Алексей Алексеевич Ковальчук - Наследие

Наследие 1123K, 262 с. (Мир Валькирий-4)   (скачать) - Алексей Алексеевич Ковальчук


Глава 1. Наживка

Королевство Эфиопия

Ирина Булатова стояла возле окна своего кабинета на втором этаже родового поместья. Ставшие привычными за последние десятилетия окружающие пейзажи совершенно её не волновали, хотя там и было на что посмотреть. Эфиопское нагорье занимает практически всю площадь африканского королевства, из-за чего природа страны изобилует большим разнообразием климатических зон. Ущелья, горные долины и многочисленные речные каньоны привносили в пейзажи неповторимые особенности в сочетании с влажными субтропическими лесами, саванной, пустыней или хвойной растительностью на высокогорных плато. Земля рода находилась в субтропическом поясе на юго-западе страны, являясь пограничной зоной между королевством и обширными территориями принадлежащих племени Нуэр. Изгнанной из России сорок лет назад семье княгини пришлось принять предложение встать на охрану государственной границы в обмен на небольшой кусок приграничных владений. Жалкие четыреста квадратных километров — это всё, что могла выделить правящая тогда королева Абечи.

Вслед за правящим родом почти две тысячи человек решились на изгнание и покинули Российскую империю. Новый дом не всем пришёлся по душе, но её люди, сжав волю в кулак, терпели лишения и невзгоды, лишь бы сохранить то, что осталось от некогда грозного клана, и это было чертовски трудным делом. Эфиопия — одна из немногочисленных африканских стран, достигших некоторого технологического развития, и могущая к тому же похвастаться более чем тысячелетней историей государства. Однако, несмотря на статус одного из сильнейших на континенте, границы королевства подвергались постоянным нападениям различных племён, проживающих на южных и западных рубежах. На севере также не утихала постоянно тлеющая религиозная война с исламским союзом.

Если бы не регулярный приток свежей крови в виде новых воительниц, вынужденных по тем или иным причинам сменить место жительства, то единственное в Африке христианское государство, скорее всего, уже было бы раздроблено на множество частей. Но грамотная политика Эфиопских правительниц на протяжении пары столетий и режим открытых дверей для любых одарённых позволяли стабильно затыкать бреши в обороне и по-прежнему успешно сохранять свою целостность. Прибывающие нескончаемым потоком одарённые девушки пополняли дворянские роды, а более крупные отряды изгнанных, наподобие семьи Булатовой, могли рассчитывать на небольшую приграничную территорию, с довеском в виде беспокойных соседей по ту сторону рубежа. Свободные территории на границе появлялись достаточно часто. Кто-то не выдерживал и, желая сохранить последних в роду людей, покидал временное пристанище в поисках лучшей доли, но большинство всё-таки гибли после очередного неожиданного нападения и массированного удара извне.

Булатовым в этом отношении почти повезло. У них оказалось десять лет относительно спокойной жизни, дав время на акклиматизацию и предоставив возможность хоть немного привыкнуть к изменившимся реалиям. Для обеспечения надёжной охраны и безопасности своего двадцатикилометрового участка границы Ирина сразу сделала ставку на тяжёлую технику, и практически все средства были вложены в МПД и роботов. В ход даже пошли ежегодные финансовые дотации, выплачиваемые правящей королевской династией в качестве поддержки приграничных родов, несущих частые потери и в людях, и технике. Но окружавшие Эфиопию различные племенные союзы совершали нападения не просто так. Их интересовало поживиться абсолютно всем, начиная от маленьких детей и взрослых мужчин до амулетов и доспехов включительно. Одним словом, дикари! Ирина рассчитывала, что, натолкнувшись на серьёзную оборону, африканки будут обходить её земли стороной. Поначалу так и было — и редкие набеги воительниц из племени Нуэр не доставляли больших проблем, и это невольно заставило ослабить бдительность, что едва не привело к катастрофе.

Видно, старейшины племени решили, что раз им противостоят серьёзные силы, то и поживиться здесь можно чем-то очень ценным. Но даже большой набег всего племени, хоть и выглядел грозно, Булатовы могли бы остановить без эвакуации гражданского населения. Десяток булатовских Альф при поддержке роботов и МПД были в состоянии разгромить пришедшую пограбить орду — включающую десяток тысяч обычных людей, вооружённых огнестрелом, в сопровождении нескольких сотен одарённых не самого высокого ранга. Доспехи устаревшего образца, больше похожие на ржавый кусок металла, не могли существенно усилить атакующий потенциал нападающих. Проблему могли доставить вражеские Альфы, но из-за постоянных межплеменных конфликтов количество таких воительниц в Африке находилось на стабильно низком уровне. Очень популярна была традиция решать спорные вопросы посредством поединка сильнейших, который обычно проходил до смерти одной из участниц. И чем больше побед числилось у Альфы, тем больше уважения и почёта удостаивалась она от соплеменниц.

В общем, очередное шевеление по ту сторону границы было замечено заранее и воительницы Булатовой сделали все возможные приготовления для отражения очередного нападения. И всё было бы хорошо, если бы не одно НО… Валькирии — штучный и очень редкий товар. На Земле за всю её историю одновременно насчитывалось не больше трёхсот воительниц подобного ранга. Среди населения Африки они тоже встречались, но было их чрезвычайно мало, и по официальным данным на весь континент числилось всего семнадцать Валькирий. Причём шестеро из них проживали на территории Эфиопии, являясь основной силой государства. Стоило в каком-нибудь племени родиться гениальному ребёнку с явно выраженными способностями, соседние племена — даже враждующие — могли объединиться, дабы совместным ударом найти и уничтожить пока ещё слабую одарённую. Булатовым не повезло — у Нуэр нашлась именно такая одарённая девушка, которую долго прятали и тайно обучали.

Могущественная повелительница стихий земли и воздуха устроила гигантскую пылевую бурю, которая позволила нападающим подобраться практически вплотную к оборонительным рубежам. Стрелять в таких условиях при полном отсутствии какой-либо видимости и сходящих с ума датчиков не представлялось возможным. И люди Булатовой не смогли оказать достойного сопротивления. Едва обнаружив врага, роботы проваливались в расщелины, образованные прямо под их ногами, а пилоты тяжелых МПД, рискнувшие сойтись в ближнем бою, безжалостно погибали, пробиваемые земляными пиками, либо их доспехи сминались воздушными копьями.

Хорошо, что Булатова не стала медлить и при первых же признаках сильнейшей магической бури дала приказ о немедленной эвакуации всего населения небольшого посёлка, включая отвод от границы большей части воительниц. Одновременно с этим княгиня сообщила о появлении Валькирии в Гондэр — столицу Эфиопии. Также были оповещены ближайшие соседи в приграничной зоне. Слава богу, в королевстве на такой случай были прописаны чёткие правила действий, и спустя три часа с самолета были десантирована рота тяжёлых МПД и три Валькирии, одной из которых оказалась сама королева Абечи, решившая тряхнуть стариной и поучаствовать в сражении. Нуэр закономерно проиграли и, потеряв свою сильнейшую одарённую, вынуждены были отступить. Эфиопские воительницы преследовали отступающих несколько часов, стараясь догнать и уничтожить максимальное количество врагов.

Если бы не своевременная эвакуация, организованная Ириной, то потери рода были бы гораздо существенней. Хотя без жертв и в людях, и в технике всё равно не обошлось. На тот момент времени княгине исполнилось всего двадцать пять лет, а ранг Бета не позволял ей полноценно участвовать в сражении с такой сильной одарённой. Но, несмотря на настоятельные просьбы своих хранительниц, Булатова не собиралась бросать своих людей и покидать опасную зону решила одной из последних. Поднятая Валькирией пылевая буря буйствовала на самой границе, а до поместья и небольшого посёлка оставшегося от прежних хозяек, находящегося в семнадцати километрах от рубежей, долетали только слабые отголоски. В воздухе летала пыль, но её концентрация была минимальной и позволяла дышать без использования дополнительных средств защиты, как магических, так и технических. Всех людей, не занятых в отражении нападения, отправляли вглубь королевства наземным транспортом, и лишь собственного мужа и годовалую дочку Ирина велела эвакуировать вертолётом. Это стало её единственной и самой болезненной ошибкой, едва не приведшей к трагедии.

Пока Валькирия планомерно уничтожала роботов и разбиралась с Альфами, которые должны были задержать её хоть немного, в горную долину, где располагался посёлок, уже прорвались первые отряды Нуэр. Часть из них завязла на подступах, но несколько групп умудрились подойти почти вплотную к самому сердцу родовых земель. Взлетающий вертолёт привлёк повышенное внимание сразу трёх вражеских Альф и был атакован с помощью нескольких мощных магформ. Амулетная защита справилась с ударом, но полностью поглотить и скомпенсировать такой выброс энергии была не в состоянии. В результате чего воздушную машину слишком резко бросило в сторону, и она сорвалась в штопор. Будь высота побольше, опытные пилоты, возможно, успели бы восстановить контроль над управлением, но им не хватило времени. Многотонная техника рухнула с пятидесятиметровой высоты, и от удара о землю практически сразу же окуталась облаком взрыва.

Воспоминание об этом моменте до сих пор заставляло сжиматься её сердце. Пока она вместе со своей охраной бежала к горящей груде металла, то успела проклясть весь окружающий мир и одновременно обратиться к Богу, вымаливая у него шанс на чудо, при этом понимая умом, что после такого крушения и последовавшего взрыва выжить могла разве что Альфа. Но видно, её молитва была очень громкой, а горячий посыл, идущий от самого сердца, был рассмотрен, взвешен и признан достойным, чтобы сотворить это самое чудо. Её дочь — самый главный груз этого рейса — выжила, благодаря самоотверженности персональной няни. Опытная воительница в ранге Бета, моментально сообразив, чем закончится падение, приняла единственное возможное решение, дающее небольшой шанс для ребёнка. Хранительница успела выдернуть девочку из кресла и выпрыгнуть с ней из падающего вертолёта. До земли было не меньше тридцати метров, и для ранга Бета такой прыжок мог закончиться только смертью, как и для дочери Ирины. Но воительница, задействовав весь свой магический потенциал, заключила девочку в упругий воздушный кокон и успела быстро и мягко опустить ребёнка на землю за секунду до столкновения собственного тела о земную поверхность. Булатова долгие несколько секунд находилась в ступоре, увидев свою дочь абсолютно невредимую, спокойно лежащую в густой траве и недоумённо хлопающую глазками. На фоне тела мёртвой няни с вывернутыми конечностями, торчащими окровавленными рёбрами и полыхающего вертолёта, впору было поверить в сошедшее с ума сознание. И только плач малышки, которой надоело лежать на земле, и заметившей подошедшую маму, вывел княгиню из прострации. Уже позже смогли восстановить всю картину происшедшего и воздали должное действиям воительницы, исполнившей свой долг до конца. К сожалению, после таких катастроф, за очень редким исключением, смерть настигает любого человека практически мгновенно, и никакой лекарский амулет пусть и самой высокой категории не сможет отменить этот трагичный исход. Увы, но даже лекарка первого ранга, прибежав на место трагедии, была не способна воскресить погибших, а могла лишь бессильно развести руками, констатируя тем самым, что самоотверженная няня, два пилота и муж добавили свои имена к общему списку потерь.

После набега жизнь вернулась в привычную колею, и повседневные заботы снова поглотили Ирину с головой. Африканское племя, получив хороший урок и потеряв сильнейших воительниц, на долгие годы перестало беспокоить границу своими набегами. А спустя пару лет Ирина начала предварительные переговоры с главами немногочисленных дворянских родов белой расы, нашедших, как и она, приют в Эфиопии, так как ей нужен был новый муж взамен погибшего. Предыдущий, не переживший авиакатастрофу, был из её клана, сосватанный ещё до изгнания из России и взятый с собой в жаркую африканскую страну в тринадцатилетнем возрасте. С точки зрения политики правильнее, конечно, было породниться с одним из местных старинных родов, чтобы быстрее стать своими, но у Ирины всё естество бунтовало против связи с мужчиной-эфиопом. Вот для дочки она, скрепя сердце, уже подбирала возможные кандидатуры, дабы обеспечить род необходимой поддержкой и связями. Но дело двигалось со скрипом, как с поиском мужа для себя, так и с потенциальным женихом для дочери. Возможные кандидатуры либо не подходили по возрасту, являясь слишком молодыми для нее, либо шёл банальный и обидный отказ, когда речь шла о темнокожем мальчике для её дочки.

Безусловно, касаемо своего ребёнка, Ирина изначально замахнулась на кланы, приближённые к королевскому трону, но рейтинг её рода в этой стране был слишком низким, и эфиопские дворянки просто игнорировали предложения породниться, что наполняло её душу отчаянием, а сердце злостью. Необходимо было урезать аппетиты и вести переговоры с менее знатными родами. А ей самой стоило подумать об искусственном оплодотворении, благо, что достаточно большой банк мужских генов был в наличии. Но кто бы знал, как же её бесила вся эта ситуация.

А потом в её жизнь пришла Регина. И новая цель стала приоритетной, определив для неё цель в бессмысленном до этого существовании, отодвинув всё остальное на второй план. В Москву для обеспечения силовой поддержки всей операции были взяты в основном наемницы, а воительницы из рода составили лишь небольшой процент, необходимый для общего контроля этой разношёрстной толпы. Ослаблять пограничные рубежи было слишком опасно. И это единственное, что можно было занести в плюс. Переворот, который должен был вознести её на вершину и восстановить в правах, закончился полным крахом. Ей вместе с небольшой группой родичей с большим трудом удалось выбраться из Российской империи и вернуться в Африку. После обрушения казармы, где княгиня с соратницами держала оборону, им удалось уйти через подземные коммуникации, практически повторив маршрут принцессы Евы и княгини Гордеевой.

Ирина долгое время приходила в себя, анализируя прошедшие события, и каждый день ожидала вызова в Гондэр. Ева вполне могла надавить на Мариам — ныне царствующую эфиопскую королеву — и потребовать выдачу преступницы, как одной из участниц заговора против законной власти. И Булатова была готова без споров вернуться в Россию, лишь бы её род остался в неприкосновенности. Гром грянул спустя два месяца. Из королевской канцелярии пришло уведомление покинуть страну в течение двух недель. Причем речь шла о всех Булатовых сразу. Это был удар, который никто из семьи не ожидал.

Попытка получить аудиенцию у королевы не увенчалась успехом, ей ответили отказом, зато удалось более подробно разобраться в ситуации. Одна из доброжелательниц в окружении Мариам сообщила о партии роботов, прибывших из России. Семьдесят средних «Кобр» и тридцать тяжёлых «Разрушителей». Именно такова оказалась цена вопроса об изгнании целого рода. И самое обидное было, что своим поступком эфиопская королева совершенно не портила собственный имидж и юридически была в своём вправе. Участие в заговоре против законной власти в любой стране вызовет неприятие у правящей династии. Ирина даже и не мечтала, что Ева милосердно забудет о её существовании, но Романова явно решила насладиться мучениями Булатовых, загнав их в угол, а после уничтожить весь род, как только появится возможность. Ввиду серьёзности обвинений и представленных доказательств королева Эфиопии могла свободно выдать Ирину, но выгонять после этого из страны весь род, к тому же успешно несущий охрану пограничных рубежей, было бы уже чрезмерным. Многие одарённые, нашедшие приют в этом государстве, не поняли бы таких манёвров, что однозначно привело бы к нагнетанию напряжённости. Но даже просто изгнание целого рода из страны — ставшей приютом для многих беглянок, чьи правители ранее славились своими либеральными взглядами и смотрели сквозь пальцы на предыдущие прегрешения своих новых поданных в других государствах — сильно выделялось на фоне общей политики королевства. Если бы на троне находилась королева Абечи — в своё время лично принимавшая Булатовых — то несмотря на всю мощь Российской империи, Еве пришлось бы удовлетвориться головой Ирины, но ныне правящая Эфиопией Мариам явно купилась на дорогой подарок из сотни новых роботов.

И вот сейчас княгиня Булатова просто не знала, что делать и куда идти. Вариантов по дальнейшему обустройству практически не было. Кроме Эфиопии в Африке были ещё государства, куда могли податься изгнанные. Но любая из этих стран представляла собой жуткую дыру с гораздо худшим уровнем жизни. Можно, конечно, плюнуть на возможность получения новых родовых земель и попытаться устроиться в какой-нибудь европейской стране. Но! Во-первых, для проживания в Европе нужно очень много денег, и прокормить весь род не получится. А во-вторых, вложиться в какое-нибудь дело не дадут местные дворянки, которые будут постоянно вставлять палки в колеса. Статус дважды изгнанных и чужаков преодолеть практически невозможно, и к тому же не каждая европейская страна разрешит им въезд. Во многих странах к подданным Российской империи, пусть даже и бывшим, станут относиться более, чем настороженно, а её люди не будут вылезать из череды дуэлей.

В следующую секунду пришедшая в голову идея с первого взгляда показалась Ирине бредовой и практически сразу была отброшена в сторону, не выдержав бури из мысленной же критики. Однако назойливая мысль не сдавалась и раз за разом возвращалась, стараясь достучаться до главы клана. Княгиня — теперь уже дважды изгнанного рода — не успела обдумать рисковый и попахивающий идиотизмом проект по спасению своих людей, как была прервана вошедшей в кабинет дочерью, только что вернувшейся из Гондэра. Анна летала в столицу к своим старым школьным подругам. Естественно, подруги были не абы какие, а являлись наследницами различных родов и кланов. Потребовалось невероятное количество сил и нервов, чтобы пристроить дочь в элитную королевскую школу для избранных. Несмотря на подготовку к возвращению в Россию, княгиня параллельно старалась подстраховаться и обеспечить своего единственного ребенка необходимыми связями в Эфиопии. Никогда не знаешь, как лягут карты и что может пригодиться в будущем. Увы! Но из-за эгоизма Ирины и желания вернуться домой на родину через поддержку переворота все её труды пошли прахом — ещё одно-два поколения и они стали бы здесь окончательно своими и смогли бы занять достойное место в местном обществе.

Бросив взгляд на Анну, глава рода сразу поняла по глазам дочери, что миссия не увенчалась успехом. И никто из знакомых рисковать своим положением и вступаться за род Булатовых, чтобы замолвить слово перед королевой, не будет. «Зря бежала, надо было остаться и своей смертью удовлетворить у Евы чувство мести,» — не в первый уже раз попеняла себе Ирина. «Не просчитала последствия, не продумала дальнейшие шаги и вот она расплата, а винить кроме себя некого».

— До нас никому нет дела, — всё же озвучила Анна витающий в воздухе вывод. — Никто не хочет рисковать и навлекать на себя неудовольствие королевы Мариам. Нас уже списали, и, как мне подсказали, кое-кто из кланов всерьёз рассматривает возможность выпросить наши пограничные земли себе.

— Ясно, — задумчиво проговорила Ирина. — Я так понимаю, что, кроме Таиту, никто не пожелал встречаться?

— Да, она год назад стала главой клана Сэбле. А остальные школьные подруги в качестве наследниц мало что решают. Хотя и могли бы найти время просто встретиться и посочувствовать, но все оказались страшно заняты — расстроенно закончила Анна.

— Что нибудь интересное ещё расскажешь? — спросила Ирина, игнорируя явную печаль своей двадцатишестилетней дочери.

— Разве что про приветы из прошлого, причём твоего, — хмуро буркнула наследница. —

Видела твоих бывших союзников Кайсаровых. Столкнулась на выходе из ресторана. Правда меня никто не узнал, что не удивительно, а я тоже с объятиями не лезла.

— Ты уверена что не обозналась?

— Уж двоюродную сестру Азимы, я точно ни с кем не спутаю. Файлы с данными на верхушку Великих кланов вместе с тобой изучали.

— Интересно, — задумчиво произнесла Ирина, — что они тут забыли?

— Понятия не имею, но пару девушек я оставила проследить и постараться узнать подробности. Хотя и не знаю, зачем так сделала, всё равно скоро уезжать, а точнее убегать.

— Молодец, — похвалила Ирина дочку, которая, тяжело вздохнув, тоскливо уставилась в окно.

— Тебе надо будет ещё раз договориться о встрече с Таиту, — мягко проговорила глава рода.

— Смысл? Да и не захочет она больше тратить на меня время.

— Если эфиопские роды действительно набрали сил и готовы занять пограничные земли, то за наше предложение Сэбле ухватятся обеими руками.

— Ты нашла нам выход?

— Вероятно, что и нашла. Правда, есть несколько неприятных нюансов, но у нас должен появиться небольшой шанс на выживание нашего рода.

— Выживание? — недовольно переспросила Анна.

— Поначалу да, — спокойно ответила Ирина, — а там возможны и перспективы.

Шагнув к столу княгиня вывела на экран монитора карту Эфиопии и прилегающих областей. Две головы — матери и дочери склонились над столом пытаясь выработать стратегию по спасению рода, на первый взгляд загнанного в тупик без всякого выхода.

* * *

Москва.

Я стоял на террасе нашей подмосковной усадьбы и любовался крохотной частичкой огромной планеты, которую я с полным правом могу называть второй Родиной. Царство белого цвета! Примерно так можно описать открывающийся вид. Снег падал всю последнюю неделю января, и унылые до этого природного события чёрно-серые пейзажи приобрели воистину сказочные формы. Бесконечные сугробы и покрытые гигантскими белыми шапками деревья выглядели завораживающе. Особенно красиво смотрелась окружающая природа при чистом голубом небе и ярком солнце над головой — вот, как сейчас. Так и просится словосочетание в стиле классиков XIX века — зимушка-краса. Мысли самостоятельно свернули на лирично-романтический лад, что в принципе соответствовало моему душевному состоянию.

