляемого искусственным интеллектом. На игровом языке звались они неписями или персонажами, как кому больше нравилось.

В принципе, пожилую женщину в голубой униформе я поначалу записал в игроки, но даже пояснялка, выскочившая сбоку от неё, оказалась другого цвета, чего уж говорить о содержимом.

Крис О-Гора.

Уровень: скрыто.

Работник отдела репликации станции «Глория-14».

Отношение: нейтральное.

– Здрастье, – оскалися я почти дружелюбно. – Вы мне не поможете?

– Да? – женщина оторвалась от трёхмерной проекции чего-то, похожего на заполненный семенами… Хм, ну пусть будет огурец, который она крутила и так, и эдак.

По крайней мере, мне хотелось верить, что это какой-то овощ, а не летательный аппарат. На таком покорять межзвёздное пространство я точно бы не решился.

– Подскажите, а чего нельзя сделать в открытом космосе?

– Повеситься! – раздражённо рубанула работница станции. – А ещё задавать дебильные вопросы там тяжело! Тебе что, астронавт, мозги забыли разморозить?! Может тогда свистнуть охранным дроидам – они тебя, дефектного, быстро оформят. Заодно и капсулу протестируешь…

Я предпочёл ретироваться, полностью удовлетворенный результатами тестирования на нестандартное мышление. Нормальный такой искусственный интеллект. Тьюринг бы вообще в штаны наложил.

Но всё же взглянуть на капсулу репликации перед уходом стоило. Я набил в поисковике запрос и получил новый маршрут, куда короче предыдущего, приведшего меня сюда. Стрелка теперь стелилась по полу, отчётливо мерцая по мере приближения к цели.

Капсула, естественно пустая, почти не отличалась от той, из которой меня вытащили накануне, разве что стояла она вертикально, и имела голографическую подпись с моим именем. Большинство аппаратов вокруг были стандартного размера, но имелись и гигантские колбы, к сожалению, все пустые.

Движимый любопытством, я прошёлся немного вдоль длинного ряда и нашёл парочку свежевозродившихся игроков плавающих в зеленоватой жидкости – парня и девушку. Последнюю ещё продолжали допечатывать шесть гибких серебристых стержней, быстро снующих под водой туда-сюда, будто перо сейсмографа. Только оставалось после них не изображение на бумаге, а живая человеческая плоть, в неприглядном поперечном разрезе. А в капсуле парня жидкость уже стремительно пошла на убыль, при этом индикационные вспышки на небольшой приборной панели сбоку от крышки замигали изумрудно-зелёными огнями.

Кстати, парень-то возродился в облегающих трусах-боксёрах, так что никакой порнографией здесь и не пахло.

Неожиданно он открыл глаза и естественно, вопросительно уставился на человека, разглядывающего его, словно диковинную рыбку в аквариуме. На меня, то есть. Я собирался было уйти, но не успел – игрок резко распахнул крышку и рявкнул:

– Чего пялишься извра… А, новичок! Твою мать, я уж подумал ты из этих… Поржать пришёл.

Он обернулся, оценив готовность соседки примерно процентов эдак на шестьдесят, зло сплюнул и вылез наружу, зашлёпав босыми ногами по ребристому полу. Игроков до этого мне встретилось уже немало, но вот у него вся информация была представлена ядовито-красным шрифтом, а не серым или синим, как обычно.

Эври_Бадин.

Уровень: 642.

Клан: КРС.

Класс: скрыто.

Я удивлённо присвистнул:

– А какой уровень в игре максимальный?

– Я хэзэ, малыш, – игрок с красным ником пожал плечами и достал длинную сигарету прямо из воздуха. – Видел и за тысячу, но на такого поца нужно целому клану впахивать.

Ага, малыш. А самому ему явно едва за двадцатку перевалило, в смысле – лет.

– Ты институт-то давно закончил, дядя?

– Не, а нах он вообще нужен? – философски отозвался парень, прикуривая сигарету от огонька, возникшего на кончике пальца. – Гемор с ним один, а я и тут неплохо зарабатываю.

От таких заявлений я раздражённо скривился, но возразить было нечего – новое поколение, новые жизненные ориентиры. Это я – мамонт.

Игрок неспешно выпустил клуб ароматного дыма вверх, на который тут же прилетел какой-то дрон пятидесятого уровня, размером с футбольный мяч. Робот возмущённо загудел, выдвинув какой-то явно боевой манипулятор, но парень спокойно продемонстрировал ему отогнутый средний палец, на котором немедленно зажёгся маленький, но яркий огонёк. Местный блюститель санитарного порядка сделал пару кругов над нашими головами и улетел восвояси, расстроенно гудя.

– Круто, а что это? – я кивнул в сторону погасшего огонька. – Магия?

– Хуягия! – игрок аж дымом поперхнулся, громко раскашлявшись. – Хы-ы, ты откуда вообще?!

– Из комы, – развёл я руками. – Вот недавно очухался.

– А… – уже куда более спокойно произнёс парень. – Ник хороший придумал, ржачный. Внешность-то своя?

– Своя, но бывшая. Сейчас намного хуже выгляжу.

– Так ты в «медичке» откисаешь, поня-я-ятно… А я уж думал, из школоты кто-то доколупаться до меня решил. Ну, добро пожаловать, чё тут скажешь!

– Так что там с огнём? – терпеливо повторил я вопрос.

– А! Это генка… Тьфу ты, генная модификация такая. Пирокинетика… В общем, не забивай себе голову, тебе до неё добираться дольше, чем до Центавры пешком. Лучше скажи, ты чего себе «махателя» взял?

ќ ќ– Кого взял?

– Мечника, любить его мечом! Любишь хардкор и страдания? Да не, вряд ли, просто нуб пока ещё… Мой тебе совет, бесплатный кстати – цени! Сейчас ты первого левела, значит, скоро полетишь на заработки. Иди сразу в оранжевый сектор, зелень игнорируй, три к одному, что тебе там хана, но ты вроде адекватный, шанс выжить неплохой. Лут там для тебя запредельный, продавай всё до трусов и жди десятого левелапа. Там скидка на смену спецухи будет, типа последний шанс одуматься. Бери пехотинца или дуэлянта, горя знать не будешь – в любой десантный бот спокойно наймёшься. А там, через полгодика…

– Всё так плохо? – перебил его я.

– Да! – выдохнул вместе с дымом игрок. – Вот скажи, чего ради ты его взял? Альфа высокая понравилась, криты? Так бери ружья и вперёд! А спецуха твоя так, для галочки была сделана, а после нерфа в позапрошлом году, так вообще… Махатели, если уж особо упрямые, докачавшись до хаёв, телохранителями работают в основном, больше ни на что не годятся. Если получаешь «каеф» от стояния несколько часов навытяжку, тогда это твой выбор, базару нет…

С тихим шумом открылась крышка соседней капсулы, и наружу вышла стройная светловолосая девушка в закрытом нижнем белье, и тоже с красным ником. Очень даже симпатичная, но при этом далёкая от классических канонов красоты. Так сразу и не поймешь – живой образ или нарисованный.

Убивашка_Сорок_Тысяч.

Уровень: 711.

Клан: КРС.

Класс: скрыто.

– Эрик, затуп ты шотный! Нельзя было щит ещё пару, сука, секунд подержать?! Ну почти же добили!

Красотка, ничуть не стесняясь своего пикантного вида, извлекла сигарету потоньше и нервно прикурила от пальца соклановца. На этот раз дрон не появился даже в поле видимости.

Девушка лихо затянулась, смерила меня презрительным взглядом и строго поинтересовалась:

– Школодрочер?

– Ир, он коматозник, – заступился за меня парень. – В «медичке» катает.

– А чё мечник? – она безапелляционно ткнула длинным пальцем в торчащую из-за моей спины рукоять. – Секса в жизни не хватает?

– Ира!

– Ладно, хрен с тобой, печальное создание…

Она бросила недокуренную сигарету на дно своей капсулы, и та громко зашипела, упав в не успевшую полностью слиться жидкость.

– Пошли?

– Да, – игрок кивнул мне, прощаясь. – Не забудь, что я тебе сказал, иначе будешь всю жизнь жалеть.

Странная парочка опытных игроков мигом оделась в крутые чёрные комбинезоны с красными звёздами на плечах и торопливо направилась на выход из зала. Я невольно провёл рукой по рукояти меча, покачал головой и пошёл следом, переваривая услышанную информацию.

Опасения оправдались, но всё ли так плохо, как описывали мне «красные»? Кстати, а почему вокруг такое цветовое разнообразие?

Ответ нашелся спустя пару минут копания в справке, заставив меня удивлённо крякнуть. Получалось, я только что общался с настоящими ПК – от player killing – «убийцами игроков», ренегатами и прочими негативными элементами. Смыслом их жизни была радикальная экспроприация ценностей, добытых другими. Игровая гопота, в общем.

Большинство же игроков были серыми нейтралами, балансируя где-то на грани между добром и злом, а обладатели редкой синей статистики работали на местную власть, и находились на официальной службе. Факт встречи с опасными ребятами посреди станции наводил на мысль, что эта территория сугубо нейтральна, что нехотя подтвердила Крис О-Гора, попутно обложив меня трёхэтажным матом.

«Глория-14» оказалась одной из независимых научных станций, предоставляющей свои услуги хоть и втридорога, зато всем фракциям подряд. Житейский подход, ничего не скажешь. Стрельба, и любые другие разборки карались очень строго – удалением точки возрождения, запретом на посещение всех научных станций в Галактике и крупным денежным штрафом. Так что «пэкашники» могли здесь спокойно ходить на виду у законников и нейтралов без всякого страха. Чем, собственно, они бессовестно пользовались.

Разговор с раздражённым персонажем не прошёл для меня даром – тут же выскочило следующее задание. Никак сама Крис поспособствовала, дабы я дальше ей не докучал. Мне предписывалось найти ангар номер четырнадцать, где меня ждет не дождётся самый настоящий корабль, во как. Заработать деньги новичку на станции не светило, так что требовалось немного поработать космическим мусорщиком.

Пятьдесят три года назад в местном поясе астероидов, произошло крупное сражение между силами некоего Доминиона и Союза Антропоморфов. Кораблей полегло чуть больше, чем немало, и их обломки до сих пор выгребают все, кому не лень, в поисках всяких полезных ништяков. В этом благородном деле мне и предложили поучаствовать в добровольно-принудительном порядке.

Ближний круг, самый безопасный, вычищен практически до блеска, но чем дальше от станции, тем шансы найти что-то существеннее металлолома повышались. Каждый круг, а точнее – сфера, имела собственное цветовое обозначение – от зелёного, до чёрного. Теперь слова охотника на игроков приобрели хоть какой-то смысл.

Вот только стоит ли идти на риск? Мне почему-то не хотелось расставаться с мечом, за последний час успел к нему привыкнуть. Пробовал ради интереса убрать его в подпространство и сразу же почувствовал себя… Ну, если не голым, то что-то около того.

Нет, пока спешить точно не буду, а на счёт зоны поисков – надо сначала посмотреть, как вообще управлять собственным кораблём. Может статься, я уже и в пределах безопасной зоны умудрюсь найти себе проблемы.

Чего-чего, а это я умею лучше всего.


Глава 6

Мой кораблик при первом же осмотре вызвал стойкое желание послать всё к чертям и выйти из игры вон. Нет, внешне он был ничего так, напоминал если не летающую тарелку или блюдце, то хотя бы салатницу, из-за вытянутого гладкого корпуса. Метров двадцати в длину, раскрашенный в официальные цвета научной станции.

Проблема же коварно крылась внутри. Открыв схему «Собирателя-2648» я не смог сдержаться и длинно выругался, на зависть всем космическим грузчикам. Стоявший рядом работник станции, отвечавший за порядок в четырнадцатом ангаре, не вскинул брови только по причине их отсутствия, лишь шумно выпустил воздух через узкие ноздри.

Персонаж оказался представителем инопланетной расы Ра, при создании которой разработчики явно обращались за вдохновением к древнеегипетской мифологии. А ещё курили что-то очень забористое.

Мой собеседник был обладателем массивного лысого черепа, обрамлённого чем-то вроде ребристого костяного щитка, постепенно переходящего в район шеи. С одной стороны – щиток из-за своих рёбер и впадин походил на головной убор фараонов, а с другой – на капюшон кобры. Глаз рептилоид имел целых шесть штук, по три на каждой стороне вытянутого лица. Широкая пасть никак не могла принадлежать травоядным, а между частокола зубов иной раз показывался узкий, раздвоенный язык. В общем, зрелище не для слабонервных.

Массивное тело инопланетянина было заковано в бронескафандр, но в целом от человеческого оно отличалось не сильно, хвост пусть и имелся, но небольшой, скорее – рудиментарный. И всего по три пальца на каждой руке, зато каждый мог похвастаться дополнительной фалангой. Не понимаю, как в шкуре такого монстра можно находиться, но Ра входили в Союз Антропоморфов, а там каждая из рас была играбельна. Каким-то образом.

Рептилоиды-игроки пару раз попались мне на глаза во время путешествия по станции, и большинство из них красовалось характерными красными никами. Да уж, в роли мирных торговцев этих инопланетян действительно трудно было себе представить. Хотя, сравнивая их с внешностью конкретно этого персонажа, я отметил про себя, что существенные различия всё же имелись. Игроки обликом более походили на людей, двигались чуть иначе, и чешуя у них была куда светлее. Наверное, другой подвид, созданный специально для лёгкого вживания в роль.

– Так ты принимаешь корабль или отдать его другому астронавту? – недовольно проскрипел инопланетянин, прибулькивая на каждой гласной.

– Принимаю.

Поздравляем, вы получили свой первый звездолёт! Вызовите справку, чтобы ознакомиться со всеми функциями корабля.

– Радость-то какая…

Стоило мне согласиться, как работника и след простыл, а перед глазами снова развернулась наглядная план-схема расположения отсеков, которую я в сердцах закрыл. Было их на «Собирателе» всего три – рубка, трюм и машинное отделение. Всё.

Я заранее тщательно ознакомился с механикой звёздных баталий, чтобы не попасть впросак по неопытности, и даже не заметил, как за этим занятием пролетело полтора часа. Систему специально сделали упрощённой для нынешних геймеров, но не без подводных камней, на детальное изучение которых время и ушло.

В первую очередь, корабли делили по классу. Было их всего шесть, любой дурак запомнит. Самый лёгкий – катер, который как раз стоял сейчас передо мной, и его более комфортабельная версия – яхта. Затем в порядке утяжеления шли фрегат, корвет, эсминец, крейсер и линкор. Отдельно стояли флагманские корабли – сугубо индивидуальной постройки, уникальные в своём роде. Состояли они на службе у крупных межзвёздных фракций и являлись неиграбельными, из-за их огромной мощи. Как я понял, это было одной из мер по сдерживанию агрессии игроков, а то дай им волю и достаточно оружия, и вся игра превратится в одну нескончаемую мясорубку. А это по вкусу далеко не всем.

В общем, кланы довольствовались линкорами, одиночки же себе и такую роскошь позволить не могли.

Так же, все корабли в игре имели свой тир (или поколение, кому как удобнее), от первого, самого простого и дешёвого, до редчайшего десятого, представители которого имелись не у каждого крупного клана. Причём дело здесь было вовсе не в размерах посудины, а скорее, в качестве постройки. К примеру, ты можешь иметь лёгкий фрегат седьмого поколения и без особых проблем расправляться с крейсерами второго-третьего. На тир звездолёта влияло буквально всё – мощность установленных орудий, уровень прокачки корабельных систем, а так же применение передовых материалов и технологий при его создании.

Оно и понятно – какая-нибудь старая рухлядь, бороздящая космос не одну сотню лет, не могла соревноваться с новинками промышленной инженерии. Плюс – у каждой расы были свои конструктивные особенности каждого типа кораблей, что тоже без системы тиров привело бы к форменному хаосу.

Отдельным пунктом шла система отсеков. Каждый из них добросовестно выполнял определённую задачу, вплоть до своей поломки в бою, при этом существенно снижая эффективность корабля.

Работающий двигатель позволял смыться с поля боя, и с некоторой долей вероятности увернуться от вражеского залпа. Медицинский отсек восстанавливал здоровье пострадавших членов экипажа, а отсек жизнеобеспечения поддерживал внутри корабля рабочую атмосферу. Рубка отвечала за общую координацию систем, без неё звездолёт превращался в малоэффективную груду металла. И, наконец, оружейный отсек – понятное дело, контролировал работу всего оружия.

Большинство кораблей, особенно земной постройки, имели ещё при себе и энергетический щит, поглощающий столько вражеских импульсов, сколько позволит ёмкость компактного реактора. То же касалось и мелкого космического мусора, который не успел ещё развить первую космическую скорость.

На моём же корыте этот девайс отсутствовал в принципе, впрочем, как и оружейный отсек. Рассчитывать я мог только на прочность корпуса, который будет принимать на себя абсолютно все удары судьбы. Хватит ли этой несчастной тысячи единиц, чтобы долететь до какого-нибудь ценного объекта целиком, а не по частям?

Что ж, есть только один способ это проверить…

Но сначала нужно было посетить магазин, так как с корабля прямую покупку-продажу я делать не мог, максимум – оформить заказ. Не то, чтобы мне сильно оттягивали инвентарь трофеи с дроидов, но хотелось наверняка убедиться, нет ли варианта вылететь отсюда на чём-то более серьёзном, чем беззащитная салатница.

Оказалось, есть, и даже не один. Как говорится – любой каприз за ваши деньги. За ваши очень немаленькие деньги. Подходящих космических катеров (а чем-то более серьёзным я пока управлять не мог) имелось три вида – собственно «Собиратель», прости господи его за убогость, «Фуражир» второго поколения и люксовый «Мародёр» четвёртого.

Ради интереса сначала взглянул на стоимость корабля премиум-класса, с полностью выкачанными отсеками до максимального уровня. Хорошо, что в руках ничего не держал – выронил бы непременно.

Триста! Триста синткоинов, мать вашу!

Какого хрена, кто за чёртов набор единиц и нолей будет СТОЛЬКО платить?! Люди, вы в своём уме? Это же игра!

Закрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул. Георгий с самого начала заявлял, что здесь крутятся огромные деньги, я это принимал в расчёт, но в глубине души не верил. В голове такое просто не укладывалось. В моё время предпочитали не платить даже за саму игру, приобретая диски у пиратов или обменивая в специальных салонах, не то чтобы покупать что-то в ней самой за реальные деньги. Этот мир точно сошёл с ума.

– Верните мне мой две тысячи седьмой… – я покачал головой и покрутил туда-сюда маленькое трёхмерное изображение премиумного кораблика.

Симпатичный, внешность довольно агрессивная – на истребитель из-за крыльев похож. На складе осталось всего две штуки, следующая поставка через неделю. Кстати странно – это ж не настоящий корабль, почему такой строгий лимит? А если в психушке для богатых день открытых дверей? Контрл-це, да контрл-вэ – и плюс триста с лишним кусков на кармане. Это деньги даже не из воздуха – из вакуума.

Может он здесь просто для красоты? Так ну-ка, история продаж – семнадцать покупок в этом месяце. Лучше бы я из криокамеры не выползал…

Немного придя в себя, полез смотреть профайл «Фуражира», внутренне готовясь к худшему. Ожидания полностью оправдались – сорок шесть золотых пиктограмм за самую дешёвую комплектацию. А этот стартовый кораблик всего-то имел один дополнительный отсек – либо оружейный, либо энергощит на выбор, и чуть более крепкий корпус в сравнении с моим «бесплатным». Разводилово ведь чистой воды, на этих самых «Собирателях» вообще кто-нибудь летает?

Краем глаза взглянул в сторону техники средних классов, увидел много нулей и закрыл вкладку от греха. М-да, всё куда серьёзнее, чем казалось на первый взгляд. А ведь виртуальные деньги пусть с комиссией, но спокойно выводятся в оборот реала, как ещё экономика к чертям не развалилась?

Но к таким масштабным вопросам надо подходить на свежую голову, либо на очень нетрезвую, а сейчас мне нужно хотя бы разок слетать «на заработки». Хотя бы ради эксперимента, стараясь не угробить корабль сразу же. Кстати, вот купил я премиум-звездолёт, а прямые руки на сдачу взять забыл и разбил его в первом же рейсе – всё, можно уже в петлю смело лезть?

Пришлось снова углубляться в справку. Пункт «страховка» немного вернул надежду в человечество – оказывается, даже полностью погибший корабль можно восстановить за вполне символичную (если сравнивать с покупкой) цену. Мое корыто, например, восстанавливалось всего за восемь тысяч кредитов. Которые, правда, ещё только предстояло заработать.

Я без всякого сожаления продал оба пистолета и одежду, выручив около полутора тысяч. Кстати, ровно столько стоила регистрация точки возрождения, что наводило на мысль – здесь разве что дышать бесплатно можно, и то на станции. А так игра всеми мыслимыми и немыслимыми способами заставляла игрока не сидеть на месте, а активно искать способы обогащения.

Хоть как-то добившись положительного баланса, я немедленно его спустил, приобретя простенький набор для нахождения в открытом космосе. Нет, это был не полноценный скафандр, а небольшой генератор силового поля, создававший вокруг человека защитную оболочку сроком на сорок минут. В такой не страшна низкая температура или вакуум, даже простые пули от неё бессильно отлетают. Для такого случая есть специальные боеприпасы – индукционные, те залетают на ура. Да и от выстрела самого слабого лазерного пистолета этот приборчик грустнел в считанные секунды, ибо ёмкостью не вышел – чай не боевой. К нему ещё добрал три стержня для генерации кислорода, на чём деньги благополучно и закончились.

Оставив магазин в покое, я полез внутрь «Собирателя». Оружие посмотрел лишь в порядке общего развития – всё равно оно сейчас мне без надобности. Если нарвусь, то до какого-нибудь абордажа дело вряд ли успеет дойти, корабль развалится раньше.

Внутри оказалось тесно, как в детдомовской спальне – рубка, хоть и рассчитанная на двоих, всё равно являлась самым маленьким отсеком, большую часть которого занимала приборная панель. Нет, всяких полезных кнопок там располагалось не так много, просто конструкция сама по себе была громоздкая. Кстати о кнопках – их будто с советского «Союза» для корабля выковыривали, вместе с самыми настоящими аналоговыми датчиками. У меня возникло стойкое подозрение, что вскрой я панель – внутри точно увижу там всякие диоды с транзисторами.

Дабы не выбиваться из общего стиля, кресла пилотов были обиты самым настоящим дерматином, а потёртый изогнутый штурвал, отполированный тысячами прикосновений, наверняка прикрутили от какого-нибудь Ан-2. Того самого, который мог хвостом вперёд летать, в отличие от этого неповоротливого недоразумения.

Благо, мне самому выруливать из ангара на посадочную площадку не пришлось – спасибо специальной подвижной платформе, доставила в лучшем виде. А там уже через один из шлюзов – в открытый космос, за штурвал даже браться не пришлось. Боковых зеркал в рубке не имелось, только полукруглый иллюминатор по курсу корабля, так что полюбоваться станцией, кружащей вокруг ярко-оранжевого газового гиганта, снаружи не получилось. Ну ничего, даст бог, на обратном пути смогу.

Я открыл с помощью нейроинтерфейса карту местности, нашёл там себя и немедленно скорректировал курс – чуть не вылетел в синюю зону. Судя по описанию, там тормозили вышедшие из гиперпространства корабли, гася скорость, чтобы благополучно пристыковаться или влететь внутрь, если габариты позволяли. Еще не хватало у них перед носом оказаться.

Все остальные зоны представляли собой сферы, разбитые на множество шестиугольников-гексов, имеющих собственное уникальное обозначение. Недолго думая, я ткнул наугад пальцем в ближайшее от меня скопление и попал в область под кодом NWCTIM/62.

«Координаты приняты. Расчётное время прибытия – двадцать две минуты».

Никто эти слова не произносил, они просто пробежали по небольшому матовому экранчику с тоненькой зигзагообразной трещинкой посередине. До чего же здесь уютно! Будто в старом дедушкином гараже, только пыли меньше. Хорошо, что хотя бы функция автопилота присутствовала, даря мне возможность спокойно разобраться в управлении.

Для успешного наполнения грузового отсека в моём распоряжении оказалось целых три инструмента – два манипулятора и слабенький лазерный резак. Последний, к сожалению, из-за широкой линзы рассеивал свой луч уже на тридцати метрах, и как дальнобойное оружие не годился. Вот прям как мой меч. Зато вблизи резак успешно пилил большинство известных сплавов толщиной до полуметра.

С манипуляторами было ещё проще – один устаревший электромагнитный, для захвата и притягивания металлических предметов, а другой вообще механическая лапа-погрузчик. На некоторых «воровайках» похожие видел, которые трубы или брёвна могут хватать, может, оттуда и скрутили.

На других кораблях инструменты были куда совершеннее, например, гравитационный улавливатель или сборщики-дроны, которые пылесосили округу самостоятельно. Мне же пока о такой роскоши не стоило и мечтать.

– Что ж, поработаем руками!

Я покрутил туда-сюда механической клешнёй, вроде ничего сложного. Вскоре представилась возможность проверить её в деле. Навстречу попался искорёженный кусок чего-то, напоминающего автомобильный домкрат, которым пытались поднять карьерный самосвал. Я осторожно подвел «Собиратель» ближе, попутно не доглядев и приняв бортом небольшой космический булыжник, который снёс мне три хита с корпуса. Досадно, но не смертельно.

Притянул магнитом железяку поближе, медленно распилил её на куски и запихнул их в чрево корабля – так себе игровой процесс. Пока летел дальше, прикинул примерную стоимость найденного утиля. Система опознала металл как бортовую обшивку какого-то «Рапана» и выдала примерную стоимость – около восьми сотен кредитов за всё. Негусто.

Но дальше вообще ничего, кроме нескольких бесполезных астероидов, в зелёной области не нашлось. Хотя, может статься, в одном из вечных космических скитальцев кроется какая-нибудь ценная жила, но ни обнаружить, ни тем более разработать её «Собиратель» не мог.

По-хорошему, нужно было перемещаться в какой-нибудь соседний гекс, но я решил всё же рискнуть и лететь дальше, в оранжевый сектор. Ну что мне собственно, терять? Разобьюсь, так возьму кредиты из личных накоплений. Пусть Георгий лучше голову ломает, как меня без подозрений проспонсировать.

Выскочило маленькое предупреждение об опасности и всё, я уже там. Давило здесь не в пример сильнее, чем в зелени – примерно раз в минуту в корпус что-то неизбежно прилетало, отгрызая кусочек прочности корабля. К счастью, я как-то умудрился разойтись с самыми опасными объектами на входе и запустил сканер на полную мощность, черпая ресурсы уже из главного двигателя.

Пошло томительное ожидание. Шкала прочности, выглядевшая будто старый советский ртутный градусник, понемногу пустела. Поблизости один за другим нашлись ещё три больших куска металлолома, но я сюда не за ним прилетел, так что летел мимо и прикидывал, где бы сделать точку невозврата. Долго здесь древний кораблик без щита находиться не мог, а то так недолго и корпус продырявить.

Я уже собирался поворачивать, когда детектор масс уловил очередную гравитационную аномалию. Сначала громадина ничем не отличалась от прочих крупных астероидов, окружённых мелкими спутниками-галькой, но стоило зоне покрытия сканера коснуться объекта, как я встрепенулся от пронзительного звукового сигнала.

«Обнаружен объект! Приблизительная масса – 180 000 тонн».

– Куда ж тебя такого большого распихать… – присвистнул я, поправляя курс прямо навстречу находке.

Цели я достиг через полчаса. Управиться мог и быстрей, если бы не кружащие рядом глыбы голубоватого льда с грязными прожилками. Градины от них били по корпусу пусть не так больно, как обычные камни, зато гараздо чаще.

В свете оранжевого гиганта обломок некогда величественного корабля смотрелся печально, но интригующе – блестящий металл и непроглядные антрацитовые тени. Таких на земле нет, их как будто чёрной краской покрасили. Самое неприятное – скрываться там могло всё, что угодно.

Я вынырнул изо льда со стороны маневровых дюз, способных вместить в себя десяток таких блох, как мой «Собиратель». За ними шли широкие бронеплиты из светлого металла с тёмными подтёками копоти вокруг небольших пробоин. Небольших – в сравнении с ним, а человек туда не пригибаясь бы зашёл. Я направил катер вдоль могучего корпуса, то поглядывая в иллюминатор, то смотря на сканер. Когда до места основного разлома оставалось несколько десятков метров, впереди обнаружился открытый настежь шлюз. Что из него успело вылететь – десантный бот или спасательная шлюпка, теперь уже не разберёшь, но сейчас это не имело значения. Главное, имелся нормальный вход внутрь.

Конечно, странно радоваться такому факту, когда добрые две трети корабля отсутствуют, и вроде бы можно спокойно влететь через одну из многочисленных пробоин или вовсе с обломанного конца, но я всегда был за естественные проникновения. Мне сейчас только не хватало напороться на что-нибудь в полуразрушенных коридорах. Осторожно залетев внутрь, я преодолел небольшую шахту и оказался на покорёженной посадочной палубе.

Всё правильно сделал – дальше шли только бесчисленные тонны перекрученного и сплавленного в причудливые конструкции металла, выхватываемые конусом курсового прожектора. Чтобы добраться сюда с обломанной части, мне наверняка потребовалась бы вся энергия с движка, и в обратный путь катер пришлось бы уже толкать. Я развернулся в противоположную от разрухи сторону, и принялся вскрывать переборку за переборкой. Наружу с мечом лезть не хотелось, а в обычные коридоры кораблик не пролезал.

Резал я не бездумно, а ориентировался на показания сканера, выявившего наиболее перспективные отсеки. Первый был забит каким-то научным оборудованием, которое я загрузил не глядя, безжалостно выбросив весь найденный прежде металлолом. А вот второй… Второй отсек оказался каким-то мелким складом.

Но вместо того, чтобы радоваться найденным стеллажам с металлическими ящиками, я настороженно замер, прислушиваясь к собственным ощущениям. Когда у тебя окончательно съезжает крыша, особенно остро чувствуешь малейшие изменения в окружающей обстановке, что меня не раз спасало, когда я вышел на тропу войны с человеческой мерзостью. Вот и сейчас, уж не знаю – подействовали ли очки, вложенные в Разум, отвечающий за навыки интуиции и предчувствия, или просто организм настолько поверил в происходящее, что включилась внутренняя чуйка, но я отчётливо почувствовал чужое присутствие.

Не отвлекаясь на внутренние терзания – показалось или нет, стал тут же прикидывать выход из ситуации. В оранжевом секторе уже разрешалось нападать друг на друга, и раз никто со мной на связь не вышел… Значит, как минимум не боится ухудшения своей репутации.

Скорее всего, враг дежурит снаружи, прекрасно понимая, что я буду возвращаться тем же путём. Расчёт на сто процентов верен, так как мне просто не хватит мощности выгрызть себе проход с другой стороны. Пока я делаю за него всю работу, он атаковать не будет, считая себя самым умным. Только на чём он?

«Мародёр» – вряд ли, для него в оранжевой зоне нечего делать, он явно создан для работы как минимум в красной. Да и ждать ему нет смысла – он вполне в силах распилить тут все подряд, включая меня, без особого напряга.

Скорее всего, это какой-нибудь «Фуражир», в самой популярной комплектации. То есть – с оружейным отсеком. Из четырёх вариантов доступной начинки для него предпочтительней всего кинетическая скорострельная пушка или лазер. Их урон больше всего режется энергетическим щитом, но по голому корпусу наносит запредельные цифры. По другому просто не вариант – если противник тоже с оружием, тут просто вопрос КПД, точнее DPM (урона в минуту) кто кого раньше распилит, а если со щитом – то и мизерный урон сойдёт, ведь толстокожий дурак не может ответить. Тут главное занять убойную позицию и подпустить жертву как можно ближе.

Ну допустим, но что ему можно противопоставить? А то так и до визита Лидии недалеко, а я к нему пока ещё не готов.

Снова взялся за манипулятор, притянув к кораблю ближайший сундук. Вдруг там оружие хранилось? В идеале – взрывчатка какая-нибудь, или бомба, ага. Но выскочившая пояснялка только разочаровала – лежать внутри могло что угодно, но для извлечения этого чего-то требовался электронный ключ, который продавался в магазине всего за десять тысяч кредитов. Сам же контейнер система оценила в районе полутора тысяч. Идиотизм или обдираловка?

Я с досады запулил ящик в противоположную стену, отчего тот развалился на части и беззвучно сгорел от сработавшей системы защиты. Но я и бровью не повёл от такой потери, а задумчиво примагнитил новый сундук. Что-то мне это всё только что напомнило…

Резкое изменение вектора индукции, при помощи обычного рычага с пластиковым набалдашником, и ящик будто невидимой ногой отфутболило в сторону. Так-так, а ведь он довольно быстро полетел, в вакууме-то. Теперь я точно вспомнил, где я видел что-то подобное – гравитационная пушка из «Халфы». В той игрушке, если умудрился расстрелять все патроны, можно было запустить в противника какой-нибудь подручный предмет… Так, это уже хоть что-то!

Полевые эксперименты показали, что ящики в качестве снарядов не годились категорически – слишком хрупкие, а при разрушении выделяют слишком мало тепла. До бомб им далеко.

Дальше – больше. Не надо быть гением, чтобы уточнить в справке – для нанесения максимального (двойного) урона снаряд должен пробить корпус, а значит, быть заострённым. Но копьё испытания с треском провалило – электромагнит раскручивал его, вместо одного точного толчка. Внимательно проследив за вращающейся траекторией улетевшего куска металла, я пришёл к выводу, что самым управляемым вариантом будет что-то вроде круга. Но ровная грань вряд ли пробьёт корпус – площадь соприкосновения будет слишком большой. Нужно её уменьшить.

Хохотнув от пришедшей в голову идеи, я примерился к одной из толстых стен хранилища, сделанных из какого-то красноватого сплава с ласкающим слух названием диллирий. Как-никак самый дорогой металлолом из повстречавшихся, а значит – самый крепкий. Теперь с весом бы не переборщить, но тут ограничение простое, пятьсот килограмм и баста, больше электромагнит захватывать отказывался.

Ну ничего, лишнее отрежу, у меня тут не произведение искусства, а простая пятиконечная звезда. Почему именно пятиконечная? Просто вдруг вспомнилось из детства – советский союз, фильмы про неуловимых ниндзя по видаку, которые смотрели всем двором… Потом для меня детство резко закончилось, хотя дом, где меня заперли, почему-то все называли именно детским. Такой вот каламбур.

Звёздочка вышла кривоватой, но очень добротной. Оставив раскалённые края остывать, я быстро собрал уцелевшие ящики и забил оставшееся свободное место в грузовом отсеке кусками диллирия, насвистывая любимую песенку Технологии. Грустно, что про эту группу сейчас вряд ли кто вспомнит.

Покончив с погрузкой, подхватил импровизированный снаряд и, кое-как развернувшись, осторожно направился обратно, на посадочную площадку. Врага там не оказалось, хоть ощущение постороннего взгляда усилилось довольно заметно. Что ж, духу зажать меня здесь ему не хватило, будет расстреливать издали. Ну, удачи.

Мне же лучше, больший разгон успею набрать.

Я уселся в скрипучее кресло пилота поудобнее, ласково провёл ладонью по приборной панели, не забыв похлопать крепкий штурвал.

– Ты уж не подведи меня, приятель.

Кораблик послушно загудел реактором на повышенных оборотах. Без всяких охов и вздохов я резко бросил его свечой прямо в зев шахты. Никакого сопротивления я не ощутил – искусственная гравитация на катере скомпенсировала перегрузку, да и неслись мы с ним в вакууме, с каждой секундой набирая скорость. Если перед шлюзом будет проплывать очередной космический айсберг, расколем его в дребезги. Напоследок.

Но пространство впереди оказалось чистым и наружу «Собиратель» вылетел аки пробка из бутылки – так неожиданно, что первый выстрел врага пришёлся мимо. Свестись толком не успел, скорострел. Одновременно со вспышкой пронзительно запищали с полдесятка датчиков, оповещая, что здесь мы не одни. Да ладно, а то я сам этого не заметил!

«Обнаружен посторонний корабль! Поведение агрессивное, дальность – 600 км».

Как я и предполагал, космическая крыса пряталась неподалёку за крупным ледяным массивом. Уточнив направление, заложил крутой вираж и понёсся ей навстречу. Ну точно, «Фуражир»,зачем-то выкрашенный в чёрно-белый цвет.

Противник решил для себя, что я иду в самоубийственную лобовую атаку, успокоился и принялся методично меня расстреливать из лазерной пушки. Эта дрянь каждые три с половиной секунды сносила мне под восемьдесят хитов, лишь раз промахнувшись, уж не знаю почему – может моя пресловутая Удача сработала или движок постарался. Я отстранённо наблюдал, как стремительно тает шкала прочности, особенно в двигательном отсеке, но выпускать снаряд не торопился. Попытка была всего одна, и бить надо наверняка. Противник как раз подвоха не почуял – шёл ровно, даря возможность по нему спокойно целиться.

Мы сближались с каждым упорхнувшим мгновением. Судя по сбивчивым показаниям приборов. наши траектории должны были пересечься уже секунд через десять.

«Внимание, возможно критическое повреждение отсека!»

Там, на «Фуражире», игрок наверняка умел считать, и понимал, что этот выстрел будет для моего корабля последним. Дальше он окажется просто стремительно летящим металлоломом без движка. Всё внимание противника сейчас состредоточено в стремительно сужающемся прицельном кольце. Выстрел, и бегом уйти в сторону от безумного камикадзе. Идеальный план. Почти.

Я с хрустом дёрнул рубильник, отправляя звёздочку в недолгий полёт.

– Нажми на кнопку, получишь результат!

И корабль резко направить вниз, пусть у него там кольцо немного дрогнет, пусть ещё немного…

Дзанг! У меня в глазах опять зарябило от системных сообщений. Батл-лог нейроинтерфейса браво отрапортовал о повреждении вражеского звездолёта. Святой рандом, почти тысячу хитов с него выбил… Дабл-бабл!

– И твоя мечта осуществится-а-а! – допел я, продолжая удаляться от поражённого «Фуражира».

Снаряд угодил ему точнёхонько в рубку, полностью выведя её из строя. Там теперь вакуум, иней и новогодние узоры на стёклах. А вдобавок ќ– огромный штраф к наводке орудий, никакого управления и автопилота, снижение мощности двигателя в четыре раза, и прочие мелкие радости.

Как говорится – «а во лбу звезда горит».

– Нажми на кнопку, ну что же ты не рад?

Но, будто услышав мои слова, эта сволочь всё-таки умудрилась испортить праздник, неведомо как запустив ракету точно мне вслед. Только спустя нескольких моих безрезультатных рывков в стороны, я понял, что она самонаводящаяся и досадливо улыбнулся. Поблизости всё равно не было подходящих крупных объектов, чтобы скрыться, а в скорости потрёпанный «Собиратель» ей существенно уступал. Оставалось лишь смиренно подставить щёку, то есть нос корабля, и надеяться, что она его не вомнёт внутрь лица.

Вообще ракеты – инструмент сугубо против энергетического щита, урон у них самый низкий по корпусу. Зато область поражения – мама не горюй.

– Тебе больше не к чему стреми-и-иться…

Интересно, а если обмотать разбитый корпус скотчем, в вакууме он будет держаться? Где-то мне моток на глаза попадался…


Глава 7

Очнулся я от звука сработавшего будильника. Над головой что-то радостное пропели птички, порхая туда-сюда по квартире, благо она – обычная студия, и никаких перегородок здесь нет. Хотя голограмме препятствие вроде как по барабану… Долбаная симуляция! В первые мгновения никак не мог сообразить, где я, и что вообще происходит. Надо будет в настройках покопаться – поставить что-то более бодрящее – гимн СССР, к примеру, или «Вставай, поднимайся, рабочий народ!».

С такими мрачными мыслями я неуклюжим зомби восстал из не застеленного ложа, послушно уползшего в стену, и заковылял в сторону кухонного угла. Там тоже, как и в ванной, была раковина, но плестись туда значительно ближе. Кое-как ополоснул лицо холодной водой и стал понемногу приходить в себя, хотя мозги ещё работали со скрипом.

До назначенной с Георгием встречи оставалось всего десять минут. А я мокрый, злой и неодетый.

Проклиная собственную неповоротливость, зашаркал обратно, к встроенному шкафу с одеждой. С ней особых проблем не было – вся ткань не мнущаяся, застёгивается только на липучки и молнии. Вообще с модой нынче какая-то неразбериха – все ходят, кто во что горазд, разве что красные джинсы встречаются чаще всех, в моё время таких не было.

Оделся в нечто спортивное, нацепил на руки костыли и поспешил к лифту. Когда ждал кабинку, невольно поймал себя на мысли, что снова хочу в игру. Там интересно, там я… Не такой беспомощный обрубок человека, как сейчас.

«Мерседес» Георгия уже стоял на ближайшей парковке, призывно распахнув дверцу при моём приближении. Я втянул костыли и неловко плюхнулся в кожаное сиденье, едва не встретившись лицом с торпедой, с инкрустацией настоящего красного дерева, между прочим.

– Выглядишь уставшим, – проявил чудеса дедукции франт, как всегда одетый с иголочки. – А синяк откуда?

– Упал, – буркнул я, и добавил, отвечая на невысказанный вопрос. – Когда с капсулы вылезал. Забыл, что тело не слушается.

– Ничего, скоро нервная система начнёт приходить в норму, – успокоил меня Георгий, протягивая небольшой блистер, с тремя вытянутыми капсулами внутри. – А пока возьми, это боевой стимулятор. Эффект кратковременный, принимай только в крайнем случае, и носи постоянно с собой.

– Я предпочёл бы пистолет.

– Мы оба знаем, что в таком состоянии тебе даже в себя попасть будет тяжело. Про оружие забудь, ты теперь работаешь только мозгами. Кстати, поздравляю!

– С чем?

– Первое достижение. Пусть и обычное, зато сам заработал, молодец.

Странно, я думал, он сейчас будет мне высказывать за выбор мечника, как все остальные.

– Достижение? Я даже не посмотрел… И что мне с него?

– Репутация, – весомо заметил куратор, заводя машину. – Давай немного прокатимся, в дороге и поговорим. Ты голоден?

– Хочешь пригласить меня в ресторан? – усмехнулся я. – А мы там часом не засветимся на камерах?

– Как же приятно общаться с адекватным человеком… Держи, я уже заехал кой-куда.

Он вручил мне пол-литровый закрытый стаканчик с широкой трубочкой и сам взял такой же. Я осторожно попробовал, держа ёмкость обеими руками – вроде на крем-суп похоже, но вкус странный, будто в блендер засунули всё подряд, что хранилось в холодильнике. Включая зелень, кефир, фрукты и мороженую рыбу.

Вставив странное блюдо в подстаканник, я осторожно отвинтил пластиковую крышку, чуть ли не ребром непослушной ладони. Надо же знать, как это вообще выглядит…

Лучше бы этого не делал – в стакане по край оказалась налита какая-то кровавая пузырящаяся мешанина, не имеющая никакого отношения к тому, что я только что пил. Вишенкой на торте был вырванный вместе с нервом человеческий глаз, безмятежно плавающий сверху.

Ожидая худшее, поднял взгляд выше, на озадаченного Георгия, который в считанные мгновенья успел преобразиться до неузнаваемости. Неприглядно измениться, прямо скажу. Его самого будто в блендер по пояс засунули, основательно запачкав дорогую обшивку салона, да и шикарный костюм основательно пострадал, превратившись в кровавые лохмотья. Зато, по крайней мере, заглянув в его пустые глазницы, стало понятно, откуда в стакане взялось глазное яблоко.

– Началось в колхозе утро… – скривился я, крепко зажмурив веки, чтобы не видеть всей этой вакханалии, и несколько раз сильно ударил сведёнными в замок руками себе по голове.

По-другому нельзя – одним кулаком в моём состоянии хрен попадёшь, а встряска сейчас нужна, как никогда. С мозгами же ничего страшного не будет, они с детства к такому привыкли.

Примерно после третьего удара, до ушей стали доноситься посторонние звуки.

– Клим, ты в порядке? Ответь!

– Да, – соврал я тихим голосом. – Просто голова закружилась.

– И что, помогло?!

Я распахнул глаза. Недоумевающий Георгий сидел абсолютно целый и здоровый, салон блистал стерильной чистотой, а в стакане ждала своего часа буро-зелёная густая масса, с вкраплениями тех самых овощей, чей вкус почувствовал с самого начала. Нигде ни капли крови – галлюцинации так же резко схлынули, как и накатили. Но звоночек тревожный.

– Да, помогло. Не обращай внимания, просто устал накануне и не выспался.

– Эта штука отлично восстанавливает силы, – похвалил бурду Георгий, окончательно отпустив руль. – Так что не надо себя колотить.

– Ага, спасибо. Я бы лучше кофе хлебнул, но и так пойдёт.

– Не беспокойся, он там тоже есть.

Я сокрушённо покачал головой, но оставил нынешнюю кулинарию без комментариев. Вчера так вообще резиновую пиццу принесли, а эту хрень зато хоть жевать не надо.

За окнами стремительно проносились изменившиеся до неузнаваемости кварталы, укутавшиеся в высокотехнологичные цветные галлюцинации. И кто тут настоящий больной?

– Итак, – спустя некоторое время продолжил Георгий. – Твоё задание на ближайшее время – это получение как можно большего числа достижений. Через четыре месяца стартует международный турнир, топовые кланы начали проводить довольно агрессивную кадровую политику, в том числе – вовсю искать самородков среди новичков. Дисциплин в турнире довольно много, и некоторые предполагают ограничение по уровню, прокаченные игроки туда не годятся. Наша цель – попасть в пиратский клан LapAni, они же «лапы», или «лапти» для врагов. Сами себя называют «падшие», от латинского «lapsus animarium» – падшие души.

– С чего именно они? Есть намёки?

– Пока только в порядке исключения, основываясь на том, на кого именно совершались покушения. На данный момент ясно лишь одно – подобные покушения совершаются исключительно на нашем материке и только на тех, кто может реально потягаться за призовые места на турнире. Значит в заказчиках – крупный клан, а их не так много.

– Большие призовые? – предположил я.

– Беспрецедентные! Но дело не только в деньгах – разработчики обещают в ближайшем будущем открыть новую игровую область. По слухам – ещё одну Галактику. И сначала доступ туда эксклюзивно получат кланы, занявшие первые места на своих континентах.

– Так, а мы разве не все вместе в одной Галактике летаем?

– В одной, но региональные кластеры никто не отменял. Россия, кстати, относится к Европе, что с одной стороны очень хорошо – конкурировать с азиатами намного тяжелей. Поверь – шагнуть первыми в новые, незанятые никем территории, мечтают все – пираты, нейтралы, законники… А всё потому, что возможности там открываются просто безграничные. Любой артефакт оттуда будет поначалу просто бесценен, а уж контроль над ресурсами, контакты с новыми расами и межзвёздными объединениями – за это будут убивать без вопросов. Наши аналитики прогнозируют, что процент одиночных игроков через четыре месяца сократится на шестьдесят-семьдесят процентов, такого прежде не бывало никогда, с самого релиза.

– Одиночки зайдут туда самыми последними, что ли?

– Нет, наравне со всеми остальными, но вот уйти с драгоценным лутом обратно, получится далеко не у каждого.

– Ладно, вектор работы мне вроде понятен, – кивнул я. – Но ты сказал, что клан – пиратский. Что им требуется от рекрутов?

– Ты правильно догадался – нужна отрицательная репутация с официальной властью в регионе. В твоём случае – с Союзом Антропоморфов.

– Значит, придётся стать космическим пиратом… задумчиво протянул я. – Вот уж о чём и не мечтал. Надеюсь, на космической рее не придется болтаться с верёвкой на шее?

– Не бери в голову, это всё условности. Сегодня пират, а завтра – торговец или исследователь. Главное – достигни не меньше двадцатого уровня и попади в тюрьму в системе Крокс-четыре к исходу недели. Туда отвозят всех проштрафившихся игроков, так что с этим у тебя проблем не возникнет.

– Зачем мне в тюрьму?

– Качаться на общественных работах, – ухмыльнулся Георгий. – Шучу. На следующей неделе оттуда будет совершён вооружённый побег, в котором ты примешь участие. Если справишься – первое необычное достижение в копилку и пристальное внимание кланов к твоей персоне. Не беспокойся, тебе помогут.

– А проще ничего придумать не могли?

– Мы не можем продвигать тебя неигровыми способами, – признался куратор. – Защиту, на моей памяти, ещё никому не удалось безнаказанно обойти. Но безучастно стоять в стороне тоже никто не собирается, иначе весь проект будет насмарку…

– Слушай, а много у вас таких, как я?

– Достаточно, для выполнения задачи, – уклончиво отозвался Георгий. – Большего тебе знать не надо. Объединять вас тоже никто не собирается. Чем меньше вы будете знать друг о друге, тем лучше.

– А если кто-то не справится с заданием?

– Надеюсь, до такого не дойдёт. Самые бесполезные индивидуумы уже… Отсеяны.

– А вот объясни мне, может, чего не догоняю – как вам поможет свой человек в нужном клане? Не думаю, что его руководство сразу доверит новобранцу информацию по «мокрым» операциям. А несколько лет в запасе у нас нет.

– Это не твоя забота. Поверь, делать головокружительную карьеру там не придётся. Подробностей, увы, сообщить не могу.

– Ясно, – я отложил опустевший стаканчик. – Что-нибудь ещё?

– Мы сделали тебе новую страничку в Сети. Сильно там не мелькай, сейчас ты разочаровавшийся в жизни инвалид, стесняющийся своей внешности. И вообще, твой прототип не отличался высокой социальной активностью. Постарайся не выпадать из образа.

– Не беспокойся, новые знакомства буду заводить только в игре.

– Вот и молодец. Постарайся всё ненужное к моменту задержания продать, иначе конфискуют. А личный счёт разморозится после побега. И вообще – сильно не шикуй, твоих пенсионных начислений едва хватает, чтобы оплатить игру. Всё ясно?

– Более чем. Последний вопрос – вы нашли крота у себя?

По изменившемуся лицу куратора я мгновенно понял, что угодил в больное место.

– Откуда…? Впрочем, в таких вопросах ты специалист, а это довольно легко высчитывалось. Отвечу так, из личного уважения, – и да, и нет. Одного нашего сотрудника обнаружили… В очень тяжёлом состоянии, сейчас трудно понять, какую именно «химию» на нём использовали. Он точно был в курсе о местоположении всех наших клиентов, включая тех, которых мы… Потеряли.

– Однако, тот, кто его слил, до сих пор благополучно работает на две стороны? – безжалостно уточнил я.

– К сожалению, да, – не стал отпираться Георгий.

– А что касается нас, размороженных?

– Про вас знают считанные единицы, можно сказать вы – моя личная инициатива. Поверь, тебе неожиданных визитов в гости бояться не надо.

– Я прям буду теперь спать гораздо спокойнее.

– Уж тебе-то грех бояться, с твоим прошлым…

Через некоторое время, проведённое в молчании, мы снова оказались на парковке перед моим домом. Быстро обернулись, минут за пятнадцать всего.

– Слушай, а как с тобой связаться, в случае чего?

Георгий протянул мне изящный металлопластиковый браслет с округлыми краями.

– Это бюджетный коммуникатор, внимательно изучи руководство, как правильно им пользоваться. Если что – звони доктору Зуеву, его номер забит в память. Трубку никто не поднимет, но потом тебе перезвонят.

– Чувствую себя каким-то дешёвым шпионом, – признался я, выбираясь из машины.

Несмотря на странный вкус, бурда отлично насытила организм – усталость и сон как рукой сняло.

– Поверь, ты нам очень дорого обходишься, – признался куратор напоследок. – Не подведи.

– Куда ж я денусь… – пробормотал я задумчиво, вслед уезжающей машине.

Итак, впереди у меня шесть дней – целая рабочая неделя, можно сказать. Набедокурить для попадания в космический КПЗ всегда успею, а вот поднять двадцатый уровень, это уже серьёзнее. Мне вот за весь мой героический поход в оранжевую зону прилетело опыта до обидного немного, всего на два левела. Снова дали очки навыков и какое-то достижение. Странно, что оно мне в копилку, как выразился Георгий, не зашло. А почему, кстати?

Поднялся на скрипучем лифте наверх и первым делом поинтересовался этим у компьютера. Оказалось – видов достижений было несколько. Мне досталось Обычное «На волосок от смерти», которое лишь немного повышало глобальный рейтинг Куладуна. Затем шли Необычные – разнообразие-то какое – они уже давали мелкие бонусы к навыкам, но ничего существенного. Редкие достижения увеличивали, ко всему прочему, ещё и характеристики, а вот Уникальные улучшали персонажа довольно ультимативно. Только вот заработать их мог лишь один-единственный игрок в региональном кластере. Если получалось так, что это же достижение получал кто-то ещё, оно автоматически теряло статус до Редкого, вместе с большей частью свойств.

Вот уж действительно, тот самый случай, когда лучше о рецепте своих успехов даже не заикаться…

Кстати, об успехах – надо раз и навсегда определиться со специальностью, прежде чем раскидывать очки навыков. Ну-ка, где здесь рейтинги по классам?

Отфильтровав только мечников, я удовлетворённо хмыкнул и запустил процесс инициализации вирткапсулы. Ну, кто там «махателей» обижал? Конечно, большинство бойцов из вылезшего списка никуда не годились, но наличие сразу пятерых мечников в топ-100, говорило само за себя. И это при их аномальной редкости. Только в телохранители годятся, говорите? Ну-ну…

Правду говорят ќ– не бывает невыполнимых задач, бывают кривые руки и ленивые мозги.

Не знаю, почему меня привлёк именно мечник, может надоело орудовать в тени, захотелось, как в бесшабашной юности – на передовую, да с шашкой наголо! Этот выбор являлся нелогичным, неправильным, но моему изранненому сознанию так проще было уживаться с виртуальностью. А может, и с фактом собственного нежданного воскрешения…

Самый высокий в рейтинге мечник занимал аж двадцать седьмое место, куча регалий и кубков за взятые региональные турниры. Счётчик официальных убийств – сотни тысяч, просто машина смерти какая-то. Ник IDDQD, сразу видно – олдфаг ещё тот, раз помнит код на «режим бога» к игре, которой уже почти сорок лет стукнуло. Может, тоже «пришелец из прошлого»?

Пока шарился по игровому браузеру, на почту упало два письма, прошедших спам-фильтр. Первое уведомляло, что моя выходка со звёздочкой попала в завтрашний выпуск «Новички недели». Надо же, тут и журналистика своя, даже информационные каналы есть! Я дал согласие на публичный показ записи боя, точнее – избиение моего бедного корабля, и сразу же обогатился на десять тысяч кредитов. Вдобавок пообещали, что если рейтинг ролика обгонит другие на этой неделе, мне торжественно вручат целый синткоин и возьмут интервью. Да я не против, мне как раз на популярность работать надо.

А вот второе коротенькое письмо, адресовалось, увы, не мне.

«Кирилл, ты жив?? Свяжись со мной, это Маша».

И ниже – адрес без привязки к социальному аккаунту. Причём, таких писем за прошедшие сутки обнаружилось аж пять штук, просто система их почему-то воспринимала, как одно.

– А ты кто такая, Маша-растеряша? – я озадаченно потёр подбородок.

Странно, в досье Демченко такого имени не значилось. Официальная девушка морпеха – некая София, давно уже вышла замуж и родила недавно второго. Родственники у него имелись в живых только очень дальние, связь с ними парень не поддерживал. Одноклассница, подружка? Только её мне для полного счастья не хватало… Однако, она могла вычислить меня только по глобальной учётной записи, через которую я играю, может – просто знакомая по переписке? Помню, когда только появилась «Аська», многие так, наудачу знакомились, а сейчас и фото посмотреть можно, и пообщаться по видеосвязи…

Тут ненужно долго ломать голову, как поступать с назойливой знакомой из не моего прошлого – игнорировать и всё. Ничему их образ Татьяны Лариной не научил, ну не надо писать парню первой! Ладно, сама отвалится.

Я закрыл голографическое окно браузера, взглянул на часы и решил, что сейчас отличное время для погружения. А вечером отдохну и наконец, высплюсь.

Но стоило только потянуться к застёжкам на одежде, как я неожиданно услышал за спиной заливистый женский смех, который узнал бы из сотен миллионов. Мелкие волоски на теле привычно встали дыбом, я резко развернулся, позабыв, что разучился это делать, но позади никого не оказалось. Квартира была привычно пуста.

Потеряв точку опоры, моё неловкое тело осыпалось на пол с дробным стуком костей, обтянутых кожей.

Чертыхаясь, кое-как приподнялся на локтях, ещё раз прислушался, но в единственной комнате царила лишь тишина.

– Надо срочно в игру, – заключил я, начав ползти к инвалидной платформе.


Глава 8

Что может быть лучше, чем проснуться на борту своего корабля? Пожалуй, только если этот корабль не будет напоминать консервную банку, по которой долго били ломом. Причём, ещё и горящим.