Чувства, эмоции, желания — основоположники любых отношений. Негативный окрас любой из этих форм способен разрушить хрупкий мост из доверия и пробить даже нерушимые на первый взгляд стены дружбы или любви, если они вообще были. Однако, когда от общения с человеком преобладает явно положительный эффект и единственное ваше желание поскорее встретиться вновь, а лучше не расставаться совсем, то можно с уверенностью сказать, что вы влипли. И, возможно, вам сказочно повезло, и вы наконец-то нашли свою вторую половинку — любовь, друга, подругу. Форма, как говорится, не важна, главное — содержание, а также взаимно получаемое удовольствие от общения и совместно проведенного времени. И когда это происходит, то на первый план выходит контроль. Контроль собственных эмоций, чувств и желаний. Ведь нет ничего хуже, чем обидеть доверившегося и открывшегося тебе человека. Злым словом или немотивированной яростью можно оттолкнуть и обидеть до глубины души, а потому в нормальных отношениях правильно сначала подумать, а только потом делать. Дружба или любовь, сохраняемая десятилетиями, это чудовищная, каждодневная и временами изнурительная работа. За всё нужно платить, а для сохранения единства с дорогим вам человеком мы расплачиваемся безграничной свободой, заключая себя в определённые рамки и порою давя в себе личные эгоистичные предпочтения.

Безусловно, встречаются личности, у которых полностью или большей частью совпадают эти три основополагающих для отношений элемента. Живут душа в душу, радуясь единению сердец и вызывая зависть у окружающих. Но таких, как мне кажется, меньшинство, ибо большинство вынуждено подстраиваться друг под друга, проявляя порой чудеса дипломатии, стараясь сохранить дорогие сердцу отношения. Возможно, я ещё слишком молод, чтобы настолько углубляться в межличностные связи, но я точно достаточно взрослый, чтобы хотя бы пытаться в этом разобраться. Зачем? Дык за последнее время у меня прибыло эмоций, чувств и желаний. И теперь я мучительно пытаюсь отсортировать зёрна от плевен.

Помимо безусловно позитивных моментов, Ева добавила ещё и головной боли. Я пытался добавить новое определение в наш с Ольгой дуэт, и обозначить Еву одним словом в принципе получалось. Любовница или подруга, по смыслу получалось как-то так. Но поднимающийся в душе тайфун страстей, который воцарялся во мне каждый раз во время совместной ночи любви напрочь отключал мозг, и лишь находясь подальше от двух моих женщин, я мог спокойно покопаться в себе, чтобы получше разобраться в чувствах, накатывающих словно океанские волны.

До появления в этом странном мире мне казалось, что с самоконтролем у меня всё хорошо. Как бывший спортсмен, я не понаслышке знал, что это такое, особенно перед поединком. Лишние эмоции — это шаг к поражению, ведь для победы голова должна оставаться холодной. В отношениях, конечно, всё немного по-другому, и в моменты близости такой сдержанности не требуется, скорее, даже наоборот — чем жарче ваше внутреннее пламя, тем круче ощущения. Но блин! Я был уверен, что в моём сердце навеки поселилась одна-единственная женщина и места ни для кого больше нет. Но Ева весьма бесцеремонно ворвалась в мой с Ольгой мир и добавила собственных ярких красок и сочных цветов, которые я пытался отсортировать и классифицировать, ибо меня весьма беспокоило слегка странное послевкусие.

Очень сложно описать свои ощущения, но я всё же попробую. Секс или любовь втроём — весьма банальные определения того, чем занималось наше трио. Для взгляда со стороны это несомненно выглядело обычной порнографией, но только не для меня. Наши постельные игры обычно открывали Ольга и Ева. И от вида ласкающих друг друга роскошных девушек меня мгновенно охватывало возбуждение, сдержать которое было дьявольски сложно. Но беспокоила меня, конечно, не эта вполне нормальная реакция мужского организма. Нет. Вопросы вызывало ненормальное поведение наших источников. В магическом зрении мне был прекрасен виден мощнейший энергетический выброс, который окутывал нашу «святую» троицу. Радиус этого радужного сияния составлял пару метров, но, едва я успевал отметить столь сказочный эффект, как в следующую секунду меня накрывало просто дичайшее желание немедленно овладеть хотя бы одной из присутствующих женщин, а лучше — сразу двумя одновременно. Абсолютно точно уверен, что даже морж со своим костяным хреном был бы посрамлен после моих постельных подвигов. Думаю, если обычному мужику сожрать полпачки Виагры, то его сексуальные достижения будут схожими с моими. И после такого постельного марафона мне точно можно присвоить почётное звание секс-машины. Ага, очень почётное.

Но теперь вопрос! Связь с источником проходит на ментальном уровне. Причем в этой связке я главный. Я, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ГЛАВНЫЙ!!! Я создаю узоры! Я решаю какие звёзды пойдут на создание! Я выпускаю магформы в нужный мне момент! Это я контролирую все эти процессы. Дверь к источнику открывается по моему желанию и хотению. Но, млять! В процессе сексуальных прелюдий мой Братишка нагло выбивает шлюз «ногой» и тупо топит моё сознание в эмоциональном шторме. Буря, поднимаемая источником, вызывает неконтролируемый гормональный взрыв, походя снося остатки самоконтроля и оставляя одни животные инстинкты. Спасибо, конечно, за вселенский оргазм, но весьма неприятно осознавать, что, оказывается, далеко не все процессы в организме находятся под моим чутким и безоговорочным руководством. И, как мне смущённо признались девушки, они испытывали схожие ощущения.

Размышления на эту тему привели меня к следующим выводам. Хотя про выводы это я сильно загнул — скорее, краткий список вопросов и гипотез. Во-первых — связь наших с Ольгой источников сформировалась давно и с каждым годом только крепчает. Бурная реакция Братишки и Принцессы давно нам известна, но за рамки лёгкого удивления не выходила и в шок не ввергала. Во всяком случае, ни я, ни Ольга контроль над собой не теряли. Вроде бы… Обмен энергией я чувствовал, но визуально не наблюдал, даже посредством магического зрения. Во-вторых — что источники — это инопланетная форма жизни, сомнению не подвергается. И с вероятностью девяносто девять процентов у них присутствуют даже зачатки разума. Могут источники влиять на эмоциональный фон носителя? Теперь я точно в этом уверен, иначе «крышу» мне бы так не сносило. А вот, насколько они реально воздействуют на желания и чувства, тот ещё вопросик. Попытался представить диалог Братишки и Принцессы.

Мой источник тыкает виртуальным пальцем в Еву и предлагает: — Смотри, какой прекрасный образец! Давай добавим огня.

Источник Ольги, потирая незримые руки, радостно восклицает: — А ведь я её знаю, и нам было хорошо.

В результате Ольга вспыхивает желанием срочно затащить Еву в постель. Звучит бредово? Ну не знаю. Мы же обсуждаем инопланетную форму жизни и её влияние на человеческое сознание. Вот я, например, нихрена не эксперт по инопланетянам, хоть один из них живёт во мне который уже год, а вы? Короче, дело ясное, что дело тёмное, и получится ли узнать истину — вопрос на миллион. Но в данном контексте вопрос: кто кем управляет — звучит немного мрачновато. Кто настоящий хозяин этого бренного тела — я или источник?

И если я всё же не ошибся насчёт влияния источников на подсознание, то главный вопрос: на хрена мутить любовь втроём — остаётся пока без точного ответа. Единственное моё предложение построено на одном видимом эффекте — это выброс странной энергии, которую я не смог идентифицировать. И вполне возможно, что возникающая энергетическая связь, причём со строго определенным носителем, стимулирует взаимный рост и силу источников? Как одарённой, так и в моём случае ещё и будущего ребёнка. Я подзаряжаюсь от Ольги с Евой, они друг от друга и плюс от меня. Вот!!! Это хоть как-то вписывается в логические рамки, и вероятность именно этой версии весьма высока. Хотя не исключено, что такие танцы им просто по приколу — эдакий своеобразный, инопланетный чёрный юмор, мля.

Можно ещё пофантазировать насчёт биологического пола пришельцев. Это у людей их два — мужской и женский, но далеко не факт, что наши инопланетные гости делятся на то же количество. Чисто теоретически их может быть и три, и четыре пола — каждый из которых необходим для роста источника у одарённой. Не просто же так здесь в норме однополые отношения, состоящие из трёх и более женщин. А низкое количество мужчин, если и является причиной такой жизни, то, возможно, играет не самую первую роль в этом деле. Генетическую структуру этого инопланетного вируса до сих пор не разобрали, только и строят различные теории, хотя вроде и определились, что для качественного зачатия и получения сильного ребёнка наличие мужчины более, чем желательно.

Сам формат наших отношений очень смахивал на дружеский секс по расписанию. Правда весьма нерегулярный. Причём если Ольга с Евой обменивались при встрече явно видимой нежностью, то я достаточно спокойно относился к Еве, зато по-прежнему неровно дышал в сторону своей жены. Однако стоило нашей императрице начать раздеваться, то разобраться в своих бурлящих чувствах становилось всё сложнее. В общем, меня не отпускало ощущение, что всё происходящее понарошку и навязано извне. Или изнутри? Блин, как сказать-то? Короче, во всём виноваты зелёные человечки. Вот только, чей источник виноват больше — мой или Ольги, ответа не было. Или он здесь вообще не причём, а я пытаюсь нафантазировать то чего нет? От всех этих мыслей частенько возникло устойчивое желание пойти и побиться головой о стену. Останавливало меня несколько моментов. Моей Ольге хорошо? Однозначно да! У меня всё норм? Хм. Ну если включить скромность, дабы не вызвать завистливое слюноотделение у различного рода недоброжелателей, то да — у меня всё просто зае… в общем, тоже хорошо. Единственное, что меня стабильно напрягало, это временное состояние аффекта и практически полная отключка мозга. Не иначе как кислорода не хватало, ибо вся кровь в другой орган перетекала. Н-да.

Красивые женщины способны свести с ума любого мужчину. Но если на вас обратили внимание сразу две таких богини любви, то вариантов практически не остаётся. Только полная и безоговорочная капитуляция, естественно мужчины. Белый флаг можно торжественно повесить над изголовьем кровати и в редкие моменты самоконтроля пускать скупую мужскую слезу. Ибо никто не сможет противостоять столь мощному сдвоенному залпу, если только вы не восьмидесятилетний монах или, не дай боже, евнух. Казалось бы — живи, радуйся и получай двойную дозу удовольствия. Однако мне очень хотелось разобраться в странных чувствах, а точнее, в их причине. Увы, но кроме теории «вселенского заговора» и гипотезы о «мировом зле» в голову больше ничего не приходит.

Вот так и живём уже третий месяц. То мы в Кремль наведаемся, то Ева ночью к нам в поместье прилетит в сопровождении пятёрки вертолётов. Не смотря на нерегулярность наших отношений, у нашей молодой императрицы в данный момент наблюдаются симптомы первых сроков беременности. Так что можно сказать, что я успешно выполнил неожиданно подкинутую мне миссию по продолжению династической линии Романовых. Правда пока неизвестно кого именно вынашивает под своим сердцем Ева и будет весело, если первенцем Евы станет ребёнок мужского пола. А в случае обладания им активного источника, придётся хорошенько подумать перед выбором будущего наследника трона. Ольга и Ко так же справились с реализацией своего плана возмездия и им понадобилась всего неделя, чтобы восстановить закон и порядок в Кавказском регионе. Больше готовились, чем воевали, а младшая сестра Багратион закономерно проиграла, не в силах противостоять таким силам. После череды не самых весёлых событий, можно сказать, что жизнь вернулась в почти обычную и привычную колею.

Лёгким усилием воли деактивировал доспех духа. Небольшой десятиградусный мороз, обнаружив отсутствие преграды, радостно ринулся мне под рубашку. Выдохнув горячее облако пара и кинув последний взгляд на окружающую поместье зимнюю сказку, шагнул в сторону дома. Сейчас обед, а после мы поедем в Кремль — как сказала мне жена, у Евы есть интересные новости, которыми молодой императрице не терпится поделиться.

* * *

— Да ладно! — воскликнула Ольга, — Неужели нашлись самоубийцы, рискнувшие ограбить Кремль?

— Сама в шоке, — хмыкнула Ева, — Возможно, думали, что после переворота мы ещё не закончили отладку охранных систем.

Мы втроём находились в рабочем кабинете Евы. Девушки вольготно устроились на вычурном кожаном диване и в процессе неспешного диалога планомерно уничтожали кремлёвские запасы сладостей, запивая их чаем. Я же завис возле книжного шкафа, внимательно изучая многочисленные фолианты.

— Не думал, что наша гильдия воров настолько безбашенная, — отстранённо произнёс я, продолжая с задумчивым видом разглядывать библиотеку. Раз она находится в таком кабинете, то бабушка Евы — ныне покойная императрица — явно считала эти труды достойными для хранения под рукой. И первое, что бросалось в глаза, это справочники по экономике и психологии.

— А это и не наши, гости явно из-за рубежа, — ответила Ева.

— Уже заговорили? — деловито поинтересовалась Ольга.

— Ещё нет, но одна из этого квартета фигурирует в розыске в Германии.

Я решил присоединиться к своим женщинам, дабы внимательно прослушать подробности. Плюхнулся в уютное кресло, судя по виду, находящееся в близком родстве с диваном, и, прихватив чашечку чая, приготовился внимать её императорскому величеству. Состав команды неудачливых воров впечатлял — менталка второго ранга, лекарка третьего ранга и Бета с Дельтой. А для преступных сообществ это было очень круто — отправить такие серьёзные силы, что говорило об несомненно дорогой цене, которую заплатил заказчик.

Дело в том, что во всех нормальных государствах стараются отслеживать появление одарённых детей, дабы после обучения поставить себе на службу самых способных из них. Вполне обычная политика, практикуемая в том числе и многочисленными родами и кланами. Однако в этом мире также не обошлось без криминала, который в зависимости от вида и региона играл разную роль. Где-то, например, в Южной Америке или в Африке даже организованный криминал, не брезгующий насилием и убийствами, чувствует себя совершенно вольготно, обладая силами, сопоставимыми с каким-нибудь не слабым кланом. Или, как например, в Российской империи — он вроде бы существует, но при этом более-менее крупная банда рискует попасть под каток СИБа. Ибо нефиг тут мускулы качать.

Поэтому в империи нелегально присутствуют в основном мелкие и разрозненные группировки, жёсткую борьбу с которыми ведёт уже полиция. Хотя воровская гильдия, одним из главнейших законов которой является категорический запрет не только убийства, но и причинение физического вреда, идёт немного по другой статье, так как её услугами частенько пользуются различные слои населения, в том числе и российские дворянки. Так сказать, неизбежное зло, к которому все привыкли, и правоохранительные органы не сильно обращают на них внимание, ввиду невозможности окончательно решить этот вопрос. Однако, если бы эта очень скрытная и неуловимая каста из современных Робин Гудов в юбке всё же рискнула бы сунуть свой нос в святая святых империи, то это было бы их последним делом в жизни. Некоторые границы переходить однозначно не стоит, хотя бы из-за банального чувства самосохранения.

Естественно, криминалитет также не обходит своим вниманием одарённых детей, желая увеличить свою мощь. До прямого похищения одарённых малышей обычно дело не доходит, да и смысла нет. Всё-таки источники просыпаются в основном ближе к десяти годам, а в таком возрасте дети уже достаточно хорошо всё понимают и осознают, а значит, риск мести слишком высок, если только менталка не подменит или сотрёт часть памяти, что тоже не всегда хорошо и чревато будущими проблемами, ибо мозг штука сложная. Но главное, что самих менталисток в принципе мало, а спецов высшего ранга, способных на проведение такой процедуры, ещё меньше. Однако неблагополучных семей хватает во всём мире, а деньги решают многое, и, взяв под опеку какую-нибудь семью с одарённым ребёнком, преступное сообщество получает на выходе нового адепта, который с чувством благодарности вступает в криминальный мир.

Этот теневой мир также пополняют различные воительницы, обиженные на свой род или изгнанные из него. Официальные школы для одарённых также являются стабильным источником для пополнения бандитских группировок. Многие девушки заканчивают обучение в этих своеобразных магических академиях, едва сдав экзамен на Дельту. Понятное дело, что с таким слабым уровнем они получают не самые лучшие предложения по дальнейшему обустройству: военная или полицейская академии с дальнейшей отработкой на государство или клан в зависимости от того, кому принадлежит школа. Такие варианты не всем нравятся, и одарённые выпускницы идут своим путём, хотя и не всегда праведным.

Я, кажется, уже упоминал про малочисленность лекарок, и ещё меньше народу можно найти в касте артефакторов. Однако, одни из самых редких «зверей» на планете — это однозначно менталки. На пару с Валькириями они возглавляют своеобразную «Красную книгу» мира, как одни из самых редко встречающихся видов одарённых. Если сравнивать с Валькириями, которых в данный исторический момент чуть больше сотни на всю Землю, то количество менталок по официальным данным всего одиннадцать тысяч, что для планеты с четырёхмиллиардным населением выглядит весьма блекло. Хотя, возможно, таких одарённых чуть больше, если считать тех кто специально уклонился от процедуры регистрации. И наличие менталистки в группе «благородных» грабительниц, да ещё и почти предельного ранга заставляет весьма серьёзно отнестись к этой попытке кражи. Очень сильно сомневаюсь, что в воровской гильдии таких одарённых, как грязи, а значит, кому-то пришлось раскошелиться на очень серьёзные деньги, чтобы привлечь к специфической работе специалисток из-за рубежа.

Менталка второго ранга на небольшом расстоянии способна отвести глаза большому скоплению людей или тихо вывести из строя охрану, причём не убивая. Недорогие амулеты, защищающие от ментального воздействия, не способны сопротивляться силе одарённой высокого ранга. А эксклюзивную защиту с индивидуальной привязкой или серьёзный ментальный блок может позволить себе далеко не каждая воительница, ибо цена у таких изделий слишком высока. Также эти одарённые, единственные на планете, кто помимо артефакторов, могут разрушать и обходить охранные магические узоры. Ну и, конечно, экспресс-допрос менталистка проведёт на более высоком уровне и скорости. Лекарка в отряде способна быстро вылечить своих соратниц от практически любых ранений, да и при бое в закрытом помещении лишней не будет. Бета обеспечивала силовую поддержку, а Дельта явно была спецом по работе с электроникой. Четвёрка злоумышленниц умудрилась дойти практически до самой сокровищницы, и если бы не внимательность одной из охранниц, следящей за мониторами и обратившей внимание на статичность видеокартинки, то у нежданных гостей всё могло и выгореть.

На территорию Кремля они пробрались благодаря машине, ежедневно доставляющей свежие продукты. Ну да, в Кремле проживает множество народа, и кушать, причём регулярно, хотят абсолютно все. Менталистка легко отвела глаза охране у продуктового склада, а после вся четвёрка, одетая в форму кремлёвской стражи, нагло и не скрываясь, прошла в Екатерининский дворец. Благодаря ментальному воздействию и поддельным пропускам, практически все посты кремлевской охраны принимали их за своих, и даже особенные амулеты, должные противодействовать наведённому мороку, не смогли справиться с магической силой этой одарённой. Также у группы неудачливых грабительниц оказалась электронная ключ-карта, которая открывала им практически все двери. Ева была недовольна, мягко говоря. Недавно назначенная новая начальница охраны явно чувствовала себя неловко, и я легко смог представить её бледный вид после такого инцидента.

На мой неискушённый взгляд от всего этого происшествия несло каким-то бредом. Рассчитывать, что охрана Кремля после недавней попытки переворота будет вести себя беспечно — сверхнаглость. И даже то, что воровки практически добрались до императорской сокровищницы, было бы невозможно без большой доли везения. Данное событие выявило очередные пробелы в недавно полностью перестроенной системе безопасности, и артефакторам Романовых придётся в ближайшее время заново поработать и над амулетами кремлёвской стражи, и над охранными узорами. В общем, группу удалось взять, правда, в неполном составе, поскольку без потерь со стороны непрошенных гостей не обошлось. Причём, едва дворцовая охрана попыталась их задержать, менталистка — злоумышленница сама убила своих подельниц, Бету и Дельту, и почти прикончила лекарку, но добить ту помешала уже наша менталка первого ранга. Так что теперь где-то там, в подвале Екатерининского дворца, неторопливо пытаются разговорить попавшихся на горячем девиц «благородной» профессии, применяя самые передовые методы убеждения.

— Да уж, хотелось бы узнать ответы на два самых любопытных вопроса, — задумчиво произнёс я. — Это — сколько же им заплатили за такую аферу и что они хотели украсть?

— Думаю, что мне скоро расскажут, — ответила Ева.

— Надеюсь, ты поделишься, а то любопытство очень гложет, — подала голос Ольга. — И, кстати, забавно получается, ведь всего две недели назад ограбили королевский музей в Белграде.

— Забавно будет, если эти два события как-то взаимосвязаны, — опередил я Еву в попытке явно что-то сказать на реплику моей жены.

После моих слов наша императрица сначала хмыкнула, а затем вдруг замерла, уставившись в какую-то видимую только ей точку.

— Ева, — не выдержав долгого молчания нашей возлюбленной, позвала Ольга.

— Любите загадки? — отмерла, наконец, спящая красавица.

— Люблю.

— Давай.

Наши с Ольгой возгласы слились в один, вызвав улыбку у хозяйки кабинета.

— Какое единогласие, — проговорила Ева и, поднимаясь с кресла, добавила: — Пойдёмте, кое-что покажу.

Путешествие длилось недолго и в принципе ничем не запомнилось. Пешком по коридору до ближайшего лифта, потом вниз на подвальные уровни. Единственный нюанс — это четыре Альфы в сопровождении. Хм… С моими защитными амулетами от воздействия «Оборотня». Хотелось бы приписать себе все лавры, но не буду. С индивидуальной привязкой на создателя разобралась уже Агния. Первый амулет, созданный по моим схемам, оказался таким же «бракованным», как и мой прототип, и прикрывал только её. Но умненькой девушке потребовалась всего пара суток, чтобы «прозвонить» всю конструкцию и понять, где ошибка. В общем, я, может, и гений, но она однозначно тот самый талант, без которого ни один даже самый гениальный проект просто не будет работать. Вдобавок, она умудрилась слегка модернизировать схему, намного её упростив. В итоге, мы вдвоём за месяц смогли создать сразу два десятка амулетов, часть из которых передали Романовым, а дальнейшее производство после отладки всех схем было полностью переведено в род Елесеевых, входящих в наш клан.

В качестве ответного подарка, за укрепление обороноспособности династии Ева отдала нам копии документов из архива Змеевых, всё, что смогли найти у скоропостижно скончавшейся Регины. Мне, конечно, не терпелось сунуть туда свой нос, что я, в принципе, и проделал. Так получилось, что в бумагах рылись одновременно с Агнией, и если с её стороны слышались возгласы типа: «Ух-ты как здорово! Надо же! Вот никогда бы не подумала!» Ну и так далее из той же оперы. То лично я, глядя на мешанину узоров, мог только издавать непередаваемое матерное мычание. Выражение «обезьяна за компьютером» будет более точным описанием моих потуг вникнуть и разобраться в той хрени, что была в документах. Нет! Какие-то узоры я узнавал и сразу понимал, для чего они нужны, но таких было печально малое количество. Короче, будущего покорителя вселенной ждала банальная учёба, желательно круглосуточная. К сожалению, по алтарю, нашей самой большой загадке, было лишь несколько записей, не способных пролить свет на то для чего этот булыжник был вообще создан и самое главное как именно работает.

За всеми этими мыслями не заметил, как мы уже дошли до нужного места, а массивная металлическая дверь, наподобие банковских сейфов, перекрыла наш путь. Подсознательно переключившись на магическое зрение, с любопытством оглядел охранную сигнализацию. Узоры воздушной стихии переплетались от пола до потолка самым невероятным образом, и понять, где начало, а где конец, не представлялось возможным. Весь пол на расстоянии трёх метров от двери был также пронизан сеткой из скрученных жгутов в стихии земля. Всё это наверняка дублировалось обычными электронными датчиками, и, чтобы обойти всю эту систему, надо было быть реально гением. Если четыре воровки хотели взломать ЭТО… То они либо реально мастера своего искусства, либо больные на всю голову. От Евы прошёл лёгкий магический импульс, и я увидел, как две охранные стихии практически мгновенно растворились в воздухе. Да уж, без управляющего амулета случайно заблудившегося тут человека сначала бы пронзили земляные копья, а потом нашинковали на мелкие кусочки воздушные нити. Потенциал закачанной силы я успел оценить, и он говорил мне, что сюда вливали свои звёзды пара Валькирий минимум.

Парочка Альф бросилась крутить массивный замок двери, и едва открыв дверь, вся четвёрка хранительниц замерла по краям прохода. Чего я ждал? Ну не знаю. Подсознание рисовало гору золота по центру огромного помещения, вдоль стен должны были стоять большие сундуки, полные драгоценных камней, а стены увешаны дорогим оружием. Понимаю, конечно, что это стереотип из сказочных мультфильмов, но реальность оказалась совсем скромной. Там оказался не очень длинный коридор, который закончился арочным проходом и, пройдя через него, мы оказались в небольшом и совершенно невзрачном помещении, максимум сорок квадратных метров. Кирпичные стены были даже не крашены, а явно очень старая кладка предстала со всеми своими выщерблинами, освещаемыми тусклым светом всего двух неярких лампочек, свисающих с потолка на куске провода. При взгляде на эту иллюминацию, совершенно неуместную в императорской сокровищнице, меня настиг когнитивный диссонанс. Массивная стальная дверь на входе и мощная магическая охрана предвещали что угодно, но только не образ двух лампочек из коммунальных квартир советского прошлого. Дело усугублялось полностью голыми стенами и простым бетонным полом.

— Как-то у тебя бедновато: то ли с наследством не повезло, то ли предыдущие грабители всё уже вынесли, — не удержал я комментарий с небольшим налётом иронии.

— Сергей! — возмутилась Ольга, моей невоспитанностью.

— Ха-ха-ха, — раздалось со стороны Евы.

— Это хранилище для особенных вещей, — отсмеявшись, произнесла Ева, — А обычные для твоего понимания богатства хранятся в другом месте. Дальше пока не ходите, подождите у входа.

С последними словами молодая императрица шагнула к противоположной от входа стене и замерла в двух метрах от неё. Едва войдя в помещение, я отвлёкся на «лампочки Ильича» и вышел из магического спектра зрения, но сейчас заново на него переключился, чтобы с любопытством понаблюдать за Евой. Во-первых, как оказалось, она встала по центру шестиконечной звезды, причём каждый угол этой гексаграммы относился к одной из шести известных стихий. От каждого угла выходил перевитый пучок энергетических каналов, которые тянулись по бетонному полу в сторону стены. А там… Прямо в кирпичную кладку оказались встроены множество небольших дверей, наподобие банковских ячеек или камер хранения в каком-либо супермаркете. Такая охранная система была мне знакома ещё по Нижнему Новгороду, только в нашем с Ольгой доме нет таких персональных ящичков. Используемая концепция в виде шестилучевой звезды считалась одной из стабильных и наиболее надёжных, а я не так давно уже успел разобраться в её принципе действия. Только не просите повторить, сей подвиг пока точно не для меня, и, вообще, лично мне тупо влом возится пару лет над созданием такой хитро вывернутой штукенции. Данная структура всегда состоит из шести стихий, так как это позволяет владелице подобной охранно-защитной сигнализации не думать о том, какой стихией будет владеть будущая наследница.

В императорском хранилище оказалось штук тридцать ячеек, и на каждой дверце переливались ключи-узоры из разных стихий, сменяя друг друга с небольшой частотой. Ева, используя силу собственного источника, сформировала огненные узоры-пароли и послала в гексаграмму три магических импульса. Сейчас артефакт в полу соберёт пазл и сверит его с тем, что заложен в его памяти, если всё верно, то моя законная любовница пошлёт ещё один импульс, чтобы открыть в стене нужную ячейку. Но если наша с Олей красавица что-нибудь напутала, то её ждут, мягко говоря, очень неприятные ощущения и, возможно, даже, что и с фатальным концом. И кстати, судя по чёрному пятну на полу, кто-то здесь уже ошибался, причём этот кто-то был не в единственном числе. Только сейчас я обратил внимание на неприятный запах, слегка раздражающий обоняние, а значит, кто-то сгорел здесь заживо совсем недавно. И что-то мне подсказывает, что попытка неудачного взлома произошла во время переворота. Интересно, насколько большую кучку пепла соскребли девушки, проводящие здесь уборку? Негромкий щелчок открывающегося шкафчика известил меня, что Ева не ошиблась в паролях. Пока она что-то искала в глубине ячейки, проснулась тёмная сторона моей души и, пнув скучающую натуру, решила слегка подтрунить над Великой Государыней:

— Предлагаю на день рождения её императорского величества подарить ей роскошную люстру, — мой шёпот, обращённый к Ольге, был «неожиданно» громким и хорошо разнёсся по всему помещению.

Но моя супруга юмора не разделила, и слегка хмыкнув, ответила:

— Если ты намекаешь на это хранилище, то смысла нет. Это же не зал для торжественных приёмов, и я очень сомневаюсь, что здесь часто бывают высокородные гости.

— Да, если не считать очень редко бывающего персонала, то вы первые такого уровня за последние сто лет, как минимум, — подтвердила Ева, возвращаясь к нам с чем-то в руках.

— Всё ясно, моя сатира потонула в море женского прагматизма, — ответил я.

— Не прагматизма, а реализма, — поправила меня императрица.

— И не женского, а жёсткого, — добавила уже Ольга.

— Всё-всё, сдаюсь, — замахал я руками, — Давайте уже перейдём к тайнам вселенной, чую я, что это гораздо проще, чем спорить с вами двумя.

— Ну, насчёт простоты я не уверена, — хмыкнула Ева, протягивая мне небольшую деревянную коробочку, размером с пару пачек сигарет. — Открывай.

Мини-шкатулка открылась легко, а на дне оказался свёрнутый листок, раскрыв который, я с нарастающим недоумением разглядел небольшое стихотворение. Судя по желтоватому цвету бумаги и рукописным буквам, похоже, выведенным ещё пером, этому письму уже очень много лет. Повертев несколько секунд этот странный кусочек прошлого, передал своей жене со словами:

— Увы, но поэзия не мой конёк, пускай Ольга угадывает поэта.

В отличие от меня, Ольга, нахмурившись и явно с трудом разбирая слова, прочла старинные буквы вслух:

— Однажды предсмертная птица откроет на тайну глаза,
— Используя раз силу смерти, над жизнью я власть обрела.
— Земля сохранит вам легенду — одна против армии зла —
— Фемида не врёт, и в Софии от ангела ждите посла.

— Я не узнаю эти строчки, но загадка разве в этом? — спросила моя жена.

— Это стихотворение пришло из Белграда после смерти Радмилы Войнович, — ответила Ева. — Это первая югославская королева, если вы вдруг забыли или не знали.

— Ну, мне-то могла и не напоминать, — фыркнула Ольга.

— А я вот не знал, что она ещё и стихи писала, — выделился я.

— А что ты вообще о ней знаешь?

— Много чего, но думаю, ты и так в курсе, что её роль для Югославии не меньше, чем Софии для России. Великая личность, биографию которой я читал с большим интересом, но ты нам лучше скажи, зачем показала это? — поторопил я молодую императрицу, любящую в последнее время общаться со мной на разные темы и стабильно удивляющуюся моим познаниям в различных областях. Наличие у меня одарённости и способностей артефактора уже не вызывали такого шока как в начале наших отношений, хотя, если бы она узнала, что я из другого мира, то шквал вопросов стал бы гораздо больше.

— Когда ты сказал, что будет забавно, если между кражей в Белграде и нынешней попыткой ограбления Кремля может быть связь, меня резко осенило, и я вспомнила один эпизод. В вечер переворота кто-то пытался взломать хранилище, используя амулет бабушки. Сам амулет после этого не нашли, а я пользуюсь маминым, — Ева тронула рукой висящий на шее небольшой кулон.

— Но если в дверь они прошли, то вот взломать ячейку у них не получилось, а результат их попыток вы можете видеть на полу и немного ощущать по запаху, — махнула она рукой в сторону слегка обгорелого пятна у стены. — Минимум два артефактора остались здесь, пытаясь подобрать ключи.

Мы с Ольгой синхронно кивнули головой, подтверждая, что всё и видим и чувствуем.

— И что самое теперь интересное, взломать пытались именно эту ячейку, в которой хранятся различные письма от Радмилы. И я совсем забыла вам сказать про то, что пойманные воровки имели при себе амулет, точную копию того, что был у бабушки.

— А ты разве здесь ещё систему охраны не сменила? — задала вопрос Ольга.

— Команду дала, схему пока только рисуют, должны закончить в течение месяца, но теперь я их потороплю. Слишком сложная здесь структура, а потому полностью переделывать ничего не будут, добавят только несколько плетений, чтобы старые амулеты больше не работали.

— Да, пожалуй, рановато отправили Регину на тот свет, — выразили я сожаление.

— Ты даже не представляешь, сколько раз я успела об этом подумать, — вздохнула Ева.

— А вот я ни о чём не жалею, туда ей и дорога, — категорично заявила моя жена.

«Та-ак меняем тему, Ольга явно ещё переживает за потерянного ребёнка». — подумал я собираясь перевести разговор на что-то нейтральнее, но не успел.

— Но если во время переворота в хранилище была Регина, то она, как понимаю, без проблем бы вскрыла все ячейки? — спросила моя княгиня.

— Нет, — качнула головой Ева, — Было всего два амулета на вход, а пароли к ячейкам знали только трое: я, мама и бабушка.

— Забыла про артефактора, — напомнил я.

— Скорее ты забыл или не знал — улыбнулась Ева, — видно, эту область артефакторики изучил ещё не достаточно хорошо. Здесь работала настоящая мастерица своего дела. Через управляющий амулет владелица сама прописывает нужные узоры. Почти сто пятьдесят лет этой системе, а всё ещё работает.

— И какой вывод следует из всего этого? — спросил я, ругнувшись про себя на свою забывчивость. Естественно, я знал про свойства управляющих амулетов, но эта сфера лежала пока вне моих интересов. Да и просто рановато было её изучать, ведь сначала надо пройти и освоить основные материалы. Э-эх, эта вечная засада со временем, вот почему его постоянно не хватает?

— Значит, тогда это была не Регина и сейчас этим продолжает интересоваться кто-то другой, — ответила Ева.

— Кто именно, это даже не так интересно, как ответ на вопрос: зачем? — сказала Ольга.

— Классные вопросы, надо подумать на досуге, — выдал уже я. — Ты не против, если я сфоткаю письмо, чтобы потом слова не перепутать?

Конечно, Ева была не против, так что, быстро запечатлев на фотокамеру телефона четверостишие и дождавшись возвращения оного обратно в хранилище, мы втроём отправились на выход.

— Кстати, а почему ты решила, что украсть хотели именно шкатулку, а не другие более важные документы? — спросил я.

— Да нет там больше ничего важного или тем более странного, — отмахнулась девушка, — обычная статистика времён войны и обсуждение различных вопросов касаемо Балканского полуострова уже после коронации Радмилы. Всего полсотни ничем непримечательных писем и только стишок хранится в отдельной шкатулке.

— Непримечательных? — скептически переспросил я. — На историческом факультете тебя бы точно побили за столь пренебрежительное отношение к старинным документам. Любой историк удавится за возможность глянуть на них хотя бы одним глазком.

— А у них и так есть такая возможность, — хмыкнула Ева, — причём даже давиться не надо. Большая часть архива скопирована и выложена в сеть лет пятнадцать назад.

— А зачем тогда здесь хранить? — удивился я. — Передала бы в национальную библиотеку.

— Ага, бабушка не успела, а у меня, конечно, больше времени на столь праздное времяпровождение. Вот как только найду лишнюю минуту, чтобы ещё раз внимательно всё посмотреть, сразу же метнусь, отнесу, — ехидным тоном напомнила мне девушка о своих императорских обязанностях, явно желая пристыдить за не своевременные советы.

— Вот это правильно, — с невозмутимым видом сказал я, — бегать в принципе полезно для здоровья. Так что ты с этим не тяни, а то хранилище, вроде, мегазащищённое, а половина вещей почему-то уже в открытом доступе.

— Ты просто возмутительно нагл, — проговорила она, впрочем, без капли этого самого возмущения.

— Позвольте вам напомнить, ваше императорское величество, что вы сами настояли на неформальном стиле общения, — проговорил я, одновременно оглядываясь посмотреть, где там охрана.

Однако четыре Альфы, закрыв за нами массивную дверь хранилища, только начали неспешно нас догонять, явно не желая мешать нашему разговору.

— Ах, наверное, я слегка погорячилась, — трагическим голосом объявила Ева. — Даже не знаю, что на меня нашло? Иногда такая добрая становлюсь.

— О да, доброта — это твоя самая большая добродетель, — хмыкнула Ольга.

— Богиня милосердия, — поддакнул я в тему.

— Потомки буду звать тебя Ева Всепрощающая, — продолжила жена подбирать эпитеты нашей любовнице.

— Твои деяния войдут в анналы истории, став примером для многих, — возвышенным тоном проговорил я, с трудом сдерживая смех.

А вот Ева не сдержалась и весело рассмеялась, замахав на нас руками:

— Всё-всё, сдаюсь, ваш дуэт поёт слишком хорошо. Давно надо мной так не подшучивали, а если кто и лил елей в уши, то старался хотя бы не улыбаться так явно.

— Ты, главное, не стесняйся обращайся, мы и не такое можем, — улыбнулась Ольга.

— Не сомневаюсь. М-м-м, вы же останетесь переночевать? — промурлыкала Ева, резко поменяв тему и, вклинившись между мной с Ольгой, подхватила нас обоих под руки.

— Солнце ещё не село, а ты уже про ночь, — хмыкнул я.

— И что?

— Работать ваше величество когда будет? Родина в опасности, а вы всё о развлечениях, — с пафосом и строго высказал я.

— Он всегда такой зануда? — играя возмущение, обратилась императрица к княгине. — Сегодня же суббота, а он пахать заставляет.

— Только в последнее время, — весело ответила Ольга.

— Странно, мне казалось, что именно в последнее время у Сергея не должно быть причин для недовольства.

— А-а мужчины, — махнула рукой моя супруга. — Им же вечно что-то не нравится.

— Ой, и не говори, знавала я одного мальчика…

В общем, под этот милый щебет с лёгким налётом троллинга — меня, в частности, и дополнительно всей мужской половины человечества — мы-таки добрались сначала до столовой, а потом и до спальни, где мне в очередной раз снесло голову от нахлынувших гормонов.


Глава 2. Клев

Вертолёт уже давно сел на специальную площадку перед усадьбой, а я, погрузившись в сетевой мир, продолжал искать в планшете информацию о Югославии, а точнее — всё, что связано с Радмилой Войнович. Выпал обратно в реальность, только когда Ольга, уже сняв наушники, похлопала меня по плечу.

— Серёжа, прилетели.

Двигатель уже не ревел над головой, а потому можно было говорить, не напрягая голосовые связки.

— Украденный боевой жезл Радмилы, как и некоторые другие вещи, относящиеся к королеве, выставили на экспозицию в Белградском музее полтора года назад. И также там было два четверостишия, похожих на то, что показывала Ева, — задумчиво проговорил я и, протягивая Ольге планшет, добавил: — Вот, почитай.

Ольга, в свойственной ей манере быстро прочтя про себя, попробовала стихи на слух:

— Пуская в полёт эту птицу, молитвы прошу у тебя.
— Пусть та, что наденет корону, надёжно хранит у себя.
— Отдам ей орудие смерти, но знай, лишь четыре ферзя,
— Вобрав артефактора силу, откроют Мероту врата.

После небольшой паузы последовало второе четверостишие.

— Тебе, моя кровь, говорю я: «Лишь время наступит искать,
— Проси на восходе поддержку — одна ты не сможешь поднять.
— В реке неразбавленной крови найдёшь, с кем союз обретать.
— Слаба я и, бремя вручая, не знаю, кому доверять.»

— Что скажешь? — спросил я Ольгу.

Воскресенье и десять утра не сильно располагали к мышлению, но к моей жене это точно не относится. Едва открыв глаза, она способна сходу решать различные вопросы и обдумывать многоходовые комбинации. Завидую, однако. Лично мне без чашечки кофе не стряхнуть сонливость и не заставить работать мозги.

— Немного странно, что все стихи написаны на русском, хотя учитывая то, сколько времени она прожила в России, наверное, не стоит этому удивляться. Зато теперь хотя бы понятно, что птица из первого письма означает вот такие послания, — уверенно заявила Ольга.

— Да, — подтвердил я, — а Мерот, как успел посмотреть, это бог смерти у древних болгар. И вот что получается — в стихе из Кремля говорится о смерти, в белградских она также упоминается вместе с каким-то оружием, но самое интересное, это упоминание легенды «Земля сохранит вам легенду — одна против армии зла», которая действительно существует. Оказывается, за полгода до капитуляции Турции турчанки собрали в кулак мощный отряд из пяти сотен воительниц различного ранга. И отправили его на Балканы с заданием убить Радмилу, хотя её смерть уже ничего не могла изменить. Они смогли подловить её возле Рыльского монастыря, что находится в ста семнадцати километрах южнее Софии. Учитывая, что большая часть Болгарии находилась под контролем Российско-Балканской армии, турецкому отряду пришлось совершить настоящий подвиг, скрытно пробираясь по тылам наших войск. А у будущей королевы Югославии было всего сотня хранительниц, когда турчанки захлопнули ловушку. Вопрос — пять сотен воительниц против сотни, кто должен был победить?

— Количество не важно, главное ранги, — качнула головой Ольга.

— Э-э не-е. В обнародованных Турцией пятьдесят лет назад архивах, касаемо той войны, есть упоминание об отправке специальной группы в пять сотен воительниц для выполнения особого задания. В документе говорится о пятнадцати Альфах в составе отряда, в то время как у Радмилы разные источники пишут от пяти до семи постоянных хранительниц в таком ранге, плюс сама королева была также Альфой. Но в итоге, несмотря на подавляющее превосходство, турчанки проиграли.

— И к какому выводу ты пришёл? — с заинтересованным видом спросила Ольга.

— До вывода сейчас дойдём, я ещё не всё рассказал.

— Ага, только я не поняла: как ты успел всё это накопать? Мы же всего полчаса летели, — не дала мне продолжить моя любознательная супруга.

— Дык вчера ещё начал — в то время, пока пара красивых девушек проводила дегустацию очередной бутылочки дорого вина, шестой или седьмой по счёту, я по-тихому испарился. Но ты, наверное, пропустила мой побег, увлечённая рассказом Евы про какого-то «горного козлика», которого ей когда-то давным давно сватала бабушка.

— Враньё, — гордо вскинув голову и с явным возмущением ответила Ольга. — Не было семи бутылок и шести тоже. М-м-м, мы на четвёртой остановились. Или на пятой? — не уверенно закончила она.

— Ну, пять так пять, я не спорю, — улыбнулся я, — но вино явно обладало волшебными свойствами, учитывая то, насколько энергично вы продолжили вечер уже в нашей кровати. Я, правда, в первые секунды думал, что с такой страстью друг к другу я вам не нужен, но вы всё-таки вовлекли меня в свой процесс, прервав на самом интересном месте, когда я был уже близок к разгадке четверостишия Радмилы.

— Это ты сейчас жаловался, что ли? — скептически изогнув бровь, прохмыкала свой вопрос Ольга. — Я вообще-то прекрасно помню, как твой планшет полетел на тумбу, едва Ева начала снимать платье. Даже обидно немного, я-то своё сняла раньше, а ты даже не отреагировал.

— Неправда, я подглядывал в оба глаза, — вяло отбрил я попытку наехать и попрекнуть невнимательностью. — И давай я всё же доскажу тебе всё, что нарыл.

— Может, дома договоришь, чего в вертолёте-то сидеть?

— Мне немного осталось, и здесь нет лишних ушей, — ответил я, глянув в иллюминатор салона.

Обе девушки-пилота и Рада, сопровождавшая нас в Кремль, стояли в пяти метрах от воздушной машины и о чём-то разговаривали. Вторая винтокрылая техника замерла на соседней площадке, и возле неё стояли остальные хранительницы. Все ждали нас с Ольгой и далеко не расходились. Н-да, нехорошо, конечно, получилось. Ну да ладно, мне действительно недолго осталось.

— Так вот, возвращаясь к легенде, удивительно в ней то, что в той горной долине погибли все воительницы — и турчанки, и славянки, а в живых осталась одна Радмила. Но над этим фактом мы с тобой потом погадаем, хотя одна версия у меня есть, а пока я сразу перейду к разгадке первого стиха. На моление в монастырь королеву сопровождали несколько особо приближённых людей, которые все погибли во время нападения и были похоронены под стенами монастыря вместе с хранительницами. Правда, кое-кто из них удостоился попасть в специальный склеп в подвалах, получив во владение целый саркофаг, но это я так, к слову сказал. Турчанок, кстати, всех захоронили на месте сражения, поставив спустя десять лет памятную стелу о героизме балканских воительниц. Но главное во всём этом то, что через год после восшествия на престол Радмила приказала перезахоронить одну её близкую подругу по имени Славица, погибшую в той битве. Была та артефактором и сербкой по происхождению, но родилась в Болгарии. И как ты думаешь, куда переправили останки?