Я пришёл в себя ровно в той же позе, как и на тот момент, когда нажал кнопку выхода. Хвала Вселенной, игра всё же допускала какие-то условности, и тело не затекло, хотя чисто анатомически это было маловероятно – верхняя половина туловища в кресле, ноги на остатках приборной панели, а всё остальное на весу.

Попытался встать на ноги, забыв, что кабина наклонена под серьёзным углом, и едва не вывалился наружу через разбитый вдребезги иллюминатор. Дело в том, что стойки, на которые садился «Собиратель», отчего-то выдвинулись лишь в хвостовой части, так что пришлось кораблю украшать собой четырнадцатый ангар в весьма неприличной позе, задницей кверху.

Единственная хорошая новость – наружные створки не заклинило, так что на площадку выбрался вполне естественным способом. А что вы хотели – меньше тридцати хитов у катера осталось, реально на святом скотче сюда долетел.

На первый взгляд, кораблей в ангаре заметно прибавилось – с обеих сторон мой потрёпанный «Собиратель» подпирали два внушительных звездолёта. Слева – белоснежный элегантный фрегат четвёртого тира с какими-то неземными рунами по борту, а вот справа оказалось нечто такое, что заставило невольно притормозить, и рассмотреть звездолёт повнимательней.

Выглядел он так, будто к маленькой кабинке от нечего делать по бокам приделали громадные, больше его самого раз в десять, многоствольные пушки. Нет не так. ПУ-У-УШКИ! Настолько массивные, что с противоположной стороны пришлось размещать выхлопные дюзы маршевого двигателя. Тут и не поймёшь, где кончаются стволы орудий, а где начинается сопло. Выглядела конструкция очень зло.

Справка, немедленно выскочившая сбоку, назвала монстра корветом седьмого поколения типа «Аспид». Раскрашен опасный кораблик был соответствующе – фосфорецирующе-красные языки пламени на угольно-чёрном фоне. Над основанием орудийных стволов порхала парочка немальньких дронов-ремонтников, на их фоне смотревшихся чистыми комарами, время от времени озаряясь яркими вспышками сварки.

Залюбовавшись на парящего в воздухе при помощи антигравов «Аспида», я едва не угодил под массивную тележку, со скоростью гоночного болида, пронёсшуюся мимо по направлению к кораблю.

– Эй, аккуратнее там!

Выкрик раздался за спиной, но я сначала принял в сторону, а уже потом обернулся. И правильно сделал, не то вторая погрузочная платформа точно бы меня снесла.

Позади стояла невысокая, даже какая-то миниатюрная девушка в чёрном приталенном бронекостюме с уже знакомыми красными звёздами на плечах. На голове – чёрная кепка, сквозь застёжку которой пропущен короткий хвост, цвета спелой пшеницы. Лицо самое обычное – круглое, с широким подбородком и чуть вздёрнутым носом. Не красавица, но и не дурнушка.

Быстрее, Света!

Уровень: 311.

Клан: КРС.

Класс: Разведчик.

Девушка дождалась третьей платформы и удовлетворённо кивнула.

– Всё, можешь проходить, звёздометатель.

И тут я вспомнил – перед самым выходом, в обнимку с достижением мне пришло уведомление об улучшении отношения ко мне сразу на пять пунктов клана Киллерс Ред Стар. Тогда я не соображал ничего от усталости, потому так и не понял – кто это и за что. А оказывается это уже знакомая аббревиатура. Видимо, им понравилось, что я запустил в «Фуражира» снаряд именно из диллирия, который краснее даже кремлёвских звёзд.

Жаль, что мне внедряться предстоит не к этим пиратам, но с другой стороны – это было бы уж слишком легко.

– Красивый у тебя корвет, злой, – похвалил я, проходя мимо девушки.

– Спасибо, – она чуть улыбнулась.

На том и разошлись, как дельфин и русалка в одноимённой песне – больше тем для обсуждения у нас не нашлось. Я хотел было уже заказать ремонт своего разбитого корыта, когда мне на почту упало письмо от неизвестного игрока с неудобоваримым ником, состоящим из пары десятков случайных символов.

«Военная академия – квест на специальность, Администрация – ежедневные задания. Время изменилось – у тебя три дня».

Отправителя нетрудно было вычислить – приглядывающие за мной люди всё-таки решили себя немного проявить. Ну, я и не надеялся, что меня вот так запросто отправят в свободное плавание.

Новость об ужавшихся сроках не обрадовала, но насторожило в письме другое – хвалёные аналитики Георгия спокойно могли пошагово расписать новичку, что ему делать и как развиться, не запоров персонажа. Для них же это плёвое дело. Варианта тут два – либо с размороженными работает всего один человек (что вряд ли), либо мои игровые успехи для организации вторичны, и меня просто используют. Как подсадную утку, к примеру.

Ладно, делать нечего – нужно двигаться в нужном направлении, чтобы не сойти раньше времени с дистанции, а там посмотрим. Мне бы только привести своё тело в порядок…

Времени теперь не так много, а вот сделать, как всегда, нужно до хрена. Первым делом прямо в ангаре раскидал заждавшиеся очки навыков, которых за три уровня накидали аж пятнадцать штук. Владение мечом – пять, скорость перемещения – пять, а остальное, чуть подумав, отправил в живучесть, отвечающую за стойкость к критическим повреждениям организма и скорость восстановления после ранений. Потом спохватился, и взял по очку с каждого навыка, и добавил три пункта в предчувствие. Не знаю, как оно будет реализовано в игре, но так жить проще и привычней, а выгорание ЦНС, о котором предупреждали врачи в прошлой жизни, мне вроде как в медицинской капсуле не грозит.

Когда с прокачкой было покончено, я всё-таки заказал ремонт «Собирателя», заплатив две тысячи кредитов, и неприятно удивившись, что эта процедура займёт аж целых три часа. Реализм реализмом, но тут, мне кажется, разработчики переборщили. Впрочем, время восстановления корабля можно было существенно ускорить, при этом значительно увеличив сумму. Да к чёрту, у меня ещё на станции куча дел.

Перед тем, как покинуть ангар я опустошил трюм от трофеев, выставив все контейнеры на распродажу. Парочку всё-таки, не удержавшись, открыл. В одном оказалась схема улучшения отсека гиперсвязи для мобильного постановщика помех, стоимостью в тысячу двести кредитов, а во втором – умереть не встать – вариант раскраски фрегата постройки расы Раллеков, напоминающий творение пьяного в дымину авангардиста, всего за три сотни. В задницу такую лотерею – даже в ноль не вышел! Ладно бы они просто так открывались, а с этими платными ключами вообще какой-то сплошной развод получается.

Зато весь диллирий – почти девятнадцать тонн, у меня прямо с руками оторвала Администрация «Глории-14», сразу улучшив отношение ко мне на два пункта. А по завершению сделки выдала двухпроцентную скидку на следующий ремонт любой сложности, вплоть до полного восстановления корабля. Вроде бы мелочь, а всё равно приятно.

В общей сложности по результатам продаж я должен был навариться на две сотни тысяч кредитов. Так что ещё одному походу к разрушенному кораблю однозначно быть. Глядишь – и скоро смогу сам на «Фуражир» пересесть. Хотя о чём это я? Мне через три дня в тюрьму, так что ни о каком будущем на этой станции для меня не могло быть и речи. Заигрался…

Значит, со всеми делами здесь нужно покончить как можно скорее. Я забил в «Нить Ариадны» путь к Военной академии, и направился по обрисовавшемуся голографическому треку. Стрелка повела через длинные коридоры и переходы, до курсирующей по станции пассажирской платформы, напоминающей висящий в воздухе трамвай. Ездила она строго вдоль магнитного контакта, а посадка-высадка происходила только на отведённых площадках, отсюда и аналогия.

Со мной в кабину шагнули трое игроков-людей и один инопланетянин. Выглядел он худощавым гуманоидом с огромными матово-синими глазами без зрачков и прочих атрибутов типа век. Одет инопланетянин был в просторные одежды с капюшоном, полы которой будто плыли под водой, плавно шевелясь в такт его шагам. За плечом – внушающая уважение плазменная винтовка. Раса, к которой принадлежал игрок, называлась Азархадон, большего мне пояснялка не выдала, а в справку я лезть поленился. Тут и невооружённым взглядом видно, что это высокоразвитые инопланетяне с мощным интеллектом, в отличие от тех же агрессивных Ра. Или людей.

Игроки тихо переговаривались между собой, не обращая на меня никакого внимания. На следующей станции к нам в кабину подсела парочка шестилапых негуманоидов весьма агрессивного вида, закованных в металлопластиковую броню, и разговоры вовсе стихли.

Через три остановки я покинул пассажирский транспорт и оказался в огромном зале под названием Распределительный пункт, битком набитом низкоуровневым народом. Дальше всё оказалось проще некуда. Новоприбывших резво делили инструкторы-персонажи группами по двадцать-тридцать человек, и уводили в сторону.

Обучение было бесплатным и состояло из практической и теоретической части, поданной в небольшой аудитории бравым сержантом с биомеханическим протезом, который простыми и короткими словами объяснил новобранцам основы тактики. Чего-то нового я для себя практически не услышал, в основном всё сводилось к двум постулатам – думай головой и действуй по ситуации. Ничего под звёздами не меняется.

Сержант разобрал несколько боевых ситуаций, продемонстрировав пути их решения при помощи наглядных трёхмерных проекций, а затем пригласил всех на полигон для учебных спаррингов. Мои сокурсники третьего-пятого уровней, и до того посматривающие косо в мою сторону, после этих слов не удержались от язвительных комментариев. Типа, как нам повезло, что подвезли бесплатную мишень и всё в таком духе. Я даже реагировать не стал, а сразу направился к магазинному терминалу добрать нужную экипировку. Броню, в силу ограничений, мне разрешалось пока носить лишь самую лёгкую. Типа бронежилета и фрагментарной защиты на ногах. Взял среднюю по стоимости, прекрасно понимая, что к концу учебного дня она вполне может превратиться в дуршлаг.

Так же пришлось переодеваться в новый комбинезон с обувью специально для мечников, благо для этого имелась персональная кабинка. На этот раз расцветка была в серых тонах, с большим количеством металлических вставок. Весь странный прикид служил одной-единственной цели – накопить заряд для портативного щита, закреплённого на руке без меча. В моём случае – на левой. Представлял он собой широкий металлический браслет, активирующий на четыре секунды широкое электромагнитное поле, останавливающее снаряды. Время на перезарядку в покое – тридцать секунд, но быстрыми перемещениями можно было сократить этот срок втрое. Естественно, на высоких левелах и щиты получше, и держат подольше, но до пятидесятого уровня все повально пользуются кинетикой, так что носить мне его предстояло ещё долго.

Имелись щиты и персональные, со схожей механикой (разве что, без суматошного бега), которые покрывали бойца целиком (а не только спереди), как говорится – ровным слоем. Что-то типа продвинутого набора для выхода в космос, который дал мне возможность довести свой разбитый в хлам корабль к докам.

Однако на тренировочном полигоне такой девайс использовать было нельзя, так что я оказался единственным, кто мог рассчитывать на что-то кроме обычного бронекостюма.

Помещение, в котором нам предстояло сражаться, было размером с футбольное поле, наполненное всевозможными укрытиями, в том числе – и движущимися. По периметру располагались многочисленные репликационные капсулы, которые за несколько минут возвращали в строй проигравших. Рядом располагалось стрельбище, где можно было попрактиковаться тем, чей практический навык стрельбы бултыхался где-то в районе нулевого.

Мне там делать оказалось нечего, так как манекена для отработки ударов мечом туда отчего-то не завезли. Так что я подтвердил с помощью нейроинтерфейса сообщение о своей готовности и почти сразу же получил противника – третьеуровневого паренька-охотника. Вроде бы они являлись специалистами по дробовикам и прочему недальнобойному оружию. Почти то, что предлагал мне освоить Эври_Бадин.

Парень с ником КарательМногоЦЫфр довольно заржал и демонстративно провёл пальцем, затянутым в тактическую боевую перчатку, себе по горлу. Серьёзно?

Я тяжело вздохнул, покачав головой. Что же, блин, с людьми творится…

Показал бы он такое во дворе где-нибудь в разгаре девяностых, вот на что бы посмотрел. Хотя чего это я – вокруг виртуальность, а паренёк просто отыгрывает роль. Ну дай бог ему здоровья. Оно скоро понадобится.

Шли мы четвёртой парой, и ждать особо долго не пришлось, тем более за поединками можно было спокойно следить с многочисленных экранов. Все бои, кроме второго, закончились за пару минут, а в том просто столкнулись два доморощенных снайпера, которые тщательно выцеливали друг друга, а исход решили всего в три выстрела.

Когда тело очередного проигравшего утащили прочь, нас с Карателем запустили внутрь. Правила простые – чтобы никто бесконечно не отсиживался на краю полигона, с каждой минутой пригодная для жизни область сокращалась. За зеленоватой искрящей преградой полоска здоровья таяла как лёд в Аравийской пустыне, так что волей-неволей приходилось покидать укрытия и перемещаться по территории.

Игрок постарался решить бой в максимально короткие сроки, поэтому сразу же понесся вперёд с дробовиком наперевес, радостно улюлюкая. То ли просто не знал про мой щит, то ли в детстве часто роняли головой вниз.

Скорее всего – первое, потому что когда его выстрелы один за другим расцвёли весёлыми электромагнитными всполохами, он успел пропищать:

– Чё за нах…!

Я сократил расстояние до минимума и в один взмах попытался избавить его страдающее тело от пустой головы. Но, несмотря на приложенное усилие и выскочивший крит, всё обошлось небольшой рубленой раной в обтянутой тканью комбинезона шее, откуда вылилось как-то до обидного мало крови. По ощущениям, как будто пучок стальной проволоки перерубал, с дроидами было совсем не так. Наверное, защита костюма сработала, да и психику игроков разработчики берегли – не все же такие маньяки, как я.

Но Карателю и такой пустяковой раны хватило за глаза – улетел на перерождение, без всяких предсмертных мучений. Ну пусть радуется, что без штрафов.

Обычная, не учебная смерть сносила ровно четверть шкалы прогресса, следующая – ещё четверть, ну, а если она опустела – прощайся с уровнем. И когда получишь его обратно, никаких очков на развитие уже никто не даст.

Кстати о прокачке. Опыт, выданный за победу, заполнил мою шкалу до конца, и я апнулся до четвёртого уровня. Быстро раскидал выданное в навыки и принялся ждать следующего боя.

Всего за отведённые на бесплатное посещение полигона два часа удалось поучаствовать ещё в трёх поединках, дважды проиграв. Всё-таки щита надолго не хватало, а противники теперь приближаться категорически отказывались. После последнего проигрыша сержант с биопротезом уже ждал меня возле капсулы, когда я пришёл в себя. Умирать, кстати, было не столько больно, сколько обидно.

– Неплохо двигаешься, но техники тебе не хватает, – заметил он, стоило мне выйти наружу. – Был у меня один знакомый мечник в отряде, очень лихо всех резал… Живёт он сейчас в системе Эльферац-44, его ID я тебе скинул. Скажешь, что от меня. А вообще, возьми себе щит помощней, и старайся быстрей его восстанавливать.

Я лишь кивнул, принимая квест на специальность, и бравый вояка направился к следующей капсуле.

Напоследок нас всех поделили на две команды и бросили в бой стенка на стенку. Сражение всё равно вышло скоротечным, но я для себя отметил, что при общей суматохе мне найти себе жертву гораздо легче. Как аллигатору в мутной воде. До того, как меня расстреляли, я успел забрать двоих и ещё сильно ранить третьего.

Хотя наша команда в конечном итоге и проиграла, завершение военного обучения наградило всех и каждого аж тысячей очков опыта, подняв лично меня сразу до девятого уровня. Появившиеся лишние пункты для раскачки я бросил в среднюю броню (так как тяжёлая слишком сильно резала скорость) и во владение щитом. Лёгкая защита показала свою полную бесперспективность в бою, так что её решено было оставить всяким снайперам, да скаутам, а мне каждый процент срезанного урона теперь на вес золота.

В итоге цифры получились следующие:

Владение мечом – 32

Предчувствие (интуиция) – 23

Восприятие – 21

Лёгкая броня – 11

Средняя броня – 28

Ближний бой – 17

Владение щитом – 26

Живучесть – 19

Обучение – 16

Все остальные навыки оказались меньше десяти пунктов и никакого особого внимания не стоили. Причем лёгкую броню, обучение и ближний бой я не трогал вообще, они сами поднялись до этих значений после выбора класса и специальности.

Чего не хватало здесь и сейчас – так это средней брони. Не доглядел, что в магазине есть отличный комплект на мечника за тридцать пять тысяч кредитов, но он требовал минимум тридцатку. А потрёпанный после учебных боёв лёгкий комплект решил продать, оставив себе только щит. Каждая вещь тут имела свою шкалу износа и требовала починки, так что навыков ремонта здесь было примерно с пару десятков, не меньше. Не имеешь прокачанных навыков и инструментов – плати или продавай.

С некоторой досадой я обнаружил, среди прочих и починку меча, причём завязанную на Ловкость и Интеллект. Не знаю, какой будет требоваться точильный камень лазерному клинку, но нужно явно обладать недюжинной сноровкой и умом, чтобы не остаться в процессе без пальцев или вовсе – руки.

Покончив с Военной академией, я отправился к ближайшему терминалу. Благо никуда для получения заданий от Администрации ехать не нужно было. Вот раньше радиоточки в нашей стране повсеместно были, а здесь куча мест для входа в местный аналог астрала – бескрайнюю Галактическую Сеть. С их помощью можно было связаться с любым уголком бескрайней игры или выйти на правительство любого космического сообщества. Которые жить не могут, чтобы кого-нибудь не озадачить.

Заданий оказалось довольно много – зря грешил на разработчиков, что новичку кроме как в космосе опытом не разжиться. Просто те решили в самом начале игры зайти с козырей, предоставив порулить собственным кораблём и полюбоваться шикарным, детализированным внешним миром. Трудно спорить – цепляли открывающиеся пейзажи намертво, это не по станции бегать с высунутым языком.

Конечно, про беготню я преувеличил, это ведь не древняя РПГ, где нужно было бесконечно носиться по городу от гильдий к торговцам и обратно. Здесь же, судя по справке, квесты генерировались сами по себе, и двух полностью одинаковых не существовало. Мир жил собственной жизнью даже без вмешательства игроков, и там вечно что-то приключалось.

Все высветившиеся задания делились на несколько простых категорий – научные, исследовательские, социальные, военные и прочие.

Первые я сразу отмёл, наука – это не про меня, исследования предполагали улучшенный звездолёт, а социальные не стал даже открывать. Доступ к военным открывался только с десятого левела, которого нужно было ещё достичь, так что пришлось лезть во вкладку прочие.

Чего тут только не предлагали – и помочь с ремонтом каких-то протонных ускорителей, в качестве простого подай-принеси, и поучаствовать в поисках коронованной особы, скрывающейся инкогнито на станции, и даже порулить погрузчиком на одном из складов, где на пару секунд отказала искусственная гравитация… Глаза просто разъезжались в стороны.

Наконец, мой выбор пал на сообщение одного техника-даторийца, похожего на укутанного в энергетические всполохи зеленокожего морщинистого старца. Персонаж сообщал, что в вентиляционных системах на уровне «SH-8» завелась какая-то зверушка, сбежавшая у одного из транзитных пассажиров. Животное предписывалось изловить и доставить в специальный ветеринарный пункт. Вроде всё быстро и просто.

Подтвердив своё согласие поучаствовать, я получил свой собственный участок технического воздуховода, где предстояло расставить простенькие силовые сетки на тепловых датчиках. Вдобавок каждому выдали простенький датчик движения, явно со склада списанного оборудования, и пистолет-инъектор с мощным транквилизатором.

Следующие сорок минут прошли в ползанье по бесконечным извилистым коридорам от одной контрольной точки до другой. Скука смертная, если только ты не страдаешь клаустрофобией, конечно.

Единственный позитивный момент – удалось поймать довольно симпатичную наводчицу орудийных систем седьмого уровня, которая запуталась в схемах и заползла на мой участок, активировав одну из ловушек. К сожалению, добычу не дали в качестве трофея, и вдобавок, пришлось ещё раз протащиться по тесным коридорам, выдав значительный крюк, чтобы освободить нерадивую коллегу.

Наконец, когда от последнего из игроков поступило подтверждение об окончании работы, по всем шахтам запустили слабенькую звуковую волну, почти неслышную для человеческого уха. По задумке, она должна была вспугнуть неведомую зверушку, и нельзя сказать, что это не сработало… Но вот только не так, как всеми нами ожидалось. Дальше скука просто умерла сама собой.

В группе голосового чата, созданной специально для задания, один за другим стали раздаваться радостные возгласы:

– Есть движение!

– И у меня!

– Третий участок, прёт прямо на меня!

– А сколько их вообще?

– Должна быть одна…

– Точно?

– У меня сразу две штуки.

– Ловите всех, – дребезжащим, будто запись на грампластинке, голосом отозвался техник после недолгой паузы.

– Окай!

– Больше наловим, больше экспы дадут. Я вам отвечаю…

Но мне очень не понравилось озадаченные нотки в голосе персонажа. Стало так неуютно, будто металлические стенки воздуховода вот-вот сомкнутся, раздавив меня в лепёшку. Тут же и сканер запищал, выявив сразу три цели, быстро приближающиеся к самой крайней закладке.

– Надо отходить, – честно попытался предупредил я всех. – Что-то здесь не так.

– С головой у тебя не так, квест же провалим!

– Вали, нам больше достанется…

– Очканул?!

– Захлопнись, нубяра! В задании только один моб был, а у меня уже трое попалось… – басовито откликнулся кто-то, чей смотреть ник было некогда.

Я уже целенаправленно полз в сторону выхода, чувтвуя всеми фибрами израненной души, что поступаю правильно.

– Сам нубяра! Я ловлю, в отличие от некоторых. Шестерых уже застанил.

– Я тоже!

– Пока два. Сорян.

– У меня четыре! Упс, уже пять…

– Техник, мать твою в коромысло, что это за тварь была такая? – я остановился в прямом как стрела коридоре, примерно в центре своего сектора.

– Я… Ну… Мне сказали… – начал блеять техник, и наконец, признался. – Я не знаю!

– Народ, у меня тут прям рядом щёлкнуло одного, ща посмотрю, сека… Блин, не могу разобрать, название скрыто.

– Экзобиологи есть? – деловито вопросил тот же басовитый игрок, и я, наконец, рассмотрел его ник.

Робофотт – тоже девятого уровня. Пожалуй, самый адекватный член нашей команды, себя в расчёт, понятное дело, не беру.

– Не…

– Откуда…

– Неинтересная же профа!

– Народ, в общем, грёбаный хомяк не определяется, чё делать? У меня уже половина сеток сработала.

– Такая же фигня.

На моём участке поймалось уже двенадцать биологических объектов, и я чертыхаясь, пополз к ближайшему, чтобы лично взглянуть, что же здесь такое бегает по воздуховоду. Да ещё и в компании. Искомый зверёк отчаянно дёргался в ловушке, пытаясь выбраться из невидимых пут, и я всего с одной иглы отправил его отдыхать. Выглядел он как большая меховая подушка, к которой со всех сторон поприделывали двухсуставные ножки-ходульки. Действительно, никак не боевой товарищ, а самый, что ни на есть домашний питомец, какого-то хрена забывший в вентиляции. Дети от него наверняка в восторге.

А вот с пояснялкой на этот раз вышла закавыка – слова в ней оказались затёрты, будто кто-то в старом-добром фотошопе буквы размытием смазал в одну неразборчивую полосу. Поначалу она была совсем нечитабельна, но потом я вроде разглядел пару букв. Первая – точно «Ш», а вот эта «В», нет, скорее «А»…

Стоило мне угадать букву, как она тут же проявлялась из общей серой массы, набирая чёткость. Как только механизм опознания был мной усвоен, дело пошло гораздо быстрее. Уж не знаю, что тут сработало больше – восприятие или интуиция, но через пару минут я мог внятно прочесть скрытое название животного.

Шедарийский парадоксус.

Уровень: 5.

Во как. Я вслух прочитал название, но никто с первого раза его не разобрал, от творящегося в чате гвалта. Оказывается, один из игроков перестал выходить на связь, хотя числился пока живым. А нет, вот и первые потери среди ловцов хомячков. Люди были близки к истерике, многие собирались ползти на выход, бросив сети к чертям.

– Как-как его зовут? – переспросил Робофотт, перекрикивая остальных.

– Шедарийский парадоксус, – в третий раз повторил я, закипая. – Пятого, вашу мать уровня.

– Я чёт про них слышал… – донеслось от кого-то.

– От мамки своей?

– Да пошёл ты…

– Срочно убирайтесь оттуда! – вклинился в разговор дребезжащий голос техника. – Все назад!

Я не стал, в отличие от многих, переспрашивать, в чём же дело, а подхватил бесчувственную тушку и пополз обратно. Весил спящий парадоксус килограмм двадцать, большую часть из которых наверняка приходилась на густой мех. На шубы их, что ли, в этом Шедаре разводят?

Тащить булькающую во сне тушку было не тяжело, но жутко неудобно. Приходилось держать в одной руке попискивающий детектор движения, который с каждой минутой засекал всё больше целей, так что инъектор пока отправился в простенькую кобуру. У меня же не три руки.

После очередного поворота, когда я машинально отметил про себя, что не зря убрал торчащий из-за спины меч в инвентарь, в голову неожиданно пришла оригинальная идея. А что, если убрать туда и зверька к чёртовой матери? Он же вроде как квестовый предмет…

Теория тут же была проверенна практически. Парадоксус послушно исчез из нашего пространства, вот только заняла эта мохнатая многоножка целых шестнадцать ячеек, так что запихнуть туда второго уже не представлялось возможным. Зато руку освободил хотя бы.

– Дебилы, я прочитал, кто это такой, – с отдышкой в голосе поведал басовитый адекват. – Бегите.

Что там ему ответили остальные, я уже не расслышал, так как приборчик запищал так громко, будто я его отнёс в пункт приёма старой техники. Но смотреть в экран уже стало бесполезным занятием – позади и сбоку от меня очень зловеще зашелестело тысячью лапок. Я едва успел проползти слияние двух коридоров и на свою беду оглянуться, прежде чем оттуда вывалилась целая толпа парадоксусов. Они полностью заполняли пространство воздуховода – бежали по полу, ползли по стенам и даже потолку. Казалось, что на меня идет одна сплошная волна меха, поблескивающая многочисленными голодными глазками.

– И-ипатьевский монастырь… – прошептал я, заработав конечностями с куда большим усилием, чем до этого.

Внимание! Угроза безопасности воздушной системы «Глория-14»! Просьба срочно покинуть указанный район в течение сорока секунд!

У меня даже на мат дыхания не хватало – волна инопланетных зверьков догоняла с каждой секундой, немного притормаживая лишь на сработавших сетках. Преодолев последнюю закладку, я усилил эффект сумятицы в рядах плюшевых монстров, выпустив во всю эту мешанину меха и лапок всю обойму инъектора. Заодно шкала бодрости немного восстановилась.

Искусственный интеллект, управляющий станцией, явно решил, что преследующие по пятам парадоксусы недостаточный стимул бедным новичкам ползти ещё быстрее, и запустил выматывающий душу обратный отчёт. В исполнении бесчувственного женского голоса звучал он особенно нехорошо.

Десять секунд до дезинфекции!

В шахты стал оперативно закачиваться бесцветный, но очень вонючий газ, принявшийся понемногу отгрызать мне ещё и шкалу здоровья.

Пять секунд! Четыре, три…

Хорошо, что догадался заметно продвинуться к выходу, до того, как началась эта гонка наперегонки со смертью. Это меня и спасло, в конечном итоге.

Где-то в глубине шахт лихо взревело пламя, когда я вывалился из шахты на крошечных остатках выносливости. Упрямых мохнатых преследователей отсекла упавшая сверху ребристая решётка с толстыми створками по типу жалюзи, которые через пару секунд захлопнулись, выпустив наружу лишь небольшой огненный протуберанец. От него немного подкоптило пол и меня заодно, но не более того. Благо щит доблестно принял на себя основной удар оранжевой стихии. О том же, что творилось за покрасневшими от жара створками решётки, не хотелось даже думать.

Сбив с себя пламя, и немного отдышавшись, я перевёл взгляд на панель команды. В живых, помимо меня, осталось всего трое. Громко ругающийся Робофотт в том числе.

–…долбать вас всех немытым кирпичом!

– Приношу вам всем мои искренние извинения, – тарахтел ошарашенный техник, как заевшая пластинка. – Приношу…

– В жопу их себе засунь, извинения твои! А если сам этого не сделаешь, я тебе сейчас помогу, вот только отдохну…

– Робофотт, чего на персонажа взьелся? – спросил я. – Он же сразу сказал, чтоб все валили.

– А, Куладун! Живой… Слушай, этот сморчок не закрывает нам задание, прикинь?

– Почему? – удивился я.

– Потому что все эти сраные лохмоноги сгорели! Я тащил своего до последнего, но бросил, иначе не выбрался бы…

– Не волнуйся, у меня один в инвентаре лежит.

– Что-о-о?!

– Чувак, живые объекты в подпространство поместить нельзя, – пояснил кто-то ещё из выживших.

– А он в отрубе, – машинально пожал я плечами, хоть меня никто и не видел. – Видимо, системе этого было достаточно.

– Отлично! – воодушевился техник. – Никуда не уходите, я вышлю к вам ветеринарный отряд. Не покидайте помещение!

– Да при всём желании не смогу, – честно признался я.

– Красава! – облегчённо выдохнул Робофотт. – Как я сам-то не допёр… Теперь нам точно всё закроют и выплатят. С меня поляна, отпразднуем?

– Почему бы и нет, только расскажи пока, откуда эти твари взялись в таких количествах? Всё равно тут лежать бревном… Что ты про них прочёл такого?

– Да там написано-то пара строк всего, остальное уже сам додумал. Мохноног в воздуховоде реально был поначалу один, в том-то и прикол.

– А стальные просто на огонёк пришли? Не родил же он всех…

– Почти угадал. Эти твари потому и названы, парадоксами, потому что поступают, не как все другие животные в Галактике.

– В смысле?

– Ну, обычно у всех зверей размножение происходит, когда они попадают в благоприятные условия. Корма много, тепло, самочки везде бегают… Хм, да… А у этих засранцев всё наоборот – в тепличных условиях спокойно живут, а вот случись какая херня – хищники там, или погода поменялась, они начинают бешено делиться. Или почковаться… Да не суть. Вроде это даёт больше шансов выжить на их планете, правда, я не совсем понял, как они так закон сохранения энергии бессовестно нагнули…

– Слушай, а ты кто по профессии?

– Робототехник.

Я вообще-то спрашивал о реальном мире, но вовремя спохватился, что такой вопрос не принят в современном обществе, где большая часть населения не работает. Но басовитый игрок точно к этой категории не относился, однако, всё-таки в игру попал. Как так получилось?

– В жопу роботов, иди в экзобиологи, – предложил я. – Это твоё.

– Знаешь, а может ты и прав… Как раз сейчас возможность дадут перепрофилироваться. А ты кто?

– Мечник.

– Серьёзно? Я слышал, недавно один такой выиграл мажор-турнир на Шараге. Думал тоже его взять, но что-то остановило…

С тихим шипением гермозатвора открылись двери в котельную, посреди которой валялось моё слегка обугленное тело, и в помещение вошли несколько затянутых в силовую защиту гуманоидов. Вместо оружия в их конечностях были зажаты какие-то странные предметы, напоминающие телескопические удочки. Я поначалу напрягся, но потом запоздало сообразил, что это ветеринарная служба и есть.

Поздравляем, вы получили 10 уровень!

Доступно 10 свободных очков навыков.

Доступно 1 свободное очко характеристик.

Вы желаете изменить специальность?

Да/Нет

– Ни за что, – ответил я с улыбкой и нажал «Нет».


Глава 9

Пожалуй, главное достоинство виртуальности – полное отсутствие похмелья. А ведь надрались мы с Робертом Викторовичем ака Робофотт вчера порядочно. Наутро же следующего дня я спокойно лежал посреди четырнадцатого ангара в пластиковом шезлонге, который распечатал всего за двадцать кредитов, пил зеленоватый сок какого-то инопланетного растения и читал книжку. Тоже распечатанную за сущие копейки, то есть кредиты.

Конечно, любой текст можно было прогнать перед глазами с помощью нейроинтерфейса, но я предпочитал старые добрые тактильные ощущения. Поэтому несколько любопытных гайдов, а так же отчёт по последним достижениям игроков получили, можно сказать, свою первую публикацию.

На достижениях в последнее время все просто сошли с ума. Не один я хотел попасть в хороший клан на стабильную зарплату в качестве рекрута, а не временного легионера. За прошедшие две недели было побито несколько ранее незыблемых рекордов, а шесть уникальных достижений утратили свой статус. На форум страшно было зайти – все темы только о скоростном развитии персонажа, да всяких уловках и приёмах, как бы получить как можно больше плюшек.

Естественно, и рынок коммерческих услуг отреагировал соответствующе – от предложений возмездной помощи рябило в глазах. И ведь такими услугами активно пользовались! Лично для меня, пусть я и псих – дикость платить деньги за то, до чего сам пока не дорос. Ладно бы обучение, но какое удовольствие плестись за высокоуровневыми игроками через какую-нибудь сложную локацию? Игровые туристы, бляха муха…

На фоне всей этой истерии, большинство игроков забросили выполнение обычных, рядовых заданий, так что предоставившийся выбор оказался поистине огромен. За их выполнение не начислялся какой-то сумасшедший рейтинг, не светили никакие достижения и прочие дополнительные плюшки. Только опыт, немного кредитов и улучшение репутации. Зато никакой скуки от выполнения одних и тех же действий в надежде, что результат на этот раз будет другой.

Например, на станции можно было получить необычное достижение «Покоритель игольного ушка». Всего-то и нужно – пролететь без скафандра в открытом космосе несколько минут по Синей зоне, при этом, чтобы тебя не размолотило снующими туда-сюда кораблями, а затем удачно попасть в распахнувшийся шлюз. До этого, естественно, требовалось выпрыгнуть из звездолёта, филигранно рассчитав свою скорость и подгадав время открытия створок.

Надо ли говорить, что количество идиотов, бьющихся насмерть об корпус станции, исчислялось тысячами каждый день.

Мы с Робиком над всеми этими потугами лишь поржали в пьяном угаре, решив действовать по старинке.

Естественно, поначалу наше застолье носило почти официальный характер, но мере убывания участников команды ловцов плодовитых хомячков, атмосфера теплела, пока нас не осталось всего двое.

Преодолев определённый рубеж в выпитом, Роберт признался, что пошёл в игру по нужде, а не по зову геймерского сердца, после того, как его небольшая фирма обанкротилась, не выдержав конкуренции с гигантами индустрии. Так тридцатилетний мужик оказался по уши в долгах, а из имущества осталась лишь квартирка, да неплохая капсула с полугодовым оплаченным абонементом, которую отдал один из старейших клиентов по какому-то взаиморасчёту. Вот Роберт и решил зависнуть в игре, пока пыль не уляжется, и понемногу расплачиваться с долгами из премиальных.

План не лучше, но и не хуже других. По крайней мере, ему не пришла в голову мысль посетить казино или занять деньжат у бандитов, как некоторым моим знакомым в похожей ситуации. Уверен, с его холодной головой заработать в игре не будет большой проблемой.

Но прошлым вечером мы оба явно не рассчитали своих сил – пили как в реальности, забыв, что наши игровые аватары имеют свои собственные параметры, в том числе Телосложение и устойчивость к алкоголю. Так что из бара нас буквально выносили на руках.

Забавно получилось – когда очнулся в реальности, голова ещё некоторое время кружилась, но быстро отпустило. Хотя я и на трезвую голову едва до кровати доползаю.

В конце наших весёлых посиделок мне пришла в голову замечательная мысль – пойти выбрать себе задание на следующий игровой день. Точка доступа нашлась прямо там, в баре, так что долго это дело не заняло. Осталось дело за малым – определиться, насколько сильно мы хотим рискнуть в погоне за кредитами.

Все военные задания имели собственную градацию по шкале опасности, от единицы и до десятки. Тут не надо быть гением, чтобы понять – записались мы на самое сложное задание из списка, а чего мелочиться?

Наутро, поразмыслив над ситуацией, я не стал ничего менять. Опыт нужен катастрофически, и распыляться на простенькие поручения просто нет времени. Позанимался физиотерапией в реальности, заказал себе новую среднюю броню и меч из раллекийской стали с особой заточкой, который имел повышенные износостойкость и шанс крита. Странно, но урон у него был такой же, как у стартового, хотя стоил он полновесные сорок тысяч кредитов.

А вот клинок из моего любимого диллирия наносил повреждения уже на двенадцать процентов больше, вот только требовал он аж сорок пять пунктов навыка. Да и выглядел клинок куда эпичнее – двустороннее лезвие с огненными переливами, полукруглая гарда, удобная рукоять с магнитным захватом, срабатывающим при тяжёлых рубящих ударах. Но для этой роскоши требовалось докупить специальные боевые перчатки. Сейчас же я обошёлся обычными тактическими, которые шли в комплекте с бронёй. Защищала та уже не в пример лучше, покрывая руки и ноги металлокерамическими пластинами. Правда весило всё это добро немало, но куда деваться – я хитобой, а не грузчик. Добро пусть тащат другие сопартийцы.

Так же в реальности я тщательно изучил текст задания, наученный горьким опытом ловли парадоксуса, но информации там оказалось до обидного мало.

Позавчера по неизвестным причинам пропала связь с одним из научных спутников в зелёной зоне, на котором трудилась дежурная группа учёных. Посланная туда бригада техников так же бесследно исчезла. Администрация, решив больше не разбрасываться своими кадрами (персонажи ведь не воскрешаются), пустила клич на сбор самых отъявленных головорезов до двадцатого уровня. Отправлять кого-то серьёзнее не стали – на то она зона для новичков и есть.

Из-за малого количества желающих, вылет перенесли на сегодняшнее утро, чтобы добрать участников – три группы по двенадцать человек. Персонажей среди них ни одного не оказалось, что наводило на определённые размышления. Больше того – даже десантировать нас на спутник должны были обычные игроки, взявшие специальный контракт.

Могли бы нас выслать и на собственном транспорте, но научный модуль, болтающийся на орбите оранжевого гиганта, имел только три стыковочных шлюза. Так что нам с Робиком оставалось только решить, из какого ангара мы вылетаем. Увидев в перечне свой почти родной четырнадцатый, я сразу же выбрал его и теперь наслаждался последствиями. То есть лежал в шезлонге, читал книжку и пил сок, по вкусу напоминающий хороший бабушкин рассол. Не то, чтобы он сейчас мне был очень нужен, скорее – просто привычка.

Ближе к усреднённому межгалактическому утру в ангар стали подтягиваться разномастные игроки, среди которых оказался и мой новый собутыльник. Тоже свежий, как с постельки. Хотя играл он за гуманода-орторионца, а у них, по причине отсутствия лицевых мышц, и не поймёшь сразу, плохо ему или нет. Со стороны, если не приглядываться, орторионцы напоминали обычных худощавых людей, за каким-то чёртом нацепившие на лицо белоснежные костяные маски. Внешний вид на любителя, конечно, но зато они могли похвастаться лучшими показателями интеллекта и скорости обучения в Галактике. Премиумная раса, что тут ещё сказать.

– Привет! – я отсалютовал ему бокалом, кивнув себе за спину. – Вон, бери возле задней стойки, я тебе тоже взял.

В тени от «Собирателя» аккуратно лежал сложенный шезлонг, а рядышком томилась бутылка с соком-рассолом. Робик без лишних вопросов улёгся рядом, налил себе и начал смаковать напиток через соломинку, вставленную узкую в ротовую щель костяного нароста.

– Слушай, а как вы едите?

– Лучше не спрашивай, – глухо пробасил игрок. – Но первым делом, вынырнув дома, я лезу в холодильник чё-нить пожевать.

– Целоваться тоже неудобно, – продолжил я прикидывать недостатки игрового аватара товарища.

– Прикалываешься?! Да мне жена голову на хрен оторвёт! А вообще, прекращай завидовать расовым бонусам. Быть человеком тоже хорошо, вы на все руки мастера и вам к новому телу привыкать не нужно.

– Это верно, – согласился я. – Иногда на полном серьёзе ловлю себя на мысли, что не хочу выходить и становиться снова своей бледной тенью.

– Да ладно тебе, главное – живой. А там подлечишься, новую жизнь начнёшь… Но гнуть их через колено, поверить до сих пор не могу, что тебе не оплатили игру хотя бы на полгода!

– В обычной капсуле – без проблем, а я себе «медичку» вытребовал. Там уж «либо» – «либо».

– Чокнутое государство… Воюешь за него, а тебе вместо помощи – пинок под зад… Ладно, меня что-то не туда понесло. Слушай, а мы не должны сейчас в пункте сбора ждать остальных?

– Мы уже там, – улыбнулся я. – Так что расслабься. Сейчас остальные пару лишних кругов по ангару нарежут, и тоже сюда подойдут.

– Только не говори, что мы у тебя в трюме полетим, – Робофотт аж обернулся, отложив сок. – Там вроде воздуха нет, чем дышать будем?

– Нет на соседе справа, – подсказал я.

Орторионец глухо выдохнул, покачав головой. Чёрно-красный «Аспид» с огромными пушками-крыльями действительно внушал. Я сам был ошарашен, узнав, кто нас повезёт на миссию. Тут, как нарочно, рядом показалась Быстрее, Света! продемонстрировав чудеса пилотажа с портативным реактивным ранцем вокруг своего боевого красавца. Серьёзная девушка, предполётный осмотр не доверяет никому.

– Триста одиннадцать… – Робик поперхнулся соком. – На хрена?

– Это было первое, что я у неё спросил. Всё дело в репутации. Администрация как бы понимает, что возиться с малышнёй утомительно, и повышает отношение к ней за каждое такое задание в два раза. Она сама не в восторге, но у неё, похоже приказ.

– Что ещё за приказ такой?

– Это только мои догадки, – честно предупредил я. – Достаточно просто понаблюдать за народом, чтобы понять – представителей КРС здесь раза в три больше, чем других пиратов. А зона их влияния, к слову, довольно далеко – сам можешь на карте посмотреть. Вряд ли они собираются захватывать независимую станцию посреди недружелюбных к ним территорий, значит, у них здесь совсем другой интерес. Они целенаправленно улучшают отношение к себе, не гнушаясь ничем. А для чего? Чтобы им доверили какую-то информацию, о которой в курсе только Администрация. Наверняка, пираты ищут здесь что-то ценное…

–…Или кого-то, – почти машинально добавил Робофотт.

Я похолодел от пронзившей разум догадки, но внешне этого никак не выдал. Действительно, а вдруг объектом пристального интереса КРС является именно человек? Не с этим ли связано внезапное сжимание данных мне сроков на развитие?

– О чём задумался? – нарушил повисшую паузу товарищ.

– Да так… – я осмотрелся, и к счастью увидел трёх игроков, направляющихся прямо к нам. – О, это наши. Давай в группу, я создал.

– Думаешь стать командиром? – с сомнением в голосе спросил Робофотт.

– Я и есть командир.

Орторионец принял заявку и издал изумлённый возглас:

– Как?!

– Главу отряда назначает пилот, он ответственен за успех своей группы. Так что нужно было просто убедить её, что я – оптимальный вариант. Плюс – у меня с ними репутация отличная от ноля, так что… Добро пожаловать в команду, заместитель!

Робик хрипло рассмеялся, озадачив подошедших игроков. Но больше всего они удивились, когда для того, чтобы начать задание, им нужно было расформировать собственную группу и вступить в мою. Недовольства было много, но все его проявления я зарубил на корню.

– Товарищи, кто-нибудь из вас хотя бы срочную службу проходил?

– Э-э…

– Нет, а зачем? – пожала плечами единственная девушка из троицы.

– Затем, что нам лететь на модуль, где может оказаться всё, что угодно. Это военная операция, а я – вот совпадение – военный! Так что либо слушаетесь меня, как своего любимца и кумира, либо остаётесь здесь.

– Да кто ты такой… – начал было лидер троицы под ником ЗикЗак, но его резко оборвала подлетевшая пиратка.

– Он ваш командир бомжей! – девушка говорила негромко, но очень внушительно. – А будешь вякать – в орудийное дуло тебя засуну и отправлю до спутника своим ходом, понял?!

– Д-да… – ошарашено промямлил игрок.

– Куладун, вылет ровно через пять минут, – не обращая на него никакого внимания продолжила Света. – Если кого из бомжей не досчитаешься – ждать не будем, на это есть особое распоряжение.

– Почему, собственно, бомжи? – возмутилась девушка.

– По кочану! – ёмко ответила пиратка, и активировала реактивный ранец. – Перестанете ими быть, когда заведёте собственную капсулу на своём корабле. Они вам сейчас ой как пригодились бы…

– Ты что-то знаешь о задании? – встрепенулся я.

– Конечно! Вас там будут убивать, – весело ответила Света и взлетела прямо к своду ангара.

За её стартом проследили новые участники нашей команды, неспешно подходящие с разных сторон. Парочка даже не потрудилась экипироваться перед забросом. Надеюсь, у них все необходимое просто в инвентаре.

– Думаешь, справимся? – спросил Робофотт, явно по привычке почесав костяной подбородок.

Я скептически осмотрел новоприбывших и ответил:

– Это не нам надо бояться…


Глава 10

Несмотря на то, что корвет являлся, прежде всего, пушками с присандаленной к ним для порядка жилой частью, здесь имелся свой десантный отсек, аж на пятнадцать бойцов. В нём мы все и расположились почти с комфортом, пока Света вела звездолёт к научному модулю. Представлял он из себя небольшой орбитальный комплекс из трёх основных ярусов по четыре уровня в каждом. Нашей группе под кодовым названием «Браво», которую я тут же, пользуясь своими полномочиями, переименовал в «Бараны», предписывалось осмотреть самый верхний – жилой ярус на предмет наличия угроз. Во как.

Естественно, угрозы предстояло устранить, дыбы следующую смену никто не отвлекал от исследований. Задачи найти выживших, как ни странно, перед нами не стояло.

Итак, что бы нас ни ждало там впереди, рассчитывать мы могли только на свои собственные невеликие силы. Света, как и двое других игроков, по окончанию заброса должна была вернуться на станцию для следующих заданий, а что бы мы здесь не куковали до следующего витка вокруг оранжевого гиганта, за нами отправят обычный пассажирский челнок. Конечно, если миссия будет успешно пройдена. В противном же случае на «Глорию-14» можно будет отправиться исключительно по волнам реки Стикс.

Сквозь пояс астероидов мы летели довольно медленно, чтобы не вписаться куда-нибудь со всего размаха. Света могла и чуть быстрей, (как бы смешно это не звучало) но следовало ориентироваться на двух других пилотов, которых пиратка величала не иначе как «чёртовы ракообразные».

Чтобы провести время хоть с какой-то пользой, я в который раз пробежался по составу участников, прикидывая их сильные и слабые стороны. Последних, увы, было больше.

Группа «Бараны».

Командир – Куладун, мечник, 11 уровень.

Заместитель – Робофотт, экзобиолог, 11 уровень.

С нами всё понятно – самые ценные члены команды. Пусть по уровню мы ниже всех, зато на нашей стороне мозги и большой жизненный опыт.

Личный состав:

ЗикЗак, стрелок, уровень 15.

Не понравился мне сразу – слишком самонадеян, плохо поддаётся дрессировке, мнит себя умнее остальных. Играет на дорогом прем-аккаунте пусть и за человека, но уже генетически модифицированного на точность стрельбы. В общем, вредная такая ГМОшка.

Молотобес, пехотинец, уровень 16.

Дружок ЗикЗака, но более адекватный. Из минусов пока отметил лишь медленную скорость реакции. Либо тугодум, либо играет не на мощном железе.

ЧикаБум, пехотинец, уровень 15.

К их спутнице пока нареканий нет, посмотрим, как покажет себя в бою. Вообще – пехотинцы – главная ударная сила нашего отряда. В отличие от стрелков, ориентированных на точность, эти бойцы могли выпустить по врагу около пятисот пуль в минуту. Лишь бы патроны не кончались.

Дейся, дуэлянт, уровень 18.

Вторая и последняя девушка в команде. Пока она нравилась мне больше всех остальных, но не за смазливое личико – таким в игре уже никого не удивишь, а за рассудительность и отсутствие идиотских вопросов. Единственная из всех, кто сразу присоединился к нашей группе, вместо того, чтобы как остальные трепать нам с Робиком нервы. Профессиональная особенность – стрельба с двух рук и повышенный шанс у врага совершить досадный промах. Плюс высокая скорость перемещения в пространстве.

НедоБИТ, защитник, уровень 19.

Ходячая неповоротливая гора хитов, причём явно инопланетянская, вооружён дробовиком. Может докачивать щиты другим, или просто послужить укрытием во время перестрелки. По идее, должен играться флегматиком, но ведёт себя как импульсивный подросток, который сначала делает, а потом бьёт себя с досады по голове. Наверняка на правильную позицию в каждой заварушке его придётся выводить с помощью поджопников.

КазаХХХ, искатель, 13 уровень.

Единственный гуманоид в группе, у кого восприятие выше, чем у меня. Плюс специальный сканер, который мог просвечивать даже сквозь стены. Вроде бы полезный навык, но парень очень раздражающе молотил языком без умолку, комментируя каждый свой шаг. Я подумал было, что он общается с невидимым другом из разряда шизофрении, но оказалось – парень просто записывает летсплей. Запись своей игры, в смысле. Как ни странно, в мире оказалось достаточно бездельников, которые с удовольствием смотрят, как играют другие. Особенно из тех, кто себе этого позволить не может.

Кащерский, учёный, 17 уровень.

Тот самый человек, которого предписывалось беречь до последнего. В дополнительных условиях к заданию имелся пунктик о сборе научных данных, и передаче их Администрации. А пользоваться специальным оборудованием, установленным на модуле, из нас больше никто не мог. Правда игроку крайне не понравилось переименование группы, и он едва не остался на стартовой площадке, передумав лишь в самый последний момент. Да и сейчас обиженно дулся на меня.

Змееросток, специалист-хакер, 14 уровень.

Пока единственный игрок, чья полезность в предстоящем мероприятии у меня вызывала стойкие сомнения. Вроде бы специальность у него неплохая, но что там такого взламывать в научном комплексе, если нам дали все коды доступа? Тем более – он сразу признался, что покинул школу вот буквально в прошлом месяце, и капсула для него – подарок родителей. С другой стороны – его дрон, верным вороном кружащий над плечом, мог немного отхиливать союзников. Это позволяло не тратить по пустякам типа оторванного пальца дорогие одноразовые нано-аптечки.

И, наконец, замыкали список два техника, оба шестнадцатого уровня – Дазз и Закосильщик. Специализация у них начиналась не как у православных, а только после двадцатого левела, так что сейчас они могли одинаково хреново чинить всё, что угодно.

Вот такой пёстрой и немного раздражённой компанией мы летели навстречу приключениям. Через некоторое время наш бравый пилот весело предупредила, что «бомжам» пора готовится на выход.

– Внешние шлюзы не повреждены, стыкуемся, как положено. Удачи вам, «Барашки», держитесь своего командира.

Вслух никто не высказался, но судя по кислым лицам, большинство в команде были бы счастливы, если со мной что-нибудь случится прямо на пороге. Ну да ничего, мне с ними детей не крестить, а когда произойдёт какая-нибудь катаклизма, посмотрим, кто чего на самом деле стоит.

Отсек, как и весь корабль, немного тряхнуло, и перед глазами зажёгся таймер обратного отчёта. Ровно через десять секунд в шлюз-перемычку был закачан пригодный для курения воздух, и мы почти организованно двинулись на выход.

Первой шла быстроногая Дейся, за неимением в группе разведчика, за ней по металлическому полу зашагала пехота, а следом – все остальные. Внутри по всем канонам ужасов было неуютно – свет под сводами потолка периодически мигал, а на стенах имелись непонятные грязные разводы.

«Внимание! Вы оказались вне зоны действия Галактической Сети. Для возобновления доступа вам необходимо восстановить работоспособность станции связи».

Ну вот и всё, обратной дороги нет. Теперь даже если кто из нас погибнет, данные о его смерти не дойдут до станции, и его воскресят не раньше окончании операции. Мы полностью предоставлены самим себе.

Я остановился возле массивных створок, отпиравшихся с помощью интерактивной панели управления, ввёл специальный пароль, выданный на станции, и громко произнёс:

– Код «Омега-6»! Полный доступ только членам группы, все остальные учётные записи – аннулировать. Сообщать мне о каждой несанкционированной попытке воспользоваться системой.

Панель на приказ отреагировала благосклонно, и просигнализировала зелёноватой надписью «Принято!».

– После вас, – я галантно пропустил дуэлянтку вперёд.

Девушка осторожно выглянула в коридор, который, судя по схеме, должен был привести нас к лифту, и сразу же предупредила:

– Здесь что-то есть.

– Живые объекты поблизости отсутствуют, – тут же отозвался искатель, сверившись с показаниями сканера. – Но возле лифта вижу какие-то биологические следы.

– Кто-то наложил большую кучу? – поинтересовался я.

Соратники сдержанно хмыкнули, а Дейся под прикрытием других бойцов решительно и грациозно направилась вперёд.

– Здесь кого-то просто размазали по полу. Наверное, это кто-то из техников, вижу обрывок знакомого комбеза.

– Вызывай лифт, – приказал я, с другими воинами приближаясь к останкам.

Небоевые классы двигались чуть позади, под прикрытием массивного защитника. Не прошло и минуты, как вся наша дружная дюжина собралась возле непонятного кровавого ошмётка на полу, который выглядел недожаренной отбивной. Оставалось только панировкой посыпать.

– Что скажешь? – поинтересовался я у Робика.

– Ну, клиент скорее мёртв.

– А по существу?

– Я могу тебе навскидку накидать сотни три-четыре тварей, которые могут сотворить такое. Это если в энциклопедию не смотреть.

– Ладно, тогда едем в жилой ярус.

Я связался с командирами двух других групп – «Альфой» и «Дьяволом», и поделился собраной информацией. «Дьяволы» тоже нашли останки в похожем состоянии, так что огневой контакт оставался делом времени. Нужно только успеть выяснить, сколько чёртовых Чужих засело внутри комплекса. Да, именно так, с оглядкой на знаменитую серию фильмов, называли всяких агрессивных зверушек, терроризирующих всевозможные колонии и космические станции.

А в том, что здесь действует какая-то голодная инопланетная тварь, никто уже и не сомневался.

– Одно не понятно, – поделился Кащерский, заходя вместе с остальными в кабину лифта. – Как Чужой смог перемещаться по модулю, если все двери заблокированы?

– Хороший вопрос, – похвалил я игрока. – У кого какие мысли?

– Вентиляция, – предложил Робофотт, наверняка вспомнив наши с ним вчерашние злоключения.

– Здесь воздуховод всего пятнадцать дюймов по диагонали, – скептически покачал головой учёный. – Да и решётки в коридоре были неповреждённые, а прикручены они намертво, с внешней стороны.

– Тогда не знаю.

– Может, наш командир что-нибудь умное предложит? – ехидно поинтересовался ЗикЗак.

– Могу предложить прикрыть немного варежку.

Пехотинец собирался ответить что-то едкое, но мы уже поднялись в самый верхний уровень жилого яруса, и стало не до разговоров. Каким бы мы ни казались неорганизованным сборищем дилетантов, погибать не хотелось никому. Бойцы дружно вскинули стволы, разобрав сектора обстрела, и двинулись вслед за Дейсей.

На уровне располагался камбуз, что-то вроде общей столовой, а так же вместительная морозильная камера. Мы осторожно обследовали каждое помещение, но нигде не обнаружилось ни души. Особых разрушений тоже не наблюдалось, кроме нескольких опрокинутых стульев. Хотя какая-то новая информация всё же нашлась – Змееросток с помощью своего дрона подключился к данным кухонной техники и выяснил, что той пользовались буквально вчера.

– Не Чужой же себе обед готовил? – задал резонный вопрос хакер.

– Согласен, – кивнул я. – Возможно, здесь есть выжившие.

– В задании про них не упоминалось. Если и найдём, опыта за них больше не дадут, – пожал плечами Молотобес.

– Зато они могут многое рассказать…

Мои слова прервал экстренный вызов от «Дьяволов», обследующих научный ярус.

– Мы нашли Аленя! Это пи…! Ведём бой, нужна помощь срочно!

– Где вы? – сразу же уточнили вклинившиеся «альфовцы».

– Второй уровень, у нас потери!

– Отступайте, – предложил я. – Заприте его на уровне, пока мы не обследуем весь модуль. Потом усилиями трёх групп…

В ответ на меня вылился такой плотный поток ругательств, что приличными в нём были лишь предлоги «в» и «на».