— Оставлю тебе твой триумф, — улыбнулась Ольга.

— Молодец, правильно, триумф — это мой конёк, — приняв благосклонный вид, кивнул я головой. — Эту девушку заново захоронили в том месте, где она родилась, то есть в Софии — столице Болгарского края.

— Хм, любопытно.

— Ага, сейчас будет ещё любопытнее. Недалеко от кладбища находится статуя Фемиды, которая стоит там с семнадцатого века. Поставили сей памятник ещё турчанки, ибо какое-то время напротив располагалось здание суда. Я пока ещё не понял, причём здесь «посыльный от ангела», упомянутый в первом стихе, но думаю, лучше разобраться на месте. Так что давай по-быстрому слетаем в столицу Болгарского края и посмотрим, что там ещё запрятала Радмила, только нашу Софию с собой возьмём. Надеюсь, мы успеем встретить обед на Балканах.

Ольга от моего неожиданного предложения сначала широко распахнула глаза, а отмерев, вкрадчиво так поинтересовалась:

— Ты собрался устроить ребёнку экскурсию на кладбище?

— Ага, пускай знает, что бывает с теми, кто плохо себя ведёт, — хмыкнул я и быстро добавил, видя, как в глазах супруги зажглись крохотные искорки молний, — Родная, не загоняйся, на кладбище сходим мы с тобой, если понадобится, а София полюбуется другими пейзажами.

— Я иногда поражаюсь твоей прыти, — качая головой, проговорила Ольга.

— Ну что ты, солнце, я, по сравнению с тобой, медленная сухопутная черепашка.

— Я вот даже не знаю, — задумчиво сказала моя княгиня, внимательно разглядывая меня, — то ли ты мне сейчас польстил, то ли оскорбил?

— Клянусь, это была попытка подлизаться, — прижал я руки к груди и попытался сделать глаза, как у кота из «Шрэка».

Похоже, получилось неплохо, так как на лице моей женщины возникла яркая улыбка, и кивнув головой в сторону выхода, она сказала:

— Пойдём, подлиза, надо будет с собой вещей взять, а то насколько застрянем — неизвестно.

— Хорошо, только Еве давай пока не будем говорить.

— Было бы о чём, — ответила Оля, открывая дверь салона. — У нас пока одни домыслы и предположения, пусть и построенные на нескольких исторических фактах.

* * *

Болгарский край. София.

Аэропорт Софии встретил наш самолёт слякотью и сыростью. Хотя, наверное, неправильно сказал. Воздушные ворота города встретили нормально, а вот погода подкачала. Низкая облачность, ветер и какая-то морось в воздухе стабильно пытались навязать душе унылые мотивы, но мой охотничий азарт плевал на все эти печальные напевы, разгоняя всех не согласных с действующими правилами стремительными пинками. Зато приём был проведен по высшему разряду, и прямо у трапа нас встречал кортеж из пяти машин и небольшая делегация. Помимо начальницы аэропорта, которая являлась слугой рода Радомировых, присутствовала ещё и племянница главы клана, чью территорию мы почтили своим визитом. Н-да, а ведь была мыслишка прибыть не на личном самолёте, а обычными пассажирскими авиалиниями, но Ольга и слушать не захотела. Чтобы великая княгиня летела на обычном лайнере? «Ха,» — было сказано мне. Тут и престиж, и… и на этом, в общем-то, всё, из главных только эта причина, ну и конечно добавьте сюда несравненное удобство путешествия на личном самолёте. С другой стороны, если бы постарались прилететь незаметно, это могло вызвать дополнительные вопросы и нежелательное любопытство. А у нас и так запланирована работа в стиле чёрных археологов, и лишнее внимание нам ни к чему, хотя его по-любому не избежать, и с приставленными наверняка наблюдателями нужно будет что-то делать.

Сама организация встречи со стороны Радомировых была обычным проявлением вежливости, которую они были обязаны оказать по нескольким причинам. Во-первых, прибыла глава Великого клана, а такое происходит не каждый день. И во-вторых, наши страны — давние и надёжные союзники. Ну и тот момент, что Гордеевы очень сильно отметились во время последних событий в Москве и теперь пользуются благосклонностью Российской императрицы, явно не прошёл незамеченным среди знающих людей. Был бы визит официальным, заранее согласованным между двумя главами, то нас бы встречала более представительная компания. Но поскольку Ольга изначально никаких переговоров не планировала, то главе Радомировых пришлось изгаляться в дипломатии. Самой приезжать в данном случае неправильно, ибо будет воспринято как слабость и излишнее любопытство, ведь её об этом никто не просил и в аэропорт не приглашал, но и полностью игнорировать особу такого масштаба, как моя супруга, тоже не есть хорошо. А потому — вот вам, Великая княгиня, слуга рода и моя молоденькая племянница.

— Позвольте приветствовать вас на нашей земле, Ваша Светлость, — на чистом русском проговорила восемнадцатилетняя на вид и весьма симпатичная девушка. — Меня зовут Богдана, племянница Ванды.

«Да кто ж спорит, что земля ваша? Могли бы и не подчёркивать», — мысленно юморнул я, рассматривая смуглую брюнеточку, которая, улыбнувшись и стрельнув в меня глазками, отвесила короткий поклон Ольге.

— Простите, что не организовали более достойный вашему статусу приём, но вы застали нас врасплох. Если вы примете приглашение и согласитесь посетить наш родовой дворец, мы будем рады оказать вам все возможные почести.

«Ага, мягко так выразила недовольство за то, что мы свалились, как снег на голову, а им тут теперь голову ломать, думая, зачем Гордеевы прилетели», — язвительная часть моей натуры в последнее время взяла моду бодрствовать круглосуточно, находясь в постоянной боевой готовности.

— Спасибо, Богдана, за встречу, — улыбнулась моя княгиня. — Я не планировала никаких дел или официальных визитов, а прибыли мы на несколько дней, просто отдохнуть. Моя дочь возжелала посмотреть город, носящий с ней одно имя, но чуть позже я обязательно свяжусь с княгиней Вандой, чтобы согласовать с ней время ужина или обеда.

«Ну да, моей жене всё-таки придётся хотя бы раз встретиться с местной главой, а то некрасиво получится — прилетели и даже поздороваться не зашли», — вяло подумал я. Наша дочурка в данный момент находилась посередине между мной и Ольгой, держа нас обоих за руки. Со стороны посмотреть — так просто семейная идиллия: папа, мама и дочка на отдыхе. Вот пусть болгарки так и думают, а про то, что наш четырёхлетний ребёнок загорелся познакомиться с их столицей уже в самолете, Радомировым знать не обязательно.

— Надеюсь, юной княжне понравится в нашем старинном городе, — вежливо проговорила

Богдана, переведя взгляд на Софию и явно не рассчитывая на ответ.

Только вот София у нас тот ещё говорун растёт с неиссякаемым кладезем идей и вопросов. Пока взрослые вели разговор, она терпеливо стояла, но как только на неё обратили внимание, в ней тут же пробудился этот… как его там?.. ну который в каждом ребёнке сидит… короче, пробудился. А уж стеснительностью мой ребёнок с самого рождения не отличался.

— Я тоже надеюсь, — медленно и тщательно выговаривая слова, пропищало моё чадо. — Мама обещала, что завтра весь день будет солнце.

— Ну, если мама пообещала, то оно непременно будет, — с улыбкой ответила Богдана, уважительно глянув на Ольгу. — Уверена, что все жители нашего города также будут рады хорошей погоде.

«Да-а, хорошо, конечно, когда мама имеет высший ранг среди одарённых. Дождик мешает гулять? Да не вопрос, десять минут — и на небе яркое солнце», — мысленно воздал я должное своей супруге. У Радомировых не было в клане Валькирии, а отметить можно лишь парочку Альф предельного уровня, которые, возможно, успеют перейти на следующий ранг, если здоровье позволит. В файле по болгарскому клану, предоставленному Мариной и бегло просмотренному мной во время перелёта, возраст самых сильных местных воительниц перевалил за восемьдесят лет.

— Что ж, не смею вас тогда задерживать, — продолжила тем временем болгарская красавица. — Если вам что-то понадобится, мы будем рады оказать любую помощь.

Далее последовало взаимное расшаркивание и прощание, после чего Богдана села в одну из пяти машин, а мы со своими хранительницами расселись по остальным автомобилям. Несмотря на то, что прибыли мы в союзное государство, Ольга и остальные воительницы были вооружены и очень опасны. Во всяком случае, артефактные мечи были у всех шести сопровождающих нас Альф, а моя жена прихватила с собой свои любимые саблю с катаной. Ещё десять девушек в ранге Бета имели в наличии артефактные ножи, обладающие теми же свойствами, что и мечи. Конечно, весьма дорогое удовольствие делать для Беты такое оружие, требовался очень хороший артефактор и много времени. Если на полноценный и качественный меч уходит лет десять, то на такой нож тратится примерно до трёх лет минимум, но Гордеевы более чем богатый клан и могли себе позволить снабжать своих одарённых таким вооружением. И теперь, если не дай Бог дойдёт до противостояния с какими-нибудь недоброжелателями, наши Беты смогут в ближнем бою легко вывести противника из строя, естественно, если те будут аналогичного ранга и при отсутствии у тех подобного оружия. Также с нами находилась Валентина — наша бессменная лекарка первого ранга.

В салоне авто было жарковато, и пришлось снимать с себя и с Софии верхнюю одежду. Вот Ольге можно было не раздеваться, ей, одетой в светло-бежевый брючный костюм из тонкой материи, и так было комфортно. Доспех духа надёжно оберегал мою жену от любых дискомфортных ощущений, связанных с погодой, и зимой на улице можно было легко понять, где одарённая, а где обычный человек. Я, безусловно, тоже так могу, но приходится прятать мою неординарность от любопытных взглядов под полами пальто. В машине о серьёзных вещах не говорили, всё-таки тачки у нас чужие и не проверенные. Вот когда наши девушки исследуют их на «вшивость», тогда можно будет вести разговор о серьёзных вещах, а пока обсуждали планы на следующий день, в которых активное участие принимала София.

Мы всё же задержались в подмосковной усадьбе дольше, чем я планировал, и в столицу Болгарии прилетели не к обеду, а практически к ужину. Причина банальна и неизменна во все времена! В задержке виновна женская сборная по сбору вещей, вот такой, блин, каламбур. София хотела забить два чемодана игрушками, а третий заполнить платьями для кукол, причём для своего гардероба у Софии была скромно приготовлена одна небольшая сумочка, это она так типа пожертвовала своими вещами ради своих любимиц. Но у Ольги был свой взгляд на распределение и количество мест. Битва вышла упорной, яростной и не обошлась без применения запрещённого оружия в виде детских слёз. Однако моя жена, достойно выдержав все выпавшие на её долю испытания и проявив железобетонный характер, отстояла право командовать всем этим незапланированным парадом. Надо было видеть мордашку нашей малышки, когда она с печальным видом и полным трагизма голосом рассказывала очередной кукле, вытащенной из чемодана, что та не едет с ней в большое путешествие, потому что мама вредина, а Яна ябеда.

Процесс выглядел настолько уморительно, что я не выдержал и сбежал в коридор, чтобы уже там поржать в своё удовольствие. И там я был не один, ибо чуть раньше туда убежала наша нянька, которая минимум на полчаса попала в чёрный список дочери. Воительница Яна — одарённая в ранге Бета — уже давно и прочно заняла возле Софии место няньки и хранительницы. Иногда её подменяла Рада, которая в своё время таким же образом приглядывала за моей супругой. Но, несмотря на очень дружеские отношения между дочерью и Яной, последняя вполне осознанно пошла на получение не самого почётного титула ябеды. Дело в том, что когда мы объявили, что все вместе летим на самолёте отдыхать, то София высказала пожелание собрать свои вещи самостоятельно. Разрешение было получено, но с условием, что за процессом присмотрит Яна. Похоже, ситуация очень быстро вышла из-под контроля, и наша няня решилась на хитрый манёвр, призвав на помощь серьёзное усиление в виде Ольги. Учитывая, что моя жена справилась с процессом не сразу, и без долгой и убедительной лекции не обошлось, то Яна сделала всё правильно. Место в самолёте, конечно, было не на один десяток чемоданов, но моя жена старалась с детства прививать Софии умение расставлять приоритеты, выбирая только самое важное и необходимое, а три чемодана игрушек в этот список точно не попадали. Перегруз, однако!

Как бы то ни было, но мы всё-таки добрались до столицы Болгарского края, входящего в состав Югославского королевства. Пока добирались до относительно небольшого трёхэтажного домика, снятого ещё из Москвы, стемнело окончательно. Одна машина заранее оторвалась от кортежа и приехала на двадцать минут пораньше, чтобы хранительницы могли быстро проверить территорию, на которой нам жить несколько дней. Завтра, первого февраля две тысячи пятьдесят второго года, нас ждёт прогулка по городу, и нам надо будет как-то ненавязчиво оказаться в районе кладбища, дабы провести первичную разведку места. Можно, конечно, незаметно отправить туда пару девушек из сопровождения, но в таком деле лучше глянуть самостоятельно, а то пропустят что-нибудь важное. Ещё в Москве, пока две моих копуши разбирались с количеством вещей, я взял на себя функцию поиска и бронирования дома для нашего временного проживания. Получилось весьма удачно, так как до нужного нам места было всего полчаса неспешным шагом.

Плотно поужинав и, спустя какое-то время, отправив Софию спать, мы с Ольгой решили провести остаток вечера за беседой и чашечкой чая в компании небольшого чемоданчика со встроенным постановщиком помех, что занял своё место на тумбе возле зеркала. Наши хранительницы по-быстрому осмотрели все комнаты на предмет скрытых жучков, но лишняя страховка от прослушки не помешает. Хотя лично мне кажется, что в такой паранойе нет необходимости. Дом я бронировал на левое имя, а владелицу интересовала только предоплата, и только уже здесь по приезду встречающая нас хозяйка явно прибалдела от осознания того факта, кто именно стал её постояльцем.

У службы безопасности Радомировых также имелось не так много времени, чтобы вычислить место нашей будущей дислокации. Пока в аэропорту Софии осознали, чей самолёт скрывается за номером рейса из Москвы, пока Радомировы решали, что им с этим делать, то максимум, что могла успеть их СБ, это обзвонить все элитные отели, пытаясь узнать, где остановится княгиня Ольга со своей семьёй. Да и не будет местный клан нарываться и пытаться впихнуть «жучки», дабы нас послушать, ведь если найдём, то это будет даже не скандал, а скандалище. А за такое можно уже и по морде получить, со всем русским размахом. Но порядок есть порядок, и коли мы пусть и на союзной, но всё же чужой территории, то следовало обеспечить все принятые меры безопасности. Ведя с Ольгой диалог и прихлёбывая горячий чай, я одновременно посматривал в планшете информацию о первой Югославской королеве. Я и до этого успел много чего узнать об этой исторической личности, но четверостишие из Кремля подтолкнуло меня черпать дополнительную информацию не только о ней, но и о её ближайшем окружении.

— Надо будет обязательно посетить Рыльский монастырь, — выдал я, ознакомившись с доступными файлами. — Он находится от Софии всего в полутора часах езды на машине.

— Зачем?

— Ну помимо того факта, что недалеко от него произошло сражение с турецким отрядом и монахини наверняка могут дополнить легенду какими-нибудь интересными подробностями, есть ещё один стимул побывать там. На, почитай!

Я протянул Ольге планшет, и моя любительница поэзии, слегка промедлив, прочла вслух следующее четверостишие:

— Вторая предсмертная птица откроет вам позже глаза,

— Используя раз силу смерти, над жизнью я власть обрела.

— Прошу передайте в столицу, чья кожа излишне черна,

— Ответ мой в надёжной гробнице с последним мечом короля.

— Н-да, — задумчиво протянула Ольга. — Первые две строчки почти точь-в-точь с кремлёвским письмом, а вот дальше расхождения. Я так понимаю, это послание хранится в монастыре и находится в свободном доступе?

— Ага, — кивнул я, подтверждая, — у них там целый стенд посвящён королеве. Оказывается, Радмила не один раз бывала в монастыре после того, как наши войска взяли под контроль прилегающую территорию. И после сражения всячески благоволила ему и не единожды посещала, будучи уже королевой.

— Ясно, тогда завтра попробуем сходить на кладбище, а на следующий день съездим в монастырь.

— Ага, но вопросов становится всё больше, а вот с ответами пока как-то туго, — сожалеюще вздохнул я.

— Ты не забыл, что мы только вчера узнали об этой загадке, а уже сегодня хочешь всё разгадать? Поспешать надо медленно, а то можно и голову свернуть, — закончила Ольга философским постулатом.

— Ну да, только я боюсь, как бы нас не опередили и не сняли все сливки.

— Тут уже ничего не поделаешь, так что пошли спать, а завтра, надеюсь, список ответов немного пополнится.

Это да, всё нам не охватить, так что, как говорится: утро вечера мудренее, а значит действительно пора спать. Чую, нам придётся и побегать, и голову поломать, так что сил нужно набраться с запасом. В общем, завтра посмотрим, и я очень надеюсь, что не ошибся в расшифровке первого загадочного письма.

* * *

Утро у нас началось в половине восьмого по местному времени, когда наша дочурка влетела к нам в спальню и, забравшись на кровать, начала жаловаться на отсутствие солнца на небе. Кое-как продрав один глаз, я вяло отметил, что за окном погода, мягко говоря, не блещет, дождь сильно барабанил по карнизу, а по окну стекают крупные капли воды. Серое мрачное небо также не внушало оптимизма и, судя по всему, без особой «молитвы» со стороны Ольги небесное светило так и не рискнёт порадовать нас своим светом. Слабые попытки моей полусонной жены объяснить нашей дочери, что зимой солнышко встаёт чуть позже, а сейчас ещё слишком рано, были подавлены детским аргументом, что раз мы все благодаря Софии уже проснулись — причём, как великодушно заявила сама София, её можно за это не благодарить — то можно вставать и идти завтракать, а за это время солнце обязательно появится. Пришлось вставать и ползти в ванную комнату, ибо урвать лишние минуты для сна всё равно не получилось бы.

После завтрака все вместе вышли на улицу, вот только я с Софий на руках остался стоять под большим навесом крыльца, а Ольга, прикрыв себя сверху воздушным щитом, шагнула под непрекращающийся ливень. Понаблюдать за силой Валькирии было очень любопытно, так что мы с дочкой, заняв места в партере, приготовились к интересному зрелищу. Сначала в нескольких шагах от жены образовался небольшой смерч, который под потоком хлеставшей с неба воды очень быстро стал напоминать немного странный водоворот, зависший в двух метрах над землёй. Эта водяная воронка постепенно набирала силу и размер и в один прекрасный момент сорвалась вверх, взяв резкий старт, словно ракета из пусковой шахты. Какое-то время мы могли видеть эту конструкцию, пока она не скрылась за стеной ливня. Несколько долгих минут ничего не происходило, как вдруг посреди серых туч появилась небольшое пятно чистейшего голубого неба. Это пятнышко потихоньку росло в размерах, и спустя немного времени можно было увидеть, как мрачные тучи, окружавшие его, стали приходить в движение, с каждой секундой убыстряя свой бег вокруг кусочка чистого неба, который увеличивался на глазах. Скорость спирали из закрученных облаков постоянно росла, а сквозь образованный в облаках разрыв прорвался луч солнечного света. Ольга время от времени посыла вверх мощные магические импульсы, и минут через двадцать абсолютно все жители города могли любоваться чистым голубым небом. Только у линии горизонта продолжала клубиться серая армия «тьмы», явно жаждущая реванша и желающая вылить на землю остатки неистраченной воды.

— А я, когда вырасту, смогу так? — прошептала мне в ухо София.

— Пока у тебя пробудилась только одна стихия — молния, но если появится способность управлять воздухом, то сможешь, — улыбнулся я.

— Хотелось бы, — вздохнула дочь.

— Не переживай, остальные стихии тоже очень сильные и нужные, — утешил я своего ребёнка, думая, что после неожиданного пробуждения источника в столь раннем возрасте София больше ничем себя не проявила, но мне почему-то казалось, что основные сюрпризы ещё впереди.

— Пойдёмте, — позвала нас улыбающаяся Ольга, — часа четыре у нас точно есть, пока ветер не принесёт всё обратно.

— Слушай, а самолёты, попав под твою магию, не рухнут на землю? — задним умом испытал я беспокойство по поводу возможных последствий.

— Сейчас точно нет, но даже если бы попали в самый центр силы, максимум, что бы с ними произошло, это тряхнуло. Просто сильный ветер, без ураганной мощи и размазанный широкой полосой по воздушному пространству, не может стать причиной подобной трагедии, — уверенно заявила супруга.

— Это хорошо, — кивнул я и, обращаясь к дочке, спросил: — Ну что? Едем на поиски приключений?

— Да-а, — громко и оглушающе прокричала София.

И мы поехали искать приключения на чью-то маленькую четырёхлетнюю попку. Для более взрослых… хм, задниц, план уже был составлен и согласован, но сначала удовлетворим нашу непоседу, которая за завтраком озвучила список своих хотелок на сегодняшний день. Составлен был сей внушительный манускрипт накануне вечером при помощи Яны, и от количества запланированных мероприятий даже у хладнокровной Ольги задёргалось веко. Я тоже потерял дар речи, ибо поперхнулся примерно на десятом пункте. Нет, вопросов не имею, и Яна, с невозмутимым лицом зачитывающая послание дочери, безусловно, молодец, постаравшись обелить себя в глазах Софии после недопонимания, возникшего в Москве.

Как оказалось, процедура выбора, куда именно пойти, выглядела следующим образом. Яна называла Софии интересный городской объект, а после показывала фотографии или видеофайл, и если дочке нравилось, то его включали в планы. Выбора по фото избежали только звучные названия, наподобие шоколадной фабрики и аквапарка. Но, блин! Чтобы успеть обойти хотя бы половину достопримечательностей, нужно будет передвигаться бегом не только по городу, но и а по планируемым для осмотра объектам. В общем, снова пришлось объяснять ребёнку, что четыре старинные церкви и пять музеев — это, конечно, хорошо, но пихать всё в один день немного неправильно. В список «неправильных хотелок» также попали шоколадная фабрика, выставка детских рисунков и ещё несколько пунктов. Их все перенесли на другие дни, так что у нас с Ольгой появились шансы за сегодня успеть удовлетворить желания дочки и при этом не забыть про себя.

* * *

Слава крытому аквапарку! И заодно тому, кто придумал и воплотил в жизнь такую замечательную идею. Для любого ребёнка круче может быть только парк аттракционов, но по причине холодного времени года там работало только колесо обозрения. С него-то мы и начали наше утро, прокатившись пять раз подряд. После сходили в театр, попав на премьеру какого-то детского музыкального спектакля, тут пришлось поработать переводчицей одной из наших Альф, ибо представление велось на болгарском языке. Мне понравилось, поскольку я умудрился даже немного вздремнуть, несмотря на детские крики и всеобщий шум с гамом, за что заработал укоризненный взгляд от дочери и завистливый от Ольги. Далее последовал перерыв на пирожные в каком-то кафе и поход на кулинарное шоу в одном ресторане, где детки разных возрастов готовили различные десерты под присмотром профессиональных поваров. Печенья у Софии получились выше всяких похвал, то ли потому что она гениальный ребёнок, то ли дело в двух девушках в белых халатах, не отходивших от неё ни на минуту. Здесь же устроили нормальный обед и уже после поехали в аквапарк. Пришлось нам с Ольгой целый час провести на водных горках, катаясь вместе с Софией, и лишь после этого прикольного заплыва ребёнок наконец-то отпустил нас в поход по магазинам, находящимся в этом большом игровом центре. Сама же дочка осталась в бассейне под присмотром Яны и пятёрки Альф, а мы, прихватив только Раду и пройдя через чёрный ход, сели в заранее вызванное такси и отправились в сторону кладбища.

Описывать это место в подробностях нет смысла, ибо каждое из них так или иначе похоже друг на друга. Арочный вход и небольшая часовенка с краю, множество дорожек и многочисленные кресты с надгробными плитами. Оптимизма такой вид внушить не может, разве только добавить философских мыслей о бренности человеческого бытия. Особо бегать по этому скорбному месту нам не пришлось, ибо номер нужной могилы подсказали в похоронной конторе, находящейся здесь же. Могила Славицы — артефактора и подруги югославкой королевы — ничем особым не выделялась. Памятник из чёрного гранита в форме неровной скалы и с резным крестом с левого края. По центру — имя и годы жизни, а внизу — золотая гравировка на сербском: «Хвала ти за живот». Даже я, не зная этого языка, интуитивно понял смысл фразы, а Ольга, вторя моим мыслям, перевела вслух:

— Спасибо тебе за жизнь.

Если не знать предысторию, то эта надпись особых вопросов не вызывала, но сейчас я ещё больше уверился, что в легенде о Радмиле не всё так просто. И вот теперь стоял и мысленно решал, как незаметно заглянуть в могилу, ибо других вариантов, кроме вот такого, крайне надругательского, я больше не видел. Больше подсказок не было, а значит нужно копать, причём ночью.

— Сергей, посмотри назад, — позвала вдруг Ольга.

Обернувшись, увидел такой же ряд из могил, но ничего странного или необычного не заметил. Моя княгиня, поняв, что я не вижу причины для её возгласа, указала рукой на массивный чёрный крест у могилы, находящейся сразу напротив захоронения Славицы:

— Прочти имя.

Сделав шаг ближе, я прочёл имя и остановился. Потом прочёл ещё раз и физически почувствовал, как шестерёнки в голове начали щёлкать, пытаясь собрать пазл. «Анджела Войнович,» — гласила надпись на надгробье. Торопливо достав планшет, полез проверять информацию. Имя, а также годы жизни и смерти полностью совпали. Сомнений не осталось, здесь похоронена погибшая во время войны одна из дочерей Радмилы.

— Анджела, переводится как ангел или посланник, — добавила Ольга, окончательно расставив всё по местам.

— Пойдём, — кивнул я головой, в сторону выхода.

Оставаться здесь больше смысла не было, необходимо провести небольшой мозговой штурм для анализа добытой информации и определения дальнейших шагов. А этим лучше заняться в нашем временном пристанище. Остальная часть дня прошла спокойно и немного в стороне от меня, и, слава Богу, что не пришлось больше бегать по городу в поисках развлечений для дочки. Мы, конечно, маловато уделяли времени для совместного времяпровождения всей семьёй, и с утра София отрывалась не по-детски, стараясь по максимуму использовать момент. Но, попав в аквапарк, она целиком погрузилась в атмосферу безудержного веселья, и выдернуть её из воды нельзя было даже за уши. Так что мы с Ольгой провели остаток дня, сидя за столиком у бассейна, время от времени участвуя в играх с нашим ребёнком. В итоге, София умоталась настолько, что по возвращению домой в кои веки самостоятельно отправилась спать пораньше. Чем мы, естественно, воспользовались, чтобы согласовать наш зловещий план по извлечению из могил непонятно чего.

— Говорю же, раскапывать нужно обе, — заявил я Ольге.

— Обоснуй, — потребовала супруга, явно пребывая не в восторге от идеи потрошить сразу два захоронения. — Последние строчки кремлёвского письма явно указывают на могилу Анджелы.

— Да потому что Славицу не просто так перезахоронили по указу королевы.

— Всё верно не просто так, — согласилась супруга, и выдвинула свою версию: — Радмила отдала дань памяти своей подруге, похоронив ту в родном городе.

— Это слишком незначительная причина для столь неординарной личности, — оспорил я.

— Это для тебя причина незначительная, — жёстко отрезала Ольга. — А для боевых подруг это более чем достойный повод почтить память близкого человека.

— Ну, тогда почему это коснулось только однойу Славицы? — разрушил я пафосную теорию — Почему остальные из близких, погибших в том сражении, не удостоились такой чести?

— Я не знаю, — пожала плечами жена, — но это не значит, что ты прав.

— Зато мою версию легко проверить.

Ольга не ответила, ну а что тут скажешь — небольшой спор всё равно привёл нас к тому, что рыть могилы придётся без вариантов.

— Славицу нужно доставать целиком, скорее всего в гробу должно лежать что-то спрятанное Радмилой, иначе все манёвры королевы бессмысленны — ведь зачем-то она устроила перезахоронение и даже присутствовала при нём. А вот у Анджелы, думаю, будет достаточно вскопать максимум полметра земли, ибо очень сомневаюсь, что королева приказала эксгумировать свою дочь, чтобы и к ней подложить что-нибудь ценное.

Голос у меня звучал уверенно и весьма убедительно, вот только у самого внутри сидел жуткий червячок сомнения. Но других идей либо версий у нас не было, а расшифровать послание как-то по-другому просто не получалось. Остаётся только вот такой сомнительный и дурнопахнущий вариант.

— Ты знаешь, вот никогда бы не подумала, что придётся когда-нибудь отдавать приказ на осквернение могил, — подперев подбородок кулаком, проговорила Ольга.

— Но мы же не для того это делаем, чтобы просто поглумиться, — оправдывал я этот нелицеприятный поступок, — И вообще, это Радмила виновата — зачем было разводить такие тайны?

— Ну-да, конечно, давай спишем на королеву все наши нынешние дела и поступки, — как-то грустно усмехнулась супруга.

— Солнце, ну предложи другой вариант, или ты думаешь, мне приятно поступать именно так? — излишне горячо воскликнул я. — На фига мы тогда вообще сюда приехали?

— Меня смущает только одно, что мы понятия не имеем, что именно ищем, но при этом готовы беспокоить давно ушедших.

— Ничего не делая, мы ответов не получим, — буркнул я, откинувшись на спинку стула. — И вообще для человека, с лёгкостью стирающего с лица земли целый город, ты сейчас излишне набожна и сентиментальна.

Зря я это, конечно, сказал, похоже, обидел. Ан нет, скорее разозлил, если судить по столь любимым мной искоркам в глазах. Вот только сейчас вместо обычного моего восхищения этим проявлением гнева в душе шевельнулась какая-то неловкость и растерянность.

— Не надо путать месть и моё отношение к мёртвым, которые мне ничего не сделали, — зазвенел её голос. — Всегда есть грань, через которую переступать неправильно. Но если ты всё-таки переступил, то у тебя должна быть очень, повторюсь, очень веская причина.

Сидели мы вдвоём за небольшим чайным столиком в минигостиной на третьем этаже. Комната была проходной, и к ней примыкали две спальни: одна наша, а вторая была отведена дочери. Имелся также отдельный выход на красивый и аккуратный балкон. Честно говоря, не ожидал я такой отповеди от Ольги. Казалось бы, после пяти совместно прожитых лет успел хорошо понять человека, разобраться в его желаниях, а тут оказывается, что-то упустил. «Похоже, я ещё много чего умудрился проглядеть, занятый своим разносторонним самосовершенствованием», — грустно подумалось мне. «Мир Валькирий не так прост, как может казаться инопланетянину, каковым я, по сути, и являюсь. Предстоит потратить ещё много времени, чтобы понять его».

— Прости, — вскинул я руки в примирительном жесте, — совсем не хотел тебя обидеть. Я и сам не очень-то хочу ковыряться в могилах. Но моё желание докопаться до истины перевешивает все моральные тормоза в душе. Там должно быть что-то важное, иначе все эти стишки абсолютно бессмысленны. Но Радмила, судя по историческим хроникам, всегда была женщиной, чётко знающей, чего она хочет. Что-то она оставила после себя, какое-то наследие для потомков, которое, возможно, опередило своё время, и вот такими посланиями она хотела, чтобы его нашли, когда придёт час.

— Ладно, — вздохнула Ольга, — Я надеюсь, ты не собирался лично присутствовать при раскопках?

— Эм-м, — многозначительно начал я. — Но как я могу сидеть здесь, в то время как наши девчонки будут трудиться на кладбище? Это же я всех сюда загнал, а теперь мне что? Из дома не вылезать?

— Твоё отношение к женскому полу порой так уморительно, — улыбнулась Ольга. — Слышала бы Рада, как ты её девчонкой называешь, вот бы посмеялась.

— А она что? Мальчик, что ли? — хмыкнул я.

— Она жестокая и сильная воительница, способная убить практически любого, не испытывая колебаний и душевных терзаний, а ты её девчонкой кличешь.

— Я же не конкретно про неё говорил, а так, в общем смысле.

— У тебя в этом смысле вложено слишком много слабости, как основной характерной черты женского пола из твоего мира, — завернула Ольга. — Но здесь-то девушки другие, мы тут сами и зубы выбьем, и закопаем на месте, если надо. Пора бы уже привыкнуть.

— Не нагоняй на меня скуку, — показательно зевнул я. — Я уже привык к определённого рода стереотипу и по новой переучиваться не собираюсь. У меня и так с женой постоянные тёрки, всё время мучаюсь вопросом: то ли её взять на руки, то ли самому к ней забраться.

— Ах вот как, мучаешься, значит? — прищурившись, спросила Ольга, — Ну-ка поподробнее про свою жену расскажи, пожалуйста.

— Оль, давай попозже про эту, хм, замечательную женщину.

— Ты ещё и хмыкаешь, — наигранно возмутилась она.

— Я, конечно, понимаю, что лёгкая сатира во внутрисемейных отношениях приветствуется, но давай всё же вернёмся к земным вопросам, или правильнее сказать, к подземным. Вопрос с кладбищем не решён, — серьёзно произнёс я.

— Умеешь же ты развлечь девушку, — вздохнула она, в этот раз примерив на себя печальный образ, — ну давай решим с кладбищем, раз другой темы нет. Ты у меня кто? — неожиданно спросила Ольга в конце.

— Умеешь же ты поставить мужчину в тупик, — вернул я реплику и добавил: — Я князь Гордеев, муж великой княгини Ольги.

— Надо же, — покачала головой моя язвочка, — и это правильный ответ. А теперь скажи мне, что скажут люди, если вдруг заметят тебя на кладбище, да ещё и ночью. На видеокамеру попадёшься или просто кому-то на глаза?

— Наверное, подумают, что князь очень странная личность, — улыбнулся я.

— Ага, очень странная, особенно если застукают, как ты ковыряешься в гробу, — фыркнула Ольга и, сменив тон на серьёзный, выговорила: — Мы не оберёмся позору, если такое случится. Потом просто не отмоемся, так что давай не рисковать понапрасну там, где этого риска можно избежать. Несколько девушек справятся с заданием без особых проблем, а учитывая, что Рада — сильная Альфа в стихии земля, для неё вскопать могилу дело одной минуты.

— Ладно, так уж и быть, уговорила, останусь дома, — приняв благосклонное выражение лица, согласился я с доводами супруги.

— Ой, спасибо, прямо порадовал, — не упустила возможности поязвить моя благоверная супруга.

— Ты когда язвишь, у тебя морщинки проявляются, — поддержал я обмен «любезностями».

— Ну, ты и врун, — качая головой, ответила Ольга и, чуть повысив голос, позвала, — Яна!

Голова девушки тут же высунулась из-за двери, ведущий в коридор, и с молчаливым вопросом в глазах она посмотрела на Ольгу.

— Позови Раду.

Долго нам ждать не пришлось, и буквально через две минуты Ольга нарезала круг задач хранительнице, которой доверили командование над операцией. Рада выслушала весьма странный приказ с абсолютно спокойным и невозмутимым лицом и, сказав, что всё поняла, отправилась на дело. Спать ложиться не стали, смысла не было, ибо если всё пройдёт нормально, то через два часа максимум девушки должны вернуться. Так и случилось, и лёгкий шум во дворе возвестил нас, прихлёбывающих чёрт уже знает какую по счёту кружку чая, что группа вернулась. Внутреннее напряжение достигло пика, когда воительница вошла к нам в комнату.

— Здесь то, что было в гробу у Славицы, а это нашли неглубоко под крестом на могиле у Анджелы Войнович, — проговорила хранительница, выложив на стол две вещи. — Были помещены в глиняные кувшины и плотно обмотаны промасленной материей в несколько слоёв. Керамику брать не стала.

— Спасибо, Рада, можешь идти, — ответила Ольга, в то время как я уже потянулся к предметам на столе.

Две небольшие деревянные шкатулки наподобие той, что хранилась в Кремле, одинакового размера и формы. Резьба на крышке и боках немного пострадала, а лак на дереве местами потрескался и сошёл полностью, но гнили нигде не было. Немного волнуясь, взял в руки ту, что лежала в могиле Анджелы. Открыв, увидел слегка пожелтевший кусочек бумаги и аккуратно вынул его на свет. Всё-таки на ощупь это оказалась не бумага, судя по тому, как материал себя вёл, он больше походил на шёлк. Лоскут дорогой материи оказался размером примерно двадцать на двадцать сантиметров и при разворачивании явил знакомый уже почерк с очередным четверостишием. Разочарованно вздохнув, осторожно, а то ещё расползётся от неловкого движения, передал послание Ольге:

— Это по твоей части, солнце.

После ставшей уже традиционной паузы моя жена прочла очередной опус югославской королевы:

— Расскажет однажды вам птица про сотни погибших врагов,
— Но знай, смерть потребует платы, неважно кто спас от оков.
— Лишь сердце закроет от мести, последний подарок из Рая,
— Пускай полежит он с тобою, подруга моя боевая.

Я честно прослушал до конца, естественно сходу ничего не понял и потянулся за второй шкатулкой, одновременно молясь всем богам сразу, чтобы там оказалось, что угодно, но только не очередной стих, иначе я взвою. Сначала перед глазами предстал бесформенный комок какой-то материи, и я, уже не сильно церемонясь, взял его в руки. Внутри оказался завернут твёрдый предмет, который был немедленно вытряхнут на ладонь.

— Неплохой экземпляр, — проговорила Ольга, разглядев то, что лежало в моей руке, — минимум пятнадцать карат, если не больше.

Я в каратах не разбираюсь, но сверкающий гранями бриллиант был достаточно приличных размеров и очень красивой грушевидной формы. Однако не его блеск был главным для меня, а тот факт, что передо мной был какой-то артефакт. Сжал в ладони драгоценность, прикрыл глаза и потянулся к структуре камня. Только таким образом можно было досконально изучить и увидеть все вложенные в него магические плетения. Своеобразный эффект линзы, когда через десятикратное стекло изучаемая вами вещь предстаёт совсем в другом цвете, проявляя на свет различные и до этого не видимые подробности. Ну что я могу сказать? Мастер, творившая это изделие, была, безусловно, незаурядным талантом, уж точно лучше меня, причём на порядок. Если это сделала Славица, то снимаю шляпу и низко кланяюсь, ибо узоров было накручено столько и они так плотно переплетались, что я просто терялся, пытаясь уловить суть амулета. В магическом фоне бриллиант никак не проявлял себя, а все узоры ощущались только таким методом: практически на ощупь и при плотном контакте.

— Не молчи, скажи хоть что-нибудь, — не выдержала Ольга.

Со вздохом отложив на стол вещь, которой тут же завладела моя супруга, я откинулся на спинку кресла и, закинув руки за голову, задумчиво проговорил:

— Это, безусловно, какой-то амулет или артефакт, но очень странной конструкции. Странна она тем, что я смог различить, как и атакующие узоры, характерные для боевых жезлов, так и плетения, свойственные лекарским амулетам.

— Вывод-то какой?

— А нема у меня вывода, ваша светлость, — раздражённо развёл я руками, — не хватает знаний. Я не могу понять предназначение этого камушка. Так что звони Агнии, и пусть вылетает ближайшим рейсом. Вопросы копятся как снежный ком, но я надеюсь, что хотя бы здесь наша артефактор сможет помочь.

Тот факт, что на часах было два часа ночи ни меня, ни Ольгу, спокойно набирающую номер телефона Агнии, совершенно не смущал. Я прекрасно знал о фанатизме девушки, готовой возиться порою до самого утра с разными изделиями, а после получения архива Змеевых она, по-моему, вообще спать перестала. Ну а княгиню Гордееву в принципе не волновал вопрос, что она может разбудить в неурочное время своих подданных. В этом мире также были установлены часовые пояса, и в Москве сейчас было на час больше. Но кому сейчас легко? Мы с Ольгой вообще кладбища потрошим и ничего — живы пока и даже почти не жалуемся. Краем уха отметил приказ своей жены, переданный Агнии в ультимативной форме — явиться в Софию ближайшим же рейсом. Едва моя супруга закончила разговор, как словно по заказу заплакала дочка, видно, что-то приснилось нехорошее. Обладающая не иначе как суперлокаторами на голове Яна тут же высунулась из-за двери, но была остановлена и отправлена спать взмахом княжеской руки. Н-да, всё-таки у девушки адская должность, но за безграничное доверие потерпишь и не такое. Ольга, уже направляясь в детскую, на ходу бросила:

— Серёжа давай спать, завтра уже добьём все вопросы.

Вяло кивнув в ответ, продолжил сидеть в позе древнегреческого философа, поставив локоть на стол, а на кулак водрузив подбородок. Спать, конечно, надо, кто же спорит, но вот прямо сейчас я точно не засну, хотя тело во всю сигнализировало, что пора бы, хозяин, и на боковую. Кофе глотнуть, что ли? Хотя зачем кофе, когда у меня есть стимулятор покруче. Потянулся особым образом к источнику и практически мгновенно почувствовал прилив сил и бодрости. Во-от! В таком режиме я уже могу плодотворно работать хоть пару суток без перерыва, больше, к сожалению, не позволит источник, самостоятельно обрубит связь, и останется только доползти до кровати, и желательно быстрее, чтобы не заснуть на ходу. Но доводить до предела я не собирался, мне бы только по основным вопросам пробежаться и всё. А для начала выпишем все стихи на один лист, чтобы было удобнее.

Письмо из Кремля

Однажды предсмертная птица откроет на тайну глаза,
Используя раз силу смерти, над жизнью я власть обрела.
Земля сохранит вам легенду — одна против армии зла
Фемида не врёт, и в Софии от ангела ждите посла.

Письмо из могилы Анджелы

Расскажет однажды вам птица про сотни погибших врагов,
Но знай, смерть потребует платы, неважно кто спас от оков.
Лишь сердце закроет от мести, последний подарок из Рая,
Пускай полежит он с тобою, подруга моя боевая.

Письмо из Монастыря

Вторая предсмертная птица откроет вам позже глаза,
Используя раз силу смерти над жизнью я власть обрела.
Прошу передайте в столицу, чья кожа излишне черна,
Ответ мой в надёжной гробнице, с последним мечом короля.

Два письма из Белграда

Пуская в полёт эту птицу, молитвы прошу у тебя,
Пусть та, что наденет корону, надёжно хранит у себя.
Отдам ей орудие смерти, но знай, лишь четыре ферзя,
Вобрав артефактора силу, откроют Мероту врата.
Тебе, моя кровь, говорю я: «Лишь время наступит искать,
Проси на восходе поддержку — одна ты не сможешь поднять.
В реке неразбавленной крови найдёшь с кем союз обретать,
Слаба я, и бремя вручая, не знаю, кому доверять.»

Очень надеюсь, что к утру я смогу выстроить пару красивых теорий, а то, право слово, уже задолбали эти загадки.


Глава 3. Охота

— Я так понимаю, ты даже не ложился, — поприветствовала меня Ольга, выходя из спальни дочери аж в десять утра.

Моя жена, уйдя ночью успокаивать Софию, так и не вернулась из её комнаты, похоже, заснув рядом с ребёнком. Что удивительно, сама дочка, видно, пригревшись под боком у мамы, даже не вздумала просыпаться с утра пораньше, как это обычно делала, а поднялась вместе с Ольгой и теперь, стоя рядом с ней, усиленно зевала и хлопала ничего не понимающими спросонья глазами.

— Ты же знаешь, что долго пользоваться силой источника не рекомендуется, — не дождавшись от меня моментального ответа, проявила заботливость моя княгиня.

Проводив взглядом Яну, которая при звуках голоса своей госпожи тут же вошла в гостиную и, подхватив на руки Софию, унесла ребёнка умываться, я с грустным видом заявил:

— Я лопух, и единственное, что меня может оправдать, это отсутствие опыта в расследовании таких ребусов.