«Дьяволы» жаждали мести прямо здесь и сейчас. «Альфа» их полностью поддерживала, желая как можно скорее разобраться с угрозой, хотя даже опознать чудовище ни у кого не получалось. Все кто с ним успели повстречаться, тут же отправлялись в мир иной.

Пока я пытался вразумить упрямых командиров, в моей же группе назрел серьёзный бунт. Нежелание вступать в бой без подготовки и с зачищенными тылами многие восприняли за трусость.

– «Дьявол», кидай инвайт! – азартно выкрикнул в общий голосовой чат Зикзак. – Мы не с этим чмошником!

Командир соседней группы не раздумывал ни секунды и совершенно по-свински отправил приглашение вступить к себе всем моим людям и нелюдям. Просто так отколоться во время боевой операции они не могли без потери репутации, а вот перейти в другое подразделение – пожалуйста.

– Придурки куда вы несётесь? – не выдержал я, когда мне один за другим начали поступать оповещения о выходе участников из группы.

– Мы не будем отсиживаться, когда другие гибнут! – пафосно заявила ЧикаБум.

– А ты не думаешь, героиня, что тварей здесь может оказаться больше одной?

– Грохнем эту, займёмся остальными, – прогудел НедоБИТ, тоже выходя из «Баранов». – А вы тут пока с наукой и техникой посидите.

– Не, я с вами! – выпалил Кащерский. – Кто меня тут защитит, если объявится новый Чужой? «Махатель», что ли?

– Всё, хорош трындеть, пошли! – махнул рукой ЗикЗак, уводя за собой ровно половину моей группы.

Радостно галдя, народ поспешил обратно, к лифту. Вот же олигофрены…

– «Дьявол», не забудь напомнить по окончанию операции тебе глаз на жопу натянуть, – чуть успокоившись, попросил я.

– Без обид, «Баран», хе-хе…

– Это «Альфа». Будем через пару минут. Перегруппируйтесь и ждите остальных.

Я до поры выключил переговоры, чтобы не отвлекали от работы. Отчего-то смутно верилось, что у них всех получится с наскока завалить Чужого. Не зря, ой не зря в задании нам всем предписывалось в первую очередь обследовать научный модуль, а значит – где-то здесь кроются подсказки о том, с чем мы столкнулись и как его победить.

– Согласись, дышать легче стало? – заметил Робик, как ни в чём не бывало.

Я осмотрел остатки группы и вынужден был согласиться. Из бойцов не поддалась всеобщему энтузиазму только Дейся, усевшаяся на стол и непринуждённо болтавшая ногой в ботинке с высокой шнуровкой. Так же с нами остались оба техника, вполне справедливо решивших, что в предстоявшей заварушке им делать нечего, и юный хакер.

– А ты-то чего с ними не рванул? – прямо я спросил у него.

– Я школьник, но не дебил. Будь всё так просто, в группу принимали бы только воинов. У меня друг в «Дьяволе» бегает, они дольше всех формировались потому, что не могли найти себе аленевода.

– Кого-кого?

– Экзобиолога, – пояснил Робофотт. – От слова «Alien». Тут многие Чужих Аленями зовут.

– Упоротое поколение… – покачал я головой, полностью выпадая из образа, но к счастью, никто на это не обратил внимания. – Ладно, пока остальные меряются пушками, нам нужно закончить работу.

Мы спустились на уровень ниже, где располагалось что-то вроде кают-компании и спортзала, но ничего, кроме новых останков не обнаружили. К тому времени сводная группа из трёх отрядов принялась обшаривать заблокированную часть отсека и к своему крайнему удивлению не обнаружила там Чужого. Мы все вшестером вдоволь насмеялись, слушая переговоры ошарашенных игроков, но потом я вынужден был отключиться, чтобы не отвлекаться от поисков.

Следующий уровень представлял собой личные покои дежурной смены. Разбивать группу, как обычно делают даже в космических ужастиках, я не стал, поэтому каждый кубрик мы обыскивали вчетвером, пока кто-нибудь из техников дежурил снаружи вместе с Дейсей.

Три жилых бокса не смогли порадовать чем-то существенным, а вот в четвёртом обнаружилось нечто любопытное. Специалист-хакер смог взломать личный компьютерный терминал жившего там работника по имени Анжей Шатальски и нашёл неоконченное звуковое послание его жене.

«Либби, любимая… Признаю, что в последнее время наши дела шли не очень, и оказался я на этом спутнике, у чёрта на рогах, не просто так. Но скоро все изменится. Я обещаю… Либби, помнишь, ты хотела свою собственную оранжерею на станции? Думаю, скоро тебе придётся подбирать для нее сорта растений. Пусть я поначалу был против затеи Уоррена, но сколько можно жить по правилам? Ничего не бойся, никаких преступлений против Союза я не совершаю. Просто один маленький бизнес… (на заднем фоне слышатся чьи-то приближающиеся голоса) Всё, Либби, мне надо бежать. Обо всём при встрече… Целую!»

Раз письмо так и не было отправлено – что-то там у них резко пошло не так.

– Вот и свет в конце тоннеля… – пробормотал я, входя в систему центра с помощью кода доступа. – Что же они хотели такое не вполне законное провернуть?

– Скорее всего, что-то продать, в обход Администрации, – предположил Робик.

– Чужого?

– Хрен его знает… Хотя странно – они-то точно знали, с чем столкнулись. Платёжные ведомости проверил?

– Да, всё чисто, – ответил я. – Никаких транзакций. Чтобы они не собирались толкнуть налево, сделать это они не успели. Так, а кто такой, этот самый Уоррен?

Тут же перед глазами выскочило личное дело персонажа. Стив Уоррен, тридцать один год, старший научный сотрудник отдела исследований ближнего космоса. Не привлекался, но имеет большую задолженность перед парочкой фирм, держащих игорные заведения на станции. И как такого товарища на работу принимали? В любом случае, всё стало проясняться.

– А давайте-ка зайдём и к нему в гости, – предложил я, выходя наружу, но остальные замерли как вкопанные, будто прислушивались к внутренним ощущениям.

Что это они? Фу ты, я просто забыл включить обратно общий канал. А творились там любопытные вещи – Чужой методично уничтожал игроков.

– Ма-а-ать!

– Он слева, слева!

– Да что ж такое, я в него два магазина выпустил, а ему побоку!

– Ты его видишь?

– Нет вроде… А-а-а-арх!

Последний выкрик сменился характерным всхлипыванием человека, которому разодрали горло. Надо отдать должное разработчикам – натурализм аж перехлёстывал через край.

Последний выкрик сменился характерным всхлипыванием человека, которому разодрали горло. Надо отдать должное разработчикам – натурализм аж перехлёстывал через край.

Нападение давно захлебнулось, и теперь неизвестный монстр безжалостно преследовал разрозненных, перепуганных одиночек. Командир «Альфы» уже погиб, расформировав соединение, а «Дьявол» вопил что-то неразборчивое на одной ноте. Что странно, судя по крикам игроков, их от обиженного Аленя не спасали даже перекрытые шлюзы.

– Робик, слушай их внимательно и делай выводы. Попробуй сократить список. Всё-таки триста плюс тварей – это слишком много. Остальным – отключить связь. Пока Чужой немного занят, нам нужно успеть собрать пазл.

«Барашки» неохотно подчинились и двинулись за мной. На осмотр остальных кубриков уже не оставалось времени, так что я сразу повёл группу к жилищу излишне азартного научного сотрудника. Его бокс на первый взгляд ничем не отличался от остальных – такие же безликие металлические стены, которые украшали голографические постеры неизвестных красоток, кровать-полуторка, да стол с личными причиндалами и компьютерным терминалом. Но при внимательном осмотре я заметил, что один из постеров с сисястой фиолетовой инопланетянкой как-то странно подрагивает, не так, как остальные. И наблюдательность не подвела – за голограммой обнаружилась полая панель-тайник, забитая всяким барахлом.

Нашлись тут и светящиеся нежно-лиловым кристаллы, и тяжёлые синеватые металлические самородки, и даже какие-то электронные потроха, которые я немедленно вручил инженерам.

– Однозначно, внеземная технология, – развёл руками Дазз.

– Да ладно, а так вот сразу и не скажешь, – усмехнулась Дейся.

– Я чёт подобное видел на рынке, – стал припоминать Закосильщик. – Рейдеры привозили из Чёрной зоны, кажется. Но точно не помню, для чего вся эта куета нужна.

– Из Чёрной зоны, говоришь… – задумчиво протянул я.

Логическая цепочка построилась довольно легко. Предприимчивый учёный руководил исследованиями ближнего космоса, то есть – нашего пояса астероидов, а не какой-то абстрактной соседней галактики. Наверняка в процессе этих самых исследований аппаратура обнаруживала некие артефакты, которые должны были тщательно изучаться и переправляться на станцию. Нетрудно догадаться, что нуждающийся в дополнительном заработке персонаж научился как-то обходить меры безопасности и утаивать ништяки.

Вряд ли про его теневой бизнес знало много человек. Скорее всего – один или два барыги на станции. А вот с подельниками вопрос отдельный. Все вещи из тайника свободно прятались в кармане, не говоря уже о других, не столь популярных при досмотре, местах. И тут он с бухты-барахты обращается к примерному семьянину Шатальски, который едва сводит концы с концами. А зачем, спрашивается?

От досады на собственную недогадливость я хлопнул себя по лбу и вызвал личное дело Анжея. А ведь на других грешил за тугоумие.

Вот оно! В графе должность чёрным по белому значилось: «ответственный по поставкам». Правда, не совсем понятно – поставкам чего или куда, но это уже мелочи. Главное, я теперь точно знал, где нам искать недостающий элемент почти сформировавшейся картины.

– Система, выдай место работы Анжея Шатальски!

На голографическом экране послушно высветилось – «Грузовой склад № 2. Рабочий ярус, уровень – 4».

– Ладно, давайте к лифту.

– Чужой доел почти всех на уровне, – доложил Робик. – «Дьяволы» закончились полностью, из «Альфы» осталось несколько человек.

– Мысли появились?

– Пока нет, – мотнул головой заместитель. – Наш бывший защитник успел его описать как «слепленный из разной херни». Сам понимаешь, это не очень информативно.

– И долго старина НедоБит продержался?

– На пару секунд дольше, чем остальные.

– Нам всем трындец… – грустно вздохнул Дазз.

– Ты мне ещё поплачь, – укорил я его и указал на невозмутимую Дейсю. – Бери вон пример с девушки.

Дуэлянтка наградила меня благодарной улыбкой.

Мы загрузились в кабину лифта и погнали вниз. Предстояло опуститься на самое дно комплекса, ближе к двигательной системе, но примерно на середине пути нас всё-таки настигли неприятности – свет неожиданно погас и кабина, резко дёрнувшись, остановилась на месте.

– Какого…? – тонко взвизгнул кто-то, но точно не Дейся.

– Замуровали, демоны… – вздохнул я, ныряя в инвентарь.

– Что?

– Ничего, забей, – я включил припасённый загодя фонарик и провёл узким лучом по сопартийцам, возвращая в них уверенность.

Получилось так себе, потому что едва свет снова зажёгся, как на внешние створки со стороны уровня, который мы проезжали, обрушился такой мощный удар, что бедный металл издал тяжёлый стон. Кабину снова тряхнуло, но теперь это было никак не связано с экстренной остановкой. Кто-то снаружи очень хотел как можно скорее познакомиться с нами.

– Он здесь… – севшим голосом прошипел Змееросток.

– Вот вам и Алень, – хмыкнул я, внимательно осматривая кабину, в один момент превратившуюся в смертельную западню. – Система, почему лифт стоит?

«Повреждение подъёмного механизма. Дождитесь ремонтной бригады».

Ага, она здесь уже – вон как через толстые створки к нам на помощь ломится.

Где-то тут должен быть аварийный выход… Ага, вот эта шестиугольная панель на полу на самом деле – крышка люка, спасибо тебе, моё восприятие! После апа обязательно подкину новых очков.

Втроём с техниками мы быстро справились с механизмом и откинули фальш-панель. В образовавшееся отверстие вполне мог пролезть человек, тем более, там имелась откидывающаяся гибкая лесенка, по которой можно было спуститься на полтора метра ниже кабины и перелезть на другую лестницу – техническую. Та в свою очередь шла уже вдоль всей шахты.

На створки обрушился новый удар, и я отчётливо услышал скрежет металла. Времени у нас оставалось катастрофически мало.

– Так, давайте быстрей.

Подгонять народ особого смысла не было – все жаждали убраться отсюда как можно скорее. Кроме разве что Дейси, которая наотрез отказалась покидать кабину.

– Иди, командир, – улыбнулась девушка. – Его всё равно нужно будет кем-то отвлечь. Я быстрая, попробую проскользнуть мимо него в коридор.

– Ох, и повезёт же твоему мужу… – я галантно поцеловал польщенную дуэлянтку в щёку и нырнул в аварийный выход.

– Он тоже каждый день мне это говорит, – донеслось моих ушей, прежде чем люк снова вернулся на место.

Скрежет над головой достиг своего апогея. Видимо туша Чужого немаленькая, раз он до сих пор не смог её протиснуть сквозь разодранные створки. Сопартийцы между тем были уже далеко внизу, лихо скатываясь по лестнице по-пожарному, не касаясь ступенек. В реале такой трюк требует большой сноровки, а здесь достаточно всего трёх очков Ловкости. Хуже всех получалось у техников, они вынуждены были тормозить почти каждый пролёт, но всё равно скорость передвижения была высока.

Нагнав поредевшую команду на нужном уровне, я с досадой поморщился – ник отважной дуэлянтки резко посерел, став полупрозрачным. Всё-таки не проскочила мимо…

– И их осталось пять…

Опять же, никто на мою фразу не обратил внимания, видимо привыкнув за время, проведённое со мной, что я вечно что-то бормочу себе под нос. А вот за Агату Кристи стало действительно обидно – неужели её перестали экранизировать?

Разблокировав внешние створки с помощью отпечатка моей ладони, мы один за другим покинули шахту лифта. Преодолев короткий коридор, группа вышла в просторный отсек, густо заставленный длинными металлическими стеллажами. Искать среди многочисленных ящиков искомую контрабанду даже с моим восприятием можно было до конца недели, так что я направился сразу к центральной панели.

Итак, Анжей со Стивом должны были оформить габаритный груз так, чтобы он попал на станцию с обычным рейсовым челноком, но не ушёл бы к Администрации. Мусор? Да нет, они его вроде как прямо на газовый гигант сбрасывают. Личные вещи тоже вряд ли отправляют аж целыми контейнерами… А что там ещё есть за категории?

Просматривая список подлежащего ближайшей транспортировке груза, я наткнулся на одну-единственную позицию, выбивающуюся из общего перечня дополнительной пометкой – «Утиль. На частичную переработку».

Бинго! Я быстро нашёл, где этот самый псевдо-утиль ждёт своего часа.

– Так, сектор шесть, ряд восьмой, место одиннадцать дробь семь!

Робофотт с техниками, вооружёнными простыми пистолетами-пулемётами, ринулись к указанному контейнеру. По оружию вообще у нас полный швах – только специалист имеет карабин с хорошим калибром, а экзобиологу, как представителю науки, вместо огнестрела полагалось носить обычный парализатор, на более поздних уровнях сменяющийся на грозный нейробластер, выжигающий к чертям всю нервную систему у цели. От такой ультимативной пушки я сейчас и сам не отказался бы.

– Да, это он! – дал подтверждение Робик. – Давайте сюда, ЭТО надо видеть.

Экзобиолог оказался прав, посмотреть было на что. В первую очередь – никакого контейнера как такового не осталось – лишь единичные ошмётки металла и пластика, разбросанные на несколько метров вокруг. Вместо него на нижнем, самом крепком уровне стеллажа покоилось нечто… Инопланетное. Похожее одновременно на светящийся изнутри орган огромного животного, обросший странными чёрными наростами-полипами, и на какой-то выпотрошенный прибор, со свисающими изнутри шлангами и силовыми кабелями. В длину артефакт достигал добрых трёх метров, и грузили его сюда явно с помощью специального антиграва.

– Теперь понятно, как Чужой попал на спутник, – я похлопал ладонью по опустевшей колыбели. – Они его яйцо выловили в космосе.

– Не Чужой, а вполне… Разумное существо, – тихо, и как-то растерянно поправил меня Робофотт.

– Хрена себе разумное! – не поверил Закосильщик. – Чего же он всех подряд здесь мочить начал?!

– Просто он ненавидит всех представителей Союза Антропоморфов, – уже чуть живее отозвался Робик. – Моя энциклопедия выдала однозначный вердикт – это спасательная капсула Доминиона.

– И что там про него интересного пишут? – хмуро поинтересовался я, заранее догадываясь, что ничего хорошего не услышу.

– Много чего… Самое неприятное, что доминионцы – биокиборги.

Странное слово. По отдельности вроде бы понятно, а вот вместе – нет.

– Это как?

– Они могут интегрировать в свой организм части любых поверженных организмов. Поэтому двух одинаковых особей до сих пор не нашли, за все сотни лет войны с Доминионом.

– Занятно… – пробормотал я. – Значит, систему безопасности он может спокойно обходить, ладоней-то собрал предостаточно. Получается, тогда, в лифте нам крупно повезло, что он не смог идентифицироваться. Да… Поэтому-то его «дьяволы» с «альфавцами» не смогли тогда прижать дружным огнём.

– Да бесполезно его куда-то прижимать! – в сердцах выпалил экзобиолог. – С такой бешеной регенерацией и взаимозаменяемостью частей тела, кинетическое оружие против него бессильно. В общем, для нас он считай что бессмертный…


Глава 11

Самое тяжёлое в любом деле – это начать. Собраться с духом, отринуть все сомнения и приступить к выполнению, даже если до конца твой план ещё не сформирован. В процессе всё придёт – вылезут косяки и несостыковки, что-то модернизируется, а что-то придётся безжалостно выбросить. Главное – рефлексировать уже будет некогда.

Это я и объявил оставшимся в живых «Баранам», чтобы хоть немного приподнять упавший в бездны паники боевой дух. Мы-то, в отличие от остальных, уже начали убивать товарища Доминионца, нужно просто не останавливаться на полпути. Наша группа единственная сохранила хоть какую-то боеспособность и немало выяснила о враге, а это – залог победы. «Искусство войны» врать не будет, это вам не гайды какие-то.

– И как же мы его завалим? – Робофотт нервно поскрёб лицевую кость.

– Забодаем нахрен! – я удивлённо вскинул брови. – Робик, это мы у тебя спрашивать должны. Как у специалиста, мать-перемать! Хватит уже бормотать о неуязвимости, у нас на это совершенно нет времени. Сюда не отправили бы новичков, не имей эта проблема хоть какого-нибудь решения. Давай так – пять минут тебе на сбор информации, а мы пока перекусим.

Но поесть у меня не получилось – на связь через терминал вышла «Альфа». Точнее – то, что от нее осталось. На голографическом экране возник запыхавшийся темноволосый мужчина с заметной проседью в висках.

– «Альфа» вызывает «Барана»!

– «Баран» на связи.

– Сам позывной придумывал? – спросил боец, переводя дух.

Говорил он очень чётко, хоть и немного шепелявил.

– Понимаешь, «Агнцы» или «Ягнята» не подходили по заглавной букве…

– Так ты знал!

– Более того, я пытался всех остальных предупредить, что нас везут на убой, но никто не послушал. Ладно, это всё теперь не имеет значения, лучше скажи, как у вас там обстановка?

– Жопа-жопа-жопа! – быстро и по пунктам доложил «альфовец».

– Сколько продержишься?

– А есть ради чего? – сразу же уточнил он.

– Конечно! – я не стал скрывать от союзника наши успехи. – Мы выяснили, что на модуле хозяйничает представитель инопланетной расы Доминион. Сейчас прикидываем, как бы половчей его завалить.

– Вот это понимаю новости, – мужчина удовлетворённо улыбнулся. – Нас тут двое всего осталось, и мы с удовольствием присоединимся к вашей группе.

– А в чём смысл-то? – откровенно не понял я манёвра. – Вы же все и так получите опыт, если у нас получится миссию закончить. Ты ж командир теперь, зачем дополнительный профит терять?

– И то верно, – боец на секунду отвлёкся, и вместо пафосной «Альфы» перед глазами возникла надпись: «Амвей921».

– Так-то лучше!

На тактической карте мы по-прежнему светились как «А», «В» и полностью посеревшее «D», так что разница была чисто эстетическая. Хотя смотря в умные глаза выжившего бойца, я почему-то уверился, что он в итоге получит опыта куда больше, чем прошлый командир отряда.

– Значит, принимай задачу, коллега, – принялся я объяснять по пунктам. – Бегаете без остановки, таскаете доминионца за собой. Не вздумайте где-то запираться и отсиживаться – он может теперь войти практически в любое помещение по всему модулю, используя… Ну, скажем так – части убитых им игроков.

– Отменить его доступ мы не можем?

– Нет, я уже пробовал. Система распознаёт его как своего. У нас с бывшими командирами были равные права, так что приоритета ни у кого нет. Хуже того – мы не можем отслеживать перемещения противника, система тоже это не позволяет.

– Ой, жопа…

– Она самая, – не стал я спорить. – Но мы работаем над болтом с солидной резьбой.

– Ну, мне стало чуть легче.

Игрок усмехнулся и прервал связь. Я немного поколдовал с интерфейсом, убрав ненужные пиктограммы из поля зрения, вместо них добавив отображение новоокрещёной группы.

Много времени манипуляции не заняли, но система решила окончательно не отпускать меня от терминала на перекус, высветив предупредительную красную надпись:

«Попытка несанкционированного доступа! Жилой ярус, уровень – 4, отсек 2F».

– Чужой? – предположил за моей спиной кто-то из техников.

– Не, бляха-муха, свои! – отозвался Робофотт.

– А вообще, что-то не похоже, – возразил я. – Сейчас у чёртового Франкенштейна полный набор отпечатков, он даже в техническую зону может зайти, как к себе домой. А вот кто-то наоборот – не может… Дьявол, да что же я сегодня так туплю! Микроволновка!

Я поспешил обратно к шахте, по которой мы спустились сюда, наплевав на приём пищи.

С одной стороны, путей наверх много, но с другой – этот маршрут уже проверен. И вообще, нужно же выяснить, как будет на нас охотиться чужеродный разум. Насколько он способен нестандартно мыслить?

Наверняка, остальные лифты по всему модулю уже повреждены и только того и ждут, чтобы вызвать к себе ремонтную группу. А ведь я прав оказался тогда в кабине, хоть и не осознавал это. Доступ, пусть и аннулированный нынче, к базе техников у доминионца был, а значит – он как-то наблатыкался получать оттуда информацию.

Так что возвращение обратно в шахту не выглядело слишком безумной затеей. Вряд ли он ждёт нашего возвращения по своим же следам. Да и на «Амвея921» надежда тоже огромная, что те хоть ненадолго отвлекут.

– Куда спешим? – заместитель нагнал меня у самой шахты.

– Не поверишь, Робик, к выжившему!

– Ты уверен, что это не ловушка?

– Нет, но проверить всё же стоит. Мне всё время та использованная кухонная техника покоя не давала, будто что-то важное упускаю. Напомни-ка, биокиборгам нужно себе что-нибудь готовить?

– Нет, они вроде всё необходимое прямо с тел берут…

– Вот! – я схватился за поручни лестницы и уверенно полез вверх. – Сам понимаешь, у нас тут есть чувак, успешно выживавший здесь трое суток, пока мы с прочими командирами сдуру не аннулировали его доступ. Теперь он заперт, пока за ним кто-нибудь не соизволит прийти. И мы обязаны быть первыми.

– Понял-понял, новая зацепка.

Робофотт тоже стал подниматься вверх, за ним – все остальные, лишь дрон специалиста возносился сам по себе, благодаря мелким антигравам.

– Ладно, расскажи пока, что узнал о засранце, – предложил я, когда мы преодолели второй пролёт.

– Новости не то, чтобы обнадёживающие… – честно предупредил заместитель. – Он едва убивается из лазерного оружия, которого у нас и в помине нет, чуть лучше – с плазменного и выше. Кстати, специально посмотрел – это же и касается мечей. У тебя случаем джедайского клинка с собой нет часом?

– Увы, он стоит больше, чем все мои внутренние органы в реале вместе взятые. Да и не взять сейчас мне его в руки – ограничения никто не отменял.

– Тогда у меня всё. Чёртова долбанина может до десяти секунд продержаться даже в вакууме, её просто не убить!

– Про вакуум неплохое предложение, так и в фильмах было, но это явно не наш вариант, – посетовал я. – Противник – разумный космонавт и ни за что не полезет в шлюзовую. Скорее, сам воспользуется системой и спокойно стравит в открытый космос нашу глупую приманку. М-да, крепкий орешек… Но лазер и плазму он всё-таки уважает. Так, а вот это уже мысль!

– Что ещё за мысль? – не понял экзобиолог. – Соорудить на коленке лазерную винтовку?

– Не совсем, – я плотоядно, как умеют только психи, улыбнулся. – Робик, ты когда-нибудь задумывался, почему в градуснике шкала на сорока двух градусах обрывается?

– Какая ещё шкала? Там же дисплей…

Вот так всегда – захочешь поумничать, и такой облом.

– Ипатьевский твой монастырь, Робик! – не выдержал я, прекрасно понимая, что могу погореть. – Ну ты что, ни разу ртутного градусника в глаза что ли не видел?!

– Видел, – не стал он отпираться. – В детстве. У мамы. Но сколько там делений, я в душе не помню, хоть убей. Да и пусть сорок два, хоть я не представляю такую температуру у человека. Что из этого?

– Потому что выше просто не бывает, мой друг, – весело объяснил я. – После сорока двух по Цельсию у молекулы белка начинает трещать по швам вся её структура. Пока окончательно не рвётся к такой-то прабабушке. Как точно называется процесс, не вспомню, что-то вроде «детонация яичного белка». Как-то так. Если проще, до этого порога человек просто нагревается, а вот дальше – уже готовится. Разницу чувствуешь?

– Хочешь его поджарить? – наконец, уловил мысль Робик. – Вот только доминионец поглощает не только человеческую плоть, да и сам он – траханый инопланетянин!

– Поверь, молекулы белка у всех общие – им глубоко по косинусу, в чьём теле вращаться.

– Ладно. Но ты же прекрасно знаешь технику безопасности на космическом объекте. Тут почти нечему гореть. И у нас нет огнемётов.

– Да, – согласился я. – Эту проблему нам нужно решить как можно скорее.

Мы добрались до изрядно помятой изнутри кабины, но возле неё нас, как я и рассчитывал, никто не поджидал. Осторожно с ней разминулись, благо шахта лифта это позволяла, и стали взбираться дальше. На нужном уровне мне пришлось исполнить небольшой акробатический номер – держась одной рукой за лестницу, второй дотянуться до сканирующей панели на соседней стене. Робик подстраховывал сзади, но я был не уверен, что худощавому инопланетянину удастся удержать мою тушу в броне, если всё же сорвусь.

Никогда на моей памяти сканирование не шло так долго.

Наконец, внешние створки с ехидным шипением пневматики гостеприимно разошлись в стороны. До входа на уровень было ещё дальше, чем до панели, но проблема решалась легко – проползти чуть выше по лестнице и прыгнуть вперёд. С моими пятью очками Ловкости – плёвое дело. Остальных ловил прямо в полёте и затаскивал внутрь.

В коридоре, где мы оказались, свет практически не горел, а на стенах снова обнаружились жирные грязные разводы. Доминионец уже порезвился здесь вовсю.

– Он, кстати, прекрасно видит в темноте, – добавил наш экзобиолог.

– Тем лучше, – я зашагал вперёд, выставив перед собой руку с отогнутым средним пальцем.

– Слушай, Кул, – Робик догнал меня через несколько шагов. – Я всё понимаю – это игра и всё такое… Но неужели тебе нисколько не страшно?

– У меня как-то раз друга прямо на глазах разорвало буквально напополам, половинки на кишках едва держались… Вот сообщать об этом его невесте было страшно, – я немного помолчал, прикидывая, насколько слова о контузии будут вписываться в мою легенду, но решил про неё не упоминать. – А вообще мне после голодных хомячков уже нечего бояться.

– Да уж, они мне самому вчера снились…

– Кстати, заметь – эту тупую мохнатую биомассу тоже сжигали.

– И нас вместе с ней…

Наш разговор прервало резко выскочившее перед глазами системное сообщение:

«Поздравляем с успешным выполнением задания! По возвращению на станцию „Глория-14“ вас ждёт награда и поощрение от Администрации. Расчётное время до прибытия пассажирского челнока – три часа, семнадцать минут».

До этого я наивно полагал, что меня сложно чем-то удивить:

– Я не понял, доминионец сам что ли вскрылся?!

– Ага, стух подлюка!

– Может, надо было просто продержаться? – предположил Змееросток.

– Робик?

– Нет, они суицидом не страдают.

Я ещё раз полез смотреть текст задания. Всё те же «обследовать», «устранить», «починить и запустить». Ничего из этого мы до конца так и не сделали. А на связь уже вышел «Амвей921», подтвердив, что это не коллективная галлюцинация.

– «Баран», приём! Ка-а-ак?! Как вы его завалили, красавцы?

– «Амвей», мы здесь не причём, – я покачал головой. – Подозреваю ловушку.

– Ну вот, умеешь ты испортить праздник… – шепелявый боец задумчиво почесал затылок. – Странно это, боссы не могут системные сообщения отправлять. Да и зачем? Он нас и так перехлопал бы рано или поздно. Может, стыдно ему стало, и он сам починил ретранслятор? Затем выпрыгнул прям в шлюз, и полетел к себе домой, яйца откладывать… Чем не вариант?

– Да куда ему лететь, он там долго не проживёт… – поправил я его и сам же осёкся от страшной догадки. – Святое банное воскресенье! Да как так, это же на поверхности было! Транспорт, муха-бляха! Он никак отсюда улететь не может, бедолага. Сначала были техники на попутном рудовозе, потом мы с высокоуровневыми кораблями, которые сразу же отчалили…

– А за нами пришлют обычный транспортный челнок, – закончил мою мысль «Амвеевец». – На нём он прямо до станции долетит, но что потом?

– Не знаю, – искренне ответил я. – Устроит кровавую баню, угонит корабль… В любом случае Администрации это не понравится.

– Это полная жопа! – боец в сердцах отключился.

– И не поспоришь, – согласился я, подходя к нужному отсеку. – Но пока у нас есть немного времени в запасе. Предлагаю провести его с пользой для дела, товарищи.

Моя мужественная командирская ладонь без проблем разблокировала створки и в открывшийся проём тут же уставились все имеющиеся в нашем распоряжении стволы. Это оказалась какая-то подсобка, заваленная всяким бесполезным хламом – кусками механизмов, какими-то грязными кожухами, разнокалиберными пластиковыми ёмкостями и ящиками, за грудой которых, ближе к противоположному краю, укрывалась едва различимая человеческая фигура.

– Внимание, это звёздный десант, всем выйти из сумрака!

Поначалу выживший инстинктивно дёрнулся в сторону, но тут до него дошло, что деваться отсюда некуда, а есть его вроде как не собираются.

Из-за ящиков показалась измученная женщина лет тридцати пяти, в изгвазданном донельзя комбинезоне. Только спустя пару секунд, когда она приблизилась к нам вплотную, я понял, что он некогда был белого цвета. Значит, учёный.

Елена Декой.

Уровень: 47.

Работник отдела научных изысканий.

Отношение: -10 (недоверие).

– Пройдёмте, гражданочка, – я прихватил её за локоть, убрав меч за спину. – Вы кушать хотите?

– Да… – женщина нервно заозиралась по сторонам. – А где… Он?

– Чёрт его знает, – честно признался я. – У нас с вашим доминионским паразитом трудности возникли. До этого мы просто не знали, как его убить, а сейчас он ещё и смог самостоятельно связаться от нашего имени со станцией. Там поверили, что угроза миновала, и выслали сюда пассажирский челнок с новой дежурной сменой.

Женщина судорожно кивнула и выдавила из себя:

– Да, ему нужно на станцию, там полно свежего генетического материала… Этого нельзя допустить… Иначе…

– Да ладно, там полно высокоуровневых астронавтов, они его за минуту уработают, – попытался я её успокоить, но без особого успеха.

– Нет, вы что! – женщина рывком высвободила руку. – Дело не в потерях… Если он доберётся до средств межгалактической связи – станции конец, уйти она не успеет. Достаточно пары их боевых кораблей, чтобы здесь ещё полвека собирали обломки «Глории-14»!

– А как же силы Союза? – вмешался в разговор Робофотт.

– Вы с какой луны сюда свалились?! Союз сейчас воюет с империей Скульпторов, никто отправлять сюда силы для спасения одной независимой станции не будет! Да что с вами?

– Нас недавно разморозили, – признался я. – Мы ещё не в курсе большой политики.

– Да уж я вижу, – женщина с аппетитом захрустела протянутой Даззом плиткой шоколада.

Наша группа вышла к осевому коридору, шедшему через весь уровень, и направилась прямиком к шахте лифта.

– Робик, проясни ситуацию, – попросил я товарища. – Если «Глории» приключается кирдык, где мы возродимся?

– По идее, в ближайшей нейтральной станции, – пожал плечами экзобиолог. – Вот только такой для нас поблизости точно не найдётся, сам понимаешь. В лучшем случае – очнёмся где-нибудь на задворках забытых долбуней, в каком-нибудь аппендиксе, откуда месяц будем выбираться.

– Тогда я этого доминионца голыми руками задушу! – пообещал я и повернулся к спасённой учёной. – Елена, к вам деликатный вопрос. На станции найдётся что-нибудь очень горючее?

– Нет, откуда, – уверенно мотнула головой женщина. – Здесь с этим строго, нам приходилось с отделом снабжения буквально за каждый реактив сражаться!

– Нам бы не колбу, а желательно, цистерну-другую, – скромно попросил я.

– У нас вы точно ничего не найдёте. Хотя…

Черт, как же я обожаю эти женские «хотя…»!

– Не томите нас, Елена, мы не овощи для рагу.

– Нашему, то есть… – женщина запнулась. – Этому модулю больше полторы сотни лет. Я слышала, его взяли по дешёвке где-то на Саргоне, когда «Глория-14» собирались перемещать сюда, взамен разрушенной «Фелиции-10»… И с тех самых пор он болтается здесь на орбите. Служба трудовой охраны несколько раз пыталась его закрыть, или хотя бы законсервировать, но Администрация всегда этому препятствовала.

– А закрыть пытались, потому что он мог загореться?

– Нет, взорваться.

– Ух ты! – оценил я новость. – Здесь на газе, что ли, еду готовят?

Женщина слабо улыбнулась и выдала заковыристую химическую скороговорку какого-то вещества, которую я при всём своём желании не смог бы запомнить. В голове только остались обрывочные: «тринитро-замещённый» и вроде как «пидрит». Хотя я точно не уверен.

– Вы сейчас, надеюсь, не демона вызывали?

– Это ракетное топливо, для маневровых двигателей. При взаимодействии с кислородом – мгновенно воспламеняется. Запрещено для применения практически по всей Галактике.

– Поэтому, оно безумно дешёвое? – наудачу предположил я.

– К сожалению, да. Комплексу постоянно приходится корректировать траекторию – в связи с близким астероидным поясом. Иначе работа всего этого старья влетела бы в копеечку.

– Ох уж эта наша горячо любимая Администрация… – покачал я головой. – Ну ладно, будем считать, они предвидели такой исход и заранее подготовились. Нам же грех их предусмотрительностью не воспользоваться. Сколько вещества нужно, чтобы, ну скажем, вот это помещение превратить в подобие работающего сопла?

– Литров сорок… – прикинула Елена. – Нет, взрыв будет такой силы, что целостности комплекса конец. Двадцать, а лучше – десять. Стены должны выдержать, но внутри температура будет около трёх тысяч градусов.

Мы с Робофоттом довольно переглянулись.

– Как на солнышке.

– Должно хватить.

– Да тут как бы стены не расплавились к чертям…

Дискуссию прервали открывшийся проход в один из сквозных отсеков, мимо которого мы совсем недавно прошли. Я, прекрасно понимая, что «Амвеевцев» на уровне нет, открыл было рот, чтобы всех предупредить, но тут резко стало очень поздно. Из проёма пружинисто выстрелила белёсая молния, вонзившись в спину ничего не подозревающего Дазза. Со стороны груди захрипевшего техника вырвалось испачканное в крови конусообразное костяное жало с зазубринами, по типу наконечника древнего копья. Крепилось оно к многосуставчатому бугристому отростку, будто слепленному из множества локтей. В следующее мгновение странный орган сложился гармошкой, резко сократившись в длине, и проткнутого насквозь игрока как пушинку унесло внутрь отсека.

Орать «Бегом отсюда!» не было уже никакого смысла, так что я захлопнул рот, схватил ценного персонажа в охапку и понёсся прочь. Благо, несколько секунд форы бедолага Дазз нам подарил. Однако тварь позаботилась, чтобы мы не пропустили званый ужин, на котором нам отвадилась почётная роль главного блюда. Внешние створки, ведущие в шахту лифта, оказались намертво залеплены темно-коричневой субстанцией, похожей на немного подзасохшие сопли. Ловушка!

Я с ходу рубанул по инопланетной замазке мечом, и едва не остался без оружия. Лезвие увязло в чёртовых выделениях, и лишь с третьего рывка удалось его освободить. Разрез при этом оказался просто смехотворным, будто пилочкой для ногтей пытался застывший клей расковырять.

– Направо!

Группа послушно понеслась в указанном направлении, через сквозные отсеки и короткие коридоры. Но недостаточно быстро – позади начал нарастать дробный топот, сопровождающийся странным, гнетущим душу стрекотанием. Оглядываться времени не было, но тварь явно нас нагоняла.

Я уже хотел плюнуть на всё, и оставить отряд на Робофотта, но Змееросток меня опередил – резко встал на месте, выкрикнув:

– Я его задержу!

Герой хренов. Но действовал вчерашний школьник куда разумнее многих старших – он закрыл очередной шлюз, через который мы только что пробежали, и с помощью верного дрона полностью заблокировал панель доступа. Уйти юный хакер уже не мог – радиус действия его механического помощника составлял всего с десяток метров.

Оценив ситуацию, я одобряюще хлопнул его по плечу, и принялся нагонять остальных. Как же хорошо ошибаться в людях – по факту парень оказался одним из полезнейших членов команды, и терять его было очень неприятно. Но в ином случае – здесь останемся мы все.

Убегая, я успел услышать, что покрасневшая от взлома интерактивная панель отрицательно запищала, когда доминионец попытался воспользоваться своим неограниченным доступом. Конечно, надолго это его не остановит, особенно, если вспомнить, что он сотворил со створками лифта. Но нам как раз должно хватить.

Лифт-дублёр с виду оказался целым, но я не стал полагаться на везение и пробовать его запустить. Ещё не хватало вниз вместе с кабиной в обнимку рухнуть. Поэтому мы воспользовались уже проверенным способом – через люк в полу пробрались внутрь шахты и стали спускаться по технической лестнице. Для чего пришлось выпустить персонажа-учёного из рук, но она вполне уверенно справилась со всеми трюками наравне с остальными.

Когда мы опустились на несколько уровней, я решил, что дальше хватит куда-то бесцельно нестись – это непрофессионально и глупо. Змееросток успел уже к этому времени уйти в мир иной, полностью выполнив свою задачу.

– Елена, а где нам разжиться этим самым… Топливом?

По-хорошему, этот вопрос нужно было задавать ещё раньше, но эффектное появление нашего антагониста спутало все мои планы.

– Так, – женщина ненадолго задумалась. – Проще всего проще это сделать в технической зоне, у самого основания модуля. Нам понадобится специальная ёмкость, а они есть только в исследовательской зоне. Но и это ещё не всё – мне нужно будет соорудить какой-нибудь механизм, который бы смог обмануть встроенную систему защиты. В ином случае вручную открыть её будет нельзя.

Я тут же набросал сообщение союзникам с просьбой раздобыть нужный девайс. А Робофотт, едва не сорвавшись вниз от усталости, тяжело вздохнул:

– Да сколько можно, туда-сюда мотаться…

– Ну ты же не думал, что мы ракетное топливо просто в бутылку нальём? – как смог поддержал я его и обратился к последнему оставшемуся в строю подчинённому. – Сможешь сцедить, не взорвав тут всё к чертям?

– На крайняк алень до станции своим ходом долетит, – хмыкнул Закосильщик.

– Тоже вариант, – согласился я. – Но хочется всё-таки награду получить вместо поджопника. Зря, что ли, столько народа полегло?

– Ну да, за Дазза урод ответит однозначно!

– Вот и хорошо.

Когда добрались через многочисленные перемычки до технической зоны, таймер обратного отчёта списал очередной час. Следовало поторопиться, но передвигаться здесь иногда приходилось и ползком – повсюду тянулись какие-то трубы и жгуты кабелей, а через каждые несколько метров наружу выступали укрытые кожухами гудящие механизмы. Да и жарко здесь было, как в котельной, отчего под низким металлическим сводом клубился грязный вонючий пар.

Найдя работающий терминал посреди этого бедлама, я связался с «амвеевцами», число которых уже успело сократиться до одного. Это они к заработавшим системам связи так неудачно сунулись. Теперь союзников хоть в Красную книгу записывай…

Тёмноволосый боец доложил, что доминионец заблокировал его где-то в исследовательской зоне, но он всё равно умудрился добыть необходимую ёмкость и сбросить её в мусоропровод, чей приёмник как раз находился где-то неподалёку от нас.

– Принимайте посылку, но постарайтесь, чтобы это страхоёбище напоследок хоть немного помучилось. С вас запись!

– Предоставим, – пообещал я, и «амвеевец», пожелав удачи, отключился.

Интересный человек. Не знаю как, но этот игрок выигрывал в догонялки у доминионца дольше всех остальных, вместе взятых. Думаю, если бы не моя просьба, он точно бы остался бы в живых до момента отбытия биокиборга на станцию.

Между тем Закосильщик с Робиком как раз добрались до мусороприёмника и принялись резво его потрошить. Елена насобирала по пути всякого механического хлама и на ближайшем верстаке принялась мастерить открывашку. Я же от нечего делать полез в систему, посмотреть, что здесь можно найти полезного. В основном, тут хранились всякие запчасти да расходники, но спустя десяток минут тщательного изучения списка на глаза попался любопытный пункт – «механизированный уборщик».

Это как, самонаводящийся пылесос или что-то посерьёзнее?

Найдя место хранения, пошёл смотреть на находку. Благо, сейчас доминионцу было не до нас, и можно было немного вздохнуть с облегчением.

Контейнер, в котором хранился уборщик, своими размерами не впечатлял, всего около метра в длину. Я разблокировал замок и запустил процесс активации – уж очень хотелось посмотреть, что тут должно в технической зоне убираться. Когда контейнер раскрылся, моему взору предстал парящий на антигравах металлический шар, состоящий из нескольких плотно пристыкованных друг к другу сегментов.

Не особо впечатлённый, ибо рассчитывал найти себе полноценного робота в помощники, я хотел уже отослать шарик обратно, но в этот момент он засёк сканирующими сенсорами какую-то грязную тряпку на полу и резво подхватил её выдвинувшимися из корпуса гибкими манипуляторами. Вышло довольно быстро и ловко. Манипуляторы оказались похожи на щупальца осьминога, только кончались не присоской, а подобием металлической ладони. Правда, «пальцев» там имелось сразу шесть, так что уборщик мог спокойно справляться с любой задачей, требующей мелкой моторики.

– Ладно, Шарик, ты принят в штат «Баранов», – я решительно полез в систему и отдал дроиду приказ следовать за мной.

Пришло время возвращаться, тем более Закосильщик с Робиком уже приступили к самой опасной части нашего плана – сливу топлива из хранилища. Для этого им пришлось покинуть модуль и выйти в открытый космос через ремонтный шлюз, предварительно одевшись в громоздкие скафандры технической службы. Пусть передвигаться даже в невесомости в них было крайне неудобно, но зато они имели собственную бухту со страховочным тросом, в отличие от энергетической защитной оболочки или тех же персональных щитов.

Кстати, интересный факт – атаки биокиборга полностью игнорировали наличие щитов у игроков. Интересно, а мой портативный на запястье он тоже пробьёт насквозь?

– Как идёт? – поинтересовался я у них, поморщившись от того, что прямо на глазах посерела пиктограмма «А».

Вот мы и остались одни…

– Тут главное не перебздеть, – небрежно поделился технологией Закосильщик. – Чай не у машины бензак сливаем.

– Долго ещё?

– Минут пять и сворачиваемся.

– Отлично, я как раз исполнителя нам нашёл.

Найдя работающий терминал посреди этого бедлама, я связался с «амвеевцами», число которых уже успело сократиться до одного. Это они к заработавшим системам связи так неудачно сунулись. Теперь союзников хоть в Красную книгу записывай…

Тёмноволосый боец доложил, что доминионец заблокировал его где-то в исследовательской зоне, но он всё равно умудрился добыть необходимую ёмкость и сбросить её в мусоропровод, чей приёмник как раз находился где-то неподалёку от нас.

– Принимайте посылку, но постарайтесь, чтобы это страхоёбище напоследок хоть немного помучилось. С вас запись!

– Предоставим, – пообещал я, и «амвеевец», пожелав удачи, отключился.

Интересный человек. Не знаю как, но этот игрок выигрывал в догонялки у доминионца дольше всех остальных, вместе взятых. Думаю, если бы не моя просьба, он точно бы остался бы в живых до момента отбытия биокиборга на станцию.

Между тем Закосильщик с Робиком как раз добрались до мусороприёмника и принялись резво его потрошить. Елена насобирала по пути всякого механического хлама и на ближайшем верстаке принялась мастерить открывашку. Я же от нечего делать полез в систему, посмотреть, что здесь можно найти полезного. В основном, тут хранились всякие запчасти да расходники, но спустя десяток минут тщательного изучения списка на глаза попался любопытный пункт – «механизированный уборщик».

Это как, самонаводящийся пылесос или что-то посерьёзнее?

Найдя место хранения, пошёл смотреть на находку. Благо, сейчас доминионцу было не до нас, и можно было немного вздохнуть с облегчением.

Контейнер, в котором хранился уборщик, своими размерами не впечатлял, всего около метра в длину. Я разблокировал замок и запустил процесс активации – уж очень хотелось посмотреть, что тут должно в технической зоне убираться. Когда контейнер раскрылся, моему взору предстал парящий на антигравах металлический шар, состоящий из нескольких плотно пристыкованных друг к другу сегментов.

Не особо впечатлённый, ибо рассчитывал найти себе полноценного робота в помощники, я хотел уже отослать шарик обратно, но в этот момент он засёк сканирующими сенсорами какую-то грязную тряпку на полу и резво подхватил её выдвинувшимися из корпуса гибкими манипуляторами. Вышло довольно быстро и ловко. Манипуляторы оказались похожи на щупальца осьминога, только кончались не присоской, а подобием металлической ладони. Правда, «пальцев» там имелось сразу шесть, так что уборщик мог спокойно справляться с любой задачей, требующей мелкой моторики.

– Ладно, Шарик, ты принят в штат «Баранов», – я решительно полез в систему и отдал дроиду приказ следовать за мной.

Пришло время возвращаться, тем более Закосильщик с Робиком уже приступили к самой опасной части нашего плана – сливу топлива из хранилища. Для этого им пришлось покинуть модуль и выйти в открытый космос через ремонтный шлюз, предварительно одевшись в громоздкие скафандры технической службы. Пусть передвигаться даже в невесомости в них было крайне неудобно, но зато они имели собственную бухту со страховочным тросом, в отличие от энергетической защитной оболочки или тех же персональных щитов.

Кстати, интересный факт – атаки биокиборга полностью игнорировали наличие щитов у игроков. Интересно, а мой портативный на запястье он тоже пробьёт насквозь?

– Как идёт? – поинтересовался я у них, поморщившись от того, что прямо на глазах посерела пиктограмма «А».

Вот мы и остались одни…

– Тут главное не перебздеть, – небрежно поделился технологией Закосильщик. – Чай не у машины бензак сливаем.

– Долго ещё?

– Минут пять и сворачиваемся.

– Отлично, я как раз исполнителя нам нашёл.

За оставшееся у меня время успел ещё раз внимательно пройтись по характеристикам щита, убедившись, что помимо пуль он отлично держит температуру. Естественно, ни о каких костяных шипах, пробивающих его без проблем, там не говорилось.

Елена закончила колдовать над механизмом как раз ко времени, когда парни окончательно разоблачились, оставшись лишь в нательных комбинезонах.

– Вот! – она гордо продемонстрировала нам на нечто среднее между капканом и фаллоимитатором.

– Внушает! – поспешил я ответить за всех, чтобы остальные не успели ляпнуть чего-то не того, окончательно испортив наши отношения с персонажем. – Установите?

– Конечно.

Женщина приняла из рук Закосильщика заветную ёмкость – небольшой металлический куб с выпирающими рёбрами жёсткости на гранях, и принялась насаживать на него своё творение. Пока она устанавливала и калибровала механизм, я предупредил техника, чтобы тот взял управление над уборщиком в свои руки. Попытка у нас была всего одна, а гарантировать, что простенькие на первый взгляд алгоритмы поведения уборщика сработают как надо, не стали бы даже создатели игры.

Так что мы защитились от великого и ужасного Рандома как могли. теперь осталось только вызвать противника на поединок за право владения научным модулем. Но это не представляло большой проблемы

Метод, по которому нас находил доминионец, на поверку оказался достаточно прост – он, как и я, отслеживал все сообщения о нарушениях безопасности и незамедлительно на них реагировал. Подумав, мы не стали устраивать засаду в технической зоне, боясь повредить что-нибудь из жизненно важного, а поднялись чуть наверх, на пару уровней ниже исследовательской зоны.

В последний и решительный бой пошли мы с Робофоттом, оставив женщин и почти детей отсиживаться в безопасности. За нами, будто верный питомец, следовал дроид-уборщик, бережно держа перед собой контейнер всеми манипуляторами сразу. Всё-таки надёжно состыковаться шару и кубу крайне проблематично, тут создателям робота явный незачёт. Но выглядела такая геометрия достаточно забавно.

Я выбрал просторный длинный коридор и методично разнес мечом панели управления с обоих его концов, тут же получив оповещение о своих противоправных действиях. Можно было ещё раз попытаться прорваться к системам связи – наверняка биоробот ожидает встретить нас именно там, но я был не уверен, что все эти шалости с химией не приведут к порче устройств. Починил за нас, и на том спасибо.

Робофотт терпеливо ждал меня посередине коридора, поигрывая парализатором, казавшимся игрушкой из ларька с детскими товарами.

– Ты уверен, что точно хочешь этого? – не удержался я от вопроса, покончив с панелями.

– А то! Тем более у меня профессиональная фича – с монстра может упасть дополнительная фигня, если в её убийстве принимал участие экзобиолог.

– Сомневаюсь, что тебе зачтут разумного инопланетянина как обычного моба. А про то, что от него останется, вообще молчу. Мы ж как браконьеры – хреначим по-взрослому, чтоб наверняка.

– У меня к нему профессиональный интерес, – отрезал Робик.

– Хочешь засечь, как быстро он тебя схарчит?

– Нет, просто попробую узнать про него чуть больше.

– Да как знаешь, – махнул я рукой. – Тебе уровень терять.

– Как потеряю, так и получу!

– Не дели шкуру неубитого босса, – погрозил я пальцем.

Нашу беседу прервал тяжёлый удар по створкам, донёсшийся с одного из концов коридора. Враждебный инопланетянин примчался на место нашего рандеву с фантастической скоростью, всего за несколько минут. Со створками он расправился и того быстрее, в клочья изорвав толстые листы металла посередине, а остальное просто отогнув в стороны.

Выглядел он куда больше, чем я себе представлял. Никакой антропоморфности не было и в помине – монстр хоть и представлял собой скопище различных конечностей, но стыковались они так причудливо, что ассоциировать эту бледную кучу малу ни с чем не получалось. Как говорится: «я тебя слепила из того, что было».

Руки, ноги и прочие конечности торчали как поодиночке, так и соединялись в сложные конструкции, чьим предназначеньем являлось только одно – умерщвление других существ. Самое интересное – вся эта мешанина умудрялась выглядеть достаточно функционально и зловеще.

Многоножка издала зловещий стрёкот и резво понеслась к нам навстречу. Отправленный в авангард робот с контейнером её особо не заинтересовал, но одно из пружинистых отростков походя смахнула уборщика с пути, дабы массивное тело могло беспрепятственно здесь пройти. В принципе, ждать пока они поравняются, было не обязательно, но Закосильщик явно проворонил благоприятный момент, и наш мячик был безжалостно отфутболен в сторону. Я практически не удивился, когда услышал крик техника в чате:

– Бот залагал! Не слушается!

Очень хотелось сказать, что у него самого там, в организме, не слушается, но на это совершенно не оставалось времени – биокиборг приблизился на расстояния броска конечностями. Я прижался к прохладной стене, готовясь для рывка, и краем глаза заметил, что Робофотт замер на месте как вкопанный. Загипнотизировал его пришелец, что ли?

Ладно, сейчас точно не до него. Хотел поближе познакомиться с инопланетным организмом – пожалуйста, вот он, во всей своей омерзительной красе.

Однако я недооценил физических данных орторионцев, среди которых числилась феноменальная реакция.

Попасть в него костяным жалом у босса не вышло – игрок практически неуловимым движением ушёл в сторону и тут же разрядил в многосуставный отросток заряд парализатора. Пыхнуло бело-голубой молнией, и монстр издал злобный скрежет, будто тысячью гвоздей по стеклу провели. Аж зубы во рту заныли. Ловчий орган сломанным стеблем опал на пол, где его уже настиг мой клинок, одним махом отделив от основного тела.

Ампутация под анестезией прошла успешно, но совершенно не понравилась пациенту. В нашу сторону резво полетели какие-то клешни, крюки и гибкие петли, и это всё на расстоянии свыше десятка метров. С большинством из всего этого я благополучно разминулся прямо в воздухе, ввинтившись в свободное пространство, но пару самых тонких отростков всё же пришлось отсечь.

К счастью, робота отшвырнуло вперёд, и до него нужно было преодолеть каких-то жалких пару метров. В противном случае, даже с моей исключительной Ловкостью, биокиборг поживился бы моими органами взамен утраченных.

– Робик, чини его!

Я вертелся на месте как уж, расписывая клинком замысловатые круги. Что не мог отрубить сразу – просто калечил, до полной нетрудоспособности. Всё-таки неплохой у меня класс – клинок наносил куда больше повреждений, чем те же пули, которые наверняка безполезно вязли в огромной туше. Инопланетянин, видимо до этого не сталкивавшийся с мечниками, немного притормозил, собираясь с мыслями.

Это нам и нужно было. Укрывавшийся за моей спиной ксенобиолог снова пыхнул молнией из парализатора и подбежал к нокаутированному уборщику. Тот на первый взгляд был почти целым, разве что потерял несколько антигравов, но по-прежнему продолжал держать проклятый контейнер в манипуляторах. Не знаю, что сделал собирающийся стать робототехником игрок (не до этого было), может, пнул шар как-то по-особому, но радостный вопль техника «Заработало!» мы перекричали в две глотки уже своим криком:

– Жми-и-и!

Звук заскрежетавшего металла настолько отчётливо донёсся моих ушей, будто я сам оседлал круглого дроида. Однозначно, смазать слепленную на коленке конструкцию Елена не успела. В этот момент биокиборг, будто почуяв неладное, бросился вперёд и пригвоздил моего зама сразу двумя шипами к стене. Я сам чудом увернулся, потеряв примерно треть хитов от коварного выпада, откатился назад, озаряемый разгорающимся пламенем, и активировал все щиты.

Доминионец, уже поняв, в чём дело, громко и как-то обречённо заскрежетал.

– Извини, приятель, но мне сегодня нужно ещё кое-кому глаз на жопу натянуть.

Меч, на всякий случай, отправился в инвентарь, а освободившейся рукой я ухватился за собственное запястье со щитом, для большей устойчивости. Как оказалось – не зря, потому что шандарахнуло в коридоре на совесть. По ощущениям, будто посреди коридора маленькое солнышко зажглось.

Взрывной волной меня как пушинку унесло аж до противоположного входа, существенно впечатав в створки. Портативный щит, решив, что с него хватит, с громким хлопком отправился в рай для верных механизмов.

Будь дело в реальности, от такого удара от меня мокрое место, разве что, осталось бы, но я смог уцелеть и даже нашёл в себе силы активировать наноаптечку. Правда, долго она в этом свежеоткрытом филиале ада спасать меня не могла.

Чувствуя, что начинаю понемногу гореть, несмотря на то, что персональный щит ещё работал, я повернулся к заблокированному шлюзу и достал из инвентаря загодя приготовленный антигравитационный клин – космический аналог старого доброго домкрата. Он не без труда, но всё же смог отжать раскрасневшиеся от жара створки настолько, что можно было протиснуться наружу. Что я и сделал, уже на остатках структуры щита.