— Заинтриговал, особенно началом, — улыбнулась Ольга, садясь на соседний стул. — Прямо не терпится узнать подробности.

— Надо было сразу после обнаружения четверостиший из Белградского музея набрать в поисковой строке простой запрос: «стихи Радмилы Войнович — королевы Югославии». Выдало миллион ответов, но по факту существует всего три четверостишия — два белградских и одно монастырское. А про послание, что хранится в Кремле, и тем более из могилы Анджелы, никто не знает. И что интересно, несмотря на то, что стихи из Белграда стали известны чуть больше года назад, уже образованы различные сообщества, которые пытаются разгадать эти загадки. Самое популярное мнение, что под орудием смерти скрывается боевой жезл Радмилы, который кто-то уже украл. В принципе, такая мысль про жезл меня посещала практически сразу.

— Допустим, но жезл уже украли, а что тогда ищем мы?

— А вот мы и добрались до сути вопроса. В одном из белградских посланий говорится о ферзях. А ферзь у нас кто?

— Шахматная фигура.

— Да, а ещё её называют королева. И четыре алмаза, которые составляли основу боевого жезла Радмилы, за непревзойдённую чистоту носили название «Слёзы королевы», а были они подарком сербке от нашей императрицы Екатерины. Правда, на тот момент они были простыми драгоценностями.

Рассказывая, я сделал паузу на этом месте и постучал по столу рядом с найденным ночью бриллиантом.

— Рисунки, а также описания из различных источников полностью совпадают с нашей находкой. Перед тобой та самая «слеза». Вся соль в том, что жезл Радмилы был выставлен в музее без этих камней. Версия для туристов звучит везде одинаково — камни были потеряны ещё до смерти королевы и место их нахождения неизвестно.

— Та-ак, — оживилась Ольга и, взяв в руки брюлик, стала его рассматривать с удвоенным интересом.

Полюбовавшись на свою жену, увлечённо буравившую взглядом сей артефакт, как будто требуя у него рассказать, где прячутся остальные «Королевские слёзы», я не удержался от улыбки и сказал:

— Молнией не просверли случайно, а то обидно будет.

— Ага, — проигнорировала она мой подкол. — Что там дальше?

— А дальше мы имеем легенду, кучу трупов и одного выжившего человека — королеву Югославии. Как они были убиты, уже понятно, также из стихов ясно, что активировала данное орудие Славица-артефактор. Далее, уже в четверостишии из могилы Анджелы говорится о том, что смерть потребует платы. То есть это оружие уничтожает любого, даже того, кто выпустил силу смерти, и спасётся лишь тот, у кого есть защита. В этом же стихе написано: «Лишь сердце закроет от мести, последний подарок из Рая». В той долине погибло много людей Радмилы, и некоторые из них были помещены в монастырскую гробницу. Лекарка по имени Рая одна из немногих, кто получила в своё владение целый гранитный саркофаг. Любопытный каламбур получился — Рая ушла в Рай, и теперь оттуда мы должны забрать какое-то «сердце». Как понимаешь, у нас появился ещё один повод съездить в монастырь.

— Ты молодец, — уважительно посмотрела на меня Ольга, — проделал большую работу.

— Да что там, — махнул я рукой, — по ферзям мне помогли различные сообщества. Версий в сети было очень много, осталось только подобрать нужную. Частично разгаданными остались только стих из Рыльского монастыря и белградское послание про кровь.

— Частично это как?

— Там предлагается очень много трактовок, но касаемо монастырского послания, мне нравится версия про Эфиопию.

— Неожиданно, — удивлённо приподняла брови Ольга.

— Ага, сам в шоке. Но есть несколько моментов, которые склоняют меня к тому, что такой вариант имеет право на жизнь. Оказывается, новообразованное королевство Югославия достаточно активно помогало Эфиопии. Они же христиане, причём ближе к православию, нежели к католицизму. И современную религиозную форму африканки приняли как раз-таки благодаря Югославской Православной Церкви. ЮЦП оказывала активную помощь чернокожим девам, формируя отряды воительниц и отправляя их в африканское королевство, постоянно воющее с окружающими его исламскими государствами. А Радмила полностью поддерживала такие начинания, и в этом деле отметились даже российские воительницы.

— А что за меч короля имеется в виду?

— О-о-о тут предлагают море всего. Но мне опять-таки понравилась почему-то самая непопулярная версия про последнего короля Эфиопии мужского пола. Ты бы видела, как в сети заклевали одну женщину, выдвинувшую эту теорию. Набросились так, что мне даже стало её жалко. Типа как она вообще могла подумать про какого-то мужчину, который умер ещё до вступления Радмилы на трон Югославии. Этих кричащих даже не смущал тот факт, что Иясу, как и нынешняя правящая династия, ведёт свой род от Соломона. И приставку «Великий» он получил к имени ещё при жизни за активные и успешные войны с исламскими государствами. Именно во время его правления королевство Эфиопия окончательно присоединило к себе Сомалийский полуостров. Мужчина, не имеющий магических сил, сумел полностью перестроить армию и оставил своей наследнице сильнейшее государство Африки.

— Да, интересный персонаж, — согласилась Ольга, — а с мечом-то что?

— Тут ещё одна легенда, — вздохнул я, — только теперь, как понимаешь, эфиопская. В ней рассказывается, что для Иясу был создан особый артефактный меч. Он мог прикрыть от магического удара наподобие защитного амулета и при этом в ближнем бою позволял разрубить сильную воительницу. Возможный ранг одарённой, которой можно было противостоять, точно не указывается, но якобы даже Альфа не могла устоять, хотя в последнее мне верится слабо. Это ж сколько энергии нужно закачать в оружие, чтобы оно могло пробить доспех духа у такой противницы, пусть даже и один раз? Его бы самого отдачей прихлопнуло бы. Но это я так — небольшое отступление от темы. Сам меч был захоронен вместе с Иясу в отдельной гробнице, месторасположение которой известно только приблизительно. Различные источники в основном сходятся на предположении, что захоронение находится в западной демилитаризованной зоне королевства. В конце девятнадцатого века Эфиопия переживала не самые лучшие времена и вынужденно сдвинула часть своих западных границ от тридцати до ста километров на восток, уступив часть территории диким племенам. Вот где-то там эта гробница и находится.

— Да уж, сколько всего любопытного, — задумчиво проговорила Ольга.

— А то! Голову сломать можно, — согласился я, — Второе белградское письмо, где упоминается про кровь, в основном расшифровывают как призыв смотреть в сторону Москвы. «Тебе, моя кровь, говорю я» — это явно обращение к своим потомкам. «Проси на восходе поддержку» и «В реке неразбавленной крови», — это очень похоже на Романовых и завуалированную просьбу искать с ними союза для поиска «Королевских слёз».

— Получается, что Радмила оставила два раздельных пути для поиска артефактов, — сказала Ольга, — один белградский, другой московский. И, только объединив их оба, можно собрать все кусочки.

— Всё верно, но меня, если честно, смущает, зачем она так сделала? Ведь идёт кровопролитная война с Турцией, и любое мощное оружие будет только в помощь, но она не только его больше не применяла, но и зачем-то уже после победы спрятала, оставив кучу подсказок в разных местах.

— Ну, здесь-то всё как раз-таки просто, — улыбнулась моя жена. — Турчанки уже практически проиграли, и применять столь мощное оружие не было необходимости. Судя по всему прототип не был доведён до ума и, убивая, совершенно не разбирал своих и чужих. Почему спрятала? Здесь тоже, как мне кажется, всё ясно. За время войны она потеряла обеих дочерей, а в сражении у монастыря погибли её близкие подруги. В возрасте люди часто становятся весьма сентиментальными, а у Радмилы после стольких кровавых лет могло что-то надломиться внутри. Она решила, что этому страшному орудию убийства нет места в наполненном кровью мире. А уничтожить жезл не хватило духу, возможно, из-за памяти о тех, кто его создал и спас её в тот самый день у стен монастыря. А может, ей мечталось, что в будущем мир будет чище, а если нет, то, вероятно, потомки вспомнят про жезл и воспользуются им, если прижмёт и не останется другого выхода.

— Звучит правдоподобно, — проговорил я, — Во всяком случае, такая версия довольно обоснована.

— Да, только вот у меня возник вопрос по поводу несправедливого размещения подсказок.

— О чём ты?

— Смотри! Письмо из Кремля привело нас в Софию, дало следующую подсказку и один из четырёх камней. В монастыре нас должно ждать что-то ещё. Возможно, защита от этого оружия и ещё одна подсказка. У Югославии в активе только боевой жезл и намёк на сотрудничество с Россией. Письмо из монастыря хранилось долгое время именно там, а не в Белграде. А больше у них ничего нет, что, несмотря на наличие у Радмилы уважения и признательности к нашей стране, выглядит немного странно.

— Ты немного поторопилась, — качнул я головой. — Во-первых ты не знаешь, все ли стихи выложили югославки в свободный доступ. Во-вторых, есть ещё одно послание, не попавшее в общий список загадок. На надгробье Радмилы есть такие строчки:

— Застыли давно крылья радужной птицы,

— В ней символ победы и славы страницы

Чтобы порадовать Ольгу, я прочёл с выражением и чувством. Ну как смог, конечно.

— Гравировка сделана на русском, что, в принципе, не удивительно, учитывая всеобщую тогда признательность балканских народов к Российской империи. К тому же, по преданию, эти строчки посвятил югославской королеве один московский поэт, восхищённый её деяниями. И именно их она попросила набить на своём надгробье. Радужная птица — это якобы сама Радмила, ну а касаемо строчек о славе и победе, тут тоже должно быть всё понятно. Вот только столкнувшись с этими загадками, я стал немного подозрительным. Ведь имя Славицы переводится как слава. И теперь последние строчки я трактую, как спрятанные где-то страницы из архива этой одарённой мастерицы.

— Браво, Сергей, — натурально зааплодировала Ольга. — Осталось понять, что за птица имеется в виду.

— Да, но здесь пока туго, — с кислой миной на лице произнёс я, — даже, сказал бы, глухо, ибо никаких вариантов я не нашёл, а умные идеи почему-то в этот раз не спешат в мою голову.

— Ну, возможно, пара полученных подсказок, помогут решить и эту загадку, — утешила меня Ольга.

— Надеюсь, что так и будет, если я не ошибаюсь, конечно. Вообще-то, немного странно, что за столько времени никто из Романовых не попытался расшифровать письмо Радмилы.

— Не вижу ничего странного, — весьма категорично заявила Ольга. — Чтобы попытаться найти ответы, нужно для начала, как минимум, проявить интерес. Ты и правда думаешь, что императрица Екатерина, получившая этот стих после смерти Югославской королевы, бросила все свои дела или затребовала от своих людей немедленно решить этот ребус? Скорее всего, она посчитала это предсмертным бредом умирающей или просто неудачной попыткой стихосложения. А поместив шкатулку с письмом в хранилище, она лишила доступа к этой загадке всех, кроме себя и своих наследниц. Ну и кто из будущих правительниц огромной державы будет вникать в малозначительную информацию из прошлого на фоне глобальных и внутригосударственных проблем? Да никто!

— Пожалуй, ты права, — задумчиво проговорил я, — А что мы будем делать с Евой?

— Ничего, — пожала плечами моя жена, — ищем пока самостоятельно, а там посмотрим. Если вдруг не хватит наших возможностей, то обратимся к ней и всё расскажем.

— Какая ты хитрая, — хмыкнул я.

— Вот только не надо подкалывать, — усмехнулась Ольга. — Просто смысла её сейчас дёргать действительно нет.

— Как скажете, ваша светлость, — сидя, изобразил я шутливый поклон, за что в меня тут же полетел пряник из вазочки, стоящей на столе ещё с прошлого вечера.

Несмотря на скорость и разделяющее нас небольшое расстояние, я был готов к такому повороту и успел избежать попадания, сместив голову в сторону от траектории своеобразного десертного снаряда.

— Вот что ты обо мне всякие гадости думаешь? — недовольно буркнула Ольга.

— Ты и гадость — это две совершенно несовместимые вещи, — хмыкнул я и, загибая пальцы, начал перечислять: — Ты и коварство — да. Ты и тонкий расчёт — тоже да. Ну, ещё там разная мелочь типа красоты, силы и так далее. Кстати ты, когда дуешься, то такая милая.

— Почему я иногда испытываю желание тебя поколотить, ты не знаешь? — с явной кровожадностью во взгляде спросила моя Валькирия.

— Не знаю, детка, может быть, съела что-нибудь не то? — участливо предположил я.

Нашу лёгкую полушутливую пикировку прервала Рада, доложившая о приезде Агнии. Немного неудобно получилось, ибо даже не знаю, зачем она теперь нужна. Вроде бы для нас всё встало на свои места, и теперь надо только собрать вместе все недостающие камни. С другой стороны, даже если повезёт, и мы найдём весь комплект, то остаётся вопрос с жезлом — скорее всего, именно он основа всего артефакта. А значит, без Агнии не обойдёмся по-любому, ведь я разобраться в этой древности пока не в состоянии. Поприветствовав вошедшую девушку, мы предложили ей сесть за стол и высказать своё мнение о найденном бриллианте. Рассказывать ей свои выводы и все перипетии поисков пока не стали, так как хотелось послушать объективное мнение профессионала, незамутнённое лишней информацией. Взяв в руки драгоценный камень, девушка погрузилась в долгое молчание. Даже обычно невозмутимая Ольга стала проявлять нетерпение, а я так вообще вышел из-за стола и мерил шагами комнату. Наконец отложив на стол частичку прошлого и поочередно взглянув на нас с Ольгой, девушка проговорила:

— Очень древняя вещь, такие схемы сейчас не используют, слишком устарели. Странная конфигурация магических сил, явно лекарские плетения пересекаются с боевыми. Но в нём нет узоров-ключей, а значит это лишь часть сложносоставного артефакта. Должен быть минимум ещё один такой же камень и главный управляющий блок, к которому всё подключается. Например, жезл!

Мы с Ольгой только молча переглянулись. Ну что тут скажешь? Агния, как всегда, на высоте. Далее супруга, опередив меня всего на мгновенье, задала вопрос:

— Скопировать можно?

— Я так понимаю, ты глубоко не полез!? — полуутвердительным тоном перебросила девушка вопрос уже мне. — Почему?

— Не стал. Смутила некая странность в узловых точках, — подтвердил я.

— Молодец, — улыбнулась девушка и, отвечая уже Ольге, добавила: — Скопировать с готового образца невозможно. Некоторые соединения прикрыты узором на самоуничтожение всей схемы, их невозможно приблизить и рассмотреть во всех подробностях, а это ещё одна странность к сказанному ранее. Такую защиту придумали гораздо позже, чем тип используемых плетений и либо данную вещь делала любитель старины, либо она гений, опередившая время.

— Пожалуй, стоит позавтракать, — хлопнул я в ладоши, прервав недолгое молчание, возникшее после слов Агнии. — Там и побеседуем нормально.

София не дождалась нас на основную часть завтрака и, когда мы спустились в столовую на первый этаж, уже допивала чай с плюшками. И практически сразу побежала с Яной смотреть видео о Рыльском монастыре. У няни стояла сложная задача убедить ребёнка потратить первую половину дня на эту поездку, а уже на оставшуюся часть обещать всё что угодно. За завтраком вкратце рассказали Агнии основные события, и надо было видеть её загоревшийся после этого взгляд. Похоже, наши ряды пополнила ещё одна любительница интересных историй и загадок.

— Это здорово! Вы же позволите мне участвовать в данных мероприятиях? — ёрзая на стуле и умоляюще глядя на Ольгу, спросила девушка.

— Нет, конечно, — фыркнул я, — мы же тебя просто так выдернули из Москвы, чтобы ты знала и мучилась.

— Сергей пока недостаточно хорош в артефакторике, так что ты в деле, — улыбнулась Ольга.

На том и порешили, и быстро собравшись, поехали в сторону монастыря. Софии пришлось пообещать сразу два мороженных. Одно туда, а другое на обратную дорогу, и это мы ещё дёшево отделались, снизив первоначальный запрос в десять штук. Торг с дочкой, правда, не занял много времени, и едва она озвучила свою хотелку, как в ответ получила ультиматум — или два, или ничего. Дорога ничем особенным не запомнилась, поскольку я, едва сев в машину, погрузился в царство Морфея и благополучно проспал всю дорогу. Стимулировать себя силой источника посчитал излишним, решив, что он, возможно, мне после ещё пригодится.

Монастырь находился на высоте одна тысяча сто сорок семь метров над уровнем моря, и по приезду нас встретил настоящий зимний пейзаж. Насколько хватало взгляда, вся долина и ближайшие горы были полностью завалены снегом. Выглядело красиво и завораживающе. Несмотря на холодное время года, на парковке находилось несколько экскурсионных автобусов и парочка легковых автомобилей. Сама православная обитель снаружи казалась строгой и суровой, вызывающей ассоциации с неприступной средневековой крепостью. Но это ощущение было преждевременным и немного обманчивым. Комплекс имел форму неправильного четырёхугольника, центром которого является двор, где располагались башня и главная пятикупольная церковь с наземной арочной галереей. Внутренняя часть здания по периметру двора представляла собой такую же арочную галерею, но уже трёхэтажную, на которую выходили двери келий монахинь. С первого взгляда строение поражало своей красотой: ажурные арки, красочные фрески с ликами святых и сценами из священного писания, покрывающие все внутреннее пространство, включая переходы и купола, резные ворота, башня с часовней. Изящество и гармония архитектурных форм на внутренней территории обители, более подходили какому-нибудь дворцу из эпохи Возрождения, нежели монастырю. Он до сих пор был действующим и до падения кометы с инопланетным вирусом считался мужским. Сейчас это была чисто женская обитель, одна из самых известных на территории всего Балканского полуострова, привлекающая множество туристов со всего мира своей историей, древней библиотекой и богатой коллекцией экспонатов.

Нас ждали, ибо мы заранее заказали индивидуальную экскурсию, и встречающая нас монахиня после взаимного приветствия провела нас в крыло, отведённое под музей. Из всего количества прибывших с нами людей мы с Ольгой взяли только Агнию и Раду с Яной, а остальным пришлось куковать в машинах. Экспозиция здесь была большая, и если бы не однообразие экспонатов, можно было бы ходить очень долгое время. Но рассматривать иконы мне надоело где-то на цифре пятьдесят, уж слишком всё было одинаковым и неинтересным. Единственное, что пробудило искреннее любопытство, был стенд, посвящённый первой югославской королеве. Помимо письма с четверостишием, комплекта одежды и разных мелочей: от заколок до набора письменных принадлежностей, также имелась одна небольшая картина, помещённая в резную рамку из дерева. Краем уха, слушая нашего гида, я узнал, что картина была написана уже после войны, но художник создал образ Балканской Жанны Д’Арк, нарисовав молодую женщину, облачённую в рыцарские латы в комплекте с причудливым шлемом, что прикрывал голову и скулы, а лицо оставлял полностью открытым. Будущая королева была вооружена необычным мечом с похожим на саблю изогнутым клинком, но к середине длинного лезвия ширина клинка слегка увеличивалась а затем плавно уменьшалась, превращаясь в жалящее остриё. Радмила держала меч, сжимая в правой ладони рукоять, а левой, как и правая с надетой кольчужной перчаткой, поддерживала его ближе к острию. «Не мир я вам принесла, а меч,» — вылезла откуда-то из глубин сознания фраза, очень подходящая к увиденной картине.

К сожалению, кроме этого стенда, все остальные экспонаты, так или иначе, имели отношение к религии. Огромное количество икон, различные трактаты, написанные православными мудрецами… Э-э стоп! Если писала женщина, то уже не мудрец, а… Мудрячка? Или мудрачка? Нет, последнее склонение точно из другой оперы, особенно если убрать букву «Р», и вообще я не учитель русского языка, чтобы с женским родом тут мучиться. Короче — книги, написанные очень мудрыми женщинами. Вот! Вроде вывернулся. И да! Мне было скучно. Каюсь, грешен, а если учитывать обстоятельства моего появления в этом мире, то меня смело можно назвать неблагодарной сволочью. Уж кто как не я должен истово верить в Бога, ибо исключать его вмешательство в процесс моего спасения от метеорита и помощь в переносе сюда пока преждевременно? Ведь ещё один вероятный виновник телепортации под звучным названием «алтарь необыкновенный» пока с невозмутимым видом ждёт, когда же откроют его тайну и научно-исследовательским тыком докажут, что это действительно возможно. Но пока этого не случилось, и я, по идее, должен ходить и молиться. А я вот не хожу и не благодарю ежесекундно. Нехороший человек.

Наверное, всё дело во врождённом скепсисе и более приземлённом взгляде на мир. Я вот не верил в магию, пока не попал сюда, но сейчас с пеной у рта готов доказывать её существование. Дайте мне увидеть Бога или хотя бы почувствовать его так, как я чувствую источник, и тогда я уверую. Хотя если предположить, что источники — это искры божьи, давшие людям власть над стихиями, то получается прямо убойная теория. Можно хоть сейчас создавать новую религию — правда, даже здесь её назовут сектой и прихлопнут отца-основателя вместе с новообращёнными адептами. Соответствующие примеры из местной истории уже были. Все места давно поделены, а верующих и так на всех не хватает. Поймав себя на мысли на столь философские темы, решил, что стены монастыря как-то неправильно на меня влияют и надо переходить к тому, зачем мы в принципе приехали. К тому же, помимо меня, явно заскучала и София, а значит, ребёнка следовало срочно спасать. Оправдывая себя этими мотивами, я решительно подошёл к нашей монахине, исполняющей функцию экскурсовода, и прервал ту на полуслове:

— Простите, матушка Агафия. Всё это очень интересно, но наш ребёнок хотел бы посмотреть кельи, в которых живут ваши сёстры, а мы с женой очень желали глянуть на монастырский склеп. Насколько помню, это было в программе.

Удивление во взгляде и неловкая улыбка. Ну вот, опять почувствовал себя свинтусом.

— Да, было бы хорошо немного ускорить нашу экскурсию, — поддержала меня Ольга со слегка извиняющейся улыбкой на устах.

— Конечно. Я с удовольствием покажу ребёнку, где проводят время мои сёстры. Я так понимаю, в склеп вы пойдёте самостоятельно?