Оказавшись по ту сторону, я убрал клин обратно, дав створкам вновь сомкнуться, и пополз вперёд, к следующей переборке. Расслабляться было рано – если за стеной можно было стремительно сгореть, то здесь предстояло просто неплохо запечься. Лучше, но всё равно не то. Не знаю, что там хотел дополнительного найти Робофотт, но от биокиборга вряд ли останется что-то кроме сажи и угля.

Лишь отдалившись от пожарища на довольно приличное расстояние, я позволил своему измученному телу немного полежать. Почти все шкалы сияли пустотой – жизни оставалось меньше десяти хитов, бодрость и вовсе ушла в ноль. Зря тогда не поел.

Не знаю, сколько мне пришлось валяться в липкой пене, которую принялась запоздало распрыскивать система пожаротушения, но когда я в следующий раз открыл глаза, надо мной склонились две человеческие фигуры. Естественно, я подумал, что это Елена с Закосильщиком, но это оказались два незнакомых гуманоида со светло-зеленой кожей, будто оба скушали что-то не то. Невзирая на мои довольно слабые попытки сопротивления, они резво погрузили меня на небольшую летающую платформу и повезли на ней прочь.

Рассмотрев нашивки на бронекостюмах незнакомцев, я отчётливо увидел знакомую символику – литеру «G» и цифру «14» в сложном орнаменте, после чего успокоился. Это могли быть некто иные, как пилоты с челнока, которые увидели творящийся здесь бардак и решили помочь. Я снова ненадолго отрубился, и пришёл в себя уже внутри корабля, в компании двух других спасённых. Причём техник уже успел покинуть игру и находился в бессознательном состоянии. Его можно было понять – мы практически десять часов потратили на операцию.

Выполненное задание принесло мне сразу пять уровней, кучу каких-то системных сообщений, которые решил просмотреть на свежую голову, а также сто двадцать тысяч кредитов. Даже учитывая новую скидку от Администрации, которой я уже вряд ли воспользуюсь, награда выглядела какой-то куцей. По затраченным усилиям и напряжению, нам должны были вручить минимум по новенькому звездолёту каждому. Неудивительно, что разочарованный Закосильщик предпочёл уйти на покой.

Я тоже собирался выйти, решив, что офтальмо-проктологические процедуры в отношении отдельных лиц можно провести и с утра, но меня остановила присевшая рядышком Лена. Я машинально отметил, что отношение у неё ко мне изменилось аж на тридцать пунктов в плюс, достигнув признательности.

– Такие слова благодарности вряд ли существуют в Галактике, чтобы выразить мои чувства… – она глубоко вздохнула, положив свою ладонь мне на обожженную грудь. – Так что я скинула вам… То есть – тебе, пароль от моих личных апартаментов на станции. Заходи, когда захочешь, я всегда буду рада.

Я аж поперхнулся от такого неожиданного предложения, растеряно буркнув по привычке:

– Вообще-то я женат.

– Да? – удивлённо вскинула брови женщина. – Я что-то не вижу информации…

Проклиная себя, на чём свет стоит, я поправился, махнув на всё рукой:

– Её больше нет.

– О! Понимаю…

Отношение ко мне скакнуло ещё на десять пунктов, и персонаж медленно убрала руку.

– Всё равно, приходи… Просто поговорить.

Горе-Штирлиц, то есть – я, облегчённо выдохнул.

– Непременно.

Минут пять мы просто молчали, думая каждый о своём. То есть думал я, а она… Чёрт его знает. Чем больше общался с искусственно созданными персонажами, тем более убеждался, что они ничем не уступают живым людям. Как же так получилось сделать? Сколько работы нужно было провести от простеньких диалоговых окон до полноценного непринуждённого общения? И при всём при этом уникальные личности смертны, в отличие от нас.

А не в этом ли вся эта магическая прелесть игры в виртуальности для большинства людей – чувствовать себя бессмертным полубогом?

– Слушай, а что будет с тобой, после всей этой кутерьмы? – спросил я, чтобы отвлечься от гнетущих душу размышлений.

– Ничего особенного, продолжу работать, – чуть подумав, ответила учёная. – А вот семьи Уоррена и Шатальски депортируют со станции.

– Они-то здесь причём? – удивился я.

– Таков закон. Оба знали, на что шли и чем рисковали. Да, куш был заманчив, но так рисковать…

Кстати о куше. Воспользовавшись тем, что связь уже функционировала я полез в магазин, для интереса поискав стоимость спасательной ячейки Доминиона с его представителем соответственно – внутри. Выскочившая сумма оказалась просто запредельной – около сотни синткоинов, в торовцах-покупателях сплошь высокоуровневые игроки и главы различных межзвёздных формаций. Даже получись у бедолаг-персонажей толкнуть её за полцены, им всё равно бы на безбедную старость хватило без проблем.

Так, стоп. А что, если… Замерев от собственной страшной догадки, я чуть изменил данные в поисковом запросе. Высветившийся результат подтвердил самые худшие опасения – пустая капсула котировалась в районе двух с половиной миллионов кредитов, или двадцати пяти синткоинов, если считать, как мажор.

Я тихо застонал сквозь стиснутые зубы, прикидывая, хватит ли у меня сил захватить челнок и повернуть его обратно. Всё равно ведь пиратом скоро становиться, надо же с чего-то начинать. Но потом вспомнил, что корабль должен был привезти с собой новую смену учёных, а также наверняка – представителей службы безопасности станции, и нашёл в себе силы вполне искренне рассмеяться.

– Что такое? – встрепенулась задремавшая было в тишине Елена.

– Да ничего, – весело ответил я. – Подумал вдруг, что переименовывать свою собственную тактическую группу не буду никогда. «Б» значит – баран.


Глава 12

Утро встретило меня тянущей болью в висках и целым ворохом сообщений. Благо, хоть без птичек в этот раз обошлось. Когда приводил себя в относительный порядок и глотал прописанные таблетки, отметил несомненную положительную тенденцию – пальцы дрожали куда слабей.

Заказал себе простенький завтрак холостяка с доставкой, и занялся физиотерапией. Во время обязательной разминки для паралитиков вдруг вспомнил, что где-то на глаза попадались старенькие электронные весы. Поиски не заняли много времени, и были щедро вознаграждены – за прошедшую неделю я умудрился набрать пару килограмм. Совсем неплохо!

А тут и коммуникатор на запястье выдал простенькую мелодию, оповещая, что курьер уже прибыл. Но зашаркал я не к двери, что кажется логичным направлением, а к единственному окну, за которым на месте бельевых верёвок располагалась посадочная площадка для дронов. Увы, но молодёжь нынче предпочитала не носиться с доставками, а зарабатывать прямо в играх, так что живого курьера могли себе позволить только состоятельные фирмы.

Когда я с пятой попытки открыл створку, серебристый квадрокоптёр уже отчалил, и казался из квартиры малозаметной точкой, проплывающей над крышами соседних домов. Следом в воздухе соткалось изображение какого-то незнакомого обувного бренда и я с досадой захлопнул окно. Так скоро забудешь, как чистое небо в действительности выглядит. Интересно, а в деревнях и сёлах такое же принудительное насилие над глазными нервами?

Сжав коробку с боков одними запястьями, кое-как донёс её до кухонного стола. Вроде бы пальцы все на месте, а чувство такое, что вместо рук какие-то культяпки. Пока потрошил упаковку, попутно занялся разбором накопившейся за ночь почты, благо голографический экран с голосовым управлением позволял это делать, не отвлекаясь от своих занятий. А для особо ленивых существовала даже функция зачитывания текста. По ощущениям – как будто автоответчик прослушиваешь, только голос всегда одинаковый. На расширенную версию, включающую в себя разные голосовые модули, я разоряться не стал.

Сообщения в соцсетях не таили в себе ничего интересного – почти все оказалось рекламой. Разве что очередных посланий от загадочной Марии больше не было, чему я только обрадовался. Все эти дни она меня регулярно спамила, но вот и её терпению подошёл конец.

А вот письма, пришедшие мне на игровой аккаунт, оказались одно другого любопытней. Отдельно шли многочисленные предложения вступить в какие-то доморощенные мелкие кланы, их отправителей я сразу закинул в чёрный список. Но дальше обнаружились несколько более серьёзных групп, а один из них – Союз Отцов-Основателей даже входил в топ-20 по Европейскому региону. И с чего такой интерес к моей скромной персоне?

Как казалось, не такой уж и скромной. Если совсем недавно моё место в рейтинге исчислялось шестизначной цифрой, то сейчас я располагался в первом десятке тысяч. Но сильно задирать нос не стоило – диапазон учитывавшихся игроков имел только пятьдесят уровней. С пятьдесят первого левела лига станет другой, и я вполне могу опять улететь в самый хвост списка.

Рейтинг хорошо подняли блестяще выполненное тяжелейшее задание и новое обычное достижение – «Враг Доминиона». Если не вспоминать об упущенном богатстве, то рейд вышел очень прибыльным. Но, к сожалению, моё время на станции стремительно подходило к концу. Уже завтра меня должны посадить в местный аналог Алькатраса, сбежать с которого, судя по прочитанному материалу, практически невозможно. Процент удачных попыток был настолько мал, что за них давали необычное достижение и уважение в определённых криминальных обществах.

Вот так – всю жизнь боролся с преступностью, а теперь самому придётся побывать в их шкуре… Хотя какой мальчишка в детстве не мечтал стать пиратом? Я, как и многие мои сверстники, в своё время зачитывался Стивенсоном и Сальгари, остро жалея, что родился не в то время, когда можно наняться юнгой на какой-нибудь корабль и уплыть из этой серой обыденности навстречу приключением. Это потом уже, с ростом многочисленных рынков и ларьков с подпольной продукцией это слово полностью растеряло свой романтический ореол.

Сейчас мне предстояло решить, как именно я окажусь по ту сторону закона, но сначала неплохо бы закончить с почтой. Никуда я вступать пока не собирался, так что все предложения пошли в отдельную папку, дабы не отвлекать меня от других, более важных, писем. Таких, как оповещение, что видео с моими выкрутасами в космосе досрочно обошло оппонентов и мне присвоено почётное звание «Новичок недели». Правда, интервью должно было состояться через несколько дней, как раз тогда, когда меня доставят на Крокс-4. Непонятно, пропустят ли журналистов на территорию закрытой планетной системы, но это точно не мои проблемы.

Несколько сообщений было от игроков из последнего задания. Верные «Бараны» поздравляли с победой, бывший командир «Альфы» извинялся, и лишь «Дьяволы» хранили стойкое молчание.

«Амвей921» поблагодарил за видео и оставил ссылку на свой канал, располагавшийся на крутом стриминговом портале. Он оказался довольно известным в сети игроком (пять миллионов подписчиков!), который пришёл в «Новые Горизонты» из другой, не менее популярной игры, правда, с фэнтезийным сеттингом. От него же пришла и довольно ценная посылка – довольно редкий церемониальный меч работы мастеров Ра, выполненный из титанового сплава с микронной заточкой. Походил он, естественно, на древнеегипетский хопеш, самого, что ни на есть разбойничьего вида. Лезвие оказалось непростое, а с лазерной гравировкой, стилизованной под языки дикого пламени, а рукоять – с инкрустацией пульсирующих оранжевым цветом полужидких кристаллов. Именно так, я аж чуть не хлопнулся оземь от такого надругательства над матерью нашей физикой.

Клинку из диллирия хопеш уступал лишь самую малость, а требовал на целых десять очков навыка меньше.

«Самому отмороженному меченосцу», гласила коротенькая приписка.

Я с усмешкой принял подарок, подписался на канал и сделал зарубку в памяти – ознакомится с его похождениями в виртуальности.

От кураторов таинственной организации тоже нашлось лаконичное сообщение, состоявшее из одного-единственного – «Молодец». Даже без восклицательного знака. Несколько раз я зачем-то перечитал письмо, с каждым разом всё больше убеждаясь, что на мои успехи им положить. Нет, свободное плавание, в которое меня отправили, устраивало полностью, но так дела не делаются.

Нет ни гайдов, не схемы прокачки – делай что хочешь, твори, что взбредёт в голову. Даже способ преступить закон я должен был выбрать самостоятельно. Что же за этим безразличием скрывается – пофигизм или нежелание вмешиваться в мой игровой процесс? Или это моя старая добрая паранойя снова обострилась? Ведь все мои действия и поступки в игре могут в будущем просчитываться мнительным экспертом либо мощным искусственным интеллектом. Зачем? А в целях внутренней безопасности клана Лаптей…

С некоторой толей грусти написал интересующемуся моими планами на сегодня Робику, что собираюсь идти на разбой, и совсем скоро наши пути разойдутся. С собой тянуть на дно я его не собирался – в тюрьме слишком мало возможностей для заработка, да и вообще экзобиологи среди космических пиратов крайне непопулярны.

Завтрак и письма подошли практически одновременно к концу, но последнее сообщение от некой Шельмы заставило меня издать нецензурный возглас, и едва не поперхнуться порошковым соком.

«Кир! Почему ты молчишь? Ты на „Глории-14“? Давай встретимся!»

Думать, кто же такой тут нарисовался на мою бедную голову, долго не пришлось. По имени меня в игре никто не знает, кроме Марии ака «Мать твою, да когда же ты отстанешь».

Шельма! Тут и не поспоришь…

Получается, Мария оставила попытки достучаться до меня в реальности, решив настигнуть прямо в игре. Благо, учётка Демченко ей известна. Интересно, а как давно она сама в «Новых Горизонтах»?

Посмотрев её профайл, я вынужден был констатировать, что настырная барышня в игре далеко не новичок.

Шельма.

Уровень: 537.

Клан: Сопрано.

Класс: Псионик.

Надо срочно валить со станции. Так и до раскрытия недалеко.

Проклятье, чем же её зацепил в своё время морпех Демченко?! Хотя, если вспомнить, как выглядело его тело раньше, многое становится на свои места…

Кстати, а что у неё за класс такой?

Открыл справку и углубился в чтение, чтобы немного успокоиться. Псионики, как и ожидалось, оказались мастерами воздействия на разум, вплоть до полного контроля над чужим телом. Но из-за своей специфичности особой популярностью в широких кругах они не пользовались, собственно, как и мечники. Из псиоников выходили неплохие шпионы и диверсанты, но в рубке «стенка на стенку» они мало чем могли повлиять на исход боя.

Но хуже всего оказалась скупая информация в конце, что таким товарищам не составляло особого труда выявить ложь в словах игрока с низким показателем Разума. Уж не знаю, по каким там алгоритмам всё рассчитывалось, неужели передавалось состояние нервной системы оппонента? Тогда это чистый детектор лжи, даже не смешно как-то…

У моего Куладуна параметр сопротивлению воздействия на разум являлся довольно высоким для начальных уровней, но для опытного манипулятора сознанием такая цифра наверняка покажется смешной. Тогда парочка правильных вопросов – и я погорел. Можно будет время засекать, через сколько ко мне заявятся улыбчивые парни с пластиковыми пакетами.

Как же весело утро начинается, аж голова перестала болеть…

Смахнув остатки еды в мусорный контейнер, я немедленно открыл игровой форум и выбрал «Глорию-14». Что тут есть для начинающих пиратов?

Предложений была масса, но ни одно мне так и не приглянулось – всё как-то мелко и подло. Проще всего было сесть на корабль и атаковать кого-нибудь прямо в зелёной, безопасной зоне, но вот беда – оружия «Собиратель» не имел, а фокус со снарядом второй раз может и не выгореть.

Просматривая бесчисленные темы, взгляд невольно зацепился за излишне кричащую надпись:

«Срочно!!! Необычное достижение! Нужны сообщники, 20–30 уровень! Внимание – мгновенная порча отношений с Администрацией!»

Я раскрыл вкладку и ознакомился с условиями задания. Участником еженедельного ивента предлагалось попытаться угнать с охраняемой стоянки премиумный катер четвёртого поколения типа «Мародёр», который, на секундочку, стоил как годовой абонемент на игру. Новый корабль привозили с ближайшей верфи в системе Труатисс и оставляли на пару суток для обязательной технической проверки и калибровки. Это была единственная реальная возможность его похитить – в дальнейшем катер перемещали в специальный ангар под усиленной многоуровневой охраной. С боем туда не смог бы прорваться и взвод доминионцев.

В случае успеха, всем оставшимся в живых смельчакам присваивалось необычное достижение «Крупный угонщик звездолётов». Ну и катер, само собой, который можно было продать или оставить себе. Как внутренняя жаба распорядится.

Но не всё в задании было так радужно – штрафные санкции оказались под стать. Всех уличённых в попытке кражи немедленно приговаривали к длительному заключению, избежать которого можно было лишь благополучно покинув систему на «Мародёре». В среднем же, процент удачных попыток колебался в районе пяти-семи процентов. Не густо, но необычные достижения на дороге не валяются.

Я написал командиру формирующейся группы о своём желании участвовать и немедленно получил ответ с предложением встретиться. Профаил игрока был недоступен, а его ник представлял собой неудобоваримую кашу из символов. В другой ситуации я десять раз подумал бы, связываться с этим мутным типом или нет, но сейчас сроки поджимали как никогда. Чёртова Маша, как жаль что наша…

Моё искажённое лицо, отразившееся на матовой крышке вирткапсулы, ехидно улыбнулось. Мол, хочешь жить чужой жизнью – завершай за него все мирские дела. Я отрицательно покачал головой нахмурившемуся отражению. Извини, Кирилл, мне своих-то призраков прошлого девать некуда, ещё и твоих я точно не потяну.

Нужно как можно скорее рвать отношения со станцией. К счастью, похищение должно состояться именно сегодня (вчерашний день уже пропущен) или придётся ждать ещё целую неделю. Так что желание командира как можно скорей встретиться с потенциальным участником вполне понятно. Только где-то в глубине подкорки всё равно тихо засвербело.

Я разделся, покидав одежду прямо на пол, и с кряхтением улёгся на платформу для инвалидов. Хоть двигаться получалось лучше с каждым разом, разбивать себе нос перед погружением в виртуальность не входило в мои планы. Хватит тех повреждений, что уже есть.

Гель послушно принял обнажённое тело, и на лицо уже привычно легла кислородная маска. Через несколько секунд перед глазами закружился разноцветный хоровод, и перед взором зажёгся минималистичный логотип «Новых Горизонтов», стилизующий восход мелкого светила над какой-то планетой. Это не прихоть разработчиков, а дань нынешней моде – большинство брендов, как я успел заметить, предпочитало обходиться для фирменного знака одной непрерывной линией, либо всего несколькими штрихами. Желательно, на сплошном одноцветном фоне. Дань современному «клиповому» сознанию?

Вдоволь налюбовавшись на логотип, я раскрыл глаза и сладко потянулся всем своим молодым здоровым телом. На этот раз ночевать пришлось не в рубке собственного корабля, а в одном из крохотных спальных отсеков зоны отдыха, напоминающих пчелиные соты. Богатею, однако, вот и тянет к комфорту.

Я быстро накинул на себя необходимый минимум одежды и выскочил наружу. Вокруг ходили позёвывающие игроки, отправляющиеся отсыпаться в реальности, а вот бодрячков вроде меня поблизости не оказалось. Всё же день сегодня будний, у многих пока свои дела. А вот ближе к вечеру здесь будет форменное столпотворение.

С предводителем угонщиков мы условились встретиться в баре «Спящий квазар», хорошо себя показавшем во время попойки с Робиком. Внутри из-за столь раннего часа было довольно пусто, и найти себе свободный столик не составило большого труда. Стоило мне усесться, как робот-бармен тут же отправил мне по воздуху стакан со слабо фосфорицирующим в полумраке коктейлем, хотя я ничего такого не заказывал. И меню даже не отрывал.

Хотел было уже отказаться, но властный женский голос пояснил за моей спиной:

– Это от меня.

Оборачиваться не пришлось, так как обладательница низкого гортанного контральто присела ко мне на свободное место напротив. Честно сказать, она производила впечатление, и это – в игре, где дурнушек не водилось от слова «совсем». Не секрет, что женщины готовы отдать последнее, лишь бы выглядеть здесь эффектно, так что я даже представить боюсь, какие деньги разработчики на этом поднимают ежедневно.

И всё равно – сидящая передо мной девушка смотрелась на их фоне произведением искусства среди обычных поделок ремесленников. Чёрные как смоль, чуть вьющиеся волосы, тёмные глаза с пляшущими в них бесенятами, прямой длинный нос с горбинкой. Лицо овальное, подбородок узкий, с небольшой ямочкой.

Чем больше я вглядывался, тем больше убеждался, что не вижу ни одной идеальной черты на лице нахальной незнакомки, даже вроде бы прикус неправильный, но вместе всё это смотрелось просто магнетически. А если приплюсовать ко всему идеальную фигуру в обтягивающем комбинезоне, которой позавидовали бы даже древнегреческие богини, то получался убийственный для мужских глаз коктейль. Не зря космические дальнобойщики тут же дружно принялись коситься в нашу сторону. Пожалуй, если эта внешность настоящая, то её лет триста назад на всякий случай бы сожгли.

Сначала я подумал, что это испанка, но потом всё же решил, что её предки жили ближе к Риму, чем к Мадриду. И почти не ошибся.

– Меня зовут Диана, – представилась девушка, принимая второй коктейль от бармена.

Я, наконец, сообразил посмотреть на высветившуюся рядом с ней информацию:

Diadfl5fgkg.

Уровень: 26.

Клан: нет.

Класс: Пилот.

Чёрт, а ник-то оказался знакомый. Именно обладателя этой мешанины символов я, собственно, здесь и ждал.

– Удивлён?

– Да, – кивнул я. – Судя по твоему имени, я ожидал увидеть криворукого школьника, который меняет аккаунты каждую неделю.

– Мне помогли сюда попасть, – расплывчато пояснила девушка. – Ник сгенерирован случайно, я его не выбирала. Мне нужно около пятидесяти синткоинов, чтобы создать нового персонажа и спокойно начать играть заново. Поэтому отношение с Администрацией, да и с Союзом меня мало волнуют, сам понимаешь.

– Ясно. Но кто даст гарантии, что ты не исчезнешь вместе с призовым кораблём?

– Мы будем в одной команде, – тихо, но проникновенно произнесла она. – До конца операции никто никому не сможет нанести вред, можешь сам в этом убедиться и прочитать условия. Все получат равную долю от продажи, даже включая тех, кто попадётся.

Чёрт, с её данными фильмы можно озвучивать за большие деньги, или прямо сниматься в них. Голос бархатистый, сочный… Давно уже известно, что люди подсознательно доверяют обладателям более низкого голоса, принимая их слова за сокровенную истину. Говорила она как старшая сестра – прямо и чуть наставительно, тщательно взвешивая каждое слово.

Давненько я не ощущал такого восхитительного чувства, когда тебя разводят как сметану в колхозе, вроде бы незаметно, но до очень жидкого состояния…

– Кто будет следить за делёжкой? – задал я стандартный для махрового лоха вопрос.

– Все, кто останется на «Мародёре». Поверь – мне точно в одиночку катер не захватить, специальность не та.

– Хорошо, я в деле.

– Отлично! – она на секунду блеснула глазами, чуть выйдя из образа. – Тогда нас уже восемь. Шесть воинов, и ещё один – артиллерист. Толку от нас с ним будет немного, но вот когда доберёмся до корабля…

Я кивнул и осторожно пригубил коктейль. Что-то подобное мы с Робиком уже пробовали, и тогда моё здравомыслие унесло куда-то за созвездие Лебедя. А сегодня, чувствую, трезвая голова понадобится как никогда.

– Так, рассказывай, что там за охрана.

– С десяток бойцов до тридцатого, с ними командир – сорокового, – принялась перечислять Диана, не прикасаясь к своему напитку. – Ещё охранный боевой робот. Пока это главный наш противник. С системой безопасности проблем не будет – когда наберём десяток участников, нам выдадут специальный ключ-карту.

– Что ещё за ключ-карта? – спросил я, хотя прекрасно знал ответ.

– Она нужна, чтобы незаметно пробраться на уровень. Её выдаёт специальная непись за большую взятку. И то лишь тем, кто не достиг тридцатого уровня. Сам понимаешь – это всё чтобы высокоуровневые не наживались практически задаром. Для них есть свои корабли.

– Понятно, а тебя не смущает, что я мечник?

– Нет, – она вполне искренне улыбнулась. – Твои достижения и рейтинг говорят сами за себя. Сможешь показать свою полезность в деле – станешь богаче на тридцать синткоинов, плюс премиальные, если приведём на Тортугу корабль с минимумом повреждений.

– Звучит заманчиво, ничего не скажешь, – развёл я руками. – Когда начинаем?

– У меня через минут двадцать встреча ещё с одним кандидатом. Если подпишу его, нас будет уже девять, и целый день впереди, пока не найдём десятого.

– Понятно, – я вывел перед глазами меню нейроинтерфейса. – Так-так. Посмотрим, кто из моих знакомых захочет перейти на тёмную сторону…


Глава 13

Нужно отдать Диане должное – мысль провести боевое слаживание она восприняла благосклонно.

Я сам при каждом удобном случае старался тренироваться, пусть и мой арсенал по понятным причинам пока был довольно ограничен. В основном приходилось биться против противника с огнестрелом, так что всякие ложные выпады, батманы и прочая фехтовальня оказалась не слишком востребована. Хотя, зная мою собственную въедливость – возвращение к основательно подзабытым навыкам, это всего лишь дело времени.

Для слаживания и наработок по тактике наша лихая десятка будущих ренегатов отправилась на местную арену в лигу новичков, где провела три боя против таких же нубов, и даже разок умудрилась выиграть.

Состав участников нам не подбирала специальная программа, так что он получился несколько несбалансированным. Практически все оказались воинами, а

из саппортов на всех имелся всего один. Он же – единственный мой знакомый хакер Змееросток, с радостью согласившийся на эту авантюру. Оказалось, парень уже давно задумывался стать пиратом, но хотя бы без одной отсидки в их нестройные ряды не принимали. Загреметь же по мелочёвке ему не хотелось, а тут такое ограбление века.

Кроме него к небоевым классам относилась собственно Диана, да ещё артиллерист по кличке Кснаф, но боевой пользы от них никакой не предвиделось, тут она полностью была права. Кстати, кораблём худо-бедно мог управлять любой игрок, так что выбор девушки, если она действительно собиралась быстро поднять деньжат, казался довольно сомнительным. Как, собственно, и вся эта затея в целом.

Итак, наша группа помимо меня состояла из светловолосой девушки-разведчика Шандайн, тихого шпиона Велиона, двух стрелков-раздолбаев – Сфено и Ворген_Грейкилла (попросившего называть его просто Варгеныч), тяжёлого защитника по имени ШобЯТакЖил и заносчивого пехотинца Мэйкосана, по совместительству – замкомандира.

Поначалу мы представляли собой малоуправляемое стадо, но тут Диана снова показала себя с неожиданной стороны – приструнила особо говорливых и разработала какую-никакую, но тактику.

Строилась она на отвлечении вражеского внимания на защитника с пехотой, производивших много шума от дробовика и пулемёта. В это время стрелки занимали удобные позиции и начинали работать по подсветившимся целям, так же пользуясь целеуказаниями шпиона, находящегося в невидимости. Его специальный инвиз-костюм разработчики забрали как раз у мечников после того, как участились случаи, когда критующий через раз боец, возникающий из ниоткуда, в одно лицо выносил всю вражескую команду. Так как любая атака из невидимости априори считается критической, с собой шпионам разрешили носить лишь пистолеты, да и те – исключительно полуавтоматические. Так что в бою помимо подсветки целей они могли работать лишь чем-то вроде санитаров леса, подъедая израненные цели.

Мы же с Шандайн составили неплохую боевую пару, стремительно прорывающуюся по флангу и выкашивающую всякую хлипкую на хиты братию – стрелков, разномастных бойцов поддержки или вовсе небоевых противников.

Разведчица совсем не походила на немного легкомысленную Дейсю, хотя тоже иногда допускала шуточки в разговоре. Но по ощущениям – будто со спецназом работаю, чувствуется огромный боевой, тьфу ты – игровой опыт за плечами, пусть и в других сеттингах.

Стоящих игр в виртуальной реальности оказалось не более десятка, а чтобы они не надоедали – их делали на модульной основе, всё время вводя новые режимы и фичи. В принципе, это понятно – молодые креативные и амбициозные команды не могли конкурировать с продуктами ААА-класса, но вот интегрировать в неё свой действительно интересный продукт – всегда пожалуйста. Все только в выигрыше.

Я с удивлением узнал, что в «Новых Горизонтах» есть даже градостроительный симулятор на отдельных планетах или возможность технологического соперничества между разными народами в отсталых мирах. И люди в это охотно играли, почти не летая на звездолётах и прочем.

Шандайн пришла сюда из фэнтези, где была преимущественно хилером, но вот устала от магии и захотела сменить амплуа. Мы с ней учились буквально на ходу, пробовали различные сочетания и тактики, так что к финальному, четвёртому бою на нашем счету оказалась вполне солидная треть от общего числа фрагов.

– Совсем неплохо, – похвалила нас Диана своим фирменным низким голосом.

– Да мы охрененны! – вальяжно улыбнулся Мэйкосан. – Раскатаем этих ботов безмозглых просто влёт.

– Меня смущает количество охраны, – тихо, но внятно произнес Велион, предпочитавший не откидывать капюшон инвиз-костюма.

– Согласен, – кивнул Варгеныч. – Их даже не в два раза больше. Так не бывает.

– Вы робота забыли, – напомнила всем Диана. – Не знаю, что там за модель, но думаю, провозится с ним придётся дольше всех. Змееросток, тут вся надежда на тебя.

– Хакнуть на перехват управления вряд ли получится, – сразу обломал всех паренёк. – А вот зафризить помехами… Думаю да.

На том и разошлись на целых два часа. Наша загадочная командирша в одиночку пошла добывать ключ-карту, предоставив остальным возможность закончить все свои мирские дела на станции. Я ещё загодя выставил «Собиратель» и прочее барахло на продажу, так что просто распечатал себе расширенное руководство по эксплуатации «Мародёра» и устроился с брошюрой прямо в «Уснувшем квазаре», по совместительству являвшимся местом общего сбора.

Чтение вышло не то чтобы слишком занимательным, но время скоротать помогло. Хотя от обилия терминов и цифр временами голова натурально шла кругом, похлеще иной выпивки. Ближе к часу «Икс» в бар стали поодиночке подтягиваться будущие соучастники кражи, избавившиеся от материальных ценностей. Лишь стрелки пришли вдвоём и с присоединившимся к ним Мэйкосаном беззаботно принялись квасить. К счастью, долго их счастье не продлилось, так как подошедшая Диана быстро поставила их на место. Как бы меня не раздражала её неискренность, но лидерские качества девушки игнорировать было нельзя.

Последним к нам присоединился Змееросток, тут же пояснив причину задержки:

– Докачивал гайд по железякам.

Диану такой ответ полностью устроил, а я гордо улыбнулся. Вот, пожалуйста – всего один раз со мной сходил, а уже стал серьёзней относиться к подготовке. Мне тоже пришла в голову мысль, так сказать, посмотреть ассортимент возможных противников, но их оказалось такое необъятное количество, что за короткий срок не получилось бы даже просто запомнить все названия.

У каждой уважающей себя расы имелись свои механические помощники и охранники, и встретиться на интернациональной станции могло всё, что угодно. Оставалось лишь успокаивать себя, что роботом займутся другие, так как мне лезть к нему с мечом – верная смерть от обострившегося идиотизма.

Диана кинула приглашение пройти совместное задание, которое я принял и влися в группу. Лишь заранее ещё раз убедился, что до окончания миссии команду никто не мог покинуть, попытавшись кинуть остальных. Нет, правила не изменились – мы в одной лодке, и обратной дороги уже нет.

Наш командир дождалась последнего подтверждения и решительно повела нашу новообразованную банду за собой. Мы, будто на прощанье, прошли чуть ли не через всю станцию – через бесконечные залы и переходы, мимо многочисленных иллюминаторов и обзорных экранов, даже вдоль центральной оси умудрились прогуляться. Наконец, группа оказалось возле лифта, ведущего в закрытую техническую зону станции. К нему-то и требовалась ключ-карта, уж не знаю, за какие заслуги врученная Диане. Хотя, смотря на грациозную брюнетку, которая просто дышала сексуальностью, в голову закрадывались самые нехорошие подозрения.

Сразу припомнилась Елена Декой, которая настойчиво предлагала прийти к себе в гости, дабы вместе… прокачать отношение друг к другу. Да, как оказалось – взрослым дяденькам и тетенькам можно было прелюбодействовать в виртуальности не только с друг другом, но и с программами. Представляю, как доходы у проституции упали…

Девушка вызвала лифт на наш уровень, не забыв оглядеться в поисках нежелательных свидетелей. Поблизости никого не ошивалось, и мы благополучно набились в тесную кабину, явно не предназначенную для такого количества пассажиров.

Техническая зона тоже не проектировалась, как место народных гуляний, так что здесь пришлось двигаться строго гуськом, пустив далеко вперёд Велиона и Шандайн в качестве авангарда. Пробирались мы по тесным коридорам около получаса, пока не оказались перед очередными стальными створками, ничем не отличавшимися от сотни таких же, оставленных за спиной. Диана, сверившись с какой-то видимой только ей информацией, ввела семизначный код в панели управления и створки послушно разошлись в сторону.

– Добро пожаловать в рай! – прокомментировал Мэйкосан, входя вслед за авангардом внутрь.

Мы проникли в какой-то небольшой склад, заставленный длинными металлическими сундуками до потолка. Я оглянулся и увидел оранжевую предупредительную надпись, нанесённую поверх проёма, через который только что прошла группа.

«Только для ремонтных служб!»

Ну да, сейчас всё быстренько починим и вернёмся обратно.

– Велион, вперёд! – коротко скомандовала Диана, указав на широкий выход, предназначенный специально для тяжёлой грузовой техники.

Все остальные немного бестолково сгрудились неподалёку, держа стволы наизготовку. Фигура шпиона сначала остекленела, став полупрозрачной, а после и вовсе исчезла из виду. Теперь его перемещения мы могли отслеживать лишь на тактической карте.

Игрок дождался, когда тяжеленная плита, преграждающая выход, пойдёт наверх, и выскользнул наружу. С этого же мгновения прежде скрытые очертания ремонтно-диагностической площадки стали понемногу проявляться. А уже на ней, один за другим, стали загораться красные точки – охрана, которую нужно нейтрализовать.

Помещение, где нам предстояло совсем скоро воевать, напоминало купол ангара в миниатюре. По центру на специальной платформе располагался заветный корабль, а вокруг него, уже ближе к внешним стенам в несколько этажей располагались различные помещения и пандусы, по которым туда-сюда сновали небольшие ремнотники-дроиды. Лишь одна стена была свободна от построек – за ней располагались склады и шлюз, ведущий наружу. До корабля от нас по прямой было не больше двадцати пяти метров.

Правда, добежать до «Мародёра» – ещё даже не половина дела, а примерно с четверть. Для того, чтобы убраться отсюда подобру-поздорову, нам нужно было разобраться с охраной, перекинуть управление звездолётом на себя и активировать процедуру аварийного вылета. В противном случае, первый же диспетчер, до которого дойдёт суть происходящего, мог приложить створкой шлюза нам по корпусу или вовсе заблокировать поисковый катер на станции.

– Вижу цели, все – персы, – доложил Велион в общий чат. – Так, они заметили открытый склад, двое идут к вам.

– Куладун, Шандайн, – почти промурлыкала своим фирменным голосом Диана. – Они ваши. Как закончите – рвите к кораблю, мы будем прикрывать.

Разведчица, достав укороченный пистолет-пулемёт, отточенным движением надвинула изумрудные очки-светофильтры на лицо, и мы резко выскочили на площадку, как два чёртика из табакерки – чёрный и зелёный.

Свою броню можно было раскрашивать как твоей душе угодно, стоила эта процедура сущие копейки, так что в стоковом серо-стальном цвете ходили исключительно новички или конченые скряги. Практической пользы, когда нейроинтерфейс исправно маркирует тебе каждого противника или союзника, от перекраски не ощущалось совсем, но глаз всё равно радовался. Я вот, идя «на дело», подсознательно выбрал тёмные тона, а девушка предпочла привычный для друида орехово-зелёный.

На двух мордоворотов-охранников, вооружённых короткими винтовками, мы наткнулись уже практически на пороге. Явные нелюди – такие непропорционально высокие фигуры среди нашей расы встречаются крайне редко. Хорошо, что я не кулачный боец какой-нибудь, а не то, чтобы достать такому верзиле до подбородка, пришлось бы с собой стремянку притащить. С мечом жё проблем не возникло, как только мы сократили дистанцию до неприличной.

«Своего» я уработал в три коротких взмаха хопешом, причём последний оказался явно лишним. Резало титановое лезвие броню без особых проблем, а щиты у обоих оказались отчего-то выключены. Хотя, они довольно бодро жрут энергию, так что вечно в них ходить не будешь.

Шандайн оказалась ещё быстрее, нашпиговав второго охранника пулями практически в упор. Мой порубленный противник ещё не успел осесть на пол, как она уже оказалась у задней стойки звездолёта. Я отстал от неё на добрых пару секунд, хотя был уверен, что это не максимальная её скорость.

– Ты покушал плотно, что ли? – с мягкой полуулыбкой поинтересовалась разведчица, откинув светлый локон с очков.

– Шнурки развязались, – буркнул я, тоже прижимаясь к стойке.

Ошалелая охрана, прогуливавшаяся вдоль здоровенных контейнеров и пандусам наверху, не успела понять, что к чему, а на площадку уже выскочила остальная наша банда. Естественно, паля изо всех стволов.

В воздухе засвистели пули, но персонажи не смогли организовать достойной плотности огня и все игроки благополучно достигли звездолёта. Только нас там уже не было – мы с Шандайн уже чистили проходы между грузовыми контейнерами. Фраги шли один за другим, непрерывным потоком. Однако долго это благолепие не продолжилось – над сводом купола взвыла сирена, а в уши проник надоевший до чёртиков синтетический женский голос:

– Внимание! Вы совершили тяжкое правонарушение! Немедленно сложите оружие, или к вам будут применены карательные меры!

Ага, сейчас – только берцы зашнуруем. Я зашёл сбоку к очередному охраннику, которого разведчица прижала частым огнём, и удачным критом отделил его кисть от тела. Держать винтовку одной рукой он уже не мог, и потянулся к пистолету на бедре, напрочь игнорируя боль, так что обезглавить его не составило большого труда. Хопеш как раз для таких расчленений и предназначен, это серьёзную колющую рану им нанести проблематично.

– У нас гости, – предупредил Велион, по-прежнему скрывавшийся в невидимости. – Вижу пятнадцать безопасников с лазером. Видимо, нас тут ждали.

– Засада! – зашипела Диана. – Ничего, мы должны справиться. Работаем по старой схеме. Стрелки, гасим по маркерам, как только высунутся. Защитник, ты принимаешь основной урон на себя. Разведка, добивайте охрану внизу и уходите в подсобки. Попытайтесь выйти безопасникам в спину.

– Принято!

На самом деле на площадке уже никого не осталось, мы потратили полторы минуты, чтобы в этом окончательно убедится. Остальные либо рассиживались наверху, либо укрылись в надстройках. К счастью, во всех этих крохотных отсеках и переходах стояли упрощенные двери в одну створку, открывающиеся без особых проблем перед всеми желающими. С одной стороны – небезопасно, а с другой – через них покинуть маленький ангар было невозможно, а бегать туда-сюда, видимо, приходилось часто.

Мы быстро заскочили на нижний ярус, и принялись методично зачищать помещения, одно за другим. Особого сопротивления деморализованные защитники собственности Администрации оказать не могли, поэтому охотно гибли поодиночке. Пусть их и оказалось куда больше заявленной в задании цифры.

Организовывать стражей оказалось уже некому – Велион удачно подсветил их офицера, когда тот остался один в отсеке, а дальше уже мы с Шандайн постарались, буквально обезглавив командную верхушку. Пусть персонаж и превосходил нас по уровням, против двоих слаженных игроков он выстоять не смог. Особо помогла вовремя брошенная светошумовая граната разведчицы и мой ручной щит, принявший большую часть бестолковых выстрелов на себя.

А вот у наших сопартийцев снаружи дела обстояли не столь радужно – бойцы службы безопасности, на местном сленге – «бесы», имели уровень сорок плюс и оказались вооружены пусть и простенькими, но всё же – лазерными винтовками, садившими щиты в ноль с одного единственного попадания. Вдобавок броня у них была более продвинутая, чем даже у нас. Вряд ли они сидели здесь постоянно, скорее всего – караулили тех, кто мог воспользоваться проданной жадными техниками ключ-картой. Классическая подстава, как она есть.

Безопасники заняли два самых верхних яруса, отсеки в которых имели подобия иллюминаторов с откидывающимися стёклами, выходивших как раз на стартовую платформу. Группа оказалась под интенсивным обстрелом и вынуждена была рассредоточиться по всему ангару. Кто-то укрылся за звездолётом, лишённый возможности стрелять, остальные предпочли менее массивные укрытия.

А время, между тем, продолжало тикать.

Чтобы задание не казалось нам лёгкой прогулкой, на его выполнение задания нам отводилось всего пятнадцать минут. По их истечению все шлюзы блокировались наглухо, и миссия считалась проваленной, вне зависимости от количества выживших на тот момент. Весь расчёт налёта был в стремительности, но дай персонажам время – и они раскатают в блин любого, даже высокоуровневого игрока. Кстати о последних – их на службе у Администрации имелось немало, и получить дополнительные бонусы за наше устранение они всегда будут рады, только повод дай.

Пока Шандайн, управившись с очередным противником, перезаряжала оружие, я открыл трёхмерную схему помещений и прикинул наш дальнейший маршрут. Неподалёку как раз имелась винтовая лестница, ведущая в самые верхние ярусы. Для человека она была слишком крутовата, но для рабочих дроидов – в самый раз. Для нас с разведчицей – тоже пойдёт, но риск свернуть себе шею всё равно имелся.

Девушка выслушала моё предложение без особого восторга, будто замуж предложил сходить после первого свидания.

– Нас там точно будут ждать.

– Да, но там отсек крохотный, много их туда не влезет.

– Если там окажутся «бесы», они нас и вдвоём сольют.

Наш спор прервал резкий возглас Дианы:

– Разведка, вы там в дёсна бахаетесь, что ли?! У нас потери, отвлеките их срочно!

И точно, две иконки на периферии зрения успели посереть – Сфено и ШобЯТакЖил отошли в мир иной, оставив нас ввосьмером. Обладателей лазерных винтовок тоже заметно поубавилось, но оставшиеся заняли хорошие позиции и явно хотели увести перестрелку на ничью.

– Ладно, – вздохнула Шандайн. – Давай сделаем это, чтоб всем стало стыдно.

Мы понеслись наверх, перепрыгивая сразу через несколько ступенек. Адреналин хлынул в кровь, гулко застучало в висках, а полоска выносливости плавно начала пустеть.

Стрелять по нам начали, когда до конца подъёма оставалось ещё добрых три витка. Как и предполагала разведчица, нас ждали, но к счастью – это оказались обычные охранники. Меткий бросок «флешки» (так тут светошумовую называют) и вот уже нас встречают три беспомощных крота.

Со сленгом вообще до смешного вышло. Флешка для меня, прежде всего – портативный накопитель, в моё время их в компьютеры да телефоны втыкали. Это сейчас, с появлением квантовых сетей вся информация хранится где-то на защищённом сервере и выводится прямо перед глазами по первому твоему требованию.

Поэтому ещё на полигоне я едва себе сетчатку не сжёг, когда Шандайн неожиданно швырнула в противников сразу две инопланетянские «зорьки», которые я не опознал поначалу, а потом уже поздно было. Глазомер у неё что надо, и легли слеповухи ровнёхонько им под ноги, вот только и моим неподготовленным зрачкам досталось по-полной, так до конца боя и не смог проморгаться. А она только посмеялась, ей-то чего, в светофильтре своём…

И это ещё не самое страшное – обычные гранаты здесь вообще «хаешками» зовутся, хоть словарик заводи.

В общем, покрошили мы противников в капусту и в решето соответственно, и понеслись дальше, развивая свой успех. Первого «беса» вообще замечательно получилось похлопать по спине, видимо выцеливал внизу кого-то там из наших. Увлёкся, бывает…

В следующем отсеке агенты Администрации уже благоразумно отлипли от окон, поэтому смогли вдоволь налюбоваться всеми отблесками очередной флешки от запасливой разведчицы. На этом халява закончилась, пошли трудовые будни.

– Кул, щит!

– Всё, спёкся.

– Я тебе новый куплю.

– Они дорогие, разоришься.

– Значит, когда разбогатею.

– Слева два, уходи!

– Вижу, работаю.

Девушка размазанным силуэтом переместилась на противоположный край отсека, вынуждая противников, вынырнувших из соседней комнаты, водить за ней стволами. Метал в месте попаданий пристыжено краснел, но вроде не плавился, как от плазмы или чего покруче. Правда, наша броня и перед таким оружием решительно пасовала. Меня всерьёз зацепили всего пару раз, а шестидесяти процентов здоровья как небывало. Персональный щит тоже не выдержал перегрузки и сгорел, теперь тело защищали только пластины брони и собственная скорость.

Пока прыгал от одного ящика к другому, а от них – до верстака, в голову пришла интересная мысль. А что если соорудить зеркальную защиту, отразится ли от неё лазерный луч или проплавит нахрен?

Шандайн ловко закинула врагам разрывной подарок через какую-то массивную деталь, за которой укрывалась, окончательно испортив им настроение. Один принялся без остановки поливать ни в чём неповинную железяку из винтовки, а другой отправился в обход, желая невежливо зайти с фланга. Про безумного мечника они будто забыли.

– Молодец, раздвигай их! Уже несу свой агрегат.

– Извращенец…

Безопасник всё-таки успел среагировать на моё появление, и снёс мне ещё треть шкалы здоровья, после чего очень тесно познакомился с творением рептилоидских мастеров. Чего-чего, а против самой продвинутой брони титановый клинок работал безотказно, выбивая просто чудовищные цифры из противника. Главное – не бить тупо по массивным пластинам, а метить в сочленения и прочие уязвимые места. Думаю, даже дробовик в упор не справился бы лучше.

Оставшись в одиночестве, «бес» запаниковал и стал лёгкой добычей для разведчицы. Хотя, будь он чуть благоразумней, мог бы спокойно добить меня и дистанцироваться от Шандайн, но сложная тактика для низкоуровневых персонажей являлась непозволительной роскошью.

– Всё, мы на хил, – предупредила напарница в общий чат, устраиваясь с аптечкой рядышком.

Ей здорово досталось – на лице кровоточил глубокий порез, с ноги тоже подтекало, а от правого плеча вился натуральный дымок, отчётливо попахивающий горелым мясом. Меня тоже припекло, но благодаря более серьёзной броне не так серьёзно – будто раскалённым прутом по старинке прижгли, хотя выглядело это куда страшней, чем ощущалось. Хорошо, что болевые ощущения передаются в игре далеко не в полном объёме, иначе все бойцы с ума бы посходили. Ну, кроме меня, конечно.

Когда читал про технологии виртуального погружения, наткнулся на один любопытный случай на заре появления капсул. Группа бета-тестеров застряла в игре из-за программного сбоя, случившегося по вине каких-то хакеров, причём ощущения игроков оказались выкрученными на максимум. Я не понаслышке знаю, что наш мозг – удивительно коварная штука, а вот для них это оказалось неприятным сюрпризом.

Мне однажды довелось своими глазами видеть вполне реальный ожог у одного скептика, который так достал фокусника-гипнотизёра, что тот положил монетку ему на руку и внушил, что она раскалена докрасна. До этого все успели эту самую монетку подержать в руках и убедились, что она вполне комнатной температуры. А парень по настоящему поверил в обратное – и вскрикнул от самой настоящей боли! Ожог потом месяца два не сходил.

А к бедолагам-игрокам в игре про старый добрый постапокалипсис прикладывали вовсе не монетки – их резали, калечили, жгли, стреляли… Почти неделю, до следующего программного сбоя они оказались в самом настоящем аду, без кавычек. Как следствие – одна часть из них пополнила кладбище, другая – психлечебницы, и лишь немногим удалось пережить ставший смертельным игровой процесс.

И при всём при этом капсулы не только не запретили повсеместно – они в первые же полгода продались таким тиражом, что начали повсеместно вытеснять обычные компьютеры. Большинству вполне хватило обещания, что впредь подобная хрень не повторится, скептикам же быстро заткнули глотки. Тем более, кто хоть раз пробовал виртуальность на вкус, тот уже не мог вернуться обратно к обычным играм. Пусть даже и на голографическом экране. Это всё было уже не то…

Между тем в общем чате наступило относительное спокойствие – двух последних безопасников уверенно дожимали общим огнём, и жить им оставалось совсем недолго.

– Разведка, на вас диспетчерская, – деловито предупредила Диана. – Мы уже на корабле, тестируем системы.

– Принято, – Шандайн пружинисто поднялась на ноги. – Будем там через минуту.

Я нацепил на запястье запасной щит, взятый из инвентаря, и поспешил вслед за резвой разведчицей. Мы спустились вниз на пару ярусов, даже ненадолго пробежались по внешним пандусам, и оказались перед двойными створками, запертыми на замок. Диана продиктовала код, и мы с напарницей осторожно заглянули внутрь.

Как оказалось, совершенно зря – завешенное по периметру разнокалиберными экранами помещение оказалось пустым. По центру возвышался массивный компьютерный комплекс, которым немедленно завладела Шандайн, пробежавшись тонкими пальцами, затянутыми в боевые перчатки, по нужным интерактивным секциям.

– Всё, взлёт разрешён! – доложила она, спустя несколько секунд. – Но… Что-то блокирует внутренний шлюз. Странно.

– Нам нужно добить всех врагов в ангаре, – заявила наша командирша. – У кого-то из них сохранились права администратора.

– Странно, я думал, это будет командир охранников, – задумчиво проронил артиллерист Кснаф. – Может, бесов не всех добили?

– Все пятнадцать бойцов, дежурившие в ангаре, мертвы, – уверенно констатировал Велион. – Подкрепление к ним не приходило.

– Двери наружу тоже заблочило, – добавил Мэйкосан.

– Найти недобитка! – решительно приказала Диана. – Он может быть…

Девушку прервало странное гудение, резко набравшее обороты до высоких частот, и резко оборвавшееся в пике. Вместе с этим посерела иконка артиллериста.

– Он на корабле! – азартно завопил Мэйкосан. – Сейчас я его кончу!

– Это тот самый робот, – быстро прояснил обстановку Змееросток. – У меня сканер на него среагировал.

– Да, мы про него как-то забыли, – признался Велион. – Наверняка это из-за него мы не можем улететь.

– Сейчас мы это исправим! Слыш, хакер, давай работай по нему.

– А ты уверен, что справишься?

– Эй, дождитесь нас! – вклинилась в чат Шандайн. – Мы сейчас спустимся.

– Да что вы ему сделаете, – замкомандира, имевший на своём счету всего четыре фрага, ехидно хмыкнул. – Мы спокойно его завалим, я электромагнитные гранаты взял.

– Дебил! – разведчица отскочила от терминала как ошпаренная. – Их нельзя использовать внутри корабля – электронику пожгёшь!

– Ок, тогда выманю кастрюлю на свежий воздух, – отозвался пехотинец.

Девушка витеевато выругалась, срифмовав английское слово, и понеслась вниз со всей возможной скоростью, заметно обогнав меня. Так что к огненному шоу я прибыл последним, успев увидеть объятого пламенем Мэйкосана, который бросил свой пулемёт и с воем катался по настилу стартовой платформы. Зрелище получилось поучительное, но жутковатое.

От него в разные стороны резво разбегались оставшиеся в строю угонщики, а из открытого грузового отсека «Мародёра» медленно выползало какое-то вытянутое блестящее тело. Медленно, потому что по нему откуда-то палил Варгеныч, высекая яркие искры от попаданий по корпусу.

– Кул, беги! – не успевшая остановить беспечного Мэйкосана, разведчица размытой тенью метнулась в сторону массивных контейнеров.

Что ж, прежде она не давала повода сомневаться в её словах. Хотя выносливость уже подходила к концу, я последовал за ней, не сбавляя скорости. Краем глаза при этом успел заметить, что робот окончательно покинул корабль и резво зацокал в сторону, откуда звучали хлопки выстрелов. Выглядел он знакомо – вытянутое веретенообразное тело, три пары конечностей-ходуль, одна пара – с интегрированными стволами разноколиберных орудий. Вдобавок, откуда-то из бронированной задницы торчал загнутый сегментированный хвост, оканчивающийся длинным «жалом» – лазерной турелью, отчего творение внеземных инженеров отдалённо походило на скорпиона.

– Ребят, нам хана, – объявил Змееросток. – Это механоид-Антаресец.

– Боевой робот? – уточнил я. – Тяжёлый?

– Разумный! Это полностью механическая раса, очень сильная. Только с их помощью Союзу удалось отбросить Доминион.

Точно, я вспомнил, где видел подобную штуку – при первом моём появлении на станции как раз такой металлический скорпион меня едва не задавил. Он мне и тогда показался не особо дружелюбным существом, а сейчас – так подавно. Одним мощным залпом из всех стволов он снёс к чертям укрытие, за которым скрывался Варгеныч, вместе с ним самим. Ни щит, ни броня игрока не спасли.

Что-то мне начали надоедать излишне могучие противники…

– Змей, не тупи, рассказывай, как его победить! – поторопил я хакера.

– Никак! У него сорок тыщ хэпэ, а броня игнорирует большую часть урона.

– Ладно, только живи, дай нам времени.

– Хорошо, сколько смогу!

Я повернулся к раскрасневшейся разведчице.

– У тебя есть гранаты, как у того сгоревшего придурка?

– Электромагнитные? – без особого энтузиазма уточнила она. – Да, две всего, и спецбоеприпаса рожок, уж очень они дорогие…

Тут даже без арифметических расчётов стало понятно, что механоида этим мы не завалим. Я осторожно выглянул из-за контейнера, но противника не увидел, хотя большую часть обзора перекрывал остроконечный нос «Мародёра». Он-то идею мне и подтолкнул, как можно справиться с очередным боссом, свалившимся на нашу голову. А ведь не зря же он именно с тех, кто в катере начал…

– Шандайн, слушай, а если мы по нему из корабельных пушек жажахнем?

У напарницы загорелись глаза.

– Да мы тут всё разворотим нафик! Эй, Диана, да куда ты провалилась, дура набитая?!

Я сам удивился, когда обнаружил, что наша командирша жива и здорова, судя по цветной пиктограмме, но девушка упорно не выходила на связь. Сознание, что ли, потеряла или чёртов антаресец её парализовал и оставил на десерт?

Если не брать её в расчёт, то в строю нас осталось всего четверо.

– Велион!

– Уже здесь, веду цель, – спокойно, будто мы все по скверу с собачками гуляем, отозвался шпион. – Бойцы сняли с него шесть процентов.

Перед глазами, прямо сквозь все препятствия, высветился обведённый красным контур робота, ставшего ещё больше похожим на скорпиона. Он деловито прочёсывал местность в поисках назойливых букашек и грозил вскоре столкнуться с Змееростком, прижатым к стене. Отступать ему было некуда. Я взглянул на таймер и не удержался от проклятья – нам осталось уже меньше трёх минут.

Разведчица решительно вставила в гнездо своего пистолета-пулемёта рожок с светло-синей маркировкой и передёрнула затвор.

– Кул, тебе надо в кабину, с мечом здесь делать нечего. Извини.

Спорить и возражать я не стал. Других кандидатур всё равно не было – даже Велион, находившийся на пандусах, не успевал добежать до кабины за столь короткое время. Без всякого сожаления вогнал в себя дорогущий стимулятор, по стоимости сопоставимый со всей остальной экипировкой, и ужаленным в зад гепардом рванул с места к кораблю.

Я мчался вперёд как ветер, и всё равно пропустил кучу событий. Неведомо как, но проклятый механоид почувствовал, что находится у кого-то под прицелом и превентивно шарахнул своим главным калибром по пандусу, на котором скрывался Велион. Пусть стрелял он явно неприцельно, но несчастный метал не выдержал такого надругательства над собой и вся конструкция со скрежетом развалилась на части. Шпиона утянуло вниз, а там уже полуоглушённого игрока, потерявшего невидимость, накрыл второй, более мощный залп.

Змееросток, посчитав, что лучшего момента может уже и не быть, метнул в сторону стража ангара своего дроида-взломщика. Только его помехи помогли мне добежать до распахнутого грузового отсека целиком. Пучок лазерных лучей выжег странноватый узор в полуметре от того места, где я только что был, а пущенный реактивный снаряд взял значительно левее и безрезультатно рванул в стороне. Разве что, чуть подогнав меня в спину взрывной волной.

Несмотря на спешку, пришлось делать крюк вокруг корабля до гостеприимно распахнутого грузового отсека. В звездолёт можно было попасть и через специальную лесенку, выезжающую со стороны кабины, но ждать её сейчас – значит добровольно становиться бесплатной мишенью. Раздражённый досадным промахом антаресец буквально расщепил на атомы крохотного дроида, но тут в дело вступила не менее яростная Шандайн.