Подтвердив желание прогуляться без гида и получив инструкцию, куда нам идти, я вместе с Ольгой и Агнией направились к искомому месту. Спустившись по узкой лестнице вниз, мы оказались в полуподвальном помещении с низкими сводами. Высота потолка совсем немного превышала два метра, и я мог с лёгкостью коснуться его рукой. Неяркие лампочки находились возле каждого из саркофагов, длинной вереницей замерших вдоль стен с обеих сторон вытянутой братской усыпальницы. Или правильнее сказать — сестринской? Просто не знаю, есть ли здесь тела монахов или их всех перезахоронили в другом месте? Читал, что монастырь был частично разрушен во время войны за независимость Балкан от турецкого ига, а после значительно перестроен. Но что они сделали с останками предыдущих и давно усопших обитателей мужского пола, понятия не имею, а ведь было их немало, так как обитель существует уже с X века.

Тусклое освещение лишь немного разгоняло тьму, создавая мрачную атмосферу загробного мира. Здесь уже находилась небольшая группа туристов, вполголоса обсуждающих какую-то пояснительную надпись на специальной стойке, что стояли возле каждого захоронения. А было их очень много и, если прикинуть на глаз, выходило свыше ста штук. Правда, как оказалось, не все они были «заселены». Некоторые были без подсветки, таблички с информацией также отсутствовали, что говорило о наличии свободных мест. Такие саркофаги находились ближе ко входу, а вот дальше была цепочка гранитных гробов, среди которых должно находится тело лекарки Раи.

Нам пришлось пройти примерно до середины этой печальной вереницы из множества захороненных тел, внимательно вчитываясь в имена на табличках. Можно было, конечно, поинтересоваться у монахини у входа, судя по источнику обладающей рангом Дельта, или у гида, что-то рассказывающей группе туристов, причём на немецком языке. Но мы решили не привлекать лишнее внимание к погибшей близкой подруге югославской королевы. Ведь нам придётся вскоре вскрывать её саркофаг, и если после этого кто-то обнаружит наше вмешательство, то не хотелось бы, чтобы думали в первую очередь о нас. Поэтому мы втроём неспешным шагом шли по проходу между этими гранитными сооружениями, временами останавливаясь и тем самым создавая видимость просто любопытных обывателей. Наличие видеокамер в этом месте заставляло серьёзно задуматься и более тщательно отнестись к проработке плана по извлечению спрятанного амулета. Увидев искомое имя на табличке, остановились и стали изучать массивный саркофаг.

— Монументально, — вырвалось у меня при взгляде на это творение.

Массивное гранитное основание и явно тяжёлая крышка из такого же материала заставляли подумать о привлечении к операции мощного крана. Правда мысль про кран просуществовала недолго, всего лишь до момента, когда я вспомнил, что одарённые те ещё тяжеловесы. И всё, что не нельзя поднять руками, легко взлетает вверх с помощью магии. Осталось только сообразить, как нам всё это провернуть.

— Можешь приподнять крышку на пару сантиметров? — шёпотом спросил я Ольгу.

В общем, могу и сам, но одновременно удерживать надгробье и исследовать саркофаг на предмет магии задача не из лёгких.

— Зачем?

— Слишком толстые стенки, не могу просканировать, есть ли там что-то.

— Бессмысленно, — услышав моё предложение, тут же забраковала Агния, — Прошло больше двухсот лет, амулет разряжен в ноль, сами плетения, не напитанные силой, пассивны. Вспомни «слезу».

— Точно, торможу что-то, — вздохнул я.

Надо было ночью спать ложиться вовремя, туплю на ровном месте. Ведь «слеза» из могилы Славицы была полностью разряжена, и магический фон был нулевой.

— Ладно, что здесь топтаться, пойдёмте уже, — проговорила Ольга.

Обратно шли, нигде не задерживаясь. И выйдя на улицу, связались с Радой, чтобы вместе с Софией и Яной возвращались к машинам. Что ж, разведка проведена, осталось наметить план действий.

— Звони Марине, — сходу предложил я, едва мы уселись в машину, ожидая, когда хранительница с няней приведут ребёнка.

— Хочешь использовать СБ? — задумчиво спросила Ольга, моментально поняв подоплёку моего предложения.

— Ну-у, здесь-то нам своими силами не справиться, — пожал я плечами. — Если только среди наших хранительниц нет парочки специалисток по тихому и незаметному проникновению в различные места.

— Нет, таких с собой не брали, — отстранённо ответила жена, всё ещё погружённая в собственные мысли. — Но есть вариант лучше.

— Какой?

— Сработать через местную воровскую гильдию, — спокойно озвучила Ольга.

— Отличный план, — сразу осознал я перспективность данной идеи. — Тогда нас точно никто не свяжет с возможными уликами.

— Я почему-то сомневаюсь, что у Марины есть контакты с местными воровками, — смущённо подала голос Агния, сидящая на переднем сиденье.

— Зато точно есть контакты с российскими представительницами этой профессии, а те, безусловно, выведут на местных, а если вдруг не получится, то у клана есть партнёры в Югославии, и через них мы точно получим нужную информацию, — ответила Ольга.

— Слушай, — озадачился всплывшим в голове вопросом. — А эти красавицы случайно ничего себе лишнего в карман не прихватят?

— Не переживай, у них есть определённый кодекс. К тому же мы по максимуму распишем, что нам нужно достать. Предположим, три деревянных шкатулки с одним драгоценным камнем, одним амулетом и одно письмо. Если будет меньше, начнут оправдываться и доказывать, что больше ничего не было, а вот всё, что попадётся сверх заявленного количества, могут и прихватить.

— Сомневаюсь, что там будет столько камней. Скорее только «сердце» — он же защитный амулет — и письмо с очередной загадкой.

— Не спорю.

Дальнейший разговор прервала Рада, открыв дверь с моей стороны и явив нам с Ольгой нашу дочку. К слову сказать, София выглядела надутой и явно недовольной. Причина расстроенного вида была нам озвучена сразу же, как только мы усадили её между нами на специальное детское сиденье.

— Надо было сразу на шоколадную фабрику ехать.

— Не расстраивайся, сейчас и поедем, — улыбнулась Ольга.

Сказано — сделано. И наш кортеж двинулся обратно в город — поднимать настроение чем-нибудь сладким.

* * *

Где-то в Эфиопии.

Роза с мрачным видом смотрела на владелицу четвероногого транспорта и пыталась вникнуть в мешанину из корявых слов, которыми та пыталась объясниться. Африканка лопотала на дикой смеси из русского, испанского и местного наречия, и весь смысл этой тарабарщины сводился к тому, что дальше дороги нет. Также к этому можно присовокупить мнение осла, который с самых первых километров пути пытался настойчиво доказать, что дороги не было уже при выходе со двора, постоянно проявляя норов и отказываясь идти вперёд. Но именно сейчас, судя по жалобным крикам, он тоже абсолютно уверен, что дело совсем плохо и он сдохнет прямо здесь, не сходя с места, если его немедленно не освободят от груза. Роза — которая как раз-таки и должна была быть этим грузом, вспомнив весь недолгий маршрут, была склонна подозревать четвероногую скотину в наглой симуляции, а также наплевательском отношении к своим транспортным обязанностям. Эта ушастая сволочь практически весь путь проползла в ленивом темпе, везя только один рюкзак с запасами и небольшой чемоданчик со спутниковой связью. Сама Роза была вынуждена протопать на своих двоих более восьмидесяти километров, ибо только так это упрямое животное продолжало сохранять хоть какую-то видимость скорости. Лишь пройдя половину расстояния до столицы Эфиопии, она поняла, что внушающая осторожный оптимизм и интригующая кличка осла — это не просто чья-то злая насмешка, а всего лишь родимое пятно в форме стрелы на шее. Подозрительно посмотрев на эту неблагодарную помесь кролика с черепахой, ткнула указательным пальцем в противоположную сторону от восходящего солнца и, печатая слова, проговорила:

— Ты обещала довезти до Гондэра, — обратилась она к хозяйке Стрелы.

— Да, Гондэр, — махнула чернокожая извозчица в туже сторону.

Далее последовало очередное объяснение, по которому выходило, что в лежащую по пути долину есть только один нормальный спуск с этого грёбанного горного плато, на котором они сейчас находились. К сожалению, этот маршрут недоступен четвероногим существам, зато прямоходящий гомо сапиенс вполне может рискнуть и попробовать спуститься по крутой и почти отвесной тропинке. С края этого обрыва открывался сумасшедшей красоты вид на зелёную долину, покрытую лесами и многочисленными полями до самого горизонта, и будь Роза обыкновенным туристом, она бы воздала должное местной природе. До столицы королевства оставалось почти тридцать километров, но, несмотря на близость к столь важному объекту, сотруднице СБ клана Гордеевых казалось, что она провалилась в далёкое прошлое, когда на планете единственным «скоростным» средством передвижения были различные одомашненные человеком животные.

Эфиопия, несмотря на статус самого развитого в технологическом плане среди африканских государств, оставалась настоящей дырой. Если в крупных городах и важных административных центрах с хорошо асфальтированными дорогами, высотными зданиями и развитой инфраструктурой можно было почувствовать себя как в какой-нибудь высокоразвитой европейской стране, то выйдя за границу этих очагов цивилизации, моментально сталкиваешься с иной изнанкой местной жизни. Особенности этой стороны национального колорита заключались в полном отсутствии нормальных дорог, общей отсталости встречающихся поселений и местами попадающихся представителей диких племён, в которых до сих пор считали, что лекарки — это не просто одарённые женщины, а самые настоящие шаманки. Короче, мрак и дикость! Роза со злостью посмотрела на свою провожатую и, с трудом подавив огромное желание прихлопнуть сейчас же обоих аборигенов, негритянку и её ушастого непарнокопытного напарника, с чувством проговорила:

— Ну и коза же ты!

Подойдя к ослу и сдёрнув с него свои вещи, раздражённо добавила:

— И осёл у тебя тоже козёл.

Давопределение новому гибриду, Роза всё-таки не выдержала и наградила ушастую скотину прощальным пинком. Чернокожая проводница, явно обладающая хорошо развитым инстинктом самосохранения, сделала вид, что не только не понимает, что именно ей говорят, но и вообще очень плохо слышит, а в данный момент ещё и ничего не видит. Мнение осла, что-то жалобно прокричавшего, и явно выражающего своё возмущение за несправедливую на его взгляд награду, мало что значило и также было полностью проигнорировано. Пристроив к рюкзаку чемоданчик со спутниковой связью и закинув получившуюся конструкцию себе на плечи, Роза подошла к краю обрыва и, мрачно оглядев предстоящий спуск, позволила себе в последний раз отвести душу:

— Страна козлов!

Далее девушке пришлось в боевом режиме, используя силу источника, проявлять чудеса ловкости и координации. Судя по всему, её снова надули: в первый раз, когда обещали довезти до Гондэра, и второй, когда сказали, что этой тропой может спуститься человек. Какая-нибудь обезьяна безусловно способна на такой подвиг, а вот среди людей на подобное «чудесное» нисхождение могут решиться только одарённая воительница или альпинистка со стажем. Вес груза доходил до сорока килограмм, и пару раз Роза едва не сорвалась, чудомудержавшись в последний момент. Желание вернуться наверх, чтобы догнать и набить негритянке морду, довлело над ней всю дорогу, но она всё же ограничилась мысленным посылом той по известному адресу и горячим пожеланием чёрно-мохнатой парочке сломать на обратном пути хотя бы пару любых ног. Ведь Роза очень гуманная девушка, а шесть конечностей на двоих минус две будет четыре, и значит, шансы доползти у них остаются неплохие.

Возможность спокойно подумать и осмыслить ситуацию появилась у Розы только внизу крутого спуска, когда она оказалась посреди влажного тропического леса. Правда сторонние мысли крутились где-то глубоко в подсознании, так как основная часть её внимания тратилась на осторожное продвижение малоприметными лесными тропами. Терять концентрацию было чревато, даже несмотря на активный доспех духа — он не всегда может защитить, особенно от собственной глупости. Едва она спустилась, её тут же атаковал один из представителей местной фауны — явно ядовитая змея решила показать, кто здесь главный, зашипев и совершив стремительный бросок из-за дерева. Роза оказалась быстрее, и точный удар ногой по голове ползучей твари отправил последнюю в занимательный полёт, который хоть и продлился недолго, но, похоже, змее хватило переизбытка ощущений, так как она практически сразу же постаралась сбежать с поля боя, спрятавшись в дупло.

Н-да, как-то Розе даже и не мечталось, что она будет вынуждена отправитья за тридевять земель, выполняя очередное задание. Хотя именно работа позволила ей забыться и не вспоминать печальное прошлое. Терять боевых подруг всегда нелегко, ещё сложнее, если погибшая была самым близким на планете человеком. Смерть Виты стала слишком тяжёлым моральным испытанием, и поначалу Роза была рада предоставленному отпуску. После кровавых ноябрьских событий настроение выписывало постоянные зигзаги, и ей попеременно хотелось то умереть, то залиться алкоголем до невменяемого состояния. Накладывать на себя руки она не стала, хотя однажды полулёжа в горячей ванне с очередной бутылкой вина, она наткнулась пьяным взглядом на ножницы. Но просидев какое-то время с прижатым к запястью лезвием, всё же не решилась прервать свой жизненный путь таким образом. «Вита была бы против, — вдруг протрезвев, подумала она тогда. — Умереть в бою — это одно, а покончить жизнь самоубийством — слишком трусливо и недостойно для воительницы».

Иногда в душе просыпалась такая злоба на окружающий несправедливый мир, что хотелось пойти и убить парочку не самых достойных представительниц человечества. Благо, что несколько мест, где собираются различные отбросы общества, были ей хорошо известны. Оказалось, что побороть желание убивать, намного сложнее, и как-то ночью, не в силах противиться нахлынувшему гневу, она всё-таки вышла на охоту. Москва, как и любой город планеты даже в самой цивилизованной стране, не избежал своего криминала. И хоть в Российской империи под давлением и постоянным контролем СИБа тот не мог полноценно расправить крылья, но единичные случаи убийства, грабежей, нелегальной проституции, торговли наркотиками, как и многие другие незаконные дела, к сожалению, встречались.

Окраинный район города с обилием частных домов и невысокими многоквартирными домами был ей известен по одному старому делу. Им с Витой пришлось тогда месяц прожить под личинами обычных обывательниц, пытаясь вычислить одну известную в криминальном мире Нижнего Новгорода личность, которая после громкого разбоя сбежала под Москву в надежде отсидеться. Как говорится, надежда умирает последней, и этой женщине не следовало гадить на землях клана. Расплата неминуема и рано или поздно, но настигнет обязательно. Вот во время этого дела они с Витой и обнаружили наркопритон в одном частном хозяйстве. Напарница Розы тогда сожалела, что это не их дело, а то было бы неплохо пойти и спалить всё к чёртовой матери. Но они ограничились тем, что сообщили кому надо по инстанции, дабы уже местная полиция разобралась с этим вопросом. С тех пор прошло около года, и шансы на то, что эта точка всё ещё функционирует, были неплохие. Даже если служительницы правопорядка всё зачистили, то спустя какое-то время эти места снова возникают, возрождаясь, словно Феникс из пепла. А иногда это происходило по тому же самому адресу.

Розе повезло, и наркоманки по-прежнему собирались здесь же, устраивая свои отвратительные оргии. Семьопустившихся на самое дно женщин не могли доставить особых проблем опытной воительнице, и девушка, радостно выпустив на волю своего зверя, легко отправила на тот свет этих позорящих нацию уже не людей, а животных. Чуть больше времени пришлось уделить хозяйке притона, которая оказалась слабенькой Дельтой. Но, как у сотрудницы спецслужбы, у Розы всегда был с собой артефактный нож, способный пробить доспех духа любой Гаммы. И даже без него убить Дельту было бы легко, но тратить время на магический поединок Роза не желала и, нанеся несколько серьёзных и болезненных ранений, быстро выбила у своей противницы адрес основной поставщицы наркотовара. Возможно, позже она нагрянет и к этой мрази, но это точно будет не сегодня. Ну а словоохотливую собеседницу наградила прямым ударом ножа в сердце, отправив без всякого сожаления на тот свет. Но одну девушку она убивать не стала, остановив удар в последний момент — та выглядела слишком молодо и невинно. Как оказалось, она совсем недавно вступила на этот пагубный путь, и Роза пощадила её, надеясь, что вид быстрой расправы над остальными клиентками и хозяйкой притона вправит мозги этой заблудшей.

Поджог одноэтажного домика занял ещё минуту, а через два часа Роза была дома, успев по дороге пофилософствовать на тему, почему наркоманами становятся чаще всего женщины и почему они не желают лечиться? Если на первую часть вопроса она ответила достаточно легко, согласившись с мысленными доводами, что мужчин мало и вместо наркотика их «одурманивают» сверхзаботливые женщины, причём неустанно заботясь о их здоровье, то по поводу лечения сделать вывод не получилось. Ведь любая лекарка легко выведет все токсины, а даже самая слабая менталистка спокойно установит ментальный блок от наркозависимости, вся эта процедура занимает максимум два часа и стоит совсем недорого, так как большей частью спонсируется государством. Но всё равно находятся те, кто продолжает травить себя и других людей. Зачем — не понятно. А ведь именно такие личности и пополняют потом сводки о грабежах и убийствах. Философские размышления продолжились в трёхкомнатной квартире, но едва Роза выбралась из душа, как внимание привлекло сообщение, пришедшее на телефон. Глава службы безопасности клана написала всего одно слово, прочитав которое, Роза криво усмехнулась. Она не рассчитывала, что её оставят без полного присмотра, но столь быстрая реакция немного напрягала. «Прекращай», — гласила надпись, и было понятно, что художества девушки не прошли незамеченными. «Надо же, как переживают, в шесть утра Марину побеспокоили», — подумала она тогда.

Ей разрешили гулять больше месяца: целый декабрь и январские новогодние праздники включительно. Она честно попыталась растянуть свой отдых на всё предоставленное время, благо, что клан не ограничивал в средствах, а глава СБ подтвердила оплату любого её каприза. Но спустя две недели Роза поняла, что жизнь в алкогольном угаре не её метод, а Греция в зимний период — скучная и унылая страна. Можно было бы перебраться куда-нибудь в более тёплое место, но, к примеру, на Гавайские острова она планировала попасть вместе с Витой, а без неё такое путешествие Розу совершенно не вдохновляло. Она и в Грецию-то улетела ради смены обстановки, ибо хмурая и холодная Москва, постоянно будоражащая память о трагичных событиях, вконец ей надоела. В итоге за две недели до Нового Года Роза решила вернуться и приступить к работе, которая казалась ей единственным спасением от скуки и мрачных мыслей.

Последующий разговор с непосредственной начальницей немного обескуражил. Марина была не против привлечь одну из лучших своих сотрудниц к выполнению очередного задания, но настаивала на необходимости новой напарницы для Розы. Но девушка была морально не готова к каким-либо отношениям, пусть и поначалу только рабочим. Она не сомневалась, что психологи службы безопасности наверняка подобрали хорошую кандидатуру, с которой она легко и без проблем установит полное взаимопонимание. Но сейчас ей не хотелось видеть рядом с собой никакой заменыпогибшей любовницы. Возможно, чуть позже, когда остынет окончательно и сможет двигаться дальше без оглядки на прошлое. Но сейчас ей нужно поработать одной и желательно в каком-нибудь горячем месте, чтобы обязательно присутствовали и риск, и азарт.

Марина согласилась, но только на разовое исполнение поставленной задачи в одиночку, а в дальнейшем Роза будет работать только в паре, как и было до этого. Желание получить задание погорячее было также удовлетворено, правда несколько своеобразным способом. Вроде, учитывая жаркие погодные условия Эфиопии, придраться было не к чему. Но сам процесс выполнения порученной работы был весьма скучным и унылым занятием, но только до сегодняшнего дня. Оказавшись в первых числах января в этом государстве, она вплотную занялась организацией непрерывной слежки за давними и теперь уже явными врагами клана. Кайсаровы — наблюдение за которыми не снимали после попытки переворота, а даже наоборот усилили до максимума — неожиданно воспылали интересом к африканскому королевству, отправив в эту горячую страну весьма представительную компанию во главе с сестрой Азимы, главы казанского клана.

Следить за объектом, отмечая все его ходы и деяния, было неинтересным и занудным времяпровождением. Для Розы такое задание было слишком лёгким и поставить дело с привлечением нескольких местных аборигенок было совершенно несложно. Ей самой оставалось только собирать все предоставленные отчёты в один архив и лишь иногда, ради разнообразия поучаствовать в слежке за интересуемой личностью. В Гондэре проживало достаточно много белокожего населения в результате проводимой Эфиопией политики открытых дверей для любых одарённых со всего мира. Это позволяло ей, практически не скрываясь, выходить на улицу и спокойно выполнять свою работу. Последующие события показали, что расслабилась она всё-таки рановато и умереть от скуки у неё точно не выйдет, скорее, в этом ей помогут разного рода «доброжелатели» или собственная недальновидность.

К слежке она привлекла несколько девушек из местных, и жизнь некоторых из них была связана с не всегда законной формой деятельности. Таких было много в любых государствах, а уж в Африке найти нужных людей было совсем просто. Парочка горничных из отеля так же легко согласились за небольшое вознаграждение передавать всю возможную информацию. С каждой из внештатных сотрудниц перед наймом был проведён предварительный разговор для понимания, что они из себя представляют. Оставила и договаривалась с теми, кто, несмотря на отсутствие профессионализма, обладал хорошим чутьём и точно не подставился бы по глупости. Первые три недели пролетели в спокойном режиме, когда одна из негритянок, работающая в кафе, подала ей сигнал, что Роза, похоже, не единственная, кого интересует объект наблюдения. Девушка решила сама проверить информацию, и так выпало, что ей пришлось проследовать за Кайсаровыми аж за сто десять километров от Гондэра. Заранее установленный маячок на автомобиль поднадзорной позволил соблюдать необходимую дистанцию и спокойно ехать следом за ничего не подозревающими татарками. Сам жучок не работал постоянно, иначе его бы уже обнаружили, а включался по специальному сигналу, время от времени, чтобы скорректировать маршрут.