Одну из её гранат металлический скорпион взорвал прямо в воздухе, а вот другая очень удачно залетело ему прямо под плоское брюхо. Рванула синяя вспышка, и босс волчком завертелся на месте, будто котёнок, пытающийся поймать собственный хвост. Правда, котята не палят во все стороны, но это уже мелочи. Кстати, впервые за сегодня услышал от механоида посторонние звуки – какой-то остервенелый клёкот, перемешанный со случайными электронными звуками. Такое бывает, если долго и упорно тыкать кого-нибудь лицом прямо в клавиши синтезатора.

Я вбежал по широкому трапу внутрь, перепрыгивая через сваленные в кучу контейнеры. Бардак здесь был ещё тот, но взбешенного робота, похоже, мало интересовала сохранность имущества станции. Только наличие прочного корпуса позволило избежать значительных повреждений от его выстрелов, пришедшихся, в том числе, и по кораблю.

Перепрыгивая с контейнера на контейнер, я добрался до осевого коридора, ведущего прямиком к рубке. Влепил ладонь в сенсор панели управления и втиснулся в едва разъехавшиеся створки. Пока бежал, успел заметить дымящиеся обугленные останки нашего артиллериста, ставшего первой жертвой антаресца. Вот уж кто действительно представлял для него угрозу…

Я ворвался в пустую рубку одновременно с оповещением, что Змееросток пал смертью храбрых. Чёртов скорпион успел прийти в себя и расправиться с беззащитным хакером, которому некуда было бежать. Шандайн уже опустошила свой заветный магазин, и теперь поливала робота обычными пулями, не причиняющими ему особого вреда.

– Шани, держись! – я плюхнулся в развернувшееся ко мне кресло пилота.

Тело тут же намертво зафиксировали эластичные ремни безопасности. Рубка по размеру оказалась ещё меньше, чем на «Собирателе», и вмещала в себя лишь одно посадочное место для чьей-нибудь задницы. Вытянутый бронеколпак над головой, совсем незаметно переходящий в обзорные экраны, создавал навязчивое ощущение, что сидишь в каком-то навороченном истребителе.

На прогрев двигателя ушло не больше пары секунд. За это время я успел лишь добавить приземистую фигуру робота в целеуказатель, чтобы не потерять его из виду. Уж слишком резво он носился по ангару за юркой разведчицей.

Плавно потянул штурвал на себя, и полукруглый свод стал значительно ближе. В арсенале нашлось сразу два вида вооружения – боевой лазер и ракеты класса космос-космос, но стоило мне нажать на гашетку, отдав приказ на уничтожение цели, как перед глазами выскочило предупреждение:

«Вы не можете использовать оружие внутри станции без объявления её территорией боевых действий!».

А мы тут, получается, плюшками балуемся?! От бессилия я зарычал, лихорадочно соображая, что делать дальше. На таймере истекала последняя минута.

– Кул, блокируй корабль, я пустая, – предупредила Шандайн, тяжело дыша. – Круто по…

Её резко прервал очередной залп робота, которому, наконец, удалось тщательно прицелиться. У босса оставалось чуть меньше восьмидесяти процентов жизни, так что он был всё ещё весел и бодр.

Серьёзной бронёй девушка похвастаться не могла, выживая лишь благодаря своей феноменальной скорости, поэтому сразу же улетела на перерождение. Но понять смысл её неоконченной фразы не составило большого труда – она хотела, чтобы я заперся на корабле, избежав посмертного дебаффа. Меня отсюда всё равно выкурят, и кражу не зачтут, но хоть опыта получу заметно больше остальных.

Правда, сейчас меньше всего я сейчас думал о сохранении игрового процесса – глаза застла красная пелена, а в голове пульсировала одна-единственная мысль: «Убить!».

Пальцы до хруста сжали штурвал. С хриплым рычанием я впечатал корабль в потолок и резко, насколько позволяли маневровые двигатели, направил его вниз, прямо на довольного своей победой антаресца. Шандарахнуло так, что не будь на мне страховочных ремней, с кресла меня бы просто вышвырнуло. Несколько экранов погасли, а из приборной панели вылетел сноп ярких искр. Но на такие мелочи я не стал обращать никакого внимания, снова подняв звездолёт в воздух и обрушив его на слабо копошащиеся остатки механоида. Вдруг ему не понравилось, что я мало разогнался?

– Н-на, сука!

Второго удара босс уже не пережил. Хотя, может, ему хватило и первого, и добить его можно было с обычного щелбана, но мне очень хотелось продолжать превращать его в металлическую отбивную, пока не раскатаю ублюдка тонким слоем по всему ангару. Со злорадным хохотом поднял чуть подрагивающий корабль вверх, но тут перед глазами выскочило запоздалое:

«Шлюз разблокирован! До повторной блокировки 9, 8, 7, 6…».

– Да и хрен с тобой!

Надпись чуть отрезвила, и, сделав над собой серьёзное волевое усилие, я направил «Мародёр» в открывшийся проход. Короткий коридор, ведущий к внешним створкам, звездолёт преодолел буквально за мгновение и вырвался на волю, в бескрайний космос. Огромная станция осталась позади, плавно уменьшаясь в размерах. Странно, но погони видно не было. Может, там уже думали, что корабль под защитой механоида никуда не денется? И ведь оказались почти правы…

Хотя, будь наша группа чуть лучше укомплектована, мы вполне могли справиться и без повреждений корабля. Просто в бой команда вступила дезорганизованной – командир пропал, а его зам очень глупо подставился. Кстати о командире – её пиктограмма продолжала упрямо гореть, так куда же она провалилась?

Стоило кораблю покинуть зелёную зону, как меня догнало оповещение:

Задание «Угон из-под носа» успешно выполнено! Вы получаете необычное достижение «Крупный угонщик звездолётов». Внимание, за вашу голову объявлена награда! Доступно задание «Доставить приз и уцелеть».

Получен новый уровень.

Получен новый уровень.

Получен новый уровень…

Дочитать длинный список не успел, так как за спиной зашипела пневматика открывшегося гермозатвора. Я крутнулся вместе с креслом и уставился прямиком в солидное дуло направленного на меня пистолета, напоминающего миниатюрный обрез. Оружие оказалось в руках у довольной Дианы, замершей на пороге. Ничего подобного у неё во время операции не наблюдалось, она явно готовила этот сюрприз напоследок.

– Привет, ты там в гальюне застряла? – спокойно спросил я, хотя в душе очень желал сомкнуть руки на её лебединой шее.

Она ведь могла почти всех спасти. И Шани, и Змея…

– Пришлось в спасательную капсулу нырнуть, иначе он бы меня тоже спалил, – знойная красавица хищно оскалилась. – Рада, что вы справились без меня.

– Радость вижу, – кивнул я. – А вот повода тыкать в меня стволом – нет.

– Ну… Я решила, что наши пути должны разойтись.

И тут до меня дошло. Задание уже зачли, а вместе с его окончанием запрет на расформирование группы оказался снят. Только то, что я сейчас формально являюсь командиром корабля, не дало ей это сделать, едва выбравшись из капсулы. Система безопасности никуда бы её не пустила, тут же предупредив меня о появлении чужака. А так, она без проблем проникла ко мне в рубку, чтобы после моего физического устранения стать единственным владельцем дорогого судна. Не удивлюсь, если такое она проделывает уже не в первый раз.

И мандража у неё заметно не было – она явно понимала, что стянутый ремнями безопасности мечник ей не угроза. Скинуть ремни, вскинуть щит и добежать до неё с мечом наперевес… М-да.

Я мог это сделать достаточно быстро, но не настолько, чтобы она не успела всего-навсего напрячь палец на спусковой скобе. А вот с каким-нибудь стрелком она даже разговаривать бы не стала. Обидно, однако.

– Спасибо за корабль, – своим чарующим голосом поблагодарила аферистка, не сводя с меня глаз.

Она сделала резкое движение свободной рукой, и нейроинтерфейс тут же предупредил о том, что наша группа распущенна, а запрет на «френдли фаер» отменён.

– Да не за что – ты ведь всё равно хреновый пилот.

Девушка успела вскинуть тёмные брови, а вот выстрелить – уже нет. С глухим хлопком бронеколпак откинулся в сторону, и весь воздух резво устремился наружу, в объятья ненасытного вакуума. Ему сколько не дай – всё мало. Естественно, с собой за компанию дикий вихрь хватал всё, что не было намертво закреплено. От дикого перепада давления заложило уши, во рту будто слюна вскипела, а губы и нос – наоборот, обдало ледяным холодом. На фоне всего этого стало буквально нечем дышать, и полоска жизни неуклонно пошла на убыль.

Но кое-кому пришлось ещё хуже. Какое-то мгновение моя несостоявшаяся убийца держалась за косяк гермозатвора, но сомкнувшиеся от сработавшей автоматики створки не оставили ей другого выбора. Кувыркаясь, она улетела прочь, навстречу звёздам, которых так хотела достичь на угнанном корабле. Оставшись в гордом одиночестве, я вернул бронеколпак на место и активировал закачку пригодной для дыхания атмосферы. Как говорится, немножко провентилировали рубку, и хватит.

Благо, для этого не нужно было тянуться к панели управления, а достаточно использовать нейроинтерфейс, чуть шевельнув пальцами. Это вам не собранный из металлолома «Собиратель» на кнопках, педалях и рычагах. Там отсеки вентилировались в основном путём попадания в них вражеской ракеты. Так что пожары на его борту тушились обычной пеной из штатного огнетушителя.

Странно, что эта подмороженная пилотка не потрудилась выяснить возможности корабля во время подготовки к афере. Да, читается это всё скучнее некуда, но стоит проявить немного воображения, и перед тобой открываются воистину безграничные перспективы.

– Учи матчасть, подруга!

Совершенно не стесняясь, я успел помахать удаляющейся фигурке рукой, точно зная, что её персональный щит какое-то время позволит ей жить в открытом космосе. И это очень хорошо.

Быстрой смерти она точно не заслужила.


Глава 14

Передо мной раскинулась объёмная карта галактики, масштабируемая вплоть до отдельной планеты. Моё местоположение в ней отображалось ярко-синим шаром, отлично видимым даже на фоне многочисленных звёзд и туманностей. Отдельной наглядной фишкой была возможность включить зоны влияния различных фракций, чтобы понять, какие системы кому принадлежат.

У Союза Антропоморфов в подчинении имелось около трёхсот миллионов светил. Это чуть больше, чем дохрена, даже учитывая то, что в объединение входило порядка десятка различных рас. Конечно, далеко не все системы были так или иначе освоены – всего полпроцента, но вероятность встретить корабли Союза в зоне их влияния куда выше, чем в ничейных или неразведанных территориях. Да, здесь имелись и такие – по заверениям интерактивной справки, на двадцати процентах галактики ни разу не присутствовали игроки. Конечно, цифра была общей по всем региональным кластерам, но цифра всё равно впечатляющая.

Чего им далась тогда новая галактика, если в старой ещё не всё поделено?

Хотя достаточно лишь чуть внимательней взглянуть на проекцию, и многое становится на свои места. Неисследованные системы в основном находятся в спиральных рукавах, или неподалёку от них, а вот ближе к центру плотность освоенных звёздных систем значительно возрастает, а значит – расстояние между ними было куда меньше, чем на окраине. Отсюда и гиперзаселённость Ядра – так называемого центра галактики, где сосредотачивались интересы всех мало-мальски серьёзных фракций и кланов.

Казалось бы – и хрен с ним, с расстоянием, когда у тебя есть гипер-пипер-двигатель, но не всё так просто. Я с огромным удивлением узнал, что не могу покинуть пределы территории Союза одним единственным прыжком. Такое было попросту невозможно – видимо, снова ограничение от внезапного вторжения армад игроков.

Любому кораблю, имевшему возможность варп-прыжка, позволялось без особых проблем перенестись лишь в соседнюю звёздную систему сектора, включающего обычно от тридцати до пятидесяти светил. Это в зависимости от его близости к Ядру, в рукавах же количество звезд резко падало.

А вот уже между самими секторами разрешалось перемещаться с помощью гиперпространственных врат, обычно охраняемых местными войсками. Потому как если кто захватит сей стратегический объект, контроль над сектором будет частично потерян. По умолчанию через врата без особых проблем пропускали нейтральные корабли, но вот вражеским звездолётам туда путь был заказан. Как, впрочем, и угнанным.

Смешно, но большинство пиратов-игроков держали за нейтралов, так как их кланам хватило ума не портить отношения с Союзом, и держать подчинённых в узде. Разбойничали они исключительно на своих вотчинах или на нейтральной территории, а в свободное от грабежей время могли заниматься чем угодно, хоть наёмничеством. Так что пираты могли без особого риска летать по пограничным секторам, не приближаясь к особо к центрам цивилизации, где на них наверняка имелся не один ордер. А вот я – не мог.

Да и с кораблём всё не так уж радужно. Пока я не приведу «Мародёр» в какой-нибудь лояльный порт приписки, моей собственностью он не является и восстановлению в случае аварии не подлежит. Да и продать его нельзя. В этом-то и заключался подвох нового задания «Доставить приз и уцелеть».

Ключевое слово – уцелеть.

Я сидел верхом на миллионах, но они мне пока не принадлежали. Пока «Мародёр» просто лакомый кусок для жадных корсаров и просто вредных одиночек, а так же «хантеров» – охотников за головами, которых в случае моего устранения ждёт солидный денежный бонус. В общем, стоило опасаться любого, кто сумеет прочитать статус судна, числящийся сейчас как «захваченный».

Понятное дело, что мне лететь через врата – дело гиблое, но для таких вот изгоев существовала небольшая лазейка. При значительных тратах ресурсов имелась возможность достигнуть крайней звезды соседнего сектора, но при условии, что там нет специального блокиратора прыжков, которые предпочитали ставить на обитаемых или стратегически важных системах. Для армад вторжения такой способ не подходил сразу по двум причинам – дорого и долго. Про сбор ресурсов умолчу, но вдобавок ко всему большинство современных игроков не готовы были проводить в гиперпрыжке свыше нескольких часов. А там же счёт шёл на сутки.

Я прикинул по карте, что за три варп-прыжка достигну пустынного белого карлика в системе Косор-4, а оттуда уже нырну в сектор FТ7H2D, который был ближе всего к границе зоны влияния Союза. Таких переходов нужно будет совершить ещё шесть штук, но деваться некуда – другие пути были ещё длиннее. Угораздило же оказаться так далеко от границы…

И тут меня ждал очередной форменный облом – покинуть систему оранжевого гиганта, название которого я никак не мог запомнить, корабль не смог. И дело тут не в повреждениях – в варп-движке банально не хватало энергии. Выругавшись, я полез смотреть, чем же его там заряжают, раз бортовой реактор для этих целей не подходит. Как оказалось, энергия пополнялась специальными варп-ячейками, которые можно было купить, либо собрать самостоятельно, найдя необходимое количество исходного материала.

Высветившийся список оказался довольно обширным, включая в себя знакомые и не очень первичные элементы, изотопы и прочее химическое барахло. Причём, их количество исчислялось не в привычных килограммах/литрах, а в пресловутых u-юнитах, то бишь – в условных единицах, будь они неладны. У каждого из элементов эта самая величина была разная – у обычных, вроде чистых металлов, от пуда и выше, а у редких изотопов – сотые доли грамма.

Железо – 5 u.

Медь – 2 u.

Цинк – 2 u.

Кремний – 5 u.

Калий – 2 u.

Натрий – 1 u.

Магний – 1 u.

Хром – 3 u.

Цезий-137 – 1 u.

Уран-235 – 3 u.

Палладий-110 – 1 u.

Гелий-3 – 2 u.

Тут и без подсказки ясно, что всё это, так или иначе, можно добыть прямо в астероидном поясе, но только как их вычленить из различных сплавов и горных пород?

Потратив на изучение вопроса двадцать минут, я выяснил, что на корабле имеется специальный расщепитель, занимающий не много ни мало – целый отсек. В нём любой материал распадался на атомарные составляющие, затем концентрировался и при желании владельца оседал в специальное хранилище про запас. А вот в соседнем отсеке – производственном, при наличии рецептов и необходимых материалов можно было соорудить какую-нибудь полезную в быту фигню. Пока я располагал лишь двумя начальными чертежами – листом внешней обшивки и собственно варп-ячейкой, но перспективы открывались вполне заманчивые. Ведь любая вещь, пусть самая обычная, стоила куда больше сырья, пошедшего на её производство.

А вот если раздобыть рецепт чего-нибудь необычного… Нет, это я что-то размечтался. Да и вообще – привыкать к кораблю не стоит, мне его в любом случае продавать, как найду порт приписки. Я не Диана, и кидать подельников не собираюсь.

Итак, технология восполнения запасов энергии для варп-двигателя прояснилась, теперь дело за малым – найти необходимые элементы. Пока разбирался что да как – автопилот успел увести корабль в красную зону, которую пометил как «условно безопасную». Ну, это для кого как – простеньким катерам типа «Собирателя» или «Фуражира» там грозила неминуемая смерть.

Сектор, в котором я оказался, был на удивление пуст – лишь на его окраинах величаво плыли несколько крупных астероидов в окружении роя собратьев поменьше и побыстрее. Скукота.

К гигантам не стал даже подплывать, решив не испытывать щит на прочность бомбардировкой сотнями камней, а направился дальше, в последнюю – чёрную область, за которой уже простирался открытый чистый космос. Эту зону бортовой компьютер нарёк как «умеренно опасную», но и добыча там просто обязана быть богаче. Я печенкой чувствовал – много времени у меня нет, на станции наверняка собирают отряд добровольцев в погоню.

Ну, а мне что поделать, если прочность корпуса просела до шестидесяти процентов, а большая часть грузового отсека просто разлетелась по ангару, пока я в приступе бешенства колотил кораблём механоида?

Всё нужно ремонтировать, восстанавливать и доводить до ума. Даже с вооружением не всё так радужно, как казалось поначалу. Если боевой лазер потреблял энергию прямо с реактора, то ракет у меня в запасе оказалось всего шесть обойм по четыре штуки. Отстрелю их и всё – покупать новые негде, а штамповать их самостоятельно пока нет возможности.

Стоило только кораблю пересечь невидимую границу между зонами, как я запустил сканирование, перераспределив на приборы большую часть энергии. Довольно опасный шаг, но время сейчас играло не на моей стороне. К счастью, никаких других звездолётов поблизости не оказалось, по крайней мере, в целом состоянии. А так, будто на свалку или кладбище какое попал – вокруг нашлось не менее десятка крупных обломков, не уступавших найденному мной в первом вылете, и бесчисленное множество поменьше.

Просто Клондайк какой-то!

Я тут же направил «Мародёр» к ближайшим останкам, представлявшим собой два столкнувшихся вроде как крейсера. В результате одного разорвало пополам, а второго деформировало в циклопическую груду металла, вот уж воистину – лучше бы друга пропустили. Джентльмены, тоже мне.

Смотрелся поисковый катер на их фоне форменной блохой. Понятное дело, здесь должны пастись добытчики посерьёзнее – от корветов и выше, но я не собирался перерабатывать всё подряд, потратив на это всю оставшуюся жизнь. Задал поиск необходимых материалов и полетел вдоль обломков, внимательно следя, чтобы кораблик мимоходом не раздавила какая-нибудь шальная чушка размером с футбольное поле.

Большая часть элементов из списка нашлась практически сразу. Только и осталось, что выпустить сборщиков-дронов, которые резво ринулись в сторону обломков, будто голодные сибирские комары, увидавшие одинокого туриста без «москитки». Каждый мог отгрызть и утащить с собой кусок чего-нибудь до двадцати килограмм включительно, так что наполнение хранилища под завязку было делом пары часов. С металлами всё прошло как нельзя лучше, а вот с изотопами пришлось попотеть. Уран-235 и палладий-110, в конце концов, были найдены в развалинах кораблей, а вот гелий-3 там отсутствовал напрочь.

Начал судорожно вспоминать, где я мог про него слышать, но ничего, кроме испещрённой кратерами Луны из глубин памяти не всплыло. Чёрт его знает, как единственный спутник Земли был связан с этим изотопом, но картинка из прошлого натолкнула меня на мысль – раз среди искусственных объектов его нет, может, стоит присмотреться как раз к естественным? Я переориентировал поисковую систему на ближайшие крупные астероиды и оказался вознаграждён уже через десять минут.

Ждать, пока туда-обратно сгоняют шустрые дроны, не стал, и долетел туда сам, врубив ускорение. Пусть маршевый двигатель в форсаже жрал энергию будь здоров, но без него перемещаться в межзвёздном пространстве было совсем кисло – бортовой компьютер определил время прибытия к астероидам в три часа обычным ходом. Всё-таки космос – это чертовски большие расстояния.

Возле светло-серой глыбы, длиной метров двести, помимо третьего гелия меня поджидал ещё один сюрприз. Сканер как-то по-особому пропищал и выдал мелодичным женским голоском, нисколько не напоминавшим систему оповещения «Глории-14»:

– Обнаружена спасательная капсула!

Такую находку доверять бездушным дроидам я не стал, лично занявшись транспортировкой находки на борт. Благо, под моим управлением имелось сразу три манипулятора, включая очень удобный щуп-антиграв. Капсула выглядела довольно стандартно для Союза, на подобные уже успел насмотреться за эти несколько дней в игре, и обнаружить там дрыхнущего доминионца мне вроде не грозило. Но не успел я подтянуть её поближе, как бортовая система снова подала голос:

– Обнаружена спасательная капсула!

Да что у них тут, вечеринка была, что ли? Откуда столько?

Разгадка нашлась довольно быстро – астероид обладал пусть и слабой, но уже собственной гравитацией и притянул к себе кучу всевозможного мусора. В том числе и две капсулы. К сожалению, новых сканер так и не обнаружил, хотя я на всякий случай запускал поиск ещё несколько раз. Но не может же вечно так крупно везти.

Насколько успел прочитать – капсулы очень высоко ценятся на рынке, особенно если в них кто-то маринуется. Такие, как только что достал я, идут от ста двадцати тысяч кредитов за штуку, а места в трюме занимают всего ничего. Однако, не только в банальной наживе от них польза…

Я поставил корабль на атопилот и поспешил в грузовой отсек, где троица мелких дроидов-помощников заканчивала приводить в порядок капсулы. Примерно треть крышки у каждой оказалось выполнена из прозрачного материала, назвать которое обычным стеклом не поворачивался язык. Достаточно вспомнить, через что оно прошло – тут и аномальные температуры, и вакуум, и даже бомбардировка мелкими и не очень камушками.

Не знаю, как с практической точки зрения, но с эстетической это выглядело очень удобно. Достаточно было взглянуть сквозь чуть мутноватую поверхность, и тут же становилось ясно, кто находится внутри. Хотя интерактивную подсказку тоже никто не отменял.

В первой капсуле обнаружился худощавый гуманоид, облачённый в обычный, слегка подпаленный комбинезон. По костяной маске на лице я безошибочно отнёс его к орторионцам. Раса, за которую играл Робик, оставшийся на «Глории-14», поклонялась точной науке как какому-то высшему божеству. Из них получались прекрасные учёные и исследователи, а вот воины – так себе. Народ довольно миролюбивый, но одновременно с этим – авторы многих передовых оружейных технологий. Если не трогать тему религии и прочего мистицизма, который они стремятся во что бы то ни стало развенчать и объяснить, довольно адекватные существа.

Спасённый по имени Оттори К'Ачесорр оказался инженером первого уровня. Система игры тут же предложила мне провести инициализацию разморозки или оставить разумного в капсуле и сдать его по прибытии в порт за довольно серьёзное вознаграждение, размер которого я не стал даже смотреть. У меня нет экипажа, а спасённый по галактическому кодексу обязан отработать на нашедшем его корабле минимум один серьёзный полёт. Уже потом, чтобы оставить его в штате, нужно будет заключать полноценный контракт. Но к тому времени я уже должен избавиться от премиумного корабля.

– Разморозить!

«Принято!» – пронеслось перед глазами. – «Пополнение в экипаже, 2/4 мест свободно».

Да, на «Мародёре», в силу того, что это всего-навсего катер, а не фрегат или корвет, предполагалось всего четыре члена экипажа, включая капитана. Остальные, прорвись мы на корабль в полном составе, объявились бы существами бесполезными, или попросту – пассажирами и провели всё время в пути, мирно отсыпаясь в капсулах.

Первую капсулу ловко унесли прочь дроиды, чтобы извлечь оттуда инженера в медицинском отсеке, а я, куда в лучшем настроении, перешёл к следующей. Возможность оперативного ремонта на звездолёте ценится на вес золота, а если мы с ним на пару разберёмся, как подлатать помятый корпус, шансы долететь до владений пиратов вырастут в разы.

Увиденное во второй камере через обзорный щиток меня озадачило. Мягко говоря. Я даже подавил в себе внезапный порыв выбросить её обратно в открытый космос, от греха. Одно можно было сказать точно – существо, спасшееся в ней, не относилось к гуманоидом. В тесном пространстве скрючилась в три погибели гиганская многоножка, затянутая в нечто вроде чёрного хитина. Никаких признаков одежды или чего-то подобного я так и не заметил, пришлось обратиться к справке. Но и та принесла больше вопросов, чем ответов.

Имени у существа не было, эта область оказалась попросту пустой. В графе раса стояло непонятное Сайрекс, про которых я впервые слышал. Лишь с профессией никаких недомолвок не возникло – воин, он и в другой галактике воин. Тоже первого уровня, как и орторианец, но это не беда, зато есть, куда расти. Другое дело, что выпускать такое чудище наружу категорически не хотелось. Перед глазами невольно встали неаппетитные картины, увиденные в научном модуле, где хозяйничал монстр из спасательной капсулы.

Кстати, интересно – доминионец будет честно работать на корабле, или предпочтёт собрать свою команду из подручных материалов? Скорее – второе, вряд ли они там у себя галактический Кодекс чтут.

Пришлось открывать интерактивный текст и читать, что такое сайрекс и с чем его едят. Хотя нет, меня больше интересовало – что ест он сам в свободное от службы время. Воин на корабле уже имеется в лице меня, и на абордаж брать я вроде никого не собираюсь.

Первое, что упоминалось в справке, Сайрекс – это не самоназвание, а характеристика планеты, на языке раллеков, которую их специалисты поначалу посчитали непригодной для возникновения жизни. Там если поблизости не извергается вулкан, то обязательно поливает кислотный дождь или дует ужасный по силе ветер, способный переносить многотонные камни по воздуху как пушинки. Каково же было их удивление, когда в этом аду обнаружились не только примитивные формы, но и довольно высокоорганизованное общество разумных существ, вовсю осваивающих тяжёлую промышленность. Пусть жили бедолаги преимущественно под землёй, на поверхность они выбирались довольно часто.

Правда, среди аборигенов, обнаруженных исследовательской экспедицией около трёх тысяч лет назад, имена собственные как таковые отсутствовали. Поэтому первооткрыватели, недолго думая, решили, что индивидуализм им тоже не свойственен, как тем же земным насекомым, с которыми сайрексы оказались отдалённо схожи наличием внешнего скелета.

Расы типа роя встречаются в галактике не так уж и редко, но космическая экспансия для них является недостижимой мечтой, или вовсе находится вне границ интересов. Увы, но в отрыве от коллективного разума отдельные особи зачастую не могут управлять сложными летательными аппаратами, не говоря уже о динамичном реагировании на внешние угрозы. Привычка, когда за тебя думают другие, пагубно сказывается на критическом мышлении, а без него путь к звёздам закрыт. Надо строить что-то воистину циклопичное, чтобы влезло всё стадо, либо целенаправленно выращивать индивидов-космонавтов, что получается далеко не у всех.

Но в случае с сайрексами всё оказалось чуть сложней, чем сначала представлялось исследователям. В течение пятисот лет после внесения негостеприимной планеты в каталоги, она считалась заселённой условно разумными существами, пока те ненеожиданно не вышли в ближний космос пусть на примитивных, но всё же космических кораблях.

Тут уж в систему нахлынули различные специалисты по контактам, которым удалось выяснить, что безымянные существа пользуются для опознания друг друга сложной эмпатической системой, и вполне позиционируют себя как личность. Они прекрасно могут действовать в полной изоляции, при этом, неизвестно как, прекрасно чувствуют состояние остальных членов своего сообщества, включающего порой до пятисот особей. В нашем понимании – это что-то среднее между семьёй и командой. В среде астронавтов такие группы называют кланами.

Каждый клан имеет свою историю, нисходящую к тёмным, первобытным временам и хранит в памяти информацию о всех особях, когда-либо бывших в его составе. Сейчас, спустя добрые полторы тысячи лет, сайрексы расселились по всей галактике, но колоний нигде так и не образовали. Вместо этого они регулярно совершают паломничество на родную планету для встречи с сородичами и выведения потомства.

Из-за не вполне благоприятных условиях жизни на своей планете, сайрексы очень живучи. Они не нуждаются в каком-то определённом составе для дыхания, выдерживают резкие перепады температур и давления, способны отращивать утраченные конечности и питаться одними металлами.

– Да уж, тяжко быть тобой… – покачал я головой, активируя капсулу.

Последнюю тысячу лет сайрексы промышляют наёмничеством, железно придерживаясь собственного кодекса чести. Вдобавок к выносливому организму они ещё неплохие псионики, так что такой член экипажа мне точно пригодится. И кормить особо не надо, и поговорить будет о чём.

Пока возился с капсулами, шустрые дроиды успели соскрести с астероида шесть единиц гелия-три, который немедленно отправился на производство варп-ячеек. Как только первая из них будет готова, корабль покинет систему оранжевого гиганта.

Хватит топтаться на пороге, оправдываясь мародёркой. Впереди ждут новые звёзды и планеты, приключения и задания – стоит только руку протянуть к заветной кнопке прыжка…

Но у игры были другие планы на этот счёт. С коротким предупредительным перезвоном бортовая система торжественно провозгласила:

– Внимание, обнаружен неизвестный сигнал!


Глава 15

Едва я всплыл из упругой жидкости, скатившейся с тела многочисленными матовыми шариками, как услышал навязчивое дребезжание, показавшееся смутно знакомым. На очередной глюк непохоже… Точно, это же рингтон у меня такой на вызове стоит!

Чертыхаясь, стал выкарабкиваться из капсулы наружу, схватившись за борт. Погрузочная платформа для инвалидов двигалась нарочито медленно, так что на полу мне светило оказаться минут только через пять. Вряд ли для человека, который звонит мне в половину четвёртого ночи, такие сроки приемлемы.

Естественно, всё пошло враскоряк и я очень крепко приложился плечом и головой об пол, не успев перекинуть через бортик ноги. Надо будет сходить на рынок, если они тут ещё остались, в этом сошедшем с ума будущем, и взять толстый коврик. В моё время квартира без ковров и паласов считалось нежилой, потому как падать в ней было крайне неудобно. Вот такой я древний мамонт.

Браслет-коммуникатор лежал на кухонном столе, где я его и оставил накануне, перемигивался огоньками и всячески привлекал к себе внимание голографическим экраном, с огромной красной трубкой по центру. Типа, я ещё не догадался, что мне звонят.

Совершенно не стесняясь собственной наготы, я дохромал до стола и взглянул на высветившийся прямо в воздухе номер. «Пицца Браво», колотить их об противень! Только лишь для того, чтобы обложить абонента четырнадцатиэтажным матом, приказал гаджету ответить на звонок. Вдруг проболтаются в процессе и скажут свой адрес, пойду убью всех с особой жестокостью. Маньяк я, или где?

Хвала технологиям, тыкать трясущимися пальцами в крохотный сенсор браслета (водить рукой сквозь голограмму занятие бесполезное) было не нужно, достаточно короткой голосовой команды.

– Да?!

– На том же месте, через десять минут, – резко предупредил меня собеседник, которого я тут же узнал, и завершил звонок.

Коммуникатор издал короткий, будто оборванный звук, и затих, погасив всю иллюминацию.

– Поспать спокойно не дадут… – проворчал я, возвращаясь к разбросанной по квартире одежде.

Сборы не заняли много времени – приловчился уже. Отведённого времени оставалось ещё около двух минут, когда я выполз на улицу, опираясь на костыли-ходунки. Прохладный ночной воздух показался куда чище, чем днём, хотя проносящихся туда-сюда машин на ближайшей к дому дороге на вскидку меньше не стало. «Мерседес» Георгия стоял на стоянке, будто и не уезжал никуда, только фары притушены, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

В салоне многообещающе пахло свежей, прямо из духовки, пиццей. Только распознав густой аромат, я вдруг понял, насколько сильно голоден, просто до подворачивающихся кишков и скрученного в дулю желудка. Пожалуй, сейчас даже от той неаппетитной бурды в стаканчике не отказался бы.

Но по хмурому, сосредоточенному лицу куратора стало ясно, что в ближайшее время еды мне точно не видать. Чёрт побери, хоть оббивку салона грызи…

– Клим, чем ты думал?!

– А что не так? – невинно поинтересовался я, плюхаясь в мягкое кресло.

И тут, прежде казавшийся хладнокровным, мужчина взорвался:

– Да ты…! Да тебя…! Прямо в…! И поглубже! Ну какого, спрашивается, хера?!

– Угнал звездолёт?

– Нет! Улетел на нём зачем! Тебе нужно было попасть в тюрьму, а не стать великим грабителем, идиот ты размороженный! У тебя же были чёткие инструкции…

– Рекомендации, – мягко поправил я.

– Что-о-о?!

– Рекомендации. Я прекрасно помню, что конечная моя цель – три необычных достижения в копилке и приглашение в клан лаптей. А как этого добиться – сугубо моё личное дело.

Георгий набрал в грудь побольше воздуха, но я успел его опередить:

– Слушай, если бы вы хотели болванчика, действующего строго по плану, так дали хотя бы это самый чёртов план! Не знаю, как остальных, а меня вы на самотёк пустили с самого начала. Так в чём претензии? Да, в тюрьму мне уже не попасть, но я и без неё достижение заработал. Сам.

Куратор шумно выдохнул, пытаясь успокоиться:

– Есть мнение, что твои поисковые запросы, особенно касающиеся игры, будут просматривать. И анализировать. Поэтому пошаговой инструкции тебе не дают, дабы твоё поведение в «Новых горизонтах» выглядело максимально естественно, понимаешь?

– Я так и подумал.

– Но это не значит, что тебе разрешали отклоняться от основных пунктов! Ты снял привязку к станции?

– Конечно.

– Вот и дурак! Хотя… Это довольно логично для обычного игрока. Угораздило же тебя…

– Да сдалась тебе эта тюрьма, – пожал я плечами. – Достижение-то есть.

– Да в задницу его себе засунь, герой! Пусть оно и противозаконное, но толку от него… Думать же надо! Ты смотрел, что даёт «беглец с Крокс-4»?

– Ничего сверхъестественного точно не припомню.

– Все участники побега заработают пятнадцать очков авторитета среди пиратов, – охотно пояснил куратор, затем ехидно поинтересовался. – А сколько получил ты за свой грабёж?

– Пять, – нехотя ответил я.

– Ну вот, – уже спокойнее произнёс Георгий. – Понял теперь, как ты всё усложнил?

– Пока не совсем.

– Для беспрепятственного влёта на территории пиратов нужно минимум десять очков. В противном случае тебя посчитают за добычу.

– Теперь ясно, – я принялся лихорадочно просчитывать варианты. – А если я вернусь на «Глорию» и сдамся властям?

– Глупо и слишком поздно, – мужчина устало растёр виски. – Да и отправят тебя наверняка в более надёжное место, поближе к Ядру. Откуда точно уже не сбегают. Ладно, теперь уже ничего не исправишь, придётся тебе самому, раз ты такой прыткий, заработать недостающие очки.

– Добуду, не вопрос, – кивнул я.

– Свалился же ты на мою голову… – окончательно остывая, проворчал куратор.

Он потянулся к заднему сиденью, на котором лежала коробка из-под пиццы, и я успел рассмотреть за отворотом пиджака мелькнувшую пистолетную рукоять. Помнится, раньше никаких характерных выпуклостей под одеждой у него не замечалось. Да и вообще, сегодня он какой-то излишне нервный, и дело вряд ли в моих выкрутасах.

– Сильно от начальства досталось? – наугад предположил я.

– Что? – он вздрогнул, чуть не выронив коробку. – А… Никак не привыкну к твоей манере общения. Да, неслабо. Результаты нужны как можно скорее.

– И с чем это связано? Новые жертвы?

– Не только, – поморщился он от каких-то неприятных воспоминаний, протянув мне кусочек пиццы, который я схватил обеими руками. – Просто основное направление, которому дали зелёный свет, оказалось… Бесперспективным. Погибли наши сотрудники.

– Много? – давясь, промычал я.

– Семь.

Да уж, тут впору поперхнутся, но запасливый куратор всучил мне пакет с соком, из которого специально для безруких выдвигалась удобная трубочка.

– Ты хочешь сказать, что ваше командование теперь сделало ставку на размороженных? – напившись, уточнил я.

– Да, теперь ожидания от моего проекта возросли. Соответственно, и спрашивают с меня больше и строже.

– Что ж, поздравляю.

– Сказал бы «спасибо», да пожалуй воздержусь.

– Так, – спохватился я. – Если погибли ваши подготовленные люди, то что можем предложить мы в качестве замены?

– Свой непрофессионализм.

– Серьёзно?

– А я похож на шутника?! – раздражённо бросил Георгий. – Вас вряд ли заподозрят, на том всё и держится. Но я тебе этого не говорил.

– Да ладно тебе, мы ведь всё равно списанный материал.

Куратор перестал жевать и поставил сок в подстаканник. Но за пистолет не схватился, что уже хорошо.

– С чего ты это взял?

– Было тут у меня давеча знакомство с одной аферисткой, – принялся я объяснять. – Так вот она под разными никами разводила доверчивых игроков, поднимая неплохие деньги за успешный угон корабля, если таковой получался. Но чип-то никто не отменял, глобальную учётку не подделать. Тогда почему её выкрутасы не прикрыла администрация игры? Уверен, на неё скопилась целая кипа жалоб, и найти её настоящую для них не проблема. Но они этого не делают. Почему?

– Только если она действовала в рамках игровых правил, – безапелляционно заявил Георгий. – Но она не могла их не нарушить.

– И всё же умудрялась. Там просто недочёт в квесте с угоном – слишком рано задание засчитывают. И пусть сразу же выдают другое, но возможность расформировать группу у лидера ненадолго появляется. Мне кажется, это сделано нарочно – чтобы как можно меньше кораблей из-за внезапной свары на борту покидали систему, откуда их угнали На форумах это прописано не один раз, но новички их нечасто читают. Сам едва не попался.

– Хорошо, понял. Но причём здесь ты?

– Вам нужен свой человек в клане не в качестве рекрута с ограниченными правами, а в статусе полноправного члена, так?

– Допустим.

– На вопрос «зачем?» я вижу только один ответ – для того, чтобы проникнуть в их хранилище данных, надеясь там обнаружить какие-то улики.

– Примитивно, но в общих чертах всё верно.

– Ну так вот – я больше чем уверен, что ваши коллеги по цеху, нанятые «лаптями» обязательно найдут причины утечки. Не смогут сами – поможет администрация, так как это явная хакерская атака, неигровое действие. Меня вычислят, Жорик, ты это прекрасно знаешь. Поэтому день, когда ваши спецы примутся за дело, станет для меня последним.

– У тебя паранойя, – покачал головой куратор, безмятежно вернувшись к пицце. – И вообще, чего тебе въелась эта администрация? Они больше всех заинтересованы в том, чтобы всё разборки проходили исключительно в игре, им эти убийства поперёк горла уже.

– Так почему бы вам не объединить усилия?

– Мы для них ничем не отличаемся от сотен других организаций, и это, в принципе, правильно. Однако, за четыре месяца они так и не добились успеха, пусть у них и лучшая в мире служба безопасности. Бюрократия связала их по рукам и ногам. Мы не можем себе позволить потери клиентов и как следствие – репутации, пока они продираются через юридические дебри.

– Ты хочешь сказать, что администрация закроет глаза на кражу данных?

– Они здесь вообще будут не при чём. Во время твоих гениальных умозаключений тебе не приходила в голову мысль, что клан вряд ли будет держать ТАКУЮ информацию именно в игре, куда можно проникнуть, пусть и по решению суда?

– Не уверен, – честно признался я. – Тогда зачем в него вступать?

– Затем! Тебе было предложено сотрудничество, ты на него согласился, и давать заднюю уже поздно. Весь план я тебе доверить не могу, извини. Твоё незнание – твоя защита. Я понимаю, что гарантий у тебя никаких… Поверь, мы тоже сильно рискуем, связываясь с непроверенными элементами, не прошедшими никакой подготовки. Но без риска не бывает побед.

– Неплохая речь, – оценил я. – Может тогда просветишь, что стало с вашими людьми? Известно, кто их?

– Они были нейтрализованы нашими, как ты выразился, коллегами по цеху, работающими на LapAni. Но вполне традиционными способами, безо всякой мистики, поэтому нескольким удалось спастись.

– И часто у вас такие разборки?

– Нет. Раньше нет. Но теперь, из-за этих непонятных убийств… Все на взводе. Мы будто гранату без чеки высиживаем – рано или поздно рванёт.

– Так может, они не причём?

– Это не нам с тобой решать. Аналитики выдали вероятность, и её нужно проверить во что бы то ни стало.

– Хорошо, – не стал я упорствовать. – Вектор работы принят. Давай сюда коробку, я пойду отдыхать.

Георгий, который наверняка был не сытней меня, без восторга расстался с пиццей.

– Клим, постарайся впредь обойтись без твоих выкрутасов.

– Не могу, – мотнул я головой. – Сам же говорил – за мной будут наблюдать. Если поймут, что меня всё время вели за ручку – будет беда. Поверь, я именно тот, кто им нужен, пусть пока и не соображаю практически ничего в игре. Доведи до своего начальства, что мне просто не надо мешать.

– Они сами кого хочешь доведут… – пробормотал мужчина со вздохом. – Ладно, спокойной ночи.

– А приятного аппетита?

– Не перегибай.

– Вообще-то, это не я пиццу на «Мерседесе» привез.

– Здесь слепая зона. Ладно, освободи-ка салон, у меня ещё есть дела, в отличие от тебя.

Зажав коробку под мышкой я кое-как выбрался наружу, вдохнул свежего воздуха и, спохватившись, задрал голову к небу. Погода царила на редкость безоблачная, наверняка сейчас небосвод устилали тысячи настоящих, не нарисованных звёзд. Да и многочисленные вспышки метеоров от сгорающего в атмосфере космического мусора тоже никто не отменял.

Но увы, полюбоваться всем этим великолепием мне было не суждено – над головой плыли лишь яркие голограммы, рекламирующие новомодные гаджеты и шмотки. Иногда – всё вместе, на фоне внушительной женской груди или задницы. Никакой совести у маркетологов, как, впрочем, и фантазии.

– Гадство, – досадливо сплюнул я и поковылял обратно к дому.


Глава 16

Источник загадочного сигнала находился от меня на расстоянии трёх обычных прыжков и одного долгого – уже между секторами, так что прошлой ночью я, скрепя сердцем, оставил его изучение на потом. Хочешь, не хочешь, а организму нужно дать отдохнуть, иначе он окончательно пойдёт вразнос. Поспать можно было и в игре, но производители капсул настойчиво рекомендовали дрыхнуть в реальности, ибо только такой сон являлся полноценным. Тех, кто этим советом настойчиво пренебрегал, отключали от виртуала принудительно на исходе первых же суток. Сильно я в вопрос не вникал, но вроде как мозг погружённого человека в капсуле продолжал активно функционировать, что в итоге приводило к его «перегреву».

Хотя мне-то бояться этого нужно меньше всего – и так мозги набекрень. Многое бы отдал, чтобы избавиться от ночных кошмаров, преследующих меня чуть ли не каждую ночь, но увы. Отпускало обычно лишь под утро, поэтому каждое утро я вставал, будто с бодуна. Лишь крайняя усталость позволила в эту ночь обойтись без них, но проснулся всё равно разбитым и невыспавшимся. Накануне никаких поблажек себе давать не стал и поставил будильник на обычное время, хотя лёг в пятом часу.

Мало ли, что там за сигнал такой, вдруг долго ждать не будет…

Почту даже не стал смотреть – не до этого. Наскоро перекусил, отметив, что завтра нужно вызывать техников для замены фильтров и пополнения питательной жидкости в капсуле. Что поделать – питаюсь я преимущественно в игре, поэтому такой большой расход. Субстрат, судя по рекламному проспекту, содержал в себе все необходимые для человеческого организма элементы, но всё равно являлся синтетическим и для постоянного потребления не рекомендовался. Так что при всяком удобном случае я старался перекусить хоть чем-нибудь, что имело штамп – «натуральный». Большинство же нынешних продуктов этим значком похвастаться, увы, не могли.

Перед тем, как нырнуть в игру, решил глянуть-таки что за очками авторитета меня на ночь глядя корил Георгий. Вкладку Отношения я до этого открывал лишь дважды – в самом начале игры, и когда нечаянно улучшил отношения с кланом КРС и пытался понять, чем мне в будущем это грозит. Как оказалось, ничем страшным.

Помимо отдельных групп, сюда записывались и фракционные отношения. Союз Антропоморфов, кстати, из-за моей выходки с кораблём понизил отношение ко мне сразу на тридцать пять пунктов, как раз до неприязни. Ну, на них сложно за это обижаться.

Пираты тоже нашлись во фракциях, а их шкала, разделённая на несколько условных зон, как раз исчислялась пресловутыми очками авторитета. Мой прогресс застыл на полпути к первой отметке, гарантирующей относительно безопасный пролёт по подконтрольным территориям. Почему относительный? Так это ж космос – здесь в любой момент может произойти какая-нибудь пакость, так что полной гарантии даже сами разработчики не могут дать.

Набрать авторитет можно было несколькими способами – от шпионства на космических разбойников, до уничтожения или грабежа мирных и не очень судов. Ещё была целая куча скрытых квестов, на выполнение которых у меня совершенно не было времени. Тут бы ноги унести.

На разделе форума, посвященному «Глории-14» (не удержался, тоже туда заглянул) уверенно держала топ-3 тема о поисках «Мародёра». За наши с Дианой головы предлагали по миллиону кредитов, и десять – за возврат звездолёта в любом состоянии, отличном от утиля. Странно, я ведь полагал, что аферистка тоже попадёт в тюрьму, но если задуматься – у неё была куча времени, чтобы снять привязку со станции и возродиться где-то за сотни миллионов километров оттуда.

Хм, целый миллион… Для низкоуровневого игрока это очень внушительная сумма. Странно, что мой авторитет среди звёздного криминалитета не подрос от такого внимания к моей персоне.

Большинство отписавшихся по теме полагало, что угнанный корабль сейчас на всех парах спешит к приграничным секторам. В данный момент в каждом из них уже дежурили по нескольку перехватчиков, а общее количество участников погони приравнялось к небольшому флоту.

Смешно, но никому и в голову не пришло, что катер пришвартован буквально в двух прыжках от станции – для этого надо быть либо конченым нубом, либо иметь два полукилограммовых стальных шарика среди прочих органов. Даже хорошо, что я не стал торопиться и вся эта оголтелая орава охотников пронеслась дальше. Повезло… Я был вымотан до крайности, да к тому же поймал какой-то непонятный сигнал, который, как оказалось, мог являться как и квестом, так и какой-то ценной находкой.

Нет, точно не зря на форум заглянул – по крайней мере, теперь ясно, что кратчайший путь к пиратам перекрыт наглухо. Мне торопиться к ним и так не стоило, так что сильно я не расстроился. Обижаться здесь нужно было только на собственную непредусмотрительность – нормальные игроки сначала заботились о своей репутации среди пиратов, а потом уже шли угонять звездолёт. Не наоборот.

Наверняка даже у Дианы с этим бы не возникло подобных проблем.

Покончив с разведкой и перекусом, я погрузился в капсулу и очнулся в отсеке жизнеобеспечения, являвшимся по совместительству комнатой отдыха. Для экипажа там имелось четыре утопленных в стены ложа, которые регулировались по размеру и форме в зависимости от расы владельца койки-места. Остальные нары пустовали – экипаж доблестно нёс вахту, пока капитан судна набирался сил.

Орторионцу было отдано важнейшее задание – подлатать корабль во время вынужденной стоянки. Оттори К'Ачесорр, или попросту Отто справился просто блестяще – прочность корпуса поднялась до семидесяти шести процентов, а состояние всех отсеков достигло максимальных значений. Помимо инструментов, инженер где-то умудрился раздобыть себе одежду и теперь щеголял в новеньком комбинезоне с металлическими вставками и многочисленными магнитными карабинами под инструмент. Сейчас он, глухо напевая себе что-то под плоский нос костяной маски, задумчиво ковырялся в разобранной панели безопасности в проходе, ведущем в основной коридор.

Я решил не отвлекать его от важного занятия и пошёл дальше, но тут в голове пронеслись обжигающе холодные НЕ МОИ мысли:

«Приветствую, командир!».

Второй мой член экипажа не имел речевого аппарата, но прекрасно обходился без него, транслируя свою речь прямо в сознание собеседника. Пока его набор слов был сильно ограничен, но сайрекс оказался способным учеником и пообещал, что уже в скором времени в совершенстве овладеет великим и могучим. Сначала у нас возникла небольшая проблема с телепатией из-за моего высокого сопротивления внушению, но стоило мне постараться пойти ему навстречу, как невнятное тихое бормотание превратилось в осмысленные слова.

Так же пришлось дать бойцу имя, раз до этого его собственная раса этим не озаботилась. Подумав, я остановился на «Шёпоте» – уж очень похоже звучали вкрадчивые мысле-сигналы от пришельца.

Сам воин появился в поле зрения уже через мгновение, резво семеня гибкими конечностями. Скорость при этом он развивал просто сумасшедшую, особенно когда задействовал все отростки. А если требовалось провести какие-то манипуляции в другой плоскости, гигантская чёрная многоножка без проблем вставала на дыбы ровно настолько, сколько было нужно для совершения операции, освобождая лишние конечности. Двигался сайрекс пусть и быстро, но с какой-то неуловимой грацией и изяществом – плавно и без рывков.

Больше всего в подчинённом меня смущало полное отсутствие головы – лишь два небольших гибких отростка-усика с торца туловища. Впрочем, с противоположного конца инопланетянина располагалась аналогичная пара, так что понятие «перед-зад» для этого странного существа отсутствовало в принципе. Так и не поймёшь сразу – лицом он к тебе повёрнут, или… Его противоположностью.

– О, командир! – орторианец оторвался от внутренностей панели и исполнил лёгкий полупоклон в мою сторону. – У нас кончились ресурсы, дальнейший серьёзный ремонт невозможен.

– Понятно, – принял я информацию. – Дронов пока не будем выпускать, прыгнем в соседнюю систему и там уже посмотрим, что есть в округе полезного.

– Хорошо, я тогда закончу с панелью.

Мы оставили техника в своей родной стихии и направились в рубку. Сайрексу по-прежнему не находилось никакой работы и он решил временно побыть моим телохранителем.

«Командир, нужно оружие».

– Тебе? Ты ничего так и не нашёл на корабле?

«Да. Нет».

Я на секунду аж подзавис от такого развёрнутого ответа, но потом сообразил, что он ответил на каждый вопрос по очереди. Проклятье, у меня были очень большие надежды, что на борту найдётся хотя бы какой-нибудь завалящий огнестрел. Это же не прогулочная яхта, здесь оно просто обязано хранится на всякий случай. Как скафандры, сухпайки и прочее по списку. Единственное объяснение его отсутствию – оно было в той части груза, что разлетелось по ангару, пока я колошматил чёртового механоида.

А у меня с собой даже меча запасного не имелось – реально готовился к полной конфискации инвентаря. Ну кто же знал… Хотя, сайрекс может быть с таким оружием и не знаком.

– Кстати, Шепот, а кто ты по специальности?

«Не понимаю».

– Ну… Стрелок, дуэлянт, защитник, разведчик… Я вот – мечник. А кто ты?

«Сайрекс».

– Тьфу ты! Твоя профессия какая?

«Воин».

– Просто воин, без специализации?

«Не знаю».

– Ты ещё не выбрал её, что ли?

«Сайрекс ничего не выбирают, они либо сражаются, либо живут на Сайрекс».

Нет, тут явно надо с другого конца подходить.

– Какое оружие ты предпочитаешь?

«Любое».

– А, так ты универсал! – выдохнул я. – Значит, и мечи тебе знакомы?

«Да».

– Ну, тогда мы постараемся тебе что-нибудь придумать, обещаю.

«Спасибо, командир!».

Мне показалось, или в его мысле-речи проскользнула радость?

Мы втиснулись в узкую рубку, откуда накануне я катапультировал Диану. Антрацитовый негуманоид оказался намного крупнее девушки и занял почти всё свободное пространство. Стало тесно, как в утренней маршрутке, но не выгонять же его – ходит вон, неприкаянный. Благо кресло пилота успело ко мне развернуться, и мне не оставалось ничего другого, кроме как плюхнутся туда.

Управление межзвёздных перемещений оказалось довольно примитивным – выбрать из списка соседних систем нужную и нажать кнопку гипер-прыжка. Всё.

Звёзды вокруг резко стали вытягиваться, превращаясь в световые полосы, а перед носом корабля возникло ослепительно-яркое сияние, как от сварки. Но в следующую секунду космос вокруг нас снова пришёл в норму, вот только он стал уже другим. В пределах видимости появилось сразу два светила – одно побольше, как наше родное Солнце, а другое поменьше, ослепительно белого цвета. Вокруг странной парочки вращалось шесть планет и два крупных пояса астероидов.

Туда я корабль и направил. На орбите «Мародёр» слишком заметен, а взлёт-посадка на поверхность сжирает слишком много энергии. Осталось только найти космический булыжник помассивнее, активировать поиск, а по его окончанию – спустить с поводка голодных до добычи дронов. Кстати, в загашнике нашёлся также один единственный шахтёрский беспилотник, который успешно бурил большинство известных пород, добывая ценную руду на глубине до полукилометра.

В астероиде, в тени которого я спрятал звездолёт, из редких элементов оказался только вольфрам, который сейчас мне был совершенно не нужен. Но поразмыслив, я всё же отдал команду на добычу, отправляя массивный дрон в короткий полёт. Помнится, помимо своей высокой тугоплавкости, этот металл ещё и довольно тяжёлый – то, что надо, для моей неожиданной задумки.

Плохо, что нигде поблизости никак не находился гелий-3. Пришлось рискнуть и оставить шахтёра в одиночестве, полетав немного среди разномастных глыб. В конце концов, искомый изотоп был найден и добыт в количестве семи единиц. Этого запаса мне вполне хватало допрыгать без остановок до источника сигнала, и случись что – унестись оттуда куда подальше.

Через час я вернулся к шахтёру, полностью закопавшемуся в астероид, и отозвал его обратно на корабль. Дроид успел наковырять немало руды, которая быстро переработалась в пять единиц вольфрама. Делать здесь больше было нечего, так что я скомандовал новый прыжок, а за ним сразу – в соседний сектор, где располагался источник сигнала, который вряд ли будет ждать меня вечно. Засечь его – большая удача, даже при наличии продвинутого оборудования, но возле станции всегда был высокий трафик, мало ли, кто там поблизости ещё мог ошиваться.

Переход занимал целых четыре часа, во время которых разрешалось заниматься чем угодно, лишь бы не покидать звездолёт. Пространство вокруг корабля, нырнувшего в другое пространство, скрутилось в сплошное чёрное марево, но здесь нам ничего не угрожало. Тут все направления – параллельны, и даже пронёсшийся мимо чужой корабль заметить очень сложно. О каких-то нападениях и говорить нечего.

Оставив рубку на Шёпота, я пошёл в производственный отсек колдовать над полученным металлом. Помимо использования готовых чертежей там можно было немного поиграться с редактором заготовок, если в тебе вдруг проснулся инженер-конструктор. Задумка на первый взгляд казалось несложной, но…

Проектировать в трёхмерном пространстве оказалось несколько сложнее, чем я себе представлял, и мечи у меня выходили громоздкими и запредельно тяжёлыми. Системой помимо конструкции учитывался ещё и материал, из которого выполнена та или иная деталь, что позволяло ещё на уровне проектирования рассчитать, сломается ли эта вещь после первого удара или нет. Чем больше я углублялся в изучение вопроса и разбор своих предыдущих ошибок, тем больше понимал, что каждый меч по своему – произведение искусства, где даже самая мелкая деталь выверена до микрона и отбалансированна. Именно поэтому ими получалось успешно рубить облачённых в броню противников, а не бегать со сломанным клинком.

Через пару часов, насыщенных бесплодными попытками, когда система корабля отрапортовала о том, что закончено производство последней варп-ячейки, я сдался и в сердцах соорудил в редакторе простой клевец – что-то вроде кирки на длинной тонкой ручке. Этакая булава, где на месте шара располагался заострённый клин. Такими штуками активно пользовались в средневековье, чтобы пробить рыцарские латные доспехи, ну или чей-нибудь тупой череп. Изделие вышло немного неказистым, похожим скорей на вольфрамовую кочергу, но это было намного лучше, чем ничего.

Сайрекс обновке обрадовался и сразу же повысил отношение ко мне на два пункта. Да, среди экипажа тоже необходимо было нарабатывать авторитет, а то и до бунта недалеко.

Угольно-чёрная многоножка лихо рассекла воздух туда-сюда серебристой кочергой, которая весила неожиданно много для своих изящных габаритов и удовлетворённо заявила:

«Хорошо! Но только для ближнего боя».

– Извини, пистолет я точно без чертежа не соберу – не мой профиль.

«Сайрекс сражаются, не смотря ни на что. Я не заставлю вас стыдится, командир!»

Инопланетянин хищно повёл усиками и спрятал кочергу под выступ внешнего скелета, прижав её парой лишних конечностей. Ой, хотел бы я посмотреть в глаза тех, кого мы с ним будем на абордаж брать…

Тем временем Отто отрапортовал об окончании работ – два последних листа обшивки заменили повреждённые участки, повысив прочность корпуса до восьмидесяти двух процентов, что составило 4920 хитов. Дальше проводить ремонт своими силами было невозможно, требовалось загнать корабль в доки. Орторианец за время ремонта успел поднять три уровня, но до выбора специализации ему не хватало ещё целых семнадцать. Меня же новый бонус ждал уже на следующем, двадцать пятом левел-апе. Осталось только решить, куда закинуть новое очко характеристик – в Ловкость или Разум.

Инженера я отправил отдыхать, и остальное время посвятил изучению своего звездолёта. Грубо говоря, он имел форму треугольника, по центру которого из широкого грузового отсека шёл осевой коридор, упиравшийся в рубку. С каждой стороны от него располагалось по пять помещений, сначала два в ряд, затем – в три. Расположение парных оружейных отсеков и двигателей было зеркальным, что позволяло без труда найти их в экстренной ситуации. Помимо них в правом крыле находились расщепитель, производство и энергетический щит, а в левом – медицинский отсек, жизнеобеспечение и центр по управлению дронами.

Пусть я командовал беспилотниками исключительно из рубки, но повреждения этого модуля приводило к их полному бездействию. В сражении такая потеря совсем некритична, но это только потому, что все мои дроны – добытчики и разведчики, ни одного боевого.

Когда время нырка подошло к концу, я вернулся в рубку, активировав все оружейные системы на всякий пожарный. Но на выходе корабль никто не ждал, эта система, не имеющая даже толком светила, оказалась пустынна. Вместо звезды здесь имелось разноцветное переливающееся облако газовой туманности, вокруг которой болтались несколько планетоидов различного диаметра. Любоваться внеземными красотами я не стал, и сразу же прыгнул в следующую систему.

Последний прыжок выбросил нас недалеко от огромной планеты, полностью укрытой бирюзовым льдом. Здешнее светило разъелось до гигантских размеров, но тепла наоборот, давало неприлично мало.

Увы, но мы здесь оказались далеко не одни. Мало того, поблизости, тысяч в четырёх километрах, вовсю кипела битва. Стоило только приборам прийти в себя, как перед глазами развернулся тактический экран, на котором постепенно стали проявляться участники сражения.

Первыми показались корабли земной постройки, причём помеченные как собственность клана СОС – корвет типа «Ястреб» шестого тира и эсминец «Лайтнинг» пятого. Первый силуэтом напоминал узкую вытянутую щуку с небольшими крыльями-плавниками, а его более тяжёлый соратник походил на дольку пирога из-за острого носа и полукруглой кормы, где располагалось сразу шесть выхлопных дюз.

С ними был ещё какой-то фрегат, но я не успел считать с него информацию, так как он со вспышкой неожиданно развалился на части. Причину гибели звездолёта я рассмотрел уже через секунду. Им оказалось нечто похожее на россыпь астероидов под общим названием Кристаллид.

«Полуразумная форма жизни», – тут же пояснил Шёпот. – «Очень редкий. Крайне агрессивен».

– На них охотятся, что ли?

«Только если уверены в своих силах».

– А если нет?

«Погибают».

Корабли, похоже, относились как раз к таким авантюристам, которые кинулись на противника, не оценив трезво ситуацию. Судя по многочисленным обломкам, в начале битвы их было никак не меньше десятка. Так что нет ничего удивительного в том, что не прошло и минуты, как со мной вышли на связь. Атаковать корабль никто пока не собирался, поэтому я решил ответить на вызов, готовый в любую секунду уйти в варп-прыжок.

На широком центральном экране сквозь рябь и помехи возникло залитое кровью лицо. Вроде как – человеческое. Справка была не видна, но так как оба корабля имели маркировку СОС, а значит – были клановыми, в том, что передо мной игрок можно не сомневаться.

– Чувак, нужна твоя помощь! – сходу выпалил он. – У кристалла хэпэ крапаль совсем остался, вместе дожмём!

СОС, он же Союз Отцов-Основателей некогда подкатывал ко мне с предложением вступить в их ряды. Кроме того, что они входят в Топ-20 по нашему региону, мне про них ничего не было известно. И вообще, что помешает им после расправы над Кристаллидом заняться мной?

Игрок правильно истолковал моё молчание и немедленно прислал соглашение, вроде как типовое, на возмездную помощь. Заключение такого договора стоило весомых денег, но зато гарантировало неукоснительное исполнение всех пунктов, ведь гарантом выступала нейросеть, контролирующая всю игру. Для одиночек такой вариант слишком дорог, но для кланов – самое то.

– Чувак, не тормози! Это всё в логах сохраняется, подписывай! Мы сопроводим тебя до пиратов, никто тронуть не посмеет! Нам награда за тебя нахрен не нужна, у нас репутация упадёт…

Позади командира вспыхнула россыпь искр, заставив его отвлечься. Тут засадой и не пахло – я завалился сюда случайно, рассчитать это было невозможно. Но какая же добыча должна выпасть с редкого космического существа?

– Хорошо, но мне нужен процент с лута, – решил я закинуть удочку.

– А ты ушлый! – вернулся к разговору представитель клана. – Два процента, больше не дам.

– Согласен.

Я поставил электронную подпись, и тут же оставшиеся в строю корабли окрасились в зелёный, а их противник в красный. Так же я смог разглядеть ник собеседника – ДайЖести, 322 уровень.

«Я разбужу техника», – раздался в голове шелест сайрекса, который ртутным шариком утёк из кабины прочь.

– Подгребай! – довольно улыбнулся игрок. – Работаешь по мелочи вместо фрегата. Вали сначала тех, у кого шкала неполная. И старайся… Ё-о-оп, Лысый уходи! Ульта-а-а-а!

Я не успел приблизиться к сражающимся, и возможно, это меня и спасло. Кристаллид засветился как новогодняя ёлка, а из каждого, даже самого мелкого камушка, вышли тонкие лучи, упёршиеся в центральный многогранный массив. На этом представление не кончилось, так как уже из него в направлении эсминца вырвался настоящий столб ослепительного света. Это даже не лазер, это настоящий фотонный ураган какой-то!

Корабль не смог убраться в сторону от сияющего потока и вспух идеально ровным огненным шаром. Больше половины приборов наблюдения тут же благополучно упали в обморок, а защитный колпак заметно потемнел, уберегая мою сетчатку от выжигания.

Возможно, я поторопился вмешаться в драку, но отступать было некуда – двигатель будет готов к прыжку только через сто секунд. Такое вот ограничение для сражающихся, вроде бы недолго, а попробуй продержись.

Когда сияние чуть поутихло, я различил яростные вопли ДайЖести, истово матерящего своего коллегу и противника в равных пропорциях. «Мародёр» уже достаточно сблизился с полем боя, чтобы я мог разглядеть отдельные части странного неорганического существа. Помимо основного кристаллического массива, похожего на перевернувшийся оранжевый айсберг, у него в наличии имелось около десятка образований поменьше, выполнявших самые разные функции. Никаких соединительных тканей я не заметил, да и вели они себя, как вполне независимые юниты, хоть и считались одним организмом.

Одни, цвета земного апатита, понемногу отлечивали пошатнувшееся здоровье Кристаллида, другие – малахитовые – ставили помехи и поддерживали его щит. Третьи – сапфировые – копили энергию для следующей «ульты» – особо мощного выстрела главным калибром. Четвёртые – изумрудные – бесполезно болтались в хвосте, но их уничтожение гарантировало дополнительную награду в случае победы. Отдельной группой можно было назвать фокусировщиков – крупные минеральные образований конической формы рубинового цвета, выполняющих роль одиночных орудий. Стреляли они хоть и не так больно, но гораздо чаще.

Имелись и совсем небольшие разноцветные камешки, действовавшие самостоятельно, по типу уже знакомых дронов. Урон они наносили совсем мизерный, даже если пробивали щит, зато их было очень много. На вскидку – около четырёх десятков.

Я выпустил две ракеты из кассеты в вытянутый камень, являвшийся как раз недобитым фокусировщиком, и сосредоточился на мелочи. Каждый кристалл разлетался на осколки от двух-трёх выстрелов лазера, который набирал заряд всего за три с небольшим секунды. После четвёртого подбитого ко мне снова обратился вернувшийся в адекватность ДайЖести:

– Красава! Бей по метке, ща я его прожму.

Один из крупных кристаллов на тактическом экране оказался в центре нескольких окружностей, туда же ринулся частый пунктир синих трассеров, отгрызая его прочность с каждой секундой. Я перевёл на минерал прицел лазера и добавил туда же обе ракеты, уйдя на минутную перезарядку обоймы. Реактивные снаряды сработали на удивление хорошо – урон с каждого увеличился практически вдвое. Уже после второго попадания цель перестала существовать.

– Живё-о-ом! – радостно проорал капитан корвета. – Теперь так же прямо ему по морде. До конца кадэ ульты около трёх минут, должны успеть.

Мордой, как нетрудно догадаться, оказался центральный массив, так же имевший собственную шкалу прочности, от которой осталось не больше сорока тысяч хитов. «Ястреб» взял его в целеуказание и выпустил два гигантских снаряда, назвать которые ракетами не поворачивался язык. Тут скорее – торпеды. Каждая унесла с собой по пять тысяч, но дальше мне стало уже не до подсчётов – три оставшихся в строю кристалла-фокусировщика принялись дружно утюжить «Мародёр».

До этого момента мной интересовалась исключительно мелочь, которая сносила максимум десяток хитов при попадании, урон же их старших товарищей исчислялся сотнями. Прочность корпуса стремительно начала опускаться к нулю.

То, что корабль за эту бесконечно долгую минуту не развалился на части – целиком заслуга Отто. Инженер засел в щитовой, куда в основном и метили чёртовы булыжники, и оперативно производил ремонт, поддерживая целостность энергетического кокона в районы середины. Что там творилось с ним самим в обстреливаемом отсеке, можно было только гадать, но его собственное здоровье просело на две трети. К счастью, орудия частенько мазали, так как возле «Мародёра» порхала парочка союзных дронов-постановщиков помех, искажавших прицел противнику.

Как только закончилась перезарядка ракет, дело пошло чуть веселее – их я направил по фокусировщикам, которые грозили вот-вот расковырять катер на части. Всё-таки кораблик был неприспособлен для таких серьёзных заварушек. Один кристалл с трёх попаданий брызнул в стороны осколками, два других предпочли уйти в хвост для регенерации, так что последний снаряд я выпустил по центральному массиву, в котором к тому времени осталось меньше четырёх тысяч хитов. Ещё один-единственный залп корвета, и с противником будет покончено. Как-то быстро мы управились…

И тут случилось то, чего мы с ДайЖести никак не ожидали – оставшаяся в строю мелочь сгруппировалась в плотное облако и ринулась на самоубийственный таран, ускоряясь с каждой секундой. Корабль принялся лупить по скоплению из всех доступных стволов, но полностью уничтожить все цели не получилось бы и у полноценного звена боевых звездолетов. Я тоже несколько раз выстрелил в них лазером, прекрасно понимая, что это бесполезно, а затем вся эта орава со всего маху влепилась в «Ястреб».

Однажды похожим способом я вывел из строя вражеский корабль, запустив в него массивный кусок металла, разогнанный до первой световой скорости. У Кристаллида под рукой не оказалось ничего, кроме своих собственных сателлитов, но он обошёлся и этим. Поодиночке они вряд ли могли даже поцарапать обшивку корпуса, но вот вместе их масса была вполне сопоставима с моим «Мародёром».

Как ни странно, вытянутый корвет пережил могучий удар, уничтоживший все мелкие кристаллы до единого, хоть его прочность и просела наполовину. Я уже было выдохнул с облегчением, но тут ДайЖести обречённо выругался сквозь истеричный смех:

– Эти маленькие ублюдки повредили оружейный и движок. Это фиаско, братан, беги…

Оставшиеся в строю кристаллы принялись снова накачивать энергией свой главный калибр. Я бросил быстрый взгляд на таймер. До перезарядки обоймы оставалось двадцать секунд, да и мои ракеты могли снести максиммум половину оставшихся хитов. Ничего катер такому толстокожему противнику противопоставить не мог, сколько не тужься. И только тут я обратил внимание на то, что опытный командир постоянно держал бы в поле зрения.

Двигатель продолжал вести отсчёт до готовности, хотя сто секунд давным-давно должны были пройти.

– Какого хера движок не готов?! – прорычал я по внутренней связи.

«Последний выстрел попал в реактор». – тут пояснил сейрекс прямо мне в мозг. – «Инженер работает».

– Действительно, это фиаско… – прошептал я, ослеплённый взрывом корвета.

Пусть он и стоял в иерархии ниже эсминца, рванул он куда ярче и масштабней. Единственное, что ему удалось сделать – сблизиться с Кристаллидом в попытке ответного тарана. Но тот успел накачать в себя энергию раньше, и снести напрочь, пусть и не таким мощным как накануне выстрелом, последнего серьёзного противника с тактической карты. Остался только мой кораблик, будто на десерт, без возможности немедленно ретироваться. Идеальная мишень.

В строю у странного существа осталось два потрёпанных фокусировщика и вроде как один хилер. Да и без них он своим главным калибром запросто развалит «Мародёр» со одного-двух выстрелов. Даже ультимативного выстрела не потребуется.

Вот такая картина Репина: «Приплыли»…

Сука, неужели просру корабль вот так, по глупому, из-за чёртового полуразумного астероида?!

Хотел уже треснуть кулаком по приборной панели от бессилия, но замер, поражённый яркой вспышкой озарения. Астороид… Пусть и разумный, пусть и способный стрелять сгустками энергии, но всё же – скорее булыжник, чем живая плоть. А что поисковый катер типа «Мародёр» делает с космическими камнями и прочим мусором?! Правильно – бурит их к херам.

– Энергию на щит, хоть зубами его держи, но он не должен проседать ниже шестидесяти! – рявкнул я технику, прицеливаясь в недобитый фокусировщик.

Выпустить наружу всех дронов-сборщиков, указав приоритетную цель в районе центрального массива Кристаллида, и пусть у него теперь голова, или что там вместо неё, болит от раздумий, что это за объекты и как их всех сбивать. Пусть они точно не нанесут ему урона, но внимание отвлекут. Заодно и от одного из фокусировщиков немного прикроют корабль.

А вот второму полудохлому юниту, покрытому густой сетью трещин, каждые три секунды стабильно прилетало от боевого лазера. Часть энергии он успешно отражал, но всё же его прочность перестала расти и даже стала понемногу снижаться

Тут снова подошли свежие ракеты. Ну, держитесь, падла ископаемая!

Первая унеслась туда же, куда и импульсы от лазера. Вытянутый минерал не выдержав прямого попадания, раскололся напополам и пропал с тактической карты. Но ответка не заставила себя долго ждать – почти сразу со второго фокусировщика и с центрального массива в нашу сторону сорвались ярких луча.

– Держать щит!

Может из-за моих сборщиков, а может так совпало, но юнит промахнулся, а от выстрела его старшего брата корабль спас энергетический кокон, немедленно просевший до двадцати процентов. А это означало, что сдержано будет лишь каждое пятое попадание. Плохо, очень плохо. Десять секунд кулдауна минуло, и я немедленно отправил вторую ракету прямо в противника. И вот у центрального массива осталось меньше четырёх тысяч хитов.

Между тем дроны достигли намеченной точки, и так как сбивать их было некому, без труда окружили последнего оставшегося в строю фокусировщика, окончательно сбивая ему прицел. Пока последний из защитников Кристаллида оказался не у дел, я продолжил совершать безумства и запустил в его сторону дрон-шахтёр, приказав ему забурится до самого центра астероида. Беспилотной машинке было всё равно, что перед ней полуразумное существо, просто похожее на астероид, и оно послушно полетело исполнять заданную программу.

Ещё ракета! Три пятьсот у минерала, сорок пять процентов у щита. На этот раз удача была не на моей стороне, и разряд прошёл прямо в корпус. Корабль ощутимо тряхнуло, и я с досадой констатировал, что у катера три четверти шкалы прочности как корова языком слизнула. Следующее попадание будет для нас последним.

Ну тогда лови ещё ракету! Не с полным же боекомплектом погибать… И с лазера, прямо по толстой минеральной морде, уже в автоматическом режиме, ибо некогда больше отвлекаться на альтернативное оружие. Отто связался по внутренней связи и сообщил, что полностью выведены из строя производство и расщепитель, а так же критически повреждён медотсек. Плевать, лишь бы не оружейные или центр управления дроидов.

Кстати о последних. Шахтёр благополучно приземлился на поверхность противника и принялся активно вгрызаться в его нутро. Да так хорошо, что по урону сразу обогнал лазер. Тридцать хитов в секунду и цифра понемногу начинала расти. Удалась задумка! А ведь с любым вражеским кораблём такое непотребство не прокатило бы – добывать там нечего, да и любой уважающий себя звездолёт с лёгкостью расправится с беззащитными дронами.

Теперь четвёртая ракета, чтоб не расслаблялся, и у противника уже две восемьсот. Фокусировщик по-прежнему не мог расшвырять юрких сборщиков, и запулил очередной выстрел, мягко говоря, в молоко. Центральный массив стрелял куда реже и успел получить пятый реактивный снаряд, прежде чем накопил энергию. Разряд принял на себя щит, окончательно разрядившись, и я отчётливо понял, что катастрофически не успеваю расковырять Кристаллида. У него оставалось ещё около двух тысяч, а я целую минуту буду практически бесполезен. Шахтёр работал вовсю, но за тридцать секунд ему не справится, тут минимум минута нужна…

Шестую ракету отправлял, полностью осознавая, что она будет для меня последняя. Чёрт, совсем немного не хватило…

Полторы тысячи хитов, двадцать секунд до залпа. Если даже он каким-то чудом пройдёт мимо, за ним последует ещё один. До перезарядки обоймы дело точно уже не дойдёт.

– Экипажу – в спасательные капсулы.

Я откинулся в кресле, не в силах оторвать взгляд от тактического экрана, где располагались несколько таймеров, отчитывающих последние секунды жизни «Мародёра». Четыре, три, две…

Внимание, вам предлагается закончить вооружённый конфликт. Время на решение – 5 секунд.

– Принять взятку.

– Отказать.

Сообщение выскочило так неожиданно, что я поначалу не въехал в смысл текста. Мыслями весь был там, в бою. Потом, не поверив, перечитав ещё раз, но так и не понял, за что мне предложено перемирие. Однако, времени на принятие решения уже не оставалось, и я торопливо нажал кнопку Принять.

Рокового выстрела так и не последовало, а мои оставшиеся в строю дроны безо всякой команды редкой вереницей потянулись обратно в звездолёт, включая умницу-шахтёра. Пока я рефлексировал, он честно грыз нутро Кристаллида, оставив ему меньше тысячи хитпойнтов. Наверное, этим и обусловлено его неожиданное предложение.

Я неверящим взглядом проследил удаляющийся полуразумный минерал и только когда последний дрон вернулся на корабль, смог встрепенуться и собрать разбегающиеся мысли в кучу.

– Отто, приём. Что с варп-двигателем?

– Повреждения минимальные, командир. Пять-семь минут, и верну его в строй.

– Через пять минут нас здесь не должно быть, – жёстко потребовал я, уводя корабль обратно к ледяной планете.

Наверняка погибшие успели сообщить сокланавцам координаты места битвы, и появление здесь новых кораблей – только дело времени. Вряд ли Кристаллиду дадут уйти, но вместе с ним под гребёнку попаду и я. Соглашение, после того, как я принял мировую, перестало действовать и теперь ничто не помешает СОС сдать меня властям. Авторитет? Не смешите мои тапочки, даже с моим скудными познаниями в игре я видел несколько вариантов не уронить его, в том числе, использовав проверенных посредников.

Нет, надо скорее сматывать удочки…

Вы получили аварийный модуль-самописец с корабля «Бааст».

– Положить на склад.

– Поместить в личный инвентарь.

– Выбросить.

Так, а это что такое, что ещё нахрен за самописец?!

Я озадаченно почесал подбородок, после чего выбрал второй вариант. Хорошо, что в подпространстве у меня ничего, кроме медикаметов, не хранилось, так как нежданный девайс занял аж двадцать ячеек. Солидно, но по-прежнему не понятно.

Информация по устройству оказалась следующая.

«Аварийный модуль-самописец, класс – 4. Привязка – исследовательский фрегат „Бааст“, Союз Антропоморфов. Состояние кеша – удовлетворительное, внешних повреждений нет.

Для снятия информации воспользуйтесь услугами дешифратора аналогичного уровня или передайте официальным представителям власти».

Так, очевидно, это какой-то аналог «чёрного ящика», которые у нас в реальности устанавливают на всех воздушных судах, и наверняка на космических тоже. Только зачем мне его вручили, и вообще, на кой он мне чёрт?

Поразмыслив, я пришёл к выводу, что это та самая «взятка» о которой шла речь в сообщении о перемирии. Кристаллид запросил прекращение огня и взамен выдал мне отступные. Поначалу я подумал, что это будут стандартные кредиты, но откуда у полуразумного космического минерала свой лицевой счёт? Это ведь даже не смешно.

Получается, он где-то там прихлопнул корабль, забрал себе его самописец и выдал мне в качестве взятки? Чудесно, вот это ценность великая!

Ладно, корабль хоть сохранил, и это главное. А модуль пусть полежит в инвентаре, пока не выяснится, что он из себя представляет. Окажется бесполезным хламом – выложу в трюм и все дела.

– Двигатель готов, командир, – доложил инженер.

– Варп отсюда!

Последнее, что увидел, перед тем как звёзды вытянулись в струнку, как на месте недавнего побоища возник угловатый корабль неизвестной модели. Так и не смог понять, кому он принадлежит, а система не успела считать данные. Но это даже хорошо – хватит на меня сегодня приключений, займусь-ка я лучше мирным фармом и починкой звездолёта.

Как выяснилось, до космического волка мне ещё очень-очень далеко.


Глава 17

К самописцу я смог вернуться лишь на следующий день. После схватки у моего корабля осталось меньше пятисот хитов, и он грозил развалиться на куски от одного неосторожного чиха. Пришлось делать несколько остановок, чтобы наскрести на листы обшивки, но, несмотря на все усилия нашего инженера, прочность так и не поднялась выше семидесяти двух процентов. Тут уже требовался серьезный комплексный ремонт и замена сложных элементов и систем, а это могли осуществить только на какой-нибудь станции.

Пока по всей галактике мне по-прежнему не были рады, это был наш потолок. Конечно, всегда есть шанс наткнуться на кочующий корабль-ремонтник, но они предпочитали курсировать по оживлённым маршрутам, а я нарочно вёл «Мародёр» самыми глухими задворками, прыгая от одной бесперспективной системы, к другой. Пока мы ещё никого не встретили, но с каждым следующим прыжком шанс постепенно увеличивался. Вечно везти не могло, и стоило безотлагательно заняться авторитетом.

Как бы я не хотел обойтись без боевых действий, но на чужой территории других способов заработать лояльность не существовало. Если только не располагаешь парой месяцев в запасе и прокачанной Удачей, чтобы нарваться на нужный квест.

А между тем и без того небогатый арсенал катера оскудел до неприличия – в наличии осталось две обоймы ракет и неизменный слабенький лазер. Да, ещё в абордажной команде «Бараны» (а как же иначе?) числились лишь два бойца-рукопашника – один с простым мечом, второй вообще с вольфрамовой кочергой. И с таким раскладом мне предстояло взять на гоп-стоп чужой корабль. А может, даже и не один.

В пору было хвататься за голову, но вместо этого я всё свободное время проводил, читая гайды и ища выход.

Корабли своего класса отпадали сразу – на катерах летали в основном новички и только неподалёку от станций или космических форпостов. Там риск нарваться на рассерженных патрульных не то, что очень велик – он гарантирован. И даже если я успею разделать один-два беспомощных кораблика, уйти мне уже не дадут.

Различные торговцы тоже не могут похвастаться хорошим вооружением, но они редко летают без охраны, настолько редко, что почти никогда. Иначе бы их грабили все кому ни лень, а это очень вредно для бизнеса.

Что-то более крупное мне уже не по зубам. Остаются такие же авантюристы-одиночки, разведчики, предпочитающие лёгкие фрегаты, либо какие-то промышленные челноки, типа рудовозов и прочего.

Понятное дело, что большая их часть летает проверенными маршрутами, но мне много и не нужно. Достаточно найти систему с автоматическим горнодобывающим комплексом или что-то вроде этого, и тихонько ждать в засаде.

Определившись с дальнейшими планами, я вернулся к изучению отступных от Кристаллида. Надо же – вроде полуразумное существо, а вот со словом «взятка» знакомо. Хотя, вспоминая работников большинства госучреждений моего времени, там этим понятием запросто и с удовольствием оперировали даже полностью безмозглые существа. Даже удивляться перестал этому факту.

Самописец в большинстве гайдов фигурировал как типичный квестовый предмет. Просто так его можно было найти или добыть очень редко, что сразу сказывалось на конечной стоимости прибора. Зависела она от типа и легендарности корабля, которому он принадлежал. Список пропавших звездолётов, пополнявшийся с каждым днём, исчислялся сотнями тысяч – от флагманских судов до обычных картографических беспилотников.

Конечно, не все из них обязательно были уничтожены – кто-то теперь входил в состав пиратского флота, кто-то застрял в удалённых системах, а кто-то был банально угнан и подвергся «перебивке номеров». Допустим, если у меня получится найти порт приписки, то «Мародёр» с обычным серийным номером перестанет существовать, а вместо него появится новый корабль, с индивидуальным именем и совершенно другим ID. На нём, при условии вступления в серьёзный клан, я могу потом хоть на саму «Глорию-14» вернуться, и никто не сможет ничего предъявить

Из-за своей редкости и уникальности даже самые дешёвые самописцы не стоили меньше синткоина, так как в них было зашифровано последнее местоположение их родного звездолёта. А раз судно потеряло свой «чёрный ящик», нетрудно догадаться, что там оно и осталось.

«Бааст» в едином космическом каталоге числился как лёгкий фрегат, отправившийся с миссией изыскателя-картографа в дальние рукава галактики, где благополучно и пропал. На торговой площадке подобный слот стоил около полумиллиона кредитов. Ничего себе, взяточка! Я невольно полез в инвентарь убедиться, что с самописцем всё в порядке. Нет, в трюм его перекладывать категорически нельзя, придётся таскать при себе – так хоть есть шанс, что в случае гибели корабля (и меня, соответственно, тоже) он не потеряется.

Правда, продавать прибор я ни в коем случае не собирался. Для меня гораздо ценней сам квест, который появится, стоит только дешифровать скрытые внутри него данные. Чёрт с ними, с деньгами, зато в настоящем приключении буду задействован, а не только в бесконечных боевых действиях. Конечно, в конце пути меня могут ждать лишь бесполезные обломки, зато я лично выясню, что стало с разведчиком. Буду пиратом-исследователем… И кто мне запретит?

В данный момент во вкладке Задания у меня только доставка «Мародёра», да профильный квест, который мне в ближайшее время точно не светит выполнить. Совсем негусто, а ведь выполнение заданий – один из главных способов получать опыт и различные ништяки. Битвы же сами по себе приносят, прежде всего, деньги. А без возможности их потратить – как сейчас – смысла в них немного. Ничего не купишь, ничего не продашь…

Размышления прервал пронзительный сигнал бортового компьютера, предупреждающего о скором возвращении в привычное пространство. «Мародёр» завершал затяжной прыжок между очередными секторами, занявший почти шесть часов, которые я привычно проводил в чтении специальной литературы.

Разом смахнул все окна в сторону, чтобы не застилали обзор и выжидающе замер в кресле пилота. Как оказалось – не зря, так как приборы почти сразу засекли в системе с невыговариваемым названием объект искусственного происхождения. Вращался он на орбите четвёртой по счёту планеты, окружённой плотной кислотной атмосферой, и походил на карикатурные песочные часы, выполненные из двух четырёхгранных металлических пирамид. В месте, где их вершины соприкасались друг с другом располагался относительно небольшой шар из непонятного чёрного материала. Точно не пластик, анализатор тогда сразу бы мне выдал состав. Света он не отражал совсем, походя на тёмную круглую кляксу.

Вся инопланетная конструкция была размером примерно с тот научный модуль, где мы с товарищами гоняли доминионца. Больше никаких искусственных объектов не наблюдалось.

Я приказал бортовым системам отслеживать любое перемещение в системе и принялся лихорадочно рыться в интерактивном каталоге, силясь понять, что же передо мной такое. Уложился всего в три запроса. Как и предположил с самого начала, это оказался не корабль, а спутник. Точнее – автоматическая исследовательская система, производства Раллеков. Помнится, мне как-то раз попался на глаза вариант расскраски корабля в их стиле – смотрелось довольно вырвиглазно. Представители этой расы внешностью очень напоминали людей, только лысых и с вертикальным зрачком. Вместо волос на голове – небольшой венчик костяных наростов, а во рту солидные клыки, как у вампира. Этакие космические демоны, довольно симпатичные и с расовым уклоном в ловкость. Данный вид инопланетян пользовался стабильно высоким спросом, особенно у женской половины игрового сообщества, так как мог менять цвет кожных (и не только) покровов в зависимости от желания. Мужикам оно в хвост не дулось, каждый божий день менять раскраску наростов-рожков или радужной оболочки глаза, а для барышень это являлось чуть ли не главным критерием в выборе расы.

Казалось бы – чистой воды прихоть, но статистика была целиком на их стороне – изящные самки Раллеков пользовались куда большим мужским вниманием, чем массивные и воинственные представительницы Ра. Не говоря уже о худощавых орторианках, чьё лицо навечно закрыто маской, или зеленокожих даторийках.

Что касается собственно исследовательской системы, такие вешают над перспективными планетами, где есть шанс найти крайне редкие ресурсы. Поболтавшись некоторое время на орбите, спутник выдаёт подробную карту всех месторождений с образцами проб для последующего анализа. В отдельных случаях, согласно программе, он может заготовить требуемое количество руды для владельца, но не так много, как горнодобывающий комплекс, да и перерабатывать её самостоятельно он не в состоянии. С другой стороны – стоимость такого модуля на порядок ниже. Обычно их берут оптом и развешивают на каждой планете, чтобы каждый раз не мотаться туда-сюда в систему, но, возможно, у владельца пока просто не хватает финансов.

Я плотоядно улыбнулся.

– Это мы удачно сюда залетели…

Понятия не имею, что можно найти на планете, где, судя по данным компьютера, частенько идёт дождик из серной кислоты, но сейчас это не имеет значения. Главное – сам факт грабежа. Даже самый простецкий горнодобывающий комплекс бессменно охраняют несколько стражей в космосе, плюс автоматические турели на его корпусе, а вот такую систему, согласно комплектации, стерегут всего два не особо опасных беспилотника. Мы точно должны справиться.

Размышления прервал пронзительный сигнал бортового компьютера, предупреждающего о скором возвращении в привычное пространство. «Мародёр» завершал затяжной прыжок между очередными секторами, занявший почти шесть часов, которые я привычно проводил в чтении специальной литературы.

Разом смахнул все окна в сторону, чтобы не застилали обзор и выжидающе замер в кресле пилота. Как оказалось – не зря, так как приборы почти сразу засекли в системе с невыговариваемым названием объект искусственного происхождения. Вращался он на орбите четвёртой по счёту планеты, окружённой плотной кислотной атмосферой, и походил на карикатурные песочные часы, выполненные из двух четырёхгранных металлических пирамид. В месте, где их вершины соприкасались друг с другом располагался относительно небольшой шар из непонятного чёрного материала. Точно не пластик, анализатор тогда сразу бы мне выдал состав. Света он не отражал совсем, походя на тёмную круглую кляксу.

Вся инопланетная конструкция была размером примерно с тот научный модуль, где мы с товарищами гоняли доминионца. Больше никаких искусственных объектов не наблюдалось.

Я приказал бортовым системам отслеживать любое перемещение в системе и принялся лихорадочно рыться в интерактивном каталоге, силясь понять, что же передо мной такое. Уложился всего в три запроса. Как и предположил с самого начала, это оказался не корабль, а спутник. Точнее – автоматическая исследовательская система, производства Раллеков. Помнится, мне как-то раз попался на глаза вариант расскраски корабля в их стиле – смотрелось довольно вырвиглазно. Представители этой расы внешностью очень напоминали людей, только лысых и с вертикальным зрачком. Вместо волос на голове – небольшой венчик костяных наростов, а во рту солидные клыки, как у вампира. Этакие космические демоны, довольно симпатичные и с расовым уклоном в ловкость. Данный вид инопланетян пользовался стабильно высоким спросом, особенно у женской половины игрового сообщества, так как мог менять цвет кожных (и не только) покровов в зависимости от желания. Мужикам оно в хвост не дулось, каждый божий день менять раскраску наростов-рожков или радужной оболочки глаза, а для барышень это являлось чуть ли не главным критерием в выборе расы.

Казалось бы – чистой воды прихоть, но статистика была целиком на их стороне – изящные самки Раллеков пользовались куда большим мужским вниманием, чем массивные и воинственные представительницы Ра. Не говоря уже о худощавых орторианках, чьё лицо навечно закрыто маской, или зеленокожих даторийках.

Что касается собственно исследовательской системы, такие вешают над перспективными планетами, где есть шанс найти крайне редкие ресурсы. Поболтавшись некоторое время на орбите, спутник выдаёт подробную карту всех месторождений с образцами проб для последующего анализа. В отдельных случаях, согласно программе, он может заготовить требуемое количество руды для владельца, но не так много, как горнодобывающий комплекс, да и перерабатывать её самостоятельно он не в состоянии. С другой стороны – стоимость такого модуля на порядок ниже. Обычно их берут оптом и развешивают на каждой планете, чтобы каждый раз не мотаться туда-сюда в систему, но, возможно, у владельца пока просто не хватает финансов.

Я плотоядно улыбнулся.

– Это мы удачно сюда залетели…

Понятия не имею, что можно найти на планете, где, судя по данным компьютера, частенько идёт дождик из серной кислоты, но сейчас это не имеет значения. Главное – сам факт грабежа. Даже самый простецкий горнодобывающий комплекс бессменно охраняют несколько стражей в космосе, плюс автоматические турели на его корпусе, а вот такую систему, согласно комплектации, стерегут всего два не особо опасных беспилотника. Мы точно должны справиться.

Был вариант ещё рискованнее – подождать где-нибудь в тенёчке хозяина спутника и попытаться напасть на него прямо после выхода из варп-прыжка. Наверняка ведь он появится прямо здесь – возле своей собственности, и есть шанс не дать ему сориентироваться в ситуации и сбежать. Конечно, при условии, что он прилетит на каком-нибудь корыте и без охраны.

Подумав, я от затеи отказался – только не с таким куцым боекомплектом. А вот потрепать стражей это, пожалуй, более реальная перспектива.

– Экипажу, боевая готовность!

«Указания?» – тут же заинтересовано зашелестел в разуме Шёпот.

– Пойдём на абордаж, – обнадёжил я его.

«Я не подведу, командир!».

Я его прекрасно понимал. Сайрекс явно застоялся без дела, как арабский скакун в стойле и разве что на стену от безделья не лез. Но даже во время адреналинового сражения с полуразумным кристаллом он особо не был задействован – помогал по мере сил Отто, да блокировал повреждённые отсеки. Ничего героического, а так в его расе не принято.

Так что защитникам исследовательского модуля оставалось только заранее посочувствовать.

Но чтобы добраться до его недр, следовало преодолеть сопротивление охраны. Стоило только «Мародёру» приблизиться к спутнику ближе чем на тысячу километров, бортовая система получила предупредительный сигнал. Цифрового позывного «свой-чужой» я не знал, поэтому с той же скоростью продолжил двигаться в его сторону. После третьего предупреждения от модуля отделились две треугольные цели, габаритами сравнимые с «Собирателем».

Стражи, пусть и были инопланетного происхождения, но комплектацию имели стандартную, всего по три отсека на каждый – управление, где располагался головной компьютер, оружейный отдел и движок. Всё. Даже щита нет – то, что надо для пирата-новичка.

Заложив крутой вираж, они бесхитростно решили зайти мне в корму, даже не подумав разделится. Наивные чукотские искусственные интеллекты.

– Щит на максимум!

Первый автоматический защитник оказался вооружён импульсным лазером, второй – скорострельной пушкой с разрывными зарядами. Его я и выбрал приоритетной целью, всё-таки энергетический щит у корабля довольно неплохой, а вот пушка его пробивает стабильно через раз. Без всякого сожаления засандалил ему ракету в оружейный отсек и добавил туда же из лазера. Почему сразу не в центр управления? Так у него прочность выше на целых сорок процентов. А без оружия он не будет представлять ни малейшей опасности. Так что пусть ловит вторую ракету, во имя мира и всеобщего пацифизма. На этот раз произошло пробитие корпуса, а значит – максимальный урон.

Всё, этот уже отлетался, точнее – отстрелялся.

На второго ушло ещё три ракеты, а он в ответ чисто случайно снёс мне тридцать хитов. На том и разошлись. Стражи – сгорать в кислотной атмосфере планеты, а я – разбивать стыковочный шлюз. Просто так открываться он, увы, отказывался, даже после выпущенной по нему ракеты. Пришлось ставить управление на автопилот и вместе с сайрексом выскочить наружу, в открытый космос.

Скафандрами мы пренебрегли в пользу манёвренности, и обошлись малыми энергетическими коконами. Оттолкнувшись от трапа, в связке друг с другом долетели до металлической поверхности одной из пирамид. В отличие от большинства увиденных мною моделей межпланетной техники, никаких поручней там не оказалось, только гладкий метал бронелистов, с едва различимыми краями стыков. Не захвати мы с собой магнитные захваты – бесполезно проскользили бы мимо прямо по обшивке, так и не найдя за что зацепиться. Может, на это и расчёт?

Взрывом ракеты немного помяло строптивые створки, но проникнуть в шлюз всё ещё было нельзя. Я обследовал повреждения, и пришёл к выводу, что здесь нужно однозначно пилить, только ценный боеприпас зря на них потратил. Дальнейшее не заняло много времени, чего не скажешь о моих нервах – корабль подлетел ближе и принялся вскрывать гермозатвор с помощью лазерного резака, оказавшегося куда мощнее, чем на «Собирателе». А мы с Шёпотом при этом торчали у всех на виду, как два прыща на лице у подростка. Того и гляди – начнут выдавливать. Но зато отсюда процесс контролировался куда эффективнее, с этим не поспоришь.

Сталь производства раллеков пусть и оказалась весьма тугоплавкой, но всё-таки не смогла долго противостоять промышленному инструменту и в створках вскоре появилась внушительная дыра с оплавленными краями. Как только проход был открыт, сайрекс ловко юркнул внутрь и доложил, что внутри всё чисто.

Внутренних створок в модуле не существовало, как, впрочем, и пригодного для дыхания воздуха. Вместо него для поддержания температуры внутрь был закачан какой-то газ, к счастью – не горючий. Внутри исследовательской системы работали лишь автоматические системы, и поддерживать ради них дорогостоящую атмосферу никто не собирался. Так что мы без проблем проникли внутрь и отжали остатки створок друг от друга в ручном режиме. Повезло, что конструкция оказалось глубоко устаревшей модели, а вот с современными спутниками пришлось бы повозиться – там и металл прочней, и никаких механических вентилей не предусмотрено.

Сразу же за шлюзом располагалась небольшая стартовая площадка, на которую приземлялся хозяйский грузовой челнок, чтобы отвезти добытые образцы с недр планеты на материнский корабль. Конечно, при желании сюда можно было пристроиться и на катере, что мы и сделали, но мне почему-то не верилось, что владелец прилетает в систему на таком лёгком и уязвимом транспорте.

В помещение вели сразу две двери, закрытые на электронные замки. Нас с Шёпотом без нужного пароля они бы не пропустили никогда, так что снова пришлось прибегнуть к корабельному резаку. Начал я с левого прохода, который открылся уже через двадцать минут, выпустив белесое облако газа, и одновременно с этим пронзительно завыла сигнализация где-то под потолком.

«Внимание, вы совершили преступление! Награда за вашу поимку увеличена.

Отношение Союза Антропоморфов: – 5.

Отношение расы Ворлок: – 5.

Отношение „…СКРЫТО“: – 15.

Отношение Космические пираты: + 2.»

Ну вот, никакой справедливости! Главное, вниз репутация летит со свистом, а наверх – едва ползёт. С Союзом всё понятно, как и со следующей строчкой – ещё на подлёте к системе, бортовой компьютер предупредил, что она принадлежит каким-то Ворлокам, которых я ни разу в глаза не видел. А вот с кем у меня сразу на пятнашку отношение опустилось, непонятно. Почему «скрыто»? Что-то мне это напоминает…

Но прогресс всё равно налицо, правильно решил грабежом позаниматься.

«Стража оповещена».

Серьёзно? Тут ещё и охрана есть или ко мне в космосе кто-то спешит? В любом случае, надо поторапливаться.

За дверью обнаружился короткий коридор и новые двери. Я уже хотел было скомандовать сайрексу отбой, ибо не горел желанием тратить драгоценные минуты на вскрытие очередной переборки, но неожиданно створки распахнулись сами собой. Нет, это неисследовательский спутник решил проявить запоздалое гостеприимство, просто к нам пожаловали охранники. Ими оказались три прямоходящих человекообразных дроида со встроенными в конечности небольшими лазерными излучателями. Все как на подбор – пятидесятого уровня, что лишний раз подчёркивало скудность финансов их владельца.

Я мигом развернул щит, в который сразу же упёрлось несколько ярких вспышек, после чего девайс превратился в обычный браслет-наручи, из недр которого потянулся белый дымок. Остальные выстрелы принял на себя энергетический кокон, уронив заряд практически до середины. Обидно, но не смертельно – я всё равно не собирался задерживаться в безвоздушном пространстве.

Ответить обидчикам толком и не успел – сайрекс всем своим продолговатым телом рванул вперёд с кочергой наперевес, будто на тюбик с чёрной пастой наступили. Первого дроида он сбил с ног взмахом серебристого оружия, одновременно приложив второго об стену хлёстким ударом корпуса, распрямившегося в воздухе подобно сжатой пружине. Третий ещё раз успел выстрелить, оставив тёмную отметину на внешнем скелете негуманоида, полностью разрядив ему щит, после чего в считанные мгновения лишился обеих верхних конечностей. Я лишь успел к занавесу стремительного шоу, заблокировав створки шлюза перерубленным телом второго охранника, заискрившим, будто бенгальский огонёк.

Я бросил Шёпоту запасной блок питания кокона, чтобы он не околел на морозе и заглянул внутрь.

Оказывается, дроиды не просто так здесь сидели – за переборкой обнаружилось небольшое складское помещение. Я хозяйским взглядом окинул высокие стеллажи, до потолка заставленные одинаковыми металлическими боксами, каждый в длину около полуметра и расстроено покачал головой. Да, работы нам здесь непочатый край, а задерживаться не хочется – с каждой минутой где-то в груди нарастало щемящее беспокойство. Брать пришлось наугад – пусть на всех контейнерах имелась какая-то странная маркировка, но ни я, ни сайрекс не смогли её распознать. И даже справка оказалась бессильной в этом вопросе.

– Ладно, – решил я, в конце концов. – Тащим все, что успеем за полчаса.

Шёпот схватил сразу два бокса и резво потащил их к кораблю. Я такой силушкой похвастать не мог, поэтому взял всего один, да и тот с огромным трудом. По ощущениям, там было никак не меньше центнера. Ничего, дотащу как-нибудь, лишь бы там внутри не оказалась бесполезная грязь.

На стартовой площадке нас ещё поджидали два дройда, пришедшие со стороны неповреждённой двери. Одного успел отоварить Отто, прямо из корабельного лазера, а второго Шёпот так отмудохал кочергой, что получившуюся груду металла и пластика даже в пункт приёма утиля не приняли бы. Сайрекс получил уже третий уровень и распространял ауру удовлетворённости метра на два вокруг, её мог почувствовать любой, не обделённый ментально. Как же мало надо некоторым для счастья…

Спустя полчаса корабль отвалил прочь, как сытый комар от тёплого спящего тела. Оба подчинённых дружно повысили ко мне отношение сразу на пять пунктов, и направились в трюм, разбирать добытые трофеи. Я же вновь занял кресло пилота и немедленно прыгнул в соседнюю систему. По спине последние несколько минут гуляли целые стада мурашек, волосы на затылке едва не вставали дыбом, а значит, вот-вот там должен был появиться рассерженный хозяин.

Только удалившись от исследовательского спутника на порядочное расстояние, я начал понемногу успокаиваться. Отто доложил, что в одном из контейнеров оказался уран просто в гигантской пропорции – нам на двадцать ячеек минимум хватит, а в другом – уже готовые к производству титановые самородки. Этот металл, в том числе, шёл как один из компонентов листа обшивки, но и сам по себе представлял большой интерес. Я давно уже думал повторить свой фокус со звёздочкой, но теперь, учитывая принципиально другой тип манипулятора, снаряд следовало проектировать совершенно по-иному. Гравитационная пушка даже тонкую спицу отправляла в полёт ровно в том положении, в каком произошла фиксация, затем объект немного выравнивался, в зависимости от собственного центра тяжести. Походило это на полёт с крыши высотки, только в другой плоскости.

Чуть подумав, я остановился на варианте классического копья с массивным трёхгранным наконечником. К сожалению, имеющегося у меня металла, не смотря на то, что древко должно было отлиться из обычной стали, хватило лишь на один прототип, но это всё равно лучше, чем ничего. Я дал добро на производство и решил прыгнуть ещё раз, в систему под названием Тиаоу, где, судя по данным интерактивной карты, имелся в наличии обширный пояс астероидов.

В наличии на складе оставалось всего четыре варп-ячейки, а делать новые без гелия-3 было невозможно. Как оказалось, это довольно редкий ресурс, основные залежи которого находятся под строгим контролем. Беспрепятственно добывать его можно было лишь с небольшого количества астероидов, или из уж совсем неприличного малой категории естественных спутников крупных планет.

Вынырнули мы рядышком с ярко-оранжевой газопылевой туманностью, кружащейся за пределами системы. Красиво, а то иногда один сплошной непроглядно-чёрный космос вокруг навевает тоску. Хорошо, когда есть разнообразие.

Неподалёку от корабля обнаружился искомый астероидный пояс, шириной в десяток тысяч километров. Я осторожно подвёл корабль ближе, запустил сканирование, и тут бортовая система неожиданно встрепенулась:

«Получен сигнал SOS! Приблизительное местонахождение источника – система Йондарим».

Я мигом развернул карту. Йондарим находился всего в двух коротких прыжках отсюда, на которые корабль не должен израсходовать больше одной ячейки. Значит, и переместиться туда, и быстро убежать при необходимости энергии хватит. А вот стоит ли связываться?

Сигнал мог ещё поймать кто угодно – смотря какие корабли, и с каким оборудованием окажутся поблизости. С другой стороны – там, возможно, действительно нуждаются в помощи, а рядом никого. Тут и начинающему пирату будут рады.

Одно я знал точно, нажимая кнопку «Прыжок» – пользоваться чьей-то беспомощностью точно не буду.


Глава 18

«Поиск окончен. Активных систем не обнаружено».

До чего же знакомая фраза, будто Блютуз на новеньком телефоне включил.

Я вздохнул, но запускать поиск в четвёртый раз не имело ни малейшего смысла. Не только бог любит троицу, мне тоже это число нравится. И так понятно, что в системе, куда нас привёл сигнал о помощи – пусто, хоть шаром покати. И трансляцию после последнего прыжка будто отрубило. В наличии имелся лишь тусклый красный гигант Йондарим, вокруг которого кружилось пяток мертвых планет, не имеющих даже атмосферы или хотя бы спутников, да одиночные астероиды. Может, всё-таки опоздал?

И действительно, сканер гравитационных аномалий после небольшой заминки нашёл между третьей и четвёртой планетой несколько объектов неестественного происхождения, оказавшихся на поверку останками массивного корабля, классом никак не меньше эсминца. Туда я и направил свой корабль, прислушиваясь к лёгкому беспокойству, нарастающему в душе.

– Что же здесь произошло, чёрная дыра вас раздери?

Ответить было некому. Поблизости – ни души, но звездолёт явно развалился не сам по себе. Трёхмерная проекция цели, услужливо возникшая возле левого подлокотника, в подробностях обрисовала печальную картину разрушений. В корабль крепко прилетело не меньше пяти раз, полностью оторвав ему кормовую часть и раскрошив лобовую на сотни мелких осколков, вращавшихся неподалёку.

На разрушенные звездолёты я в своё время насмотрелся сполна, и пусть открытый космос мгновенно консервирует их на многие столетия, почему-то мне показалось, что именно этот экземпляр покоится здесь очень давно. Если ему и нужна была помощь, то наверняка не час-другой назад. И дело даже не в том, что он насквозь промёрз, тут скорее какое-то неуловимое внутреннее ощущение.

Я активировал оставшееся у «Мародёра» оружие, разве что не стал помещать в гравитационную пушку титановое копьё, но вокруг по-прежнему царило безмятежное мёртвое спокойствие. Если это ловушка, то очень странная. В системе никого, я в любую минуту могу прыгнуть в любую из пяти соседних систем. Лучше и безопаснее будет вернуться в предыдущую, через которую сюда прилетел, но это слишком очевидный шаг. Поэтому я наугад ткнул в одно из четырёх оставшихся названий, и стал готовиться к прыжку, пока сюда никто не нагрянул по мою душу.

Может, просто разрушенный корабль заминирован, чтобы лихо рвануть, когда к нему подлетит жертва? Нет, это глупо – точно взрыв не рассчитаешь, а если бабахать наверняка, то большая часть груза будет безвозвратно потеряна.

Ладно, в любом случае мне здесь делать нечего. К кораблю даже одиночный дрон отправлять не буду, мне совсем неинтересно проверять свои предположения. Нужно быстрей отварпывать, благо заряда в движке полно. Беспокойство только росло, так что смысла здесь задерживаться больше не было никакого.

Я нажал заветную кнопку «Прыжок», но внезапно ничего не произошло – звёзды остались на своих местах. Движок продолжал исправно работать, все шкалы были на максимум, но варп-перемещение отказывалось происходить даже после четвёртого лихорадочного нажатия. Чёрт с ней, с троицей, мне бы отсюда убраться как можно скорее – чувство опасности уже не стесняясь трубило вовсю.

– Система, почему стоим? – обратился я к бортовому компьютеру. – Полная диагностика варп-оборудования! Быстро!

«Корабль находится в аномальной зоне, блокирующей выход в гиперпространтсво».

Про варп-сетки, блокирующие прыжок вражеского корабля мне читать доводилось, хоть это оборудование и стоит преимущественно на высокоуровневых звездолётах. Но сработай такой захват – система звездолёта точно бы его засекла.

– Что ж ты молчала, мать твою электронику?! – зарычал я, хватаясь за штурвал. – Обрисовать контуры аномалии!

«Невозможно. Отсутствует специальное оборудование».

Я выругался и врубил форсаж. Точнее – попытался его врубить, так как в этот момент корабль потряс короткий, но ощутимый взрыв. Все приборы и голограммы дружно мигнули, а затем бортовой компьютер истошно начал спамить сообщениями:

«Внимание, в корпусе пробоина! Критическое падение давления в двигательном отсеке!».

«Повреждение корпуса на 624 единицы».

«Внимание, двигатель повреждён! Выход в варп и форсаж недоступны!».

Всё, приплыли… С одним оставшимся в строю движком корабль превратился в подвижную, но всё-таки – мишень. Чем же таким его приложило, если поисковые системы бездействовали до самого попадания?

Прихрамывая на одно сопло, «Мародёр» медленно заковылял в сторону четвёртой планеты. Где-то там я вынырнул из варп-прыжка, а значит, есть вероятность, что в том месте эта проклятая аномалия уже заканчивается. Но теперь покинуть её пределы это уже не цель номер один, так как прыгнуть корабль пока не в состоянии.

– Отто, одевай кокон и ремонтируй отсек как можно скорее!

– Принято, – деловито ответил инженер. – Но сначала нужно залатать пробоину. В вакууме работа техники невозможна…

– Давай!

«Командир», – обеспокоенно прошелестел в голове сайрекс. – «Я чувствую чужое присутствие».

– На корабле? – вскинулся я.

«Не могу точно засечь…».

– Тогда иди вместе с Отто и прикрывай его. В разгерметизированные отсеки идёшь первым.

«Принято».

Ещё только диверсанта мне здесь не хватало для полного счастья! Хотя, если предположить, что по обшивке звездолёта ползает невидимое для сканера враждебне существо со взрывчаткой, на его месте я бы не торопился внутрь… Есть же ещё как минимум один двигательный отсек… Чёрт!

Отдать команду я уже не успел. Всё остальное хоть и заняло считанные мгновения, но для меня растянулось в целую вечность.

Окружающие нас звезды по левому борту чуть поплыли в стороны и совсем рядом с «Мародёром» вынырнул из гипера небольшой подковообразный корвет, раскрашенный в кроваво-алые цвета. Компьютер, с небольшой заминкой опознал его как тип «Блоха», девятого поколения. Но мне было уже не до наблюдений, так как красный звездолёт не успев ещё толком материализоваться в нашей реальности, с ходу открыл огонь. Выстрел бирюзовой молнией, полностью проигнорировав наш щит, пришёлся аккурат по хвостовой части корабля.

На счастье – именно там орудовали диверсанты, в количестве аж двух штук, устанавливая очередной заряд в стык бронепластин. Естественно, от попадания он сдетонировал, но из-за того, что невидимые уроды не успели его как следует закрепить, пробития корпуса не произошло. И всё равно сдвоенный взрыв снял восемьдесят процентов прочности со второго двигательного отсека, как с куста. С таким раскладом катер продолжал лететь вперёд лишь по инерции.

Я ошалелым взглядом проследил отброшенного взрывной волной диверсанта с массивным наплечным ранцем на спине, пролетевшего мимо рубки. Им оказался шпион под ником Полундррра! сто какого-то уровня – не успел разглядеть, так как оглушённого игрока, у которого осталось всего несколько очков жизни, впечатало в борт нагнавшего его корабля, который начал двигаться куда быстрей, чем он. Ничего сверхъестественного – просто повреждённый движок снова решил включиться, пусть и на четверть прежней мощности.

Второго засланца убило сразу же, и о его существовании я узнал только из промелькнувших перед глазами логов.

Корвет, который система уже успела отнести к технике знакомого клана КРС, жажахнул в противоположную сторону из другого орудия, вызвавшее значительные гравитационные возмущения, километрах в трёхстах от нас и исчез так же мгновенно, как и появился. Выпущенная мной ракета лишь бессильно рассекла вакуум, а лазерный выстрел секундой ранее одинокой каплей в море растворился в энергетическом коконе боевой «Блохи». Самое интересное, аномалия никак на корабль не повлияла. Или она простиралась лишь до обломков-приманки?

Да уже и не важно, так как стрелял корвет не просто так. Гравитационные возмущения, зафиксированные корабельными системами, выявили ещё одного участника событий – лёгкий фрегат типа «Хихоку». С фиолетовым сиянием он возник прямо из межзвёздного ничего, тут же отметившись красным цветом и на тактической карте, как и первый корабль. Это точно не последствия варп-прыжка – чёртов летучий голландец всё время торчал неподалёку.

Словно паук в ожидании того, когда беспечная муха запутается в его сетях окончательно. Вот и разгадка исчезновения сигнала…

Первым делом я убедился, что он не принадлежит к «убийцам красной звезды», которые только что атаковали мой корабль. Точнее, послал в сторону фрегата-неведимки ракету, а уж потом принялся за считывание информации. Как оказалось, корабль вообще не имеет фракционной приписки – типичный одинокий волк, работающий только на себя. Это и логично, так как алый корвет своим странным выстрелом раскрыл мне его местоположение, и только внезапность всех событий, спрессовавшихся в неполные пять секунд, не позволила понять эту очевидную истину.

Корабль КРС тоже никуда не делся – возник на краю тактической карты, в паре тысяч километров от нас и активных действий больше не предпринимал, хотя мог снести оба корабля без особого напряга, судя по продемонстрированному вооружению. С ним всё ясно – он явно будет ждать победителя.

А им ещё надо умудриться стать.

Временно забыв про корвет, я сосредоточился на схеме «Хихоку», услужливо отрисованной компьютером. Выглядел он как фасолина, вокруг передней части которой располагалась широкая полукруглая конструкция, отдалённо похожая на бампер-кенгурятник. Кораблик имел в активе пять тысяч хитов и шесть членов экипажа. Неплохо, если учесть, что двух он уже успел потерять.

В каталоге фрегат числился как постройка пятого поколения, заточенная под стелс и диверсионные нападения. Пусть класс у него был и выше, чем у «Мародёра», но какой-то серьёзной бабахалкой он похвастаться не мог, как и большим количеством отсеков. Помимо стандартных – типа жизнеобеспечения или производства, у него оказался в наличии отсек, отвечающий за маскировочное оборудование и очень мощный щит. В чём пришлось убедиться лично – ибо мой лазер его стабильно не пробивал и даже не мог толком снизить заряд. Зато оружейный и двигательный отсек имелись только в единственном числе, что не могло не радовать. Последнему, кстати, тоже досталось от корвета – тот явно не хотел, чтобы кто-то из нас преждевременно покинул смертельную схватку.

Вторую ракету я отправил уже прицельно в щитовую, А что делать, раз один вид вооружения катера оказался не у дел, а снарядов у меня – последняя обойма? Правильно – выводить из строя щит.

Аналогичных проблем у противника не наблюдалось. Его турболазер ничем не отличался от моего, кроме одной единственной характеристики – скорострельности. Накопление заряда у него происходило с удручающей быстротой – 1,3 секунды. Пусть большую часть урона пока съедал энергетический кокон, кораблю тоже доставалось немало. Немного спасало то, что у «Хихоку» после странного выстрела корвета осталось всего четыре тысячи хитов, против моих пяти. Но всё равно, за счёт однобокого обстрела с моей стороны и более крепкой обшивки фрегата, «Мародёр» стал постепенно проседать вниз.

Положение немного выровнялось после рапорта инженера об устранении пробоины, которая понемногу тоже отъедала общую прочность корабля. Я приказал ему забить на движок болт, и поддерживать работоспособность щита во что бы то ни стало. Повреждённым отсеком занялся сайрекс, после очередного апа получивший способность проводить мелкий ремонт. До ста процентов он его догнать будет не в состоянии, но до двадцати, как и второй, – вполне. А это позволит немного нарастить манёвренность, большего и не нужно.

Уйти мне всё равно никто не даст.

Тем временем четвёртая ракета кританув, пробила-таки обшивку. Починка отсека и так шла у фрегата мизерными темпами, явно при помощи дронов, а не квалифицированного инженера, а после того, как внутри воцарился абсолютный ноль, полностью и бесповоротно остановилась. Помёрзли бедные роботы…

Итого, у «Мародёра» осталось полторы с небольшим тысячи хитов, у «Хихоку» – далеко за две. Казалось бы – преимущество на его стороне, но у моего катера пока ещё жив щит, пропускающий примерно каждый третий выстрел. А это практически сравнивало наш урон в минуту. Только противник не смог распорядиться им грамотно – он не стал зеркалить мои действия и сосредоточился на оружейном отсеке. Вот только к его несчастью, оборудование в помещении отвечало за корректный пуск ракет.

Бесспорно, они заставили себя уважать – каждая сносила не меньше двухсот очков, а при удачном пробитии – все пятьсот. Лазеру такие цифры и не снились, так что всё попадания приходились именно туда. Но после того, как последний реактивный снаряд с солидной задержкой покинул корабль и устремился навстречу вражескому кораблю, потеря этого оборудования перестала для меня что-то значить.

Правда оставлять такую активность безнаказанной я не стал и принялся работать в ответ по его оружейному отсеку, благо лазеру теперь ничего не мешало. После потери щита каждый мой выстрел, пусть и наносил немного урона, зато делал это по-советски стабильно. Проводить оперативный ремонт внезапно оказалось некому, хотя на фрегате оставались вакантными целых три места. Но либо у них экипаж недоукомплектованный, как и у меня, либо остальные – воины для абордажа.

Второе предположение казалось мне более вероятным. Тактика у фрегата-невидимки проста до безобразия – вывести из строя двигатель и по возможности обзоружить жертву, затем высадить десант, который при поддержке шпионов в «инвизе» без проблем справится с любым низкоуровневым сопротивлением. Боюсь, пойди захват по их сценарию, «Мародёр» непременно сменил бы хозяина. Мы с Шёпотом ни при каких раскладах не отобьёмся даже от одного стоуровневого игрока – это не безмозглые мобы, здесь даже преимущество в пять левелапов может оказаться решающим.

Тем временем катер разменял последнюю тысячу хитов – вроде бы самое время предложить какую-нибудь взятку, по примкру сообразительного Кристаллида. Усмехнувшись, я отдал команду дроидам-помощникам вытащить из трюма метательный снаряд с матово-серым наконечником.

– Титаном возьмёте, ребята?

Весила поделка порядочно и только совместными усилиями несчастных роботов её удалось вытолкнуть наружу, в открытый космос. Я подхватил копьё гравитационным захватом корабля, собираясь забить этаким трёхсоткилограммовым гвоздём крышку гроба для фрегата, но каких-то дополнительных манипуляций уже не понадобилось – после потери щита у «Хихоку», отказ его оружейного отсека был просто предрешён.

Сначала время перезарядки турболазера начало расти, постепенно сравнившись с моим, а потом и вовсе перегнав. Затем паузы между выстрелами стали неприлично долгими до такой степени, что наш щит успевал полностью зарядиться и гарантированно отразить залп.

С этого момента прочность корпуса у «Мародёра» окончательно перестала падать, чего не скажешь о противнике.

Понимая, что бой безнадёжно проигран, а фрегат – обречён, его капитан прислал мне прошение о капитуляции, предложив семьсот тысяч кредитов в качестве взятки. На сообщение я без раздумий ответил отказом – деньги мне сейчас нужны меньше всего, куда больше пригодятся опыт и репутация. Корабль-невидимка формально не относился к пиратскому братству – видимо, тоже нарабатывал авторитет, шельмец такой. Так что существовал немаленький шанс за счёт его уничтожения самому получить необходимые очки. К тому же – не я напал первым, пусть обижается только на себя.

Да и пристально следящий за схваткой, подобно рефери на ринге, пиратский корвет вряд ли принял бы нашу мировую.

Спустя минуту оружейный отсек фрегата-невидимки приказал всем долго жить, позволив мне отпустить Отто обратно разбираться с движками, а на исходе второй фрегат вспух ярко оранжевым шаром. Пусть и беззвучно, но всё равно красиво.

На переферии зрения (сам же так и настроил, чтобы не застилало взор) поплыли многочисленные строчки системных сообщений. Всё подряд читать не стал – так и косоглазие можно заработать, лишь отметил, что вместо Союза в целом отношения ухудшились лишь с некой Золотой Стрелой – своеобразной гильдией наёмников. Вряд ли из-за того, что командир «Хихоку» взял на меня контракт и дежурил здесь до посинения. Скорее всего – на борту были их представители, возможно даже персонажи.

Неудобно получилось…

А вот космические пираты полностью оправдали ожидания, приблизив меня к заветной цели на два очка. Получается, ещё одно заметное правонарушение, и можно смело лететь к их территориям.

Хотя до собственно пиратов можно было и так рукой достать. Кроваво-красный корвет, удовлетворившись гибелью «Хихоку» стал идти на сближение, понемногу разгоняясь в мою сторону. Я как раз закончил просмотр сообщений, однообразно повторявших, что мной достигнут новый уровень развития персонажа, и теперь прикидывал, куда вложить новое очко характеристик, выданное за юбилейный двадцать пятый ап. Распоряжаться следовало с умом, ведь следующий бонус мне светил только после пятидесятого.

От размышлений отвлёк сигнал вызова с «Блохи», которая интенсивно продолжала сокращать расстояние. Странно, но я не видел в этом манёвре агрессивного смысла, хотя на тактическом экране звездолёт по-прежнему имел окраску противника. Уверен, подбить меня можно было и с противоположного конца системы, а тут явно хотят поговорить. Чуйка тоже молчала, будто в рот воды набрала, или что там у неё…

Стоило только ответить на звонок, как на экране тут же возникло изображение светловолосой девушки с немного неправильными чертами лица. Такое ни за что не нарисует программа, ориентированная на классические каноны красоты – нос широковат, уголки губ слишком явно опущены вниз, да и ушки из-за прядей волос предательски выглядывают. Но в целом смотрелось вполне симпатично, и даже как-то живо, в отличие от большинства красоток, попавшихся мне в игре. Проигрывала она разве что Диане, имевшей необъяснимо магнетическую внешность.

Даже без ника над головой, собеседницу я узнал бы с первой же секунды – такие не забываются, пусть и всё наше общение исчислялось одной единственной минутой. С последней встречи она ни капли не изменилась, разве что подросла на уровень, достигнув семьсот двенадцатого.

– Привет, Убивашка, – поприветствовал я пиратку.

– Ты его очень долго ковырял, – с ходу обвинила она меня. – Заснуть можно было!

– У меня ракеты кончились, – пришлось мне признаться. – Изначально на катере некомплект был, а пополнить мне его негде.

– То есть, про тайники ты не знаешь… – тяжело вздохнув, констатировала она.

– Тайные перевалочные базы? – уточнил я. – Знаю, читал. Но мне туда пока доступ закрыт – авторитета не хватает.

– Вот это ты ну-у-уб, – почти с восхищением покачала пиратка головой.

– Что есть, то есть, – не стал я отпираться. – И кстати, спасибо тебе за помощь. Тех диверсантов, как и их фрегат, мои системы засечь не смогли.

– Да не за что, – девушка криво усмехнулась, что с её губами стало выглядеть уж очень зло. – Не благодари.

Внезапно бортовой компьютер истошно запищал, сигнализируя всеми возможными способами, что «Мародёр» оказался под прицелом. Одновременно с ним тоскливо защемило в груди – проснулась запоздавшая чуйка. А ведь никто мне гарантию безопасности не давал, но я и подумать не мог, что эта высокоуровневая стерва продолжала торчать в системе, только ради того, чтобы расправится со мной. Какое ей вообще до меня дело? Награда в миллион? Да у неё наверное стойка шасси корвета дороже стоит…

Крыть такой расклад мне было нечем – лазер вряд ли съест даже десятую долю процента щита высокотехнологичного звездолёта, ракет не осталось совсем. И всё же бессильно складывать лапки я не собирался, как и сотрясать впустую воздух, вопрошая: «зачем?» и «за что?!».

– Всю энергию на двигатель! Форсаж!

«Блохе», несущейся к нам навстречу, хватило единственного залпа.

С каждого из концов подковообразного корвета навстречу катеру устремилось по два ослепительно белых луча, скрестившихся ровно на месте рубки «Мародёра». Пространство вокруг меня вспыхнуло так, будто я попал в эпицентр ядерного взрыва. Последнее, что увидели мои глаза, прежде чем испариться в глазницах, было сверкнувшее лужёным серебром копьё, посланное навстречу звездолёту Убивашки. Встречную скорость мы набрали сумасшедшую, плюс неслабый импульс от гравитационного захвата… Должно вроде хватить, лишь бы она не увернулась от снаряда, выкрутившись в фантастическом манёвре. Но тут уже всё решит эффект неожиданности – система не отслеживает такой объект до последнего момента, не считая его оружием. Сам проверял.

А сближалась она неспроста – явно хотела подхватить какой-нибудь лут, выпавший после моей гибели. Ну, удачи.

Лови.

Будь дело в каком-нибудь фильме, снаряд, выпущенный по сути мертвецом, обязательно пригвоздил бы пиратку к креслу пилота, а система в утешение присвоила бы мне красиво звучащее достижение, пусть даже и обычное. Или щедро отсыпала опыта. Ну хоть что нибудь…

Но перед взором в абсолютной темноте, не подсвеченной даже далёкими звёздами, продолжала гореть единственная надпись:

«Вы умерли. Активных точек привязки – 0.

Желаете возродиться в случайном месте?

Да/Нет».


______________________________

Понравилось? Читаешь этот текст на пиратском ресурсе и не знаешь, где искать продолжение? Милости просим на Лит-Эру. До сих пор не знаешь, что это за сайт? Поясняю Лит-Эра – это замечательный сайт, с которого «злые пираты» не могут портировать книгу на другие ресурсы, а порядочные читатели обязаны довольствоваться тоннами рекламы и испорченным зрением. Ну и перспективка скажите вы… а раз так, сидите и наслаждайтесь «пиратской» книгой. Приятного чтения)))

Спасибо за внимание.


Глава 19

Крышка кокона открывалась слишком медленно и я, вынырнув из коллоидного раствора, резко распахнул её до упора свободной рукой. Содрал с лица маску и, схватившись за бортик, перемахнул из ложа прямо на половой коврик, купленный у одной хитрой бабушки на блошином рынке. Едва не подскользнувшись, я заметался по узкой квартире, будто раненный зверь в поисках обидчика.

– Чёртова сучка! Целую неделю псу под хвост!

Ни в чём не повинная кружка, оставшаяся на столе после завтрака, кувыркаясь, полетела в стену. Между прочим – настоящая керамика, а не опостылевший пластик, из которого нынче печатают всё подряд. Хорошая вещь.

Была…

Я глубоко вздохнул, выполняя привычную гимнастику, и попытался выгнать из головы настойчивые образы расчленённой девушки, прибитой куда-нибудь к столбу. Поначалу получалось плохо, но постепенно красная пелена перед глазами начала спадать и я внезапно понял, что впервые выбрался из вирткапсулы самостоятельно. Больше того – умудрился ни разу не шваркнуться об пол и даже довольно точно запустить небольшой, но весомый объект, схватив его всего одной рукой.

Я удивлённо поднёс к лицу раскрытую ладонь, будто впервые её увидел, а затем попытался немного пошевелить пальцами. Вышло довольно сносно – подчинились три из пяти. Но не прошло и минуты, как все они уже привычно задрожали-задёргались в мелкой трясучке, будто рассеялось волшебство, на короткое время сделавшее меня обычным человеком.

А не его жалким ошмётком.

Вместе с немощью вернулась и способность трезво рассуждать. Да, Убивашка поступила странно, разметав мой корабль по галактике, но тому наверняка есть серьёзная причина. И раз она не соизволила её озвучить, держа меня на прицеле, спрашивать напрямую девушку нет смысла. Но к счастью, моя голова способна не только представлять кровавые сцены расправы, а ещё и немного соображать.

Заказав себе плотный перекус из шести позиций, не смотря на поздний час (мне ли переживать о фигуре), я уселся в единственное на всю квартиру кресло и принялся за работу.

Прежде всего – узнать про саму пиратку. Во враги её записывать рановато, но чувствую – нам ещё не раз придётся столкнуться лбами. Так что приступим.

Найти на неё информацию оказалось делом нетрудным – личностью в игровом пространстве она была довольно известной. В миру – Ирина Устюжева, двадцать три года, не замужем, что совсем неудивительно. Правда, не из-за неказистой внешности – с этим как раз всё в порядке. Как я и предполагал – её облик был полностью оригинальным, никаких косметических изменений. Даже ушки торчали так же, из за чего девушка старалась не собирать волосы в хвост или косу.

Помимо незаурядной внешности, Ира была счастливой обладательницей диплома об окончании престижного юридического института, но предпочла строить кибер-спортивную карьеру, весьма успешную, к слову. Я ради любопытства поинтересовался призовым фондом одного из турниров, в котором она вошла в число пятёрки победителей, и чуть не свалился с кресла. Да уж, миллионом кредитов ей даже не донатят во время её стримов, ибо стыдно.

Ох, уж эти прямые трансляции… Для меня до сих пор удивительно – за что платить деньги, если человек просто хорошо играет? Ладно, платные просмотры, это ещё куда ни шло, в голове вполне умещается. Купил билет – посмотрел. Но просто так отдавать немаленькие деньги игроку за то, что он тебе понравился – для меня странно. Это как Каспарову во время чемпионата мира на шахматную доску банкноты бросать.

Но справедливости ради – конкретно Ира хотя бы делала познавательные видео, а не одевалась во что-нибудь эротичное и просто тупо сидела перед камерой, как большинство других девушек-геймерш. Убивашка частенько проводила обстоятельные мастер-классы по экстремальному пилотированию и особенностям космического боя, каждый раз собирая не меньше полумиллиона зрителей. До Амвея ей было далековато, но всё равно – количество поклонников впечатляло.

Глянув один ролик, я убедился, что уйти у меня не было ни малейшего шанса, да и от копья она, скорее всего, играючи увернулась. Реакция у неё оказалась потрясающая, а со своим алым корветом девушка буквально сливалась в единое целое.

«Блоха» на поверку оказалась тоже непростым кораблём – под стать хозяйке. Помимо своей исключительной манёвренности, корвет был способен сокращать время прыжков в несколько раз. Расстояние, которое другие преодолевали за минуты, он спокойно проскакивал за секунды. Правда, ради такой сумасшедшей скорости пришлось пожертвовать грузоподъёмностью и экипажем, но всё же звездолёт с лёгкостью мог постоять за себя и в одиночку. Добавить к этому режим «всевидящего ока», доступный искателям с пятисотого уровня и на выходе получается очень опасный противник.

Да, узнав её класс, раз уж игровая механика мне этого сделать не позволяла, я оказался приятно удивлён. Не воин, как очевидно следует из её прозвища, не разведчик, и даже не пилот, а всего-навсего – искатель. Но зато – третий в рейтинге по нашему кластеру и пятнадцатый в общемировом зачёте. Пожалуй, вопрос о том, как она меня нашла, можно смело с повестки дня снимать.

В иерархии клана девушка занимала место свободного охотника. Это такие личности, которые свободно бороздят просторы космоса, появляясь вместе с соклановцами только при серьёзной заварушке. Формально ей никто не подчинялся, но судя по парочке любопытных статей, где описывалось, как девушка разыскивала и громила отступников и прочих психов, покусившихся на собственность клана, я сделал вывод, что она если и не возглавляет, то наверняка руководит контрразведкой.

А вот следующая статья, где упоминалось её имя, за позавчерашним числом, заставила меня крепко задуматься. Ира Устюжева оказалась в числе немногих, приехавших лично на закрытую панихиду, организованную руководством KRS, чтобы проститься с одним из своих соклановцев. Умер космический пират не от старости – он оказался найден забитым насмерть в собственном доме.

Уже знакомая картина – закрытые окна-двери, вся комната в крови, а все камеры видеонаблюдения ничего подозрительного не засекли. И если раньше подобные устранения конкурентов удавалось утаивать от прессы, то похоже, что сейчас плотину прорвало – сотни статей, десятки журналистских расследований, ролики с миллионными просмотрами и невнятные оправдания силовых ведомств. В общем – истерия. Нашлось даже несколько слитых в сеть голографических слепков мест преступления, которые я немедленно сохранил для последующего изучения.

Людьми понемногу овладевала паника, цены на услуги от частных телохранителей и до целых организаций, обеспечивающих физическую безопасность, возросли в разы. Поэтому автору статьи (видеосъёмка была запрещена) показалась выдающейся выдержка и хладнокровие Убивашки, приехавшей лично проститься с павшим соратником. Которого, к слову, звали Эрик Бадин.

Я покачал головой и тихо произнёс, обращаясь в пустоту:

– Ну вот приятель, заработал ты лёгких денег… Лучше бы в институт пошёл.

Теперь «убийц красной звезды» можно смело вычёркивать из списка подозреваемых. Уверен – они вовсю ищут виновных, и наверняка Ирина тоже задействована, пусть и на игровом поприще. У неё и мотив налицо, и интеллектом она не обделена. Вот только теперь нападение на меня выглядит ещё странней, чем раньше. Чем им не угодил нищий морпех, живущий на пособие?

Кстати, о клане. От KRS пришло стандартное письмо-оповещение. Такие частенько используются, чтобы довести системные сообщения для тех, кто находится не в сети. Неужели хотят выдать «чёрную метку» и занести меня список своих врагов? Оказалось – вовсе нет, просто очередное улучшение отношений, достигшее уже девяти единиц, Того и глади, подружимся скоро.

– Вот суки! – почти с восхищением произнёс я, покачав головой.

Тут и дебилу понятно – передо мной сейчас неофициально извинились, показав, что акция была проведена не лично против меня. Может, и звездолёт тогда новый подарите, а?!

Налички у меня всего двести с копейками тысяч, и даже вовсе не рублей. Всё остальное безвозвратно прос… Потеряно, в общем. На такие деньги можно взять либо простенький катер с минимальным вооружением, либо голый корпус от старого фрегата, передвигаться на котором в открытом космосе получится, только выбрасывая в противоположную сторону какой-нибудь балласт.

Ладно, не о корабле мне сейчас нужно думать – до того же чёрного рынка (в игре почему-то именующегося Серым) ещё добраться надо. Что там у нас по механике возрождений?

Но тут внезапно прилетел перекус, и я решил попутно с едой расправиться и с остальной почтой, раз уж вкладка открыта. Писем пусть и оказалось заметно больше, но простейшая сортировка позволила от большинства избавиться без существенных затрат по времени. В корзину полетели и сообщения от Шельмы, никак не желающей отстать от несчастного инвалида. А вот письмо от Робика, я с удовольствием прочёл. Оказывается, мой боевой товарищ нанялся на исследовательский корабль и покидал «Глорию-14», собираясь посетить неизведанные системы в одном из дальних рукавов. Жаль, мне с ним не по пути…

Томящимся в заключении подельникам по угону я скинул логи последнего боя «Мародёра», чтобы ко мне не было претензий по поводу потери корабля, и всё равно на душе остался осадок, будто я серьёзно подвёл этих людей. Теперь им нечем помочь уже нельзя, даже залог внести. Желая отвлечься от тяжёлых раздумий, я продолжил просмотр списка и натолкнулся на письмо от Амвея. Он не забыл мою давнюю просьбу и нарезал познавательный часовой ролик с боями лучших мечников игры. Не знаю, как у него это получилось достать, ведь большинство материалов из видео оказалось с закрытых турниров, которые показывали далеко не всем и только за большие деньги. Вот что значит – знаменитый стример с многомиллионной аудиторией.

Просмотр отложил на потом – мало ли, буду скоро в тюрьме сидеть, от скуки страдать, вот и будет чем скоротать время.

Покончив с едой и запив всё прямо из картонной упаковки, за неимением чистой кружки, я вернулся к изучению игровых механик. Что за выбор такой странный – возродиться в случайном месте или нет? Получается, есть и «неслучайные места»?

Оказалось таковыми будут локации, где мне сейчас не особо рады, зато неподалёку от собственного места гибели. Так себе идея – до пиратов далеко, и не факт, что ко мне там отнесутся лояльно, а возрождаться на территории Союза – верный путь угодить за решётку. Не самый лучший вариант, учитывая, сколько времени оказалось потеряно. Попытаться сбежать самому, получив второе достижение в копилку? Так себе задумка…

С другой стороны – рандомный выбор возрождения может зашвырнуть меня вообще к Тельцу за рога, откуда я потом буду возвращаться с месяц, а то и больше. Это уж смотря, что именно получится раздобыть на месте воскрешения. Может, там будет чистое сельпо, где никакой серьёзный аппарат не купишь, кроме самогонного.

Зато там я буду относительно свободен и смогу прокачиваться, а не… Чем они там вообще занимаются, в тюрьмах своих? Не воровские же понятия, в самом деле, учат…

Сотого уровня мне до начала турнира всё равно не достичь, но развиваться надо, иначе так и останусь новичком, которого пинают все, кому ни лень. Победа над «Хихоку» подняла меня аж до тридцать седьмого, но больше такой халявы не будет – каждый уровень придётся зарабатывать потом и кровью, непременно теряя опыт из-за перерождений, которых не избежать.

С ними вообще всё интересно получается – формально, потолка уровней в игре не существует. Совсем. Хоть до миллионного качайся. Но из-за того, что опыт на более высоких левелах растёт катастрофически медленно, игроки, ведущие боевые действия, в среднем выше отметки в восемьсот не поднимаются. Без смертей там никуда, а потерянный прогресс ещё нужно наверстать. Так что обладатели «тысячного плюс» уровня являются представителями исключительно мирных профессий, чаще всего – различных крафтеров.

Ладно, решено – отдамся на волю великого рандома. В тюрьму или на каторгу к пиратам всегда успею.

Взглянул на часы – полтретьего ночи. Детское время ещё, подростки с дискотек только домой возвращаются. А мне вот не до гуляний – работать надо, раз уж столько времени потрачено впустую. Так что придётся снова нырять в капсулу.

На том свете высплюсь.


Глава 20

Казалось бы – только нырнул в капсулу, и вот из неё нужно уже выползать. Даже странно как-то, обычно процесс восстановления тела проходил гораздо медленнее. Распахнув глаза, я обнаружил, что механизмы уже заканчивали свою работу, по очереди отводя гибкие манипуляторы от моего тела и втягиваясь куда-то внутрь капсулы. Пока из кокона откачивалась непривычно мутная питательная жидкость, мне удалось немного рассмотреть помещение, в котором пришлось возродиться из межзвёздного пепла.

На зал воспроизведения «Глории-14» увиденное походило мало – размер как у стандартного отсека, рассчитанного на капсул двадцать всего. Большая часть из оборудования оказалась варварски раскуроченной, будто по приборам долго и вдумчиво колотили ломом. Многие из них ещё искрили, чуть улучшая скудное освещение. На вечеринку я явно опоздал…

И в какую же хрень меня занесло на этот раз?

Стены помещения были отделаны светлыми пластиковыми панелями, сейчас измазанными копотью и кровью в том числе, а на полу обнаружился мужской труп в простеньком защитном костюме, похожим на ОЗК, только без капюшона. Во многих местах одежда покойника оказалась порванной и была скреплена мотками прозрачного скотча. На бездыханном теле уселся невозмутимый рептилоид из представителей Ра в лёгкой боевой броне и с пистолетом на боку. В руках он задумчиво вертел нечто, похожее на обрезок водопроводной трубы.

Вот и понимай, как хочешь – рады мне здесь, или нет.

Определить принадлежность инопланетянина к какой-либо группе я не смог, так как ник над его головой отсутствовал полностью. Как и справка-пояснялка. Да и вообще – почти весь привычный интерфейс перед глазами куда-то пропал, не соизволив появиться даже, когда я вывалился из капсулы наружу. Остались лишь шкалы выносливости и здоровья – как бы напоминая, что я всё-таки в игре. Да ещё справа на самом краешке зрения возник непонятный счётчик, пока состоявший лишь из одних нолей.

Ваша профессия – младший помощник. Обратитесь к куратору для получения первого задания.

Странное сообщение пронеслось перед глазами и пропало. Какой ещё, к чертям помощник? Я мечником с утра был, вообще-то. Или это система так издевается над каждым возрождённым, которого убила двадцатилетняя девчонка?

– С прибытием! – весело отозвался широкоплечий ящер, и не подумав встать с неподвижного тела, под которым натекло порядочное количество стылой крови.

Странно, но его скрипучий голос раздвоился, озадачив меня куда больше, чем весь окружающий интерьер безудержного погрома. Слышалась эта звуковая аномалия в виде какого-то неправильного эха – вроде бы инопланетянин сказал что-то тихое, вроде «конь легада», но куда громче прозвучали наслоившиеся поверх русские слова, сделав фразу понятной. Как будто… Точно, как в кино с закадровым переводом!

Мне доводилось как-то читать, что в игре для взаимопонимания иностранных игроков введён интерактивный транслит, но так до конца и не понял, что это такое. До этого самого момента.

– Спасибо, – я сделал неуверенный шаг вперёд, привыкая к послушным конечностям. – Это ты его?

– Да, – ответил рептилоид (хотя я опять довольно отчётливо услышал приглушённое «Си»), пряча обрезок трубы за спину. – Но не волнуйтесь. Вам лучше одеться, если вы не хотите здесь умереть.

Ну точно – закадровый перевод, чаще всего не совпадающий с движениями речевого аппарата инопланетянина. Да и некоторые словосочетания звучали довольно странно и необычно. Но зато всё вполне понятно без помощи рук и лихорадочного листания русско-испанского словарика, чего от тебя собеседник хочет. Удобно.

И только сейчас я, наконец, ощутил, насколько в помещении холодно – прям зубы сводит. А вот и иней в углу блестит, совсем свежий. Это не я такой тормоз – просто после возрождения чувства немного сбоят, будто и правда в новом теле оказался.

Изо рта вовсю валил пар, кожа покрылась мурашками, что неудивительно, ведь из капсулы выходят в одном нижнем белье. Но во что же одеться, если у меня в инвентаре лишь самописец, да медицина кой-какая…

Самописец!

Я кинулся проверять, не выпал ли после смерти ценный предмет, но инвентарь так же оказался недоступен. Что за бред? Ещё скажите, что меню выхода заблокировано, и я тут застрял, как те самые несчастные бета-тестеры. Такой поворот пугал меня мало (как в принципе и всё остальное), но зная свою манеру игры – я так себе ещё на одно пожизненное точно «наиграю»…

Хотите покинуть игру?

Да/нет.

Хорошо, значит всё-таки – не застрял. Но почему тогда большая часть интерфейса недоступна? Если глюк, может тогда лучше перезайти?

– Одежда в шкафчике, – подсказал рептилоид, взглянув на громоздкие часы, закреплённые на запястье. – Торопитесь, у нас мало времени.

– Это ещё почему?

– Пусть ваш партнер закончит это, тогда я вам скажу. Я не хочу повторять.

И действительно, в одной из уцелевших капсул, выглядевших так, будто их собирали исключительно из запчастей, найденных на свалке, а доводили до рабочего состояния напильником, готовился к возрождению ещё один игрок. Судя по характерной зелёной коже, которую не смогла скрыть прозрачная жидкость за потрескавшимся колпаком – даторианин.

Ноги, стоявшие на холодном полу, уже потеряли чувствительность, и полоска жизни потихонечку пошла вниз. Все расспросы пришлось экстренно оставить на потом, а то так и околеть недолго. Теперь понятно, почему ящер, который наверняка должен быть холоднокровный, предпочел усесться на чужое тело, пусть и остывшее, но не такое ледяное, как пол или остатки раскуроченных капсул.

Чего здесь точно не хватало, так это мебели.

Я немедленно зашлёпал к противоположной стене, где в рядочек стояли самые настоящие шкафчики для одежды, сделанные из перфорированной жести. Такие можно часто увидеть на каком-нибудь заводе в раздевалке или в старой доброй американской школе. Закрывались они на простую дверную ручку, не имевшую даже замка. Большинство сиротливо зияли пустотой, с распахнутыми нараспашку дверцами, но четыре крайних оказались нетронутыми. Внутри обнаружился простенький комбинезон песочного цвета, висевший на простой вешалке, разношенная обувь, смахивающая на кеды на липучках, и небольшая сумка на ремне, почти что – портмоне. У рептилоида имелась такая же, только из-за могучего телосложения представителя Ра она висела на поясе.

Пока я спешно облачался в не слишком тёплое одеяние, мой коллега по несчастью закончил допечататываться, и сразу же рванул к шкафчикам. Сообразительный – успел осмотреться и сделать выводы, что смертоубийства снаружи вроде не наблюдается. Ника у него над головой я так же не увидел, но сильно этому факту удивляться не стал, так как был больше чем уверен, что встретил нас здесь точно не персонаж. Ну а то, что на «вы» говорит – может, у них там так принято.

Как только с минимальным утеплением было покончено, настало время уточнить обстановку.

– Итак, зачем ты его убил? – кивнул я на тело, вид которого вызывал у меня смутное беспокойство.

Не то что бы меня пугали трупы, но что-то в его облике было неправильным…

– Самозащита, – уверенно заявил ящер. – Сначала атаковал он. Наверное, саботажник – хотел испортить капсулы, но я избежал этого.

Ох уж этот перевод… Но в целом, суть я уловил. Получается, труба принадлежала покойнику, но на что он рассчитывал, кинувшись с таким примитивным оружием на сильного и что важнее – экипированного противника? Тоже мечник? Странно.

– Зачем ему это было нужно?

– Чтобы не было дореспа… – не совсем понятно проскрипел старожил, но затем пояснил. – У каждого саботажника есть своя задача, но все они сводятся к усложнению работы персонала станции. Вы только новичок, но опытная команда может пройти через капсулы… Чуть позже. Пользы от их больше. Это, правда, теперь уже не имеет смысла – дело достигает последних гангов.

Да уж, к такой манере общения ещё нужно будет привыкнуть. Пусть говорил мой собеседник, мягко говоря, странновато из-за особенностей переводчика, но загадочный термин даже в изначальной «озвучке» звучал точно так же. Ганги и всё, понимай как хочешь. Ничего подобного мне в гайдах прежде не попадалось, как и в разговорах обычных игроков. Такую белиберду я точно бы в словарик записал.

– Что ещё за ганги?

– Трудно сказать, – пожал рептилоид широкими плечами. – Они всегда разные, повторяются снова очень редко.

– Что это вообще такое? – решил я зайти с другой стороны.

– О, вы вообще не курсе… Вы на станции «Астра-13». Она же «Проклятие» или просто – «Тринадцать», все так часто её называют. Других станций с таким номером в галактике нет, вы заметили это?

– К сожалению, я начинающий астронавт, – развёл я руками.

Неожиданно, но факт – вежливое обращение рептилоида почти полностью нивелировало его грозный внешний вид и повадки матёрого убийцы. Как-то не ждёшь подвоха от интеллигента, а зря…

– Значит, вы не слышали о ней? – чуть удивлённо проскрипел рептилоид.

– Нет.

– А я слышал, – вклинился в беседу даторианин, успевший одеться куда быстрее меня. – Спецрежим для упоротых задротов. То-то я смотрю, весь худ пропал, кроме баров… Ладно, я прочекаю округу на спидране. Выпустишь меня?

– Нет проблем! – с непонятным энтузиазмом отозвался ящер, пружинисто поднявшись на ноги. – Пойдёмте.

Выходом из отсека служил старенький шлюз, закрывавшийся скрипучими створками. Благо хоть не вручную. В одной из них имелось небольшое окошко из плексигласа, к которому немедленно прилип рептилоид, стоило только зеленокожему игроку покинуть помещение.

– Да, это интересно… – несколько удивлённо проскрипел он через полминуты.

– Ему не следовало торопиться? – догадался я.

– Взгляните сами, – предложил ящер.

Я не почувствовал подвоха в его словах, да и брать у меня особо нечего, так что без сомнений приник к мутному смотровому окошку. Оказалось, торопыга успел дойти лишь до противоположного конца перемычки и разблокировать створки. На этом его похождения и закончились – сейчас он корчился в диких судорогах на полу. Если учесть, что из его глаз и рта обильно сочилась голубоватая даторийская кровь, то здоровым он никак не выглядел. Спустя минуту игрок затих, а его тело постепенно начало надуваться, будто у застаревшего утопленника. Простенькая одежда во многих местах не смогла сдержать стремительный натиск плоти и разошлась в стороны многочисленными прорехами и лоскутами.

– Какого чёрта? – нахмурился я, продолжая наблюдать за неприглядными метаморфозами трупа.

– Какой-то вирус, я полагаю… – задумчиво отозвался ящер, копаясь в своей сумке.

Раздувшееся тело гуманоида достигло, наконец, критической отметки и взорвалось сизыми ошмётками, изрядно испачкав обзорное окошко. Мне резко расхотелось выходить наружу.

– Это и есть ганг, – ворчливо пояснил вежливый ящер. – Каждые двадцать минут здесь происходит какой-то навоз: система климат-контроля взорвётся, возникнет пожар, паразиты выйдут из канализации… Миллион вариантов. Все начинается почти безвредно, но чем ближе к концу раунда, тем хуже последствия. Теперь, по-видимому, из Исследовательского отдела нас решили удивить.

Свежесть, царившая в отсеке, бодрила не хуже крепкого кофе, и я без проблем вычленил из полученной информации самый важный пункт.

– Что за раунд?

– Время, которое нам нужно продержаться, сохраняя работоспособность станции, – продолжил объяснять старожил. – Обычно около шести-семи часов, когда больше, когда меньше. Вам дали профессию в начале? Вот им вы и будете весь раунд. Ролевая игра здесь очень серьезная, поскольку непослушание наказывается местной системой личными очками лояльности. Кратко их зовут «поль». Вы видите цифры? Здесь они – единственная валюта, никаких кредитов и других счетов нет. Все действия только через них – еда, выпивка, инструменты. Даже открыть некоторые двери.

– С очками понятно, но я не собираюсь здесь долго задерживаться.

Ящер вроде как ехидно оскалился, обнажив немаленькие клыки.

– Отсюда вы можете улететь только в конце раунда. Если хватит «поль», конечно.

Вот какой-то такой подлянки я подсознательно и ожидал. Да уж застрял, так застрял… Что же это за место такое, из которого не выбраться по собственной воле? На тюрьму мало похоже, но и до мирной «Глории-14» ему далеко. На других станциях мне не удалось побывать, но вряд ли там что-то кардинально меняется, кроме порядкового номера. Кстати, ящер обмолвился, что с таким номером станций больше нет. Получается, и «Глории-13» не существует?

Я снова мазнул взглядом по забрызганному окошку и внезапно понял, что меня смущало в трупе ренегата – слишком уж он походил на натуральный, да и крови больше, чем обычно. Обычно покойники в игре выглядят более… Пристойно, что ли? А тут всё как в заправском космическом фильме ужасов.

– Смотрите.

Ящер перестал копаться в сумке и выудил оттуда широкий обруч, на вид – вроде медный, похожий на те, которые использовали мои одноклассницы на уроках вышивания. Интересно, чем сейчас дети в школе на уроках труда занимаются – так же собирают табуретки и плетут бисером? Ой, вряд ли…

«Крафтят», наверное что-то, ага.

– Это ваша защита, – продолжал наставительно скрипеть рептилоид, нацепив обруч на шею. – Но заряда мало, хватит на двадцать пять минут. Нам нужно направиться в отдел Вирусологии, и найти там вакцину.

Он коснулся медного кольца коротким указательным пальцем, который тут же плотно стянул его шею, а над головой инопланетянина замерцало голубоватое энергетическое поле. Впервые довелось увидеть незамкнутый герметичный контур, но тут, на этой загадочной Проклятой станции, всё выглядело нарочито примитивным и разваливающимся на глазах. Стоило сказать спасибо, что механизм хотя бы регенерировал пригодный для дыхания воздух, а не душил владельца нахрен.

Порывшись в собственной сумке, на ощупь – самой натуральной, из чьей-то кожи, я обнаружил аналогичный девайс и последовал примеру старожила. Дыхание на миг перехватило, а потом перед взором загорелись стилизованные под старину цифры обратного отсчёта. Ящер, удовлетворённо кивнув, снова открыл створки шлюза, впуская заражённый воздух внутрь. Теперь, если кто-то здесь возродится, участь его будет незавидна.

– Возьмите, – иностранец протянул мне изрядно поцарапанный обрезок трубы ренегата и двинулся в открывшийся проход.

Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним, осторожно переступая через ошмётки чужого тела.

– Как именно отсюда улетают? – спросил я, благо энергетический кокон без особых проблем пропускал звуки.

– В конце раунда сюда прилетает шаттл. Спасаются только на нём. Станция неизбежно гибнет. Но потом возрождается для нового раунда.

– А те, кто умер?

– Начинают снова и теряют всё, – рептилоид отчётливо вздохнул. – Остаются только «поль».

– Ясно, игра на выживание… – определился я с названием режима.

Мы вышли в переплетение узких коридоров, мощённых шестиугольными металлическими плитами. Здесь было значительно теплее, тело перестало зябнуть. Мой спутник осторожно осмотрелся, после чего направился направо, взяв пистолет в руку.

– Вы должны быть осторожны. Вирус не мог выйти один. Может, кто-то его бросил.

Я перехватил металлическую дубину поудобнее, и только сейчас заметил, что помимо вмятин или царапин на ней ничего нет. А где кровь? Не брызнуло ни капельки, когда ящер из его прошлого владельца дуршлаг делал? Не верю, там даже стенам досталось. Или ренегат метнул в противника орудие и набросился на него с кулаками? Да ну, бред…

От размышлений отвлекли новые останки, на этот раз – обугленные, обильно устлавшие пол возле покорёженного шлюза, на который мы набрели спустя несколько минут блужданий по коридорам. Никаких пояснительных надписей возле повреждённого проёма не обнаружилось, но значок биологической опасности на валяющейся неподалёку опалённой створке не оставлял сомнений в том, что пришли мы точно по адресу.

Внутри тоже оказалось не прибрано, но, к счастью, большинство игроков преставилось именно в перемычке, а не в отсеке, судя по всему – из-за прогремевшего там сильного взрыва. Нашёлся здесь и покорёженный громоздкий аппарат, плачевный внешний вид которого не позволил мне его опознать.

– Сварочное оборудование, – пришёл мне на помощь рептилоид, расчищая себе путь внутрь отсека. – Очевидно, что у них не было времени использовать его.

Что ж, картина вырисовывалась вполне ясная – лояльный персонал хотел наглухо заварить тех, кто засел внутри научного отдела. Те, в свою очередь, хотели прорваться наружу и одарить всех своими последними разработками. Уж не знаю, что здесь такое рвануло, но осаждённым тоже досталось по полной – внутри мы обнаружили всё те же разбросанные комки плоти. Похоже, вырвавшаяся на свободу зараза сначала безжалостно выкосила своих же создателей.

Под ногами хрустело битое стекло, и чавкала чужая биомасса. Часть приборов безвозвратно пострадала, но из-за того, что отдел «Биозащиты и Вирусологии» (всё-таки нашёл уцелевшую табличку внутри) состоял из нескольких смежных отсеков, кое-что смогло уцелеть.

Как ни странно, самой ценной находкой с точки зрения моего провожатого оказался небольшой вольер с кучей крохотных существ, покрытых морщинистой кожей. На подопытных кроликов они походили меньше всего (скорее – на шестилапых летучих мышей без крыльев), но использовались именно в этом качестве.

– Прошу вас, выберите пять особей и организуйте каждого в этих контейнерах, – иностранный игрок указал на груду прозрачных боксов, сваленных в углу. – Нам нужно ввести в них универсальные сыворотки и определить их реакцию.

Сам он принялся потрошить встроенные шкафчики, сверяясь с надписями, нанесёнными на дверцы. Видно, что он здесь далеко не в первый раз, наверняка прежде отыгрывал какого-нибудь вирусолога. А сейчас он, кстати кто? Служба безопасности? Странно, но его броня мало похожа на униформу…

Ладно, сейчас это не самое главное – счётчик продолжал методично тикать, отсчитывая оставшееся у нас время. Самое время принести в угоду безжалостной науке новую жертву.

А раз я теперь вроде как младший помощник, кому как не мне возиться с зубастыми милашками, которые злобно шипели, стоило им покинуть зону комфорта. И вообще – вели они себя крайне неприлично, постоянно пытаясь отхватить мне какой-нибудь палец. Благо, прежде чем возиться со зверьками, я решил накинуть на себя защитный халат с толстыми, прорезиненными перчатками. Ибо производство не любит самонадеянных, а над техникой безопасности здесь уже успели вдоволь поиздеваться, аж все стены забрызгало.

Стоило мне покончить с первой партией в специальном герметичном приёмнике, как появился рептилоид с кучей ампул в коробках.

– Приступим!

Дальше пошла форменная рутина, наперегонки со смертью. Мы по очереди впрыскивали содержимое ампул зубастикам, давали веществу немного усвоиться и открывали бокс, впуская внутрь вирус. Поначалу реакция была строго отрицательная, но прошаренный ящер явно не выбирал пузырьки наугад, а постоянно сужал круг поиска, что-то тихо бормоча себе под плоский нос. Типа «чёртов коктейль» или «миалгия» – всё остальное переводчик напрочь игнорировал.

Наконец, на одиннадцатом по счёту зверке прививка сработала – он побледнел и как-то весь скукожился, но в целом остался жив, перенеся контакт с заражённым воздухом.

– Времени нет, будем работать с этим, – решил мой спутник, делая обширный забор крови у подопытного.

Полученные биоматериалы он засунул в сложный аппарат, напоминающий центрифугу, скрещенную с компьютером, задал какую-то программу, и удовлетворённо потёр грубые ладони.

– Что дальше? – я захлопнул крышку с оставшимися зубастиками и отошёл от вольера.

– Испытание вакцины.

– На мне? – уточнил я на всякий случай, хотя уже знал ответ.

– Да, – не стал юлить рептилоид. – Это единственный выход. Вы можете отказаться, но всё равно умрёте.

Какой хитрец – жить нам оставалось что-то около трёх минут, но сначала он хотел опробовать получившееся лекарство на мне. С одной стороны логично, мне ни за что не повторить его манипуляций, но почему-то с каждой минутой в его желание помочь новичку верилось всё меньше. Он не сделал ни малейшей попытки остановить того спидранера, а наоборот, охотно выпустил даторийца навстречу смерти. Да, его смерть в какой-то мере спасла нас, но теперь мы снова оказались в ситуации, когда нужно отправить кого-то на разведку, и почему-то он не спешит геройствовать. Что-то всё это мне настойчиво напоминает…

Хотя нет, я точно знаю – что именно.

«Отмычки». Термин, введённый ещё самими Стругацкими задолго до появления игры «по мотивам» и новой книжной серии в далёком две тысячи седьмом году. Так называли неопытных новичков, которых матёрые сталкеры использовали в качестве живых детекторов аномалий. Или миноискателей, это уж кому как повезёт. То же самое происходит и здесь. Вполне возможно, что ящер взял меня с собой лишь потому, что ему позарез был нужен подопытный разумный.

– Возьмите, – он протянул мне шприц-инъектор. – Второго шанса не будет.

Ладно, сыграем в русскую рулетку, раз другого пути нет. Вот только извини, приятель – если повезёт, выигрыш я заберу с собой.

Сняв халат и закатав рукав комбинезона, всадил вещество прямо в изгиб локтя, чтобы скорей всосалось. По ощущениям – будто толчёного стекла себе засадил, да на полную катушку. Резко заболела голова, во рту пересохло, а сердце учащённо забилось об рёбра, но главное – я не умер. Это уже хорошо, но пока слишком мало.

Ящер не сводил с меня немигающего взгляда вертикальных зрачков, всей своей позой выдавая дикое напряжение, но стоически терпел положенное время, пока мой организм усвоит сыворотку.

– Пора.

Действительно, дальше тянуть не было смысла. Я сделал шаг вперёд, ближе к трубе, которую облокотил к стене отсека, дабы та не мешалась под ногами, и нарочито плавным движением деактивировал обруч. Воздух при вздохе оказался таким, что в бальзамической комнате морга по сравнению с ним благоухает, как в бутике по продаже дорогого парфюма. Второй вздох показался ещё хуже, хоть я и убеждал себя изо всех сил, что на самом деле вирусы не пахнут.

Голова заболела сильнее, будто её в тисках зажало, а к горлу подступил комок. В принципе, ощущения были не из приятных, зато вакцина явно сработала – мне не хотелось выплюнуть собственные лёгкие и покататься по полу в собственной крови. Уверен, дай рептилоиду больше времени, он подобрал бы куда более щадящий вариант, но и так сойдёт. Я кивнул ему, привыкая к ядовитому воздуху, но всаживать себе вторую дозу в неприкрытую костяными щитками область шеи он не торопился. Его можно понять – заряда обруча хватит ещё на две с половиной минуты, а за это время нужно разобраться со ставшей бесполезной «отмычкой» и желательно сделать это не в момент собственной слабости.

– А скажи-ка мне, приятель, – начал я, наблюдая, как его лапа плавно смещается к кобуре. – Сколько человек может улететь на этом вашем шаттле?

Не знаю, почему именно спросил именно это – просто в голову вдруг пришла мысль, что если станцию покидают целыми группами, то надолго здесь никто не задерживается. Стоит только освоиться в окружающем бардаке и скооперироваться с другими игроками – и билет отсюда у тебя в кармане. Ведь у слаженной команды куда больше шансов, чем у одиночек-саботажников. Ну, раз у тебя не получится, ну, два. Но с третьей-то попытки непременно повезёт выжить и улететь. Ящер не выглядел профаном, однако торчал здесь достаточно давно, это видно и по тому, как он ориентируется здесь без миникарты, и по его уверенным действиям. Какой тогда может быть вывод?

– В шаттл впускают только одного, – вновь оскалил клыки игрок, вскидывая пистолет.

Наивное создание. Видимо, привык уже расстреливать беспомощных людей, и с рукопашниками никогда всерьёз не сталкивался. Тот бедолага у капсул точно не в счёт – он явно застал ящера за противоправными действиями и был устранён как опасный свидетель. Всё внимание рептилоида было сосредоточено лишь на собственном пистолете, а не на противнике, за что он и поплатился. Я резко ушёл с линии огня (благо очки Ловкости никуда не делись, хоть и не были видны) заставляя вести ствол следом, а затем неожиданно рубанул по запястью встречным ударом подхваченной трубы.

Оружие улетело куда-то за стеллажи, но смотреть за его полётом было некогда – ящера следовало срочно добить, пока он деморализован и переживает потерю преимущества. Чего-чего, а физической силой представители Ра точно не обделены, и любой его удар может унести меня в крепкие объятья нокаута. Я нарочито широко замахнулся трубой и обрушил её сверху вниз. Рептилоид инстинктивно поставил блок, намертво схватив оружие обеими лапами, и, как ни странно, теперь лишился всякой защиты. Я без труда увернулся от могучего пинка, и вовсе отпустил обрезок. Пусть подержит, потешится напоследок. Главное было – пережить короткий клинч, а остальное уже дело техники.

Я отскочил в сторону, с удовольствием наблюдая, как на не особо богатой на мимику вытянутой морде инопланетянина проносятся одна за другой эмоции. Сначала радость и торжество, затем недоумение, и под конец – страх от осознания, что всё кончено. Короткого мгновенья, что мы были лицом к лицу, мне вполне хватило, чтобы дотянуться до медного ошейника и деактивировать его простым нажатием на сенсорную кнопочку. Всё-таки система там слишком примитивна, неудивительно, что он идёт в стартовом бесплатном наборе.

– Наслаждайся, – предложил я раскрытому диверсанту, из ослабевших пальцев которого со звоном выпала труба.

Надо отдать вирусу должное – действовал он очень быстро. Рептилоида затрясло, он попытался сделать шаг, другой… Даже не в моём направлении, а к рабочему столу, где лежал инъектор со второй дозой лекарства, но не смог устоять на ногах и повалился на пол. Я оставил приболевшего здоровяка наедине с самим собой, не желая искупаться в его внутренностях, подхватил трубу с пистолетом, засунув его в сумку, и вышел вон. Кровь, кстати, у ящера оказалась изумрудно-зелёного цвета, чему я почти не удивился. Стереотипы они такие стереотипы…

Можно было ещё прихватить с собой инъектор, но вряд ли получится что-то им выторговать, раз в конце должен остаться только один. Такое положение явно не будет подталкивать игроков к взаимопомощи в финальной фазе раунда. Броню я тоже оставил нетронутой, ибо не представлял, как можно подогнать её под свой размер, не прибегая к помощи нейроинтерфейса. Лишь с его потерей пришло понимание, насколько он мне прежде облегчал жизнь.

Выйдя обратно в коридор, я рзадаченно встал. А куда идти-то? Проклятье! Без миникарты я понятия не имею, в какую сторону мне нужно двигаться.

Ну не возвращаться же, спросить дорогу до шаттла. А теперь уже и поздно – пиликнув, счётчик накрутил мне целых десять очков лояльности за устранение диверсанта. Тем более, что-то мне подсказывало – место появления спасательной шлюпки вряд ли жёстко закреплено, иначе там весь раунд будут ошиваться почти все игроки, не рискуя сильно отдалиться от финишной черты. А в этом нет никакого смысла.

Немного поразмыслив, я продолжил идти в том же направлении, в котором мы двигались накануне – куда-нибудь да выйду. И действительно вышел – в просторный холл, в котором хоть на велосипеде гоняй. Полные размеры гигантского помещения не давало рассмотреть только скудное освещение. То ли энергии на все лампы не хватало, то ли кабель где-то перебит оказался, но приходилось брести почти что в полумраке, придерживаясь одной из стен. Привычное чувство тревоги с самого пробуждения ныло на одной ноте, будто ему ногу отдавили, так что пока нужно полагаться лишь на собственную наблюдательность. В темноте мог скрываться кто угодно, но вокруг было пустынно и безлюдно. Изредка попадались чьи-то останки, поражённые вирусом или вовсе нетронутые, но живых обитателей станции не наблюдалось.

Так я набрел на закусочную. Или столовую, уж не знаю, как она точно здесь называется. Пиктограмма с надкусанным пирогом тоже не вносила в этот вопрос ясности.

Просто в определённый момент стена резко исчезла, уступив место широкой барной стойке, заваленной пустыми подносами, пластиковыми стаканами и остатками еды. Вдоль неё нестройным рядочком стояли высокие стулья на стальных ножках. Похоже, здесь члены экипажа морили червячка в свободное от гангов время.

С той стороны столешницы смутно угадывались очертания просторной кухни. Пахло там застарелой мусоркой, но внезапно заурчавший живот стал требовательно просить занять его хоть какой-нибудь работой. И действительно – я в жизни ещё ничего не ел, учитывая новенькое тело. Пришлось лезть через стойку в поисках съестного. К счастью, никакие возмущённые повара с тесаками наперевес на меня не бросились, а на первом же разделочном столе нашлась пара запечатанных в простую бумагу бургеров.

Стараясь не думать о том, что предприимчивый шеф-повар мог напихать туда стрихнину от всей широты своей кулинарной души, я принялся их энергично жевать, запивая водой прямо из-под крана небольшого умывальника. Еда оказалась так себе, будто пролежала на открытом воздухе не меньше пары суток, но мне сейчас любые калории были в радость.

Пока хрустел фастфудом, по всем интеркомам пронеслось сообщение, произнесённое, судя по всему, настоящим живым человеком, а не бездушной программой. Звонкий чистый девичий голос, который не смогли исказить даже примитивные шипящие динамики, весело предупредил:

– Внимание! Угроза прорыва сингулярности через защитный контур! Шевелите задницами, сучки!

Так и не понял, что там такое приключилось на этот раз, но, похоже, станция доживает последние минуты. А мне по-прежнему не понятно, в какую сторону нужно бежать.

Я перемахнул через стойку обратно в холл, в полумраке едва не зацепив один из стульев, и неожиданно увидел перед собой человеческую фигуру. Работник станции был облачён в чёрный как ночь защитный костюм с жесткой полусферой шлема, который на пару метров вокруг вокруг вонял дешёвым растворителем для краски. Как я его не почувствовал?!

Хотя ответ был очевиден – после инъекции некоторые органы чувств периодически сбоили. Вот и результат.

Я не успел и рта открыть, как в меня полетел какой-то округлый предмет, оказавшийся на поверку стеклянным шаром, наполненным какой-то жидкостью. В детстве многие так развлекались, особенно кто жил в многоэтажках, только использовали резиновые шарики, не дающие опасных осколков. Наливаешь туда воды и запускаешь получившийся оружие массового поражения в прохожих. Красота…

К сожалению, внутри брошенного в меня стеклянного снаряда оказалась не банальная «аш-два-о», а нечто посерьёзнее. От шара я смог с грехом пополам увернуться, но тот смачно влепился в стойку за моей спиной и с шипением разлетелся в стороны. Горячие брызги ударили мне в спину, которую будто кипятком ошпарило. Шкала здоровья, до этого державшаяся в районе восьмидесяти процентов, сразу же просела до половины. Зря оставил халат в отделе Вирусологии…

Задержав дыхание на всякий случай, я метнулся к противнику с трубой наперевес. Вытаскивать пистолет из сумки не стал, ибо это лишняя трата времени. Да и убивать мне его не надо. Сильно бить не буду, лучше замкнутую систему дыхания поврежу, чтобы сделать его посговорчевее. Тут главное – не переборщить…

У чёрного не было шансов. Он только тянулся к поясу за очередным снарядом, и катастрофически не успевал, судя по расширенным глазам, видневшимся сквозь потёртую поверхность полусферы. Но на его счастье, с ним оказался напарник, выстреливший мне в спину.

Я только услышал приглушённый хлопок, и тут же что-то больно кольнуло меня чуть пониже спины. До бомбометателя я добрался уже по инерции, чувствуя, как конечности резко наливаются свинцовой тяжестью. Такое ощущают аквалангисты на серьёзной глубине – там, что бы просто пальцем пошевелить или сделать очередной вздох, нужно изрядно потрудиться. Так что никакого удара у меня уже не вышло, как и не получилось удержать в руках обрезок трубы.

Следом на полу оказался и я сам, свалившись беспомощным кулем. Через несколько секунд надо мной склонились две фигуры. Напарником парня в чёрном защитном костюме оказался худощавый азархадон с огромными матово-синими глазищами в четверть лица. Одет инопланетянин был в тёмную форму, отдалённо похожую на армейскую, поверх которой он нацепил бронежилет со встроенной разгрузкой, а на его голове красовалась кепи с коротким козырьком и вышитой цифрой «13».

Самое интересное – никаких защитных устройств на его лице не имелось, даже простейшей маски.

– Отбегался, уродец! – удовлетворённо выдохнул он, убирая похожий на пистолет пневматический инъектор в кобуру на предплечье.

– Ладно, ваша взяла, – признал его товарищ. – Что будете с ним делать?

– Боюсь, придётся ликвидировать засранца, – с деланным вздохом покачал головой азархадон. – Вести его в Бриг совершенно нет времени.

Я с трудом разомкнул губы и смог тихо, но отчётливо прошептать:

– Я не… Диверсант.

– Ну, естественно, – хмыкнул стрелок, доставая из ножен короткий и какой-то несерьёзный пистолет. – А вирус вас просто из вежливости не берёт.

– Постойте, – парень в защитном костюме присел рядом, наклонившись к самому моему лицу. – Этот человек мне не знаком, а я здесь уже довольно давно.

– Наверное, он появился здесь недавно, – пожал плечами гуманоид. – На станции постоянная текучка, всех знают только регистраторы, да менеджер по персоналу.

– У него даже бейджа нет, – продолжал настаивать бомбометатель.

– Хм, действительно. Но он мог его скинуть, когда переодевался.

– Доресп… – прохрипел я, выдавливая последний воздух из лёгких.

– Какой интересный новичок с иммунитетом, – задумчиво протянул азархадон. – Жаль наш детектив погиб, он с вами с удовольствием бы пообщался…

– Внимание всем! Прибыл спасательный шаттл. Тем, кто намеревается покинуть станцию, милости просим к любому работающему терминалу. Начальная стоимость информации – пятьдесят «лоликов». Удачи!

Что ещё за «лолики», тем более – целых пятьдесят?

– Слушай, как дорого, – поёжился игрок в защитном костюме. – Если он мирный, а мы его завалим, на инфу нам точно не хватит.

– Пусть лежит, – мигом принял решение инопланетянин. – Рисковать не будем. Нам ещё нужно терминал найти.

– Новичок, если ты и правда он и есть, прими сорян, – тихо пробормотал парень, поднимаясь на ноги. – Тебя должно отпустить через десять минут.

Ну хоть кто-то ко мне на «ты» обратился, а то чувство такое, что в спектакль попал в качестве ничего не соображающего реквизита. Я и в реальной жизни не привык «выкать», а в игре – так тем более.

Пусть обзор из-за лежачего положения тела у меня оказался никудышным, но я отчетливо услышал, как парень напоследок подобрал мою трубу. Понятное дело, одними кислотными бомбами опытного противника не победишь. Даже если эта странная парочка доберётся до шатла, то им неизбежно придётся выяснять отношения уже друг с другом. А у азархадона и пистолет есть, и наверняка много ещё всякого неприятного.

Удачи им обоим я желать не стал, сосредоточившись на дыхании. Без кислорода организм быстро терял очки здоровья, и допускать этого не следовало. Плюс продолжали своё неблагодарное дело капли кислоты, попавшие на спину. Ощущения были совсем не из приятных, так что я занимал себя тем, что представлял, как расправлюсь с этой парочкой параноиков при следующей встрече.

Через несколько минут стало полегче, и чувствительность стала понемногу возвращаться в тело. Тут обнаружилась новая неприятность – азархадон, чтоб к нему его галактическая тёща приехала на полгодика пожить, пристегнул мою левую руку к ребру жёсткости, опоясывающему ножки ближайшего стула. Его наручники словно прямиком из старых американских фильмов сошли – блестящие стальные кольца на толстой цепочке. Стул тоже оказался типичной барной мебелью – один сплошной металл и немного ткани с паралоном на сидушке. Таким только убивать хорошо. Если поднимешь.

Я кое-как принял сидячее положение, опершись обожженной спиной об стойку, и услышал новое сообщение:

– Внимание! Цена информации снижена вдвое! Но будьте осторожны – в районе отмечается метеоритная активность. Целостность обшивки может быть нарушена в любую… Упс! Уже нарушена. Мальчики, не забудьте позаботиться о защите!

Хихикнувшая напоследок девушка не слишком серьёзно отыгрывала роль диспетчера, но её вряд ли кто-то мог в этом упрекнуть. Слышать полный бодрости голос даже в такой жопе, в которой я оказался, было приятно.

Мало того, что там какая-то сингулярность дестабилизировалась, так теперь ещё и астероиды корпус дырявят. Тут поневоле задумаешься, почему остальным станциям не присваивают тринадцатый номер…

Пол ощутимо завибрировал, но мне сейчас было не до этого – я старательно пытался освободить непослушное запястье. Получалось поначалу плохо из-за остаточного действия нейротоксина, но в личной сумке, ещё в прошлый раз мне на глаза попался кусок мыла, который сейчас оказался как нельзя кстати. Имелся там ещё и тюбик вазелина, не замеченный мной поначалу, но мне совершенно не хотелось знать, зачем он нужен на космической станции.

Интересно, моих десяти «лоликов» хватит, чтобы получить информацию? Судя по тому, что говорила диспетчерша на чистом русском, она имела в виду как раз личные очки лояльности. «Полями» они становились лишь в иностранной транскрипции, так как в большинстве языков на латинице нет слова «личность», есть – «персона».

Получается, «лолы» здесь действительно твёрдая валюта и неплохой фактор сдерживания, иначе бы меня точно не стали бы оставлять в живых. Раз мне накинули очков за устранение опасного ренегата, то наверняка их немедленно отбирают за убийство невиновного.

В одном из стаканчиков нашлась какая-то жидкость подозрительного цвета, которая смочила мыло для лучшего скольжения. В реальности я точно вывихнул бы себе большой палец, но здесь обошлось лишь несколькими потерянными хитами. Однако моя радость оказалась очень недолгой, так как задорный голос снова разнёсся по всем уголкам станции.

– Внимание, неудачники! Шаттл только что отчалил. Имя счастливчика – Виторас две семёрочки! Всем до встречи в следующем раунде.

– Трындец, – констатировал я, чувствуя, как пол под ногами с каждой секундой дрожит всё сильнее.


Глава 21

Несмотря на поздний час, абонент ответил на вызов практически сразу. Не один я вампирский образ жизни веду, отсыпаясь в светлое время суток…

Из воздуха соткалось изображение тёмноволосого мужчины с хитрым, даже каким-то Ленинским прищуром.

– О, Кир, приветствую!

– Здравствуй Паш, извини что так поздно, дело есть, – сразу же предупредил я.

Мы давно уже не мальчики, и называть друг друга игровыми никами как-то несерьёзно. Всё-таки игра – это игра, а в реальности кличками пользуются довольно редко. И пусть знакомы мы с ним лишь виртуально, это ничего не меняло. С самого начала Амвей расположил меня к себе своим профессиональным отношением к игре, и хоть он иногда позволял себе вдоволь подурачиться, он всегда оставался очень опасным и расчётливым бойцом.

Вот что видоблогер разглядел во мне – уже другой вопрос. Он как-то обмолвился, сколько ему в день пишут подписчиков, и с тех пор мне как-то неловко было беспокоить его по пустякам.

– Давай излагай, у меня есть полчасика, – знаменитый стример выжидающе откинулся в кресле. – Но сначала, пока не забыл, спасибо тебе за Кристаллида, ролик зашёл просто на ура. Они довольно редкие товарищи, да и в целом выглядело эпично… Что он тебе предложил, если не секрет?

– Бортовой самописец одного поискового корабля, – поморщился я, вспоминая.

– Продашь? – быстро спросил Амвей.

– Даже не знаю, у меня ли он ещё – пришлось мне признаться. – Мой корабль развалила Убивашка из KRS, слышал про такую?

– Печально, – он утвердительно кивнул. – А чего до сих пор не посмотрел? Она только что тебя отдыхать отправила?

– Нет, просто инвентарь пока не доступен.

Чего-чего, а сообразительности профессиональному игроку было не занимать. На прокачивание ситуации у него ушло не больше секунды.

– Ты что, на Тринадцатой застрял, что ли? – его густые брови невольно взметнулись вверх. – Туда же только после тридцать пятого можно загреметь.

– У меня тридцать седьмой. Был.

– Ничего себе, бескрайний космос, – хохотнул Амвей. – Чуть лбами не столкнулись…

– Я потому тебе и звоню, – плавно вырулил я к нужной теме. – Первым делом, когда открыл сайт Проклятой станции, увидел улыбающегося тебя на развороте.

– О как, сам ещё не смотрел. Ну, так там не каждый день редкого «Везунчика» получают. Ты за этим?

– Нет, мне бы оттуда просто ноги унести.

– Что, не нравится ролеплей? – со смешком уточнил игрок.

– Времени у меня мало. Не в смысле – игрового.

– В другом случае я посоветовал бы тебе просто дождаться ролика, – вздохнул Амвей, достав откуда-то из-за границ экрана кружку. – Но тебе, так и быть, попробую вправить мозги за короткое время. Итак, что ты уже знаешь про Тринадцатую?

– Не слишком много. В основном, что касается её истории. Мол, были такие шизики-физики в прошлом, что хотели научиться создавать собственные чёрные дыры и пользоваться ими в качестве бесконечной батарейки. Естественно, в процессе что-то пошло не так, и теперь станция обречена каждый раз откатываться во времени и пространстве. Но каждый раз всё равно гибнет.

– Уже неплохо, – вполне серьёзно похвалил меня игрок, шумно хлебнув чай из кружки. – Многие эту часть вовсе пропускают, а потом не могут въехать в элементарные вещи. Итак, если тебе действительно не хочется торчать там все четыре недели, запоминай. Первое – прими правила. Будь предельно вежлив, даже если ты в этот момент кого-то убиваешь Для большинства это тяжелее всего. Свою роль нужно отыгрывать так, будто за тобой следит сам Станиславский с пулемётом. И как только ты станешь именно тем, кого из тебя хочет видеть станция, перед тобой тут же откроются обходные пути для достижения твоей цели. А она у всех, в конечном итоге, одна – первым достигнуть спасательного шаттла. Второе – всегда приглядывай за окружающими. Если кто-то ведёт себя странно, то от него могут быть очень большие проблемы. Лучше от него заранее избавиться. Третье – расходуй очки лояльности с умом, ни в коем случае не опускайся в минус, иначе с тобой могут сотворить всё, что в голову взбредёт. Причём безнаказанно.

– Весёлые дела…

– Именно. Этот режим специально создан для тех, кто хочет оторваться по-полной программе. Поэтому больше половины сидят там добровольно, поверь моему опыту. Но это не значит, что если появится шанс победить, они им не воспользуются, галантно пропустив тебя вперёд.

– Хочешь сказать, ты туда по собственной воле загремел?

– Да. При желании туда легко попасть, разработчики оставили лазейку для добровольцев. Тебе это вряд ли сейчас интересно. Но на будущее, если ещё раз откинешься без точки привязки во враждебно настроенной провинции – жми возрождение сразу. Там каждая минута промедления увеличивает процент нехорошего исхода.

Я уже хотел было сказать, что вообще вышел из игры в сердцах, но вовремя прикусил язык. Не надо показывать всем лишний раз, какой ты нуб.

– Спасибо, Паш, учту.

– Давай тогда, я погнал. Скину тебе один гайдик, почитай, как будет время. Выберешься самостоятельно – хочу на это взглянуть, хорошо? И не забудь потом проверить инвентарь, вдруг всё же повезло. Если самописец у тебя, то я всегда готов обсудить цену вопроса. Удачи!

Амвей переслал мне файл, тут же отмеченный моим антивирусом как безопасный, и отключился.

Я зашаркал к кухонному столу, где остался недопитый пакет с соком. В том, что пью его теперь без кружки, тоже есть изрядный плюс – проклятые галлюцинации не превращают жидкость в кровь каждый божий день. Хотя в последнее время, чего скрывать, прогресс налицо – они перестали быть настолько яркими и долгими. Вполне возможно, что капсула, восстанавливая мою ЦНС, заодно латала и съехавшие набекрень мозги. Да и виртуальные убийства успокаивали, почти как настоящие.

Всё бы хорошо, не застрянь я на Проклятой станции…

Четыре недели неистового маянья хернёй. Опыт не дают, все параметры усреднены на тридцать пятый уровень – неудивительно, что многие предпочитают тюрьму, лишь бы там не оказаться. И то, что время, проведённое в игре, компенсируют вдвое, утешало очень мало. Пусть у меня романсы разве что шансон не поют, но вымучивать таким образом лишние недели игры я точно бы не стал.

Единственная светлая новость – игроку, покинувшему станцию самостоятельно, присваивается достижение «Квантовый счастливчик», дающий плюс один к Удаче. Мне оно в копилке точно не помешает, как бонус к освобождению. Имеется и более редкий его вид – «Квантовый везунчик», уже на плюс пять. Но это только для избранных, которые смогли совершить невозможное, немыслимое для обычных игроков. Например, как Амвей, который умудрился улететь на шаттле с первом же раунде. Каких-то обязательных условий условий для его достижения системой не выдвигалось, но все сошлись во мнении, что чем меньше у тебя шансов победить, тем выше вероятность его получить.

Но Проклятая станция не была бы таковой, не будь для всех остальных застрявших, кто отбудет полный срок, своей «награды». Правда, диаметрально противоположной. «Квантовый неудачник», наоборот – единицу Удачи бессовестно отнимает, раз и навсегда. Этакий вечный дебафф.

Многие к этому параметру относятся наплевательски – выше ноля, да и чёрт с ней. Криты она учащает не так серьёзно, а награды за выполнение квестов составляют лишь часть дохода игроков. Тем более для существенного бонуса вложиться в неё нужно серьёзно, в ущерб остальным характеристикам. Выхлоп от такой жертвы кажется слишком маленьким, но это только на первый взгляд.

Высокоуровневые игроки на Удачу буквально молятся, пытаясь поднять её всеми возможными способами. Тут тебе и редкие квесты, и уникальная добыча, и даже возможность самосовершенствоваться. Генные модификации персонажа стоят довольно дорого, а вероятность их успешного внедрения крайне низкая. Даже десяток попыток не гарантирует результата. Но не для тех, кто позаботился об этом параметре – для них общая стоимость процедур уменьшается в разы, плюс увеличивается шанс открыть новые грани полученных умений.

К примеру, покойный Эрик Бадин умудрился вместе с обычной пирокинетикой получить ещё и жаропрочную кожу. Наверное, потому столь перспективного игрока и устранили.

Так что чему тут удивляться, что некоторые решаются рискнуть и добровольно отправиться на борт Тринадцатой станции. Но я не думал, что их количество так велико, как сказал Амвей. Не знаю, как кому, но меня царящий там игровой процесс откровенно бесил. Ну да чёрт с ними, это их выбор.

А вот лично моим мнением никто не поинтересовался. Теперь хоть отчасти стала понятна мотивация Убивашки, напавшей без видимых причин – она точно хотела, чтобы я там застрял. Для этого мне было позволено разделаться с фрегатом и получить недостающие уровни. Я сам себя спалил, отдав видео с боем против Кристаллида Амвею, тем самым предав его общественности. Пиратка точно знала мой уровень и где примерно стоит искать тепловой след моего корабля. Дальше дело техники – уничтожить в самый неожиданный момент. Вряд ли кто после почти выигранного боя продолжит играть, потеряв разом столько денег и потраченного времени. В моём случае было жалко именно его.

Заходя обратно в «Новые Горизонты» я был уже обречён очнуться на станции.

Знать бы ещё, для чего такая комбинация понадобилась… Позвонить, что ли, спросить напрямую? Да нет, у Георгия, не дай бог, инфаркт случится. Удивляюсь, как он ещё меня на очередное рандеву не вызвал по поводу потери «Мародёра» – занят, наверное.

Ладно, случилось и случилось, что теперь рыдать у разбитого звездолёта. Я раскрыл присланный Амвеем файл, оказавшийся его собственными набросками с разных источников, и углубился в чтение.

Что нужно знать новичку?

Обзор профессий, коих оказалось в районе полтинника, на каждого – подробный гайд. Отдельно шла информация про ренегатов, но я в неё даже не стал углубляться. В их число могут попасть только опытные страдальцы, за спиной которых с десяток-другой раундов. Мне в ближайшее время стать им точно не грозит. А вот подробную карту Тринадцатой я изучил очень тщательно, буквально впечатав каждый поворот в мозг. Благо станция напоминала космический блин, и большинство важных отсеков располагалось на одном ярусе.

Как я и предполагал, широкий холл, где меня размазало тонким слоем, оказался осевым. Он так и назывался – Ось, для непонятливых. К нему вели все коридоры, кроме технических отсеков, так что заблудиться мне больше не грозило. Помимо обителей инженеров, где находились энергетический и атмосферный комплексы, на станции имелись отделы исследования, производства, жизнедеятельности, а так же отдельные, но не менее важные отсеки. Кухня, к примеру, или центральный мостик. По всему периметру Тринадцатой располагались стыковочные шлюзы, общим числом – шестьдесят шесть штук. Ещё шесть – непосредственно на днище, откуда можно попасть в инженерные отсеки.

И что могло на этой станции пойти не так? Действительно…

Время за изучением новой информации летоло совсем незаметно, но тут противно задребезжала оповещалка, сообщая, что очередной раунд только что завершился. Новичкам советовалось начинать как можно раньше, так что я без промедления оставил карту и принялся раздеваться.

Ведь в ад и чистилище люди должны попадать непременно обнажёнными.

Так уж заведено.


Глава 22

Добро пожаловать на станцию «Астра-13»!

Вам доступны следующие профессии:

– помощник;

– уборщик;

– младший инженер;

– работник сервисной службы (бармен);

– работник сервисной службы (техник);

– работник сервисной службы (пожарный).

Выбрать случайно?

Да/Нет

«Спасибо, уж как-нибудь сам», – сказал я мысленно, нажимая правую кнопку. – «Мне только за мастера чистоты не хватает сыграть для полного счастья».

Выбор, по сути, тут стоял лишь между двумя последними позициями. Инженер, если не надо ничего взрывать, из меня… Так себе. Соединю какие-нибудь не те два проводка, и половину станции придётся отстраивать заново. Тем более, случись какая-нибудь техническая неприятность, первыми о ней узнают как раз инженеры. На своей собственной шкуре.

Техник уже лучше, но я ни разу не в Интеллект заточен. Пусть здесь все усреднены параметрами тридцать пятого уровня, но характеристик персонажа никто не отменял.

Значит, пожарный. Довольно специфичная для космической станции профессия, но из описания вроде ничего сложного. Никакой откачки кислорода здесь нет, если только атмосферный инженер случайно кнопки не перепутает, так что пламя здесь сбивают в основном старым добрым огнетушителем. А в «мирное» время нужно совершать обход отделов и комплексов и проверять противопожарное оборудование. Звучит не слишком интересно, но это отличная возможность новичку познакомиться со станцией.

Я открыл глаза и первым делом осмотрел помещение на наличие трупов. Никого, а вот живых полным-полно. В основном, все уже распечатались и сейчас толпились возле шкафчиков, переодеваясь в комбинезоны. Большая часть из них вскоре будет выброшена за ненадобностью, как только игроки доберутся до своих рабочих мест, но ходить в нижнем белье по станции нельзя, чай не пляж и не сауна.

Протолкавшись к нетронутому шкафчику, я услышал обрывок разговора между двумя явно знакомыми игроками, обсуждавшими, по-видимому, прошлый раунд:

– …форменный псих. Как у него при этом баланс плюсовой, понятия не имею.

– Так что он выкинул на этот раз?

– А вы не в курсе?

– Нет, меня в туалете ксеноморф сожрал.

– Печально. Ну раз так, то слушайте – он установил в основных коридорах звукоулавливающие мины, а затем якобы случайно выпустил гулять по станции нелетальный вирус с долгим инкубационным периодом. МОС пытался остановить его распространение, но не смог, тоже мне – глава медицинской службы… В результате, к концу раунда мы все кашляли как курящие туберкулёзники. И соответственно – подрывались.

– А он?

– Бродил по станции, и раздавал всем леденцы от кашля.

– Ему совсем неинтересно выиграть?

– Боюсь, что нет. Попомните мои слова, это не он здесь взаперти, а мы. С ним…

Продолжение дослушать не удалось, так как я уже облачился в комбинезон, на котором только теперь обнаружил небольшое прямоугольное крепление. Видимо – для бейджа, который мне в прошлый раз так и не дали.

Дальше следовало предстать перед ясными очами непосредственного начальника. Так как пожарные зачем-то относились к сервисной службе, ими командовал менеджер по персоналу. В простонародье – ХОПСТЕР, или просто ХОП (от английского Head of Personnel Statistics and Reporting – Начальник отдела статистики и отчётности персонала). У него имелся отдельный кабинет в главном холле, куда уже образовалась небольшая очередь из игроков. К счастью, менеджер принимал довольно быстро, и вскоре уже я был приглашён внутрь.

Отсек был обставлен в стиле крайнего минимализма, отчего немного напоминал скорее допросную. Голые стены скрашивал один-единственный плакат с карикатурным негром-рабом, пашущим где-то на южной плантации. Надпись под ним гласила: «Лучше плохо работать, чем замечательно бездельничать». Да уж, я бы поспорил.

Посередине кабинета имелся небольшой стол, за которым в кожаном кресле вольготно расположилась огненно-рыжая девица, облачённая в строгой офисный костюм. Половину столешницы занимал компьютерный блок с интегрированным дисплеем, а на оставшейся части лежали невысокие стопочки пластиковых прямоугольников. С противоположной стороны стола стояла пара колченогих, плоских, и даже каких-то скошенных набекрень табуреток, спокойно сидеть на которых могли бы лишь какие-нибудь бесхребетные аморфообразные существа. Я оценил гостеприимство офиса и осторожно устроился на одной из них.

– Впервые у нас? – ХОП бросила на меня быстрый взгляд. – Помощник?

– Пожарный.

– Странно, обычно все начинают младшим персоналом.

– В прошлый раз я появился слишком поздно, но успел нейтрализовать диверсанта.

– Вот как, – она удивлёно качнула головой. – Похвально. Если повторите, вам придёт предложение от службы безопасности. Советую не отказываться.

– Спасибо, учту.

– Раз мы определились с профессией, то мне нужно провести регистрацию. Как вас зовут?

– Куладун, – нехотя ответил я, подозревая, что этот вариант её вряд ли устроит.

Так и случилось.

– Меня не интересует ваша кличка, – довольно строго отрезала она. – Не хотите говорить – за вас всё сделает рандомизатор.

Я не успел и рта открыть, как она взяла одну из стопки пустую карточку и отточенным движением сунула её в недра компьютерного блока.

– Вообще-то…

– Держите, – она тут же вынула пластиковый прямоугольник и протянула его мне.

На его поверхности оказалось выгравировано «Энтони Талтер», а ещё чуть ниже – «Пожарный». Да уж, здесь всё серьёзнее, чем я думал. Надеюсь, мне сейчас не нужно будет проходить первичный инструктаж и ставить подпись в специальном журнале регистрации.

– Я могу выбрать другое имя?

– Нет, Энтони, другие за дверью уже заждались. Приступайте к работе… Так, а вы знаете хоть, где ваше рабочее место?

– Да, знаю, – проворчал я, цепляя новоиспечённый бейдж себе на грудь.

– Отлично, тогда не буду вас задерживать.

Только теперь я обратил внимание, что на её внушительной груди, которую приталенный комбинезон только подчёркивал, красовался точно такой же прямоугольник, с выбитым на нём «Алиса Хопперс». Очень созвучно с её нынешней профессией, так что возможно это не рандомный выбор, а осознанный. Ладно, Энтони так Энтони, могло быть и хуже. Наверное.

Я кое-как поднялся на ноги, с удивлением ощутив, как за это короткое время нижняя половина туловища успела изрядно онеметь от неудобной позы. Долго тут точно не высидеть – эти стулья вполне годятся в качестве орудий пыток. Но и я не без памяти – будет полыхать станция, сюда приду тушить в последнюю очередь.

Вышел в холл, огляделся.

Так, мне направо, мимо Исследовательского и Медицинского отделов. Пошёл не спеша, внимательно смотря по сторонам. Большинство из встреченных игроков уже обзавелись спецодеждой и понемногу осваивали отсеки, а оставшиеся бесцельно слонялись из стороны в сторону, пытаясь понять, какого чёрта здесь за маскарад и куда подевался интерфейс. Бедные новички…

Прошёл мимо кухни, откуда начали понемногу разноситься аппетитные ароматы, невольно взглянув на своё место гибели. Естественно, о нём ничего не напоминало – всё стулья аккуратно расставлены, везде свет, порядок и благодать. Ну да, станция перезагрузилась во времени и приняла свой прежний облик. Не спотыкаться же каждый раз о кучу надгробий и памятных табличек. Тут на каждой шестиугольной плите пола минимум один раз кто-то умер.

До своего рабочего места я постарался добраться ещё до первого ганга, хотя точно знал, что до возгораний ещё очень далеко. И точно – небольшой сбой в системе полива, как предупредил диспетчер по общей связи (на этот раз парень с неприятным голосом, да ещё и запинающийся), произошёл где-то в Биоботанике, затопив половину поспевающего урожая. Техники справились без труда, хоть и сильно промокли.

Мысленно пожелав им удачи не подхватить простуду, а я приступил к осмотру рабочего места. В моём распоряжении оказалось небольшое помещение, большую часть которого занимали стеллажи со всевозможным оборудованием. Преимущественно – устаревшим, но отлично годящимся в качестве оружия ближнего боя. Я сразу же приметил отличный пожарный топор, с удобной прорезиненной рукоятью, но из креплений его пока доставать не стал. Для начала – защита.

Возле противоположной стены стояли впритык три уже знакомых шкафчика для одежды, но выкрашенные в ярко-оранжевый цвет. Мигом скинув ставшую больше ненужной песочную униформу, я открыл центральный. Внутри на вешалке ожидал своего часа огнеупорный костюм с защитными металокерамическими вставками, а так же снабжённый наколенниками и налокотниками. По сути – та же лёгкая броня, только защиты чуть меньше, а жаропрочности наоборот – больше, плюс раскраска в тематических цветах – оранжевом и чёрном. В комплекте шла металлическая каска с высоким золотистым гребнем, при желании к которой можно было пристегнуть дыхательную маску из подсумка, коих здесь оказалось целых три штуки.

Обувь тоже сменил на прочные ботинки на высокой подошве. При желании в них можно было ненадолго активировать магниты и без проблем передвигаться в условиях невесомости по любой металлической поверхности.

Привычно попрыгав на месте, я удовлетворённо выдохнул. Очень неплохо, но немного смущало другое – пожарных больше не было, хотя те же три пластиковых кресла вокруг крохотного столика явно говори о том, что у меня должны иметься ещё два напарника. Но минуты продолжали идти одна за другой, а никто так и не пришёл. Я немного покопался в стеллажах, напихав в подсумки всякой полезной мелочёвки, и вышел обратно, не забыв заблокировать за собой дверь при помощи всё того же бейджа, являющегося по совместительству еще и ключ-картой.

К вожделенному топору так и не прикоснулся, хотя руки прямо чесались. Но если выйду с таким красавцем пусть даже и в чехле, первый же безопасник меня с радостью примет. Доказывай потом в карцере, что и в мыслях не хотел никого на чурки порубить. Пока того не потребуют обстоятельства, спецоборудование носить строжайше запрещалось.

Вместо топора я захватил с собой специальный планшет, где нужно было отмечать пожарную готовность отделов, раз уж кроме меня некому этим заняться. Если не сойду с ума от рутины, на мой счёт упадёт ещё пять «лоликов» за доблестную, мать её, службу.

Вначале эта затея мне показалась вполне здравой, но с каждым следующим отсеком мне всё больше хотелось, чтобы всё вокруг скорее заполыхало. Желательно – синим пламенем. Там температуры больше.

Как оказалось, в рейтинге самых популярных средств для умерщвления работников станции баллон огнетушителя шёл аж на втором месте, лишь немного проигрывая огнестрельному оружию. А что – он есть почти в каждом мало-мальски серьезном отсеке, вес тяжелый, в руках сидит хорошо. Если удачно размахнуться – второй удар уже будет по крышке гроба, который станционный капеллан обычно сбрасывает в космос, если у него не отберут труп учёные, конечно.

И отвечать за такую пропажу, в случае чего, придётся не перед собственным начальством, а всего-навсего перед какими-то пожарными. И то не факт, что они соблаговолят прийти. Поэтому я не досчитался примерно трети огнетушителей уже в самом начале обхода.

Большинство из них, спрятанных до лучших времён, удалось со скандалом разыскать и водворить на место, но четыре штуки как в вакуум канули. Только пустые крепления на стене указывали на то, что они там вообще были. Все пропажи противопожарного инвентаря пришлись на Исследовательский комплекс, что наводило на мысль о том, что здесь активно вьётся новое гнездо диверсантов, готовящих какую-то пакость. А там всё та же Вирусология, Генетика, Кибернетика… Дел можно наворотить очень много.

Закончив с комплексом, я сразу же пошёл жаловаться начальству. Факт хищения ещё нужно было доказать, но нездоровая активность, как говорится, налицо. Дальше этим должна будет заняться служба безопасности, но её ещё нужно растормошить и замотивировать, что у ХОП получится куда лучше, чем у одинокого пожарного.

Алиса, не покидающая своего кабинета, внимательно меня выслушала и немедленно вызвала начальника Исследовательского комплекса – высоченного орторионца в белоснежном халате по имени Ярослав Днищенко. На встречу он явился в компании зеленокожего даторийца-учёного с каким-то шальным блуждающим взглядом. Именно он быстренько и занял последний стул, оставив своего начальника стоять на ногах. И даже так сразу не поймёшь – унизил он его, или выручил, учитывая, что мне стоило существенных усилий оставаться на месте. Не знаю, почему Алиса не заказала больше этих орудий пыток, возможно, секрет их изготовления был утрачен вместе с исчезновением Инквизиции.

Даториец, несмотря на непонятную отстранённость, тоже не стал полагаться на милость рандома и теперь щеголял бейджем с надписью «Любомир Огурцофф». Выдумать такое программе точно не под силу.

– Алиса, я знаю, зачем вы меня вызвали, – главучёный наградил меня презрительным взглядом. – Давайте не будем акцентировать на этом инциденте внимание. Даю слово, что в ближайшие полчаса все чёртовы огнетушители будут найдены. Я лично возьму это под свой контроль.

– Хорошо, – задумчиво пожевала губами девушка, всё внимание которой было сосредоточено лишь на его спутнике. – Тони закончит обход и вернётся это проверить. Если нет, то не обессудьте – мне придётся сообщить об инциденте ХОСу.

ХОСом на станции звали начальника службы безопасности (от английского head of security) – второго человека после бога, то есть, после капитана. Ссорится с ним – явный путь впустую провести раун, сидя в карцере, или вовсе – потерять очки лояльности. Очень популярная профессия для тех, кто во что бы то ни стало решил отсюда сбежать. В плюсах – неограниченные полномочия, свой собственный склад с оружием и куча подчинённых. Самая настоящая маленькая армия. В минусах разве что всеобщая ненависть, но кого это останавливало? Стать им можно, лишь самолично провернув несколько успешных диверсий, а так же их предотвращений, при этом доведя счётчик очков до топовых значений на сервере. Другими словами – неумелому игроку об этой должности оставалось только мечтать.

– До этого не дойдёт, – уверил мою начальницу учёный.

– Ладно, вопрос пока отложен, – рыжеволосая указала тонким пальчиком на Любомира. – А этого… Индивида вы сюда зачем привели?

– Хочу его вернуть.

– Ярослав, здесь не лавка, торгующая подержанными дронами, – девушка очень здорово повысила голос, заставив учёного уставиться в пол. – Мы не принимаем возврат, даже если сотрудник бракован.

Зеленокожий тоненько, как-то по комариному, захихикал. Сидел он нарочито ровно, не делая ни малейшей попытки поёрзать, чем уже невольно вызвал моё уважение. Пока я рассказывал Алисе про огнетушители, пару раз заскакивали её помощники, не задерживающиеся на стульях дольше минуты. Кстати, судя по слегка недоумевающему взгляду, мимолётно брошенному в мою сторону главой Исследовательского комплекса, моё спокойствие его удивило. Не на того напал – мне ли не привыкать к дискомфорту.

– Алиса, – замявшись, он прочистил горло. – Прошу вас, заберите Любомира. Я его боюсь. Боюсь, что стоит мне отвернуться, как все мои сотрудники превратятся в нежизнеспособных химер. Или ещё хуже – в жизнеспособных…

– Так он в генетику зачислен? – девушка нахмурилась. – Если в его поведении будет что-то подозрительное, просто сообщите ХОСу.

– Он не будет связываться без веских причин после прошлого инцидента, – вздохнул учёный. – Прямых доказательств у меня нет.

– Но вы же не думаете, что он снова будет диверсантом? Не может же нам столько не везти…

– Он и в качестве обычного специалиста может наворотить такого… Да и не мне вам рассказывать.

– Я понимаю вас, Ярослав, – осторожно начала моя начальница тоном, которым обычно девушки предпочитают отказывать. – Но вы не решите проблему, перекладывая с больной головы на здоровую. Куда мне прикажете его деть?

На этот явно риторический вопрос у Днищенко оказался неожиданный ответ. Он указал на меня узловатым пальцем и уверенно произнёс:

– К нему. Пожарником.

– Пожарным, – автоматически поправил я, и оказался под перекрестием трёх пар удивлённых взглядов. – Правильно не пожарник, а пожарный, прошу не путать.

– Да какая, собственно… – начал было орторионец, но я его резко перебил.

– Большая. Такая же, как между яйцеголовым умником и учёным.

– Хорошо-хорошо, – он выставил ладони перед собой, признавая свою неправоту. – Пусть пожарным.

– Ярослав, а вы в курсе, что он вытворил в прошлый раз, будучи в этой должности? – ядовито поинтересовалась Алиса.

– Хм, нет.

– Под предлогом техобслуживания он заправил большинство огнетушителей самодельным напалмом. Представляете, ЧТО тогда творилось на станции?

Странный игрок снова тоненько захихихал, но его начальника было так просто не смутить:

– Я знаю, что Талтер совсем недавно на станции, и он по определению не может быть ни диверсантом, ни смутьяном или террористом-одиночкой. Думаю, что под его присмотром ничего страшного не случится. Тем более, у вас явный недокомплект.

– Что есть, то есть… – задумчиво протянула девушка, забарабанив пальцами по столешнице.

Особый восторга от того, что мне в напарники сватают отмороженного психа я не испытывал, как впрочем, и страха. Сам такой.

– Согласен, – неожиданно подал голос изобретательный игрок, отчего оба начальника невольно вздрогнули.

– Вот видите, он сам не против, – обрадовано выдохнул орторионец, как будто кого-то на станции интересовало чужое мнение.

Или это авторитет? В любом случае, возглас перевесил чашу весов в голове менеджера по персоналу.

– Хорошо. Тони, прошу, приглядите за ним. Если от него не будет проблем в этом раунде, обещаю вам скорейшее продвижение по службе. А это – существенный бонус к приросту очков лояльности.

– Без проблем, – я поднялся на ставшие просто деревянными ноги. – А как закончим обход, непременно заглянем в Исследовательский комплекс.

– Не беспокойтесь об огнетушителях! – в голосе орторионца просто плескался энтузиазм. – К вашему приходу мы будем в полной противопожарной боеготовности.

Алиса напечатала моему новоиспечённому напарнику новый бейдж, не забыв забрать старый, и отпустила нас восвояси. Оказавшись снаружи я, ничуть не стесняясь столпившегося за створками отсека народа, принялся энергично приседать, стараясь быстрей вернуть кровь в конечности. Мне и в реальности хромота уже в печёнке сидит, ещё не хватало страдать этим и в игре. Как ни странно, Любомир Огурцофф безо всяких вопросов присоединился к моей лёгкой гимнастике и уже через пару минут мы могли вполне сносно передвигаться в пространстве.

– Итак, вам нужно переодеться, – я кивнул на его халат учёного.

– Нет, – он вытащил из кармана осколок вроде как стекла, только зелёного и непрозрачного, и стал резать им собственную ладонь. – Сначала побратаемся.

Закончив с ранкой, он протянул самодельное оружие лаборанта мне.

– Зачем? – я взял в руку осколок, но калечить себя не спешил.

– Чтобы стать братьями, – пожал плечами игрок, как будто это всё объясняло.

– А вы в курсе, что здесь каждый сам за себя? – поинтересовался я и, послав разум к чёрту, принялся пилить осколком ладонь.

– Так проще. Дай пять.

Обменявшись крепким рукопожатием, смешав нашу кровь – его голубую и мою красную, мы наскоро обработали раны с помощью припасённого мной медпакета. Никакого дискомфорта я не испытал, боль была пустячная, а подхватить что-нибудь неизлечимое в игре нельзя. На крайний случай – до первого перерождения.

– И что теперь?

– Ничего, – Любомир, кажется, начал уставать от моих вопросов. – Мы – братья. Ты разве не понял?

Он запросто обратился ко мне не на «вы» и это натолкнуло меня на мысль – раз теперь система считает нас чем-то вроде родственников, значит, мы можем общаться без всех этих ненужных расшаркиваний без ущерба для репутации. Удобно.

– Понял, братишка, – усмехнулся я. – Пошли тебя переодевать.

Мы вернулись в обитель пожарных, но от тематического костюма странный игрок отказался, предпочтя просто накинуть разгрузку поверх обычного песочного комбинезона. На мой вопрос, чем плоха броня он невнятно ответил:

– Она плохо горит, братиш.

Я мысленно махнул на него рукой и предупредил на всякий случай:

– Будешь заниматься ерундой, я тебе все конечности переломаю. По-братски.

Любомир широко улыбнулся и вышел вслед за мной в холл. Мы продолжили осмотр и за минут сорок обошли практически всю станцию. Где-то на нас демонстративно не обращали внимания, а где-то – шарахались, как от огня. В целом всё было нормально, хотя и по царапинам на баллонах я прекрасно видел, что их спешно возвращали на место. Видимо, пожарная инспекция здесь явление довольно редкое. Лишь в отделе хирургии огнетушитель оказался просто космически пуст. Счётчик давления указывал на ноль, а из раструба не желал выходить даже воздух.

– Вы что, здесь пенную вечеринку устраивали? – удивился я, оглядываясь по сторонам.

Такое количество пены не могло пропасть бесследно, однако факт оставался фактом.

– Долбаный аппарат уже был пустой, когда мы сюда зашли, – ворчливо пояснил хирург, который едва закончил сложную операцию.

Да, пока мы бродили по отсекам, неприятности сыпались одна за другой, как из рога изобилия. Неожиданно сработавшей системе герметизации удалось подловить беспечного ассистента в перемычке и теперь вместо его ног красовались свежеотпечатанные робопротезы. Родным конечностям они существенно проигрывали в послушности, зато были куда крепче.

Следов вещества в хирургии мы так и не нашли, поэтому я просто решил заправить аппарат и вернуть его на место. Пришлось изрядно побегать, так как вход медицинское крыло располагался на противоположном конце Оси, но мне это было только на руку – лучше станцию запомню.

Большую часть времени загадочно молчавший напарник любезно показал мне, как пользоваться заправочным оборудованием и вызвался тащить изрядно потяжелевший баллон обратно. Я и не возражал. Единственно, что во время демонстрации Любомир всё же что-то умудрился нахимичить, из-за чего рабочее вещество приобрело насыщено зелёный цвет.

– Так красивей, – безапелляционно заявил он на все мои предложения перезаправить огнетушитель.

Я на всякий случай протестировал его творение при помощи найденной на стеллажах зажигалки, и гореть оно категорически отказалось. Значит, сгодится. Но бдительность не ослабил и продолжал внимательно следить за каждым движением пожарного Огурцоффа, тащившего пригодный для тушения инвентарь.

По пути обратно в медицинское крыло мы натолкнулись на странное зрелище – трое хмырей в белоснежных халатах тащили куда-то сопротивляющуюся девушку в комбинезоне уборщика. Хотя, почему куда-то. Их направление было вполне очевидным – Исследовательский отдел, будь он трижды неладен.

– А ну стоять! – рявкнул я, и всё четверо замерли от неожиданности.

Наверное, потому что мимо успела пройти уйма народа и никто из них не соизволил вмешаться. Уже через мгновенье учёные пришли в себя, и, как ни в чём не бывало, продолжили своё мутное дело. Лишь один из них снисходительно бросил через плечо:

– Иди своей дорогой, тушила.

У меня с лязганьем на глаза упала красная шторка, обычно предвещавшая чьи-то смерти и значительные разрушения.

– Дай-ка сюда баллон, – севшим голосом, граничащим с рыком, попросил я напарника.

– Держи, братиш, – он осторожно передал огнетушитель и вот теперь яйцеголовых по-настоящему проняло.

Но, увы, не от меня. Просто они узнали Любомира, шедшего позади, и даже великолепное средство для проламывания идиотских черепов в моих руках не заставило их отвести от него испуганных взглядов. Это меня немного отрезвило.

– Так стоп, у нас есть разрешение! – быстро затараторил другой учёный. – Санкция СБ. Эта дура постоянно забывает ставить таблички! Двое уже в лазарете, один с переломом. Её предупреждали…

При его словах девушка понуро склонила перевязанную цветной косынкой голову, из-под которой выбилось несколько каштановых прядей.

– Какие ещё к дьяволу вашу мать таблички?!

Я сделал шаг вперёд, и троица, наконец, переключилась непосредственно нам меня.

– Ну, эти… – взгляд игрока заметался по сторонам в поисках помощи. – «Мокрый пол»!

– И что, здесь можно поскользнуться и переломать себе кости? – не поверил я.

– В местах пониженной гравитации – запросто, – принялся объяснять парень, чуть успокоившись. – Полная «джи» идёт только по Оси. Чем дальше, тем притяжение слабее, можно в стену так въехать, что только трафарет останется. Поэтому нормальные уборщики оставляют предупреждение, чтоб люди успевали притормозить. Она это постоянно забывала делать и ушла в минус. Служба безопасности разрешила нам таких бесполезных забирать к себе.

Девушка невольно вздрогнула всем телом, но головы не подняла.

– Да ну! – оскалился я. – И зачем?

– Для опытов… – игрок осекся, увидев, что я перехватил баллон и поспешно добавил. – Нелетальных! Она останется жива и не…

Я рванул стопор на себя и окатил игрока плотной изумрудной струёй. Девушка, взвизгнув, отскочила в сторону, позволив перевести факел из раструба на остальных сообщников, превратив их в размазанные зёлёные силуэты, облепленные пеной. Вокруг нас немедленно начала собираться толпа зевак.

– Какого х… – начала было возмущаться первая моя жертва, но я снова заткнул ему рот пеной, заставив откашливаться.

– А ведь они из роботехники, – ни к кому конкретно не обращаясь медленно проговорил Любомир. – Там любят вырезать мозги.

От таких новостей я едва сдержался, чтобы не добавить каждому уже непосредственно самим баллоном.

– Ну, тебе точно кранты, тушила! – плюясь, пообещал самый дерзкий из научников. – Ты первый начал, СБ тебя не защитит!

Сжав кулаки, он двинулся вперёд. Я поставил огнетушитель на пол и вынул из разгрузки зажигалку. Демонстративно щёлкнул кнопкой и на ней заплясал маленький огонёк.

– А ты уверен, что эта смесь для тушения пожара, а не для разжигания?

Все, столпившиеся в коридоре, включая пенную троицу, испуганно уставились на невозмутимого Любомира.

– Так что валите по-хорошему, – закончил я.

Обескураженные игроки резво зашлёпали прочь, в сторону своего родного отдела, а рядом с нами будто из ниоткуда возникла мощная фигура в тёмной броне. В отличие от рядовых бойцов службы безопасности, игрок предпочитал носить вместо кепки полузакрытый шлем с откинутым забралом. И он был полностью в своём праве, так как являлся ни много ни мало – самим ХОСом.

Надпись на грудной бронепластине гласила, что его совут Ник Уитни, и, судя по чёткому английскому выговору, который не смог заглушить даже транслит, являлся уроженцем туманного Альбиона. За его спиной так же незаметно материализовались ещё несколько безопасников с шокерами в руках.

– Что здесь происходит?

– Ничего особенного, – спокойно ответил я. – Мы тестировали новую смесь для огнетушителя.

– А говорили, что напалм… – к нам подошёл Днищенко, укоризненно качая головой.

Ну как же без него – прибежал заступаться за своих чокнутых вивисекторов. Я демонстративно потушил об зелёную пену зажигалку и быстро спрятал её в разгрузку, пока не отобрали.

ХОС оглянулся на зевак, которых столпилось уже не меньше двух десятков, и все они дружно вспомнили про свои неотложные дела, незаметно рассосавшись как синяк на третью неделю. Осталась лишь девушка-уборщица, явно не знающая куда себя деть, да безопасники. После чего Уитни жестом отпустил большую часть подчинённых и резко спросил у меня:

– Зачем вы облили учёных?

– Они тащили к себе девушку. Для опытов.

– Вот как, – он перевёл взгляд на Днищенко. – Ярослав, напомните, когда вашим людям делегировали полномочия СБ?

– У них есть разрешение, подписанное вами, между прочим, – не растерялся тот.

– Проводить опыты – да. Сопровождать объект до места их проведения – нет.

– Мои сотрудники не хотели отвлекать СБ по таким пустякам…

– Ладно, на первый раз – прощаю, – ХОС снова повернулся ко мне. – Вас тоже. А вот эту чокнутую поломойку – нет. Из-за неё пострадал мой боец.

Девушка вжалась в стену, но деваться ей было некуда – с обеих сторон встали оставшиеся безопасники.

– Она нам нужна, – не согласился я. – Алиса хотела перевести её в пожарные.

– Серьёзно?

– Да, – не моргнув и глазом, соврал я. – У нас как раз одного не хватает.

– Ну, с такими-то кадрами… – начальник службы безопасности строго погрозил Любомиру бронированным пальцем. – Смотрите, мистер Огурцофф, я слежу за вами. Если что – для вас уже комфортабельный карцер приготовлен.

– Не понадобится, – улыбнулся напарник.

– Вот и славно. Ярослав, что скажете? Материал-то вашим ребятам предназначался.

Орторианец бросил на меня быстрый взгляд и спокойно произнёс:

– Если пожарная служба не имеет к нам претензий, мы не будем разжигать конфликт из-за одной подопытной.

– Претензий нет, – скрипнув зубами, ответил я, прекрасно понимая, что о пропавших огнетушителях стоит забыть.

– А вы, дамочка, – ХОС жестом отпустил подчинённых, обступивших девушку. – Пять минут вам на смену профессии, либо сам вас за шкирку отведу в исследовательский отдел.

Он лихо развернулся и потопал куда-то по своим делам. Я придержал за плечо рванувшую было девушку и тихо, но внятно произнёс ей на ухо:

– Скажи Алисе, что если она тебя не возьмёт, мы с Любомиром придём к ней проверять пожарную безопасность. У неё, кстати огнетушителя в кабинете нет.

– П-поняла, – пискнула она и понеслась прочь.

Я подхватил опустевший на треть баллон и пошёл дальше, в сторону медицинского крыла. Через несколько метров меня нагнал названный зеленокожий брат, качая головой.

– А с тобой интересно…

– Ты тоже молодец, отлично подыграл.

– Это было нетрудно, – он немного помолчал, а затем неожиданно добавил. – Спасибо.

– За что?

– За неё.

– Ну не отдавать же её этим уродам… представляю, как они там у себя развлекаются.

– Они точно ренегаты, – поделился напарник безмятежным тоном. – Вскрывать человека наживую не очень весело, это сложная работа. Обычно все предпочитают дронов.

– Так зачем им мозги?

– Для киборгов. Это как марионетки. Они выполняют только волю хозяина.

– Среди них хоть раз были победители?

– Точно нет, – мотнул головой Любомир. – Чтобы попасть на шаттл, ему нужна команда поехать туда, а её никто не отдаст. Никогда. Их всегда оставляют защищать хозяина и прикрывать тылы.

– Должно быть обидно.

– Ещё как! Так что многие бояться опустить свой рейтинг. Я пытался как-то раз отправить киборга в шаттл, но не получилось. Слишком сложно. Не успели. Но я не опускаю рук, правда, меня очень часто выгоняют оттуда. Вот сегодня тоже выгнали.

– А что сам не улетел тогда, раз была возможность?

– Так скучно же, – игрок вполне натурально поёжился. – Что мне там, делать? Снаружи. Там казуально, а здесь хорошо. Вдобавок, платить не надо…

Даже в моё время попадались индивидуумы, утверждавшие, что 3D окончательно сгубило игровую индустрию, а вот изометрические или текстовые RPG – вот где раздолье для фантазии и смекалки.… Оглядываясь назад, на все мои приключения в «Новых Горизонтах», нельзя сказать, что у меня всё получалось играючи. Может, просто я такой безрукий, но игра постоянно бросала мне вызов, всё время приходилось именно превозмогать. А здесь, посреди всех этих придворных интриг, намешанных на диком микроменеджменте, я точно не в своей тарелке.

Например, чтобы заполнить огнетушитель, нужно было сделать смесь по специальному рецепту, выбрав из двух десятков ингредиентов нужные. Зачем так много? Потому что для каждого вида горящего объекта имелась своё оптимальное вещество. Одним рекомендовалось тушить электронику, другим – паркет и декоративную отделку отсеков.

И так везде, куда ни сунься. Представляю, как здесь вешаются повара или медики…

Мы без приключений вернули баллон в хирургию, где вовсю шла новая операция, и как раз решали, куда нам направиться дальше, как по общей связи пришло сообщение:

– Внимание, в часовне возгорание! Пожарной службе немедленно прибыть на место и ликвидировать огонь.

В местном аналоге церкви (куда же без неё на космической станции) мы уже побывали и так и не нашли к чему придраться, поэтому со всех ног понеслись туда. Благо до этого странного во всех смыслах отсека было совсем недалеко. Пока бежали практически с пустыми руками тушить пожар неизвестного размера, я твёрдо решил, что без полного набора оборудования из нашей обители больше никто не выйдет.

К счастью, всё пока только начиналось – неуклюжий капеллан умудрился опрокинуть один из масляных светильников на ковёр, устилавший пол возле центрального алтаря, а так как он в этот момент оказался зажжён, полыхнуло там неслабо. Тушить получившийся костёр святой отец решил одним из гобеленов, которые обильно свисали со стен. А когда тот загорелся сам, просто отшвырнул его в сторону, и теперь он весело трещал под одной из деревянных лавок для прихожан.

В общем, мы явились очень вовремя – ещё немного, и тут бы открылся новый филиал ада. Такому развитию событий не рады оказались бы все, кроме, разве что, самого капеллана. По штату он обязан быть в каждом раунде, так что от этой должности могли отвертеться лишь те из опытных игроков, кто уже мучался в этой ипостаси сегодня. Выбор профессии у них пропадал одновременно с возможностью занимать руководящие должности. Такая вот расплата за кучу бонусов. Сегодня ты капитан или ХОС, а завтра неизбежно побываешь в шкуре капеллана или старшего инженера.

В обязанности духовного лица входит провожать в мир иной усопших, отправляя их бренные тела в космос, бороться с нечистой силой и проводить церковные службы, на которые, естественно, никто не ходил. Поэтому обычно капеллан бродит неприкаянным по станции, изредка хлопая библией нерадивых по башке. Понятное дело, что от этого быстро дуреют.

Я схватил огнетушитель, который мы проверяли полчаса назад, и быстро расправился с пламенем, а Любомир, недолго думая, затоптал полыхающую тряпку. И все дела. За работу нам начислили по очку лояльности, а смущённый капеллан причастил нас крепкой настойкой и благословил на дальнейшую борьбу с возгораниями.

Результатом я оказался доволен, а вот мой братан с каждой секундой хмурился всё больше, рассматривая интерактивную панель на свободном от гобеленов участке стены. Такие имелись почти в каждом отсеке, с их помощью можно было отправлять сообщения, связаться с диспетчером, разблокировать двери или поиграться в тетрис, когда нечем заняться на рабочем месте.

– Что не так? – поинтересовался я у напарника, избавившись от назойливого капеллана.

– Огонёк синий, – он ткнул пальцем в полукруглую пипку диода, располагавшегося между дисплеем и механической клавиатурой.

Десять из десяти игроков только пожали бы плечами, но я уже примерно представлял, как у него варят мозги. Из-за пустяка он бы точно не стал беспокоиться. Пришлось напрячься, и припомнить, что у всех виденных ранее панелей контрольный огонёк был исключительно зелёный. Цвет порядка, стабильности и безопасности. Что же означает синий?

– Это плохо?

Он лишь вздохнул и направился на выход.

– Кто-то её взломал? – предположил я, поравнявшись с ним.

– Тогда он бы покраснел.

– Думаешь, стоит сообщить главному инженеру?

– Нет.

Большего из него вытянуть у меня не вышло. Оставив этот вопрос на потом, я вспомнил о другой проблеме – третий член нашей команды так и не соизволила явиться на свой первый пожар. Неужели ХОП наплевала на мою заувалированную угрозу и не перевела её в наш штат? Ну, пусть теперь не обижается.

– Братишка, а пошли-ка к начальству, отчитаемся.

Игрок лишь кивнул, с головой погружённый в собственные мысли.

Возле кабинета менеджера по персоналу нас поджидал очередной неприятный сюрприз. Отсек оказался опечатан, внутри работали безопасники. Ещё трое их коллег дежурили снаружи и мгновенно схватились за дубинки, стоило нам приблизиться, хотя до этого на прочих зевак они реагировали довольно мирно.

– Что случилось? – спросил я у них, остро жалея, что под рукой нет топора или хотя бы огнетушителя.

– Пройдёмте, – попросил один из бойцов, выйдя вперёд. – К вам есть вопросы.

– Без проблем, если скажете, в чём дело, – продолжал настаивать я.

– ХОП мертва, – наконец, соизволил ответить безопасник. – С ней никого не было рядом, кроме новенькой девчонки, которую взяли в пожарники по вашей просьбе. Поэтому у меня ордер на ваш арест.


Глава 23

В камере нас промариновали не меньше получаса. Я то бродил от стены к стене и обратно до решёток, то валялся на нарах, вслушиваясь в редкие сообщения диспетчера, а Любомир тихонько сидел на своей шконке, не делая ни малейшей попытки пошевелиться. Иногда мне казалось, что он просто-напросто вышел, но ровное дыхание напарника говорило об обратном. По правилам Проклятой станции попаданец не имел права покидать игру до конца раунда, даже если его обкололи нейротоксином и заварили в каком-нибудь шкафу в богом забытой части технических отсеков. Вышедшего в реал ждала серьёзна кара – персонаж мгновенно умирал от сердечного приступа, и для возвращения нужно было ждать очередной гибели станции.

К сожалению, воспользоваться нейроинтерфейсом по-прежнему было нельзя, так что приходилось коротать время по старинке.

Наконец решётка, являвшаяся в камере одной из стен, отъехала в сторону, и внутрь зашёл импозантный мужчина в плаще и длиннополой шляпе. На бедре револьвер, в зубах – сигара, и даже обычный бейджик стилизован под семиконечную звезду. Судя по надписи, вошедшего звали Алекс Ван Харт, должность – детектив, во как. Он по-свойски устроился рядом на нарах и пустил в потолок густой клуб дыма.

– Нарушаете, – недовольно проворчал я, поднимаясь.

– А зачем нам тогда пожарники? – он широко улыбнулся.

– Вообще-то весь состав сейчас под стражей, – немедленно напомнил я.

– Больше нет. Вы можете приступать к несению службы.

– А как же обвинения?

– Да чушь это всё, – детектив снова пыхнул. – Ваша Ксения никак не могла убить мисс Хоппер. Если только она не способна выпускать из рук молнии. Алиса погибла от критического разряда тока, а девушка просто оказалась в неподходящий момент в неподходящем месте. Полагаю, у неё на это талант, как и у другого вашего коллеги.

Он даже не стал кивать в сторону Любомира, который по-прежнему витал в облаках, и продолжил:

– Служба безопасности у нас видит смутьянов в каждом втором работнике станции, так что камеры придётся освободить немедленно, пока сюда не заявился адвокат и не стал вас юридически просвещать. Вы же не против?

– Притензий к СБ у нас нет, – успокоил я его, а затем уточнил. – Откуда тогда взялся ток в кабинете ХОПа? Что-то не припомню там оголённых проводов.

– Сбой в протоколе безопасности, – с неохотой ответил детектив. – Система некорректно считала её бейдж, когда она хотела заблокировать двери и сделать небольшой перерыв. А вот случайнсть ли это или чей-то злой умысел, мне должны вот-вот ответить инженеры. Если у вас всё…

– А Ксения? – поинтересовался я, раз уж только сейчас узнал её имя.

– Её уже отпустили. Полагаю, она сейчас в вашем отсеке облачается в подходящую форму. Раз вашего непосредственного начальника не стало, шефство над вашей службой берём мы. Отчитываться будете заму ХОСа или мне, можно удалённо, через планшет.

Он вернул мне девайс, изъятый перед помещением под стражу, и направился на выход. Растормошив осоловелого Любомира я поспешил за ним, пока СБ не передумала, и не зря. Уже в коридоре нам на встречу попался удивлённый надзиратель, явно направлявшийся по нашу душу.