Свернув за преследуемыми с асфальтированного участка на грунтовую дорогу, машина Розы в конечном итоге оказалась на таком участке, где впору было перемещаться не на автомобиле, пусть и специально предназначенном для внедорожной езды, а лучше всего использовать вертолёт. Судя по карте, впереди находился какой-то посёлок, и именно там остановились Кайсаровы. Чтобы её не заметили, девушка приняла решение спрятать машину в зарослях, растущих вдоль обочины, а два километра пробежать пешком. Пробежала! Не успела она незаметно подобраться к селению и занять позицию для наблюдения, как вся группа из трёх преследуемых внедорожников продолжила движение дальше. Пришлось срочно возвращаться к своей машине, только вот продолжить движение она не могла ввиду полной неисправности транспортного средства.

Причина была видна с первого взгляда и носила название «сквозная дырка в декоративной радиаторной решётке, как следствие от попадания файербола обыкновенного». Оплавленные края ещё дымились, а из-под капота валил пар от вытекающей жидкости системы охлаждения. Подняв капот своего четырёхколёсного коня, была вынуждена констатировать, что дальнейшее движение однозначно невозможно. Магический удар, помимо радиатора охлаждения, также разрушил выпускной коллектор, и было ясно, что двигаться машина могла, только если кто-то будет её толкать или тащить. Кто бы это ни сделал, он явно торопился, иначе успел бы обыскать машину более тщательно, но Розе повезло и спутниковое средство связи, спрятанное под задним сиденьем, было не найдено. Только вот толку от него не было сейчас никакого, так как нужный спутник уже покинул зону уверенной связи и ждать его теперь нужно до завтрашнего полудня. Делать было нечего и, взяв самое необходимое, пришлось, уже не скрываясь, тащиться в сторону посёлка. Там Розу ждало ещё одно разочарование. Мало того что стандартная вышка мобильной связи здесь отсутствовала, а обычной проводной здесь не видели с момента изобретения этого устройства, так ещё оказалось, что небольшой грузовичок, на который девушка питала определённого рода надежды, оказался сломан и не на ходу. «Фарт сегодня не на моей стороне», — кисло подумала Роза.

У неё было всего три варианта. Пройти пешком до асфальтированной трассы, а это около девяноста километров, и уже там ловить попутку, чтобы проехать до города ещё почти столько же. Или, срезав угол, потопать практически по прямой до Гондэра, а это уже всего сто десять километров. Прикинув маршрут до трассы и сколько ей ещё осталось светового дня, Роза решила, что дойдёт только глухой ночью, а в это позднее время шансы встретить попутку, которая бы остановилась, подбирая одинокую путницу, крайне малы. Участок нормальной дороги, пока лазутчица не свернула на грунтовку, не изобиловал транспортом, а если точнее, то девушка вспомнила всего один автомобиль, попавшийся навстречу. Третий вариант включал в себя спокойную ночёвку в посёлке и вызов машины из столицы, когда спутниковый телефон заработает. Но до этого места, выехав с утра, она добиралась почти шесть часов, ибо большую часть пути пришлось ползти на черепашьей скорости из-за скверного качества дороги или, честнее будет сказать, из-за почти полного её отсутствия. Пока вызванный автомобиль доедет, пока довезёт… — если считать вместе с ночью, вынужденно проведённой в поселении, она потеряет сутки минимум.

А выйдя прямо сейчас, есть шансы к обеду следующего дня оказаться в Гондэре. Это при условии постоянного использования силы источника, не выходя из боевого режима. Но Роза плохо представляла себе дорогу, а значит, нужна была проводница, и хоть скорость будет ниже, но так надёжнее. В селении оказалась женщина, готовая довести до столицы, и к тому же у неё нашёлся осёл по кличке Стрела. В итоге с рассветом они очутились в тридцати километрах от Гондэра, и дальше Розе пришлось в одиночестве пробираться к цели. «Ничего, максимум через пять часов я буду на месте, а там посмотрим, кто решил вычеркнуть меня из игры», — мысленно проговаривала себе девушка, просчитывая дальнейшие шаги.

* * *

«Господи, как хорошо-то», — мысленно воздала Лора хвалу Богу, усаживаясь за стол в кафетерии, оснащённом кондиционером воздуха. Доспех духа отлично работал на холоде, но был бессилен против солнечных лучей. Жара в столице Эфиопии достигла пика, и находится днём на улице, было, мягко говоря, некомфортно. Здание кафе находилось напротив биржи наёмников и, глянув в ту сторону, онамысленно невольно вернулась к причине появления их отряда в Африке. Больше десяти лет назад в Российской империи всё окончательно свелось к тому, что наёмным отрядам не было места на внутреннем рынке подобных услуг. Слишком благополучным было государство, и в серьёзных вооружённых силах, которые можно нанять за деньги, постепенно отпала нужда. Ниша, где их можно было по-прежнему использовать, стала слишком узкой. Охрана караванов и объектов — вот и весь доступный список, но желающих всегда было много, а сама кормушка очень маленькой. Кланы и многочисленные роды справлялись собственными силами, а частные компании и купеческие гильдии не всегда обращались к наёмницам, потому что в них не было острой необходимости. Зачем? Если почти все дороги империи безопасны, а масштабные клановые войны бывают не чаще, чем раз в тридцать лет, а то и реже.

Единственные горячие точки великой державы, где к услугам наёмных отрядов прибегали на постоянной основе, находились, в основном, в Маньчжурии и гораздо реже на Аляске и в Среднеазиатском регионе. И, к сожалению или к счастью, в зависимости от точки зрения, это были все возможные места для стабильного заработка. Но и риски в этом случае обычно зашкаливали, и бывало такое, что вместо группы наёмниц оставалось лишь несколько представительниц некогда сильного отряда. В любом случае готовых рисковать было всегда больше, нежели предложений с такой работой.

Поэтому уже очень давно российские наёмницы стали объединять свои отряды и продавать свои услуги на внешние рынки. Южная и Северная Америки, а также Африка стали постоянным источником дохода для таких воительниц. Конечно, для работы за рубежом требовалось обеспечить отряды гораздо более серьёзным вооружением, нежели то, которого с лихвой хватало в империи. Лора вспомнила свой первый и бессменный поначалу отряд под названием «Центр». Им долгое время везло, и капитану удавалось продавать их услуги в России, особенно помог долгосрочный контракт с одной купеческой гильдией на целых два года. Но, к сожалению, после выполнения всех взятых на себя обязательств настала чёрная полоса, а выгодные предложение стали появляться всё реже. На общем собрании было принято решение объединяться с другими наёмницами и попытать счастья в иных государствах. Увы, но, к сожалению, они не успели реализовать свой план, а неожиданно подвернувшаяся проводка каравана оказалась ловушкой.

Лора вздохнула, пытаясь прогнать нахлынувшие воспоминания и заглушить вызванную ими горечь потери давно погибших подруг и особенно очень близкой для неё Даши. Прошло уже столько лет, а временами всё равно накатывает грусть по хорошей и светлой девушке, что оставила на сердце столь яркий след. Единственное, что немного утешало, это акт отмщения, совершённый благодаря княгине Гордеевой. Хотя говорить «спасибо» правильнее следует Сергею — нынешнему мужу главы Великого клана. Если бы не он, то навряд ли бы княгиня Ольга заинтересовалась всей этой историей. Правда, Лоре удалось частично вернуть этот долг, ведь она была тогда на развалинах квартала во время попытки переворота в Москве и немного помогла мужчине, сражающемуся в тяжёлом доспехе. Хотя о том, на чьей стороне и против кого пришлось сражаться, уже после того, как всё закончилось, ей рассказала Анжела, командир наёмного отряда «Берегиня», в который Лора перешла после гибели Дарьи. Когда закрутилась вся эта свистопляска, она просто выполнила приказ своего капитана, совершенно не смущаясь тем, что противницами тогда оказались сотрудницы имперской безопасности. Приказы во время ведения боевых действий не обсуждаются — до или после уже можно — а в той ситуации, когда Анжела уже вела огонь по противнику, следовало только помочь.

Они бы тогда точно проиграли, если бы на помощь снова не пришла княгиня Ольга, против которой, как выяснилось позже, и был применён ракетный удар, уничтоживший целый квартал. Да, это было знатное месилово, закончившееся полным разгромом предательниц из СИБа. События тогда развивались настолько стремительно, что Лора не успела даже подойти и поздороваться с Сергеем. Чуть позже их отряд под командованием Анжелы устроил охоту на сверхтяжёлого «Армагеддона», чья пилот пыталась сбежать из города. Вычислить нужного робота было не сложно, так как он единственный пытался вырваться из Москвы. К тому времени по телевидению уже успели организовать видеотрансляцию о сдающихся пилотах других машин, а попытку побега в прямом эфире увидела почти вся страна или, как минимум, та часть, которая не спала. Так что отряд Лоры легко организовал встречу этому сверхтяжу на одном из широких перекрёстков. Видно, мысль самостоятельно наказать одну из убийц пришла не только им, поскольку на помощь подошло сразу пять Альф и множество других воительниц различного ранга.

Наёмница, управляющая роботом, настолько стремилась покинуть город, что бежала на пределе скорости, практически не разбирая дороги. Гигантская боевая шагающая машина своей тяжёлой поступью заставляла подпрыгивать автомобили, стоявшие вдоль дороги, и некоторые из них просто сминала в лепёшку, а после каждого её шага на асфальте оставались отпечатки огромных ног. На что рассчитывала явно впавшая в истерику воительница, было совершенно непонятно, ведь в пригороде уже были готовы её встретить несколько сверхтяжей, специально поджидающих, пока преступница уведет свой «Армагеддон» подальше от плотной городской застройки. А ешё на перехват выдвинулась Ярослава — вторая Валькирия Гордеевых, но успела она только к шапочному разбору.

Конечно, не исключен был и такой вариант, при котором пилот хотела погибнуть в бою, чтобы не быть судимой за ракетный залп по жилым домам и избежать соответствующей такому преступлению смертной казни через отрубание головы. Как оно было на самом деле, этого уже никто не узнает, так как отряд Лоры и подошедшие одарённые местные жительницы, успели перехватить беглянку немного раньше. Три Альфы легко отвлекли на себя внимание, не скрываясь и атаковав «Армагеддон» прямо в лоб. Вести продолжительное время бой против мощного робота они не могли, но им надо было продержаться совсем чуть-чуть. Расчёт строился на том, что пилот не будет тормозить и, не снижая скорости, постарается сходу снести небольшой заслон. Так и вышло, но одновременно две другие Альфы, сев за руль подогнанных грузовиков, на полной скорости влетели в ноги семнадцатиметровому гиганту. Пилот робота пыталась, конечно, уйти от столкновения, но слишком поздно поняла, кто сидел в кабине пятнадцатитонных фур, и поначалу, теряя время, пыталась остановить их выстрелами из рельсотрона и плазменных пушек. Но на коротком расстоянии Альфы сумели защититься от поражения мощными залпами и благополучно протаранили конечности стотонного «Армагеддона».

Хорошо, что изначальная идея — сцепить грузовики стальным тросом была признана не убедительной и изменена в последний момент, хотя необходимый инвентарь был уже найден и подготовлен для использования. Но один существенный минус перевесил сомнительные плюсы от такой сцепки и заставил отказаться от реализации этого варианта атаки. Ради сохранения машинам, возможности, в случае необходимости сманеврировать, план слегка переработали, а короткий бой показал, что группа мстителей не ошиблась, сделав правильный выбор, так как пилот «Армагеддона» всё-таки успела сообразить и перевести огонь пушек, выстрелив несколько раз прямо по дороге перед набравшими ход машинами. Но Альфы, находящиеся в боевом режиме вовремя среагировали и объехали неожиданно возникшие препятствия в виде вспученного асфальта и глубоких ям на его месте.

Использовать грузовики для проведения таранного удара, посчитали, как единственную возможность нанести «Армагеддону» значительные повреждения, дабы для начала хотя бы остановить грозную технику. И происходи дело на полностью открытом пространстве, навряд ли Альфы сидящие за рулём доехали бы до своей цели. Однако неожиданно для всех, сумасшедшая атака обернулась более успешным развитием событий, на который надеялись, но мало кто верил. Если бы пилот сверхтяжа остановилась и приняла более устойчивое положение корпуса, то эффект не был настолько хорош, но та продолжала тупо переть напролом и в итоге, получив удар во время очередного шага, просто завалилась на бок. Подняться роботу не дали уже остальные одарённые, налетевшие, словно свора псов на медведя, а в финале всего этого, несмотря на предварительную договорённость между всеми участницами операции, последовала смерть темнокожей девушки пилота. Кому там первой сорвало башню, совершенно не ясно, но древнее четвертование выглядело весьма гуманным по сравнению с тем, что сделали в итоге с негритянкой. Удивительно, но во время всей этой эпопеи и сражения против мощного робота никто из российских воительниц серьёзно не пострадал, включая Альф, взявших на себя основную нагрузку в бою.

Лора тряхнула головой, прогоняя мешанину из мыслей, где давно прошедшие события перемежались с недавним прошлым. Переведя взгляд на дверь кафетерия и посмотрев на наручные часы, недовольно поморщилась. Анжела задерживалась, хотя буквально полчаса назад договаривались пообедать вместе. Они и так полдня проторчали в этом здании, обсуждая с возможными нанимателями условия контрактов, но все они не представили для их отряда ничего интересного. «Берегиня» в данный момент включала в себя пятьсот женщин, и четыре сотни из них были одарёнными различных рангов. В наличии имелось также полсотни тяжёлых доспехов и даже одна Альфа, вышедшая из свободного боярского рода по каким-то неразглашаемым причинам и примкнувшая с год назад к их отряду.

В Эфиопию Анжела притащила всего три десятка воительниц — так сказать, показать товар лицом. Но, к сожалению, пока все предложения по найму, которые им попадались, предполагали привлечение только небольшого количества наёмниц и непродолжительный по времени контракт. Работа — разовое сопровождения грузов незначительным числом наёмниц либо найм на срок до одного месяца, опять-таки ограниченного контингента, а капитан хотела пристроить всех и надолго.

«Похоже, придётся опять лететь в Северную Америку», — взгрустнулось Лоре. Больше года назад отряд уже побывал там, в полном составе отработав шесть месяцев, вот только вернулись не все девушки. Одно из псевдогосударственных индейских образований наняло их для усиления пограничных рубежей. Гуроны хорошо заплатили им за контракт, и в обиде наёмницы не остались, но Лора окончательно убедилась, что исключительно все индейские женщины больны на всю голову. Абсолютно иная культура общества, начиная кучей всевозможных ритуалов и веры в разных духов и заканчивая бессмысленной порой жестокостью по отношению даже к своим соплеменницам, нарушившим какой-нибудь обычай. Хотя, стоило признать, что воительницы из них были хорошие, с яростью дерущиеся до конца и редко когда убегающие с поля боя. И если в Эфиопии не выгорит, то придётся за заработком ехать напротивоположный берегАтлантического океана. Возможно, после нового контракта они наконец-то смогут купить пару лёгких роботов, естественно не новых, но наличие такой техники сразу добавит им очков в биржевом рейтинге. Дверь в кафе открылась в очередной раз, и девушка радостно выдохнула, увидев входящую в помещение Анжелу.

— Тебя только за смертью посылать, — буркнула Лора своему капитану, когда та подошла к столику.

Вне рабочего поля в отряде сохранялись весьма демократичные отношения, а Лора к тому же успела за короткий срок стать одной из ближайших помощниц, так что вполне могла позволить себе некоторую вольность по отношению к своему командиру.

— Могла бы не ждать, а заказать и поесть без меня, — хмыкнула Анжела, усаживаясь на противоположный край стола.

— Ага, чтобы потом выслушивать, почему я тебя не дождалась, — съязвила Лора.

— Ты знаешь, — задумчиво проговорила капитан, одновременно листая страницы меню, — мне иногда кажется, что ты обманула, говоря о своём возрасте.

— В смысле?

— У меня устойчивое мнение, что тебе не тридцать семь, а все шестьдесят, — хмыкнула Анжела, — Потому что для меня, перешагнувшей отметку в пятьдесят лет, до сих пор непонятно, как такая молодая женщина может столько брюзжать.

— Моё брюзжание, по сравнению с твоим, это детский лепет, — улыбнулась Лора и, добавив в голос восхищённые нотки, восторженно произнесла: — Куда уж мне до такой мастерицы?

— Ладно, — великодушно согласилась глава отряда, — уела.

Продолжая шутливую пикировку, девушки выбрали из меню понравившиеся блюда, и когда спустя немного времени, после плотного обеда, перешли к чаю с пирожными, к их столику подошла невысокая загорелая девушка с явно европейским типом лица. Очень симпатичная коротко стриженная брюнетка с серьёзным взглядом серо-стальных глаз. Впечатление немного портил непрезентабельный вид потёртого и грязноватого комбинезона светло-коричневого цвета, явно говорившего, что владелица данной одежды только что вернулась из путешествия. Причём, судя по всему, дорога выдалась преимущественно пешая и проходила как минимум через непролазные джунгли.

— Добрый день, не помешаю? — поздоровалась девушка на русском.

— Это зависит от того, что вы хотите, — отхлебнув чаю, ответила Анжела.

— А вот это в свою очередь зависит уже от того, являетесь ли вы представителями наёмного отряда «Берегиня».

— Вам сказочно повезло, я командир отряда. Присаживайтесь, пожалуйста.

Лора сдвинулась поближе к окну, освобождая место для брюнетки, и после взаимного знакомства Вита, как представилась девушка, сразу перешла к сути своего вопроса:

— Насколько я успела ознакомиться с информацией на бирже, вы здесь почти две недели, но пока не смогли найти достойного предложения.

— Если вы рассчитываете, что мы из-за этого готовы работать бесплатно, то я вас разочарую.

— О-о, я ни в коем случае, не собиралась предлагать столь невыгодный для вас вариант. Но я подумала, что, возможно, вам не помешает сделать небольшой перерыв в активном поиске и при этом немного подзаработать.

— Хотелось бы услышать подробности, и вы, кстати, пока так и не сказали, кого представляете.

— Кого я представляю — не столь важно, главное, что в моём предложении нет ничего противозаконного и плачу я российскими рублями, причём наличными.

— Почти убедили, — улыбнулась Анжела, — осталось узнать, что же вы конкретно от нас хотите. И сразу хочу предупредить, что меня не интересует краткосрочный контракт на малую часть отряда.

— Именно это я и хотела вам предложить, но с немаловажным уточнением. Я готова нанять всех ваших воительниц, которых вы привезли с собой, но на очень маленький срок. Меня нужно сопроводить в западную демилитаризованную зону королевства, это примерно сутки пути, и там обеспечить мою охрану ещё неделю максимум. Потом мы все вместе возвращаемся обратно в Гондэр. Если вы подумаете, то согласитесь, что на данный момент времени это оптимальное для вас решение. Дело в том, что сейчас на южных рубежах тлеет небольшой конфликт между Эфиопией и крупным воинственным племенем Луо. Как показывает опыт подобных событий, после разведки боем, а сейчас происходит именно она, дикарки попытаются взломать границу. Потери у эфиопских приграничных родов наверняка будут и не маленькие. А значит, уже после отражения набега они будут вынуждены заключить несколько долгосрочных контрактов с наёмными отрядами. Ведь оставлять границы без надёжной охраны — непозволительная роскошь на пару с безалаберностью. Сразу предупреждая ваш вопрос, отвечу, почему не нанимают наёмниц заранее. Тут всё очень просто, — улыбнулась Вита, — эфиопки весьма прижимисты и оплачивать услуги наперёд не желают, рассчитывая отделаться малой кровью. Луо весьма непредсказуемы, что и позволяет им время от времени возвращаться с прибылью, но также они могут вообще не напасть крупными силами. Так что у вас появилась возможность выждать оперативную паузу и при этом неплохо подзаработать.

— Сами сказали, что племя может и не напасть, — подала голос Лора.

— Может, — подтвердила Вита. — Но что вы теряете? Согласившись на мои условия, вы, как минимум, компенсируете ваше пока бесполезное эфиопское сидение. А по возвращению получите вероятный шанс пристроить сразу весь отряд. Можете оставить пару ваших представителей, и, если появится хорошее предложение, они тут же проинформируют об этом. Думаю, пока мы ездим туда-сюда, на южной границе всё окончательно прояснится. Сейчас не проблема найти людей, но мне импонирует, что вы из империи, а это внушает некоторую дополнительную уверенность в вашей надёжности.

— Я так понимаю, вы сами из России?! — полуутвердительно проговорила Анжела.

— Да, но я не изгнанная, если вы намекаете на это.

— Не намекаю, просто уточняю.

— Так каким будет ваше решение?

Лора поймала взгляд командира и слегка кивнула головой, подтверждая, что вариант более чем неплохой.

— В целом звучит интересно, — после небольшой паузы проговорила Анжела. — Осталось выяснить, о какой сумме идёт речь, а также ознакомиться с более подробной информацией о месте предстоящей работы. Пограничные зоны на то и пограничные, что там обычно весьма неспокойно, а уж в Эфиопии и подавно.

— Понимаю вас и клясться, что обойдётся без стрельбы, точно не собираюсь. И у меня тоже есть враги, которых весьма порадует моя смерть. Что касается условий, то могу предложить следующее…

Лора на мгновение выпала из разговора, радуясь в душе, что поездка в Северную Америку к индейцам немного откладывается и, возможно, даже не состоится, если они перехватят контракт в Эфиопии. Насколько она знала, после набега африканские племена обычно затихают, зализывая раны, и можно рассчитывать, что найм их отряда не обернётся для них большой кровью. «Да, рассчитывать, пожалуй, можно, но сильно надеяться всё же не стоит», — подумала девушка, снова сосредотачивая внимание на диалоге.


Глава 4. Головоломка

— Вы же первый раз в Софии? — спросила у меня глава Радомировых, к которой мы прибыли на званный ужин, организованный в нашу честь.

— Да, — коротко ответил я.

— И как вам город?

— Думаю, что летом он гораздо прекраснее.

— О да, вам обязательно нужно побывать у нас ещё раз, когда установится хорошая погода, — закивала головой Ванда. — К сожалению, в этих широтах зима не самое впечатляющее время года. Редкие морозы и частые дожди, увы, не могут добавить позитивного настроения, и если бы вы, княгиня, любезно не решили бы разогнать поднадоевшие тучи, было бы совсем грустно.

— Ну, как понимаете, я руководствовалась прежде всего соображением об удобстве своей семьи, — улыбнулась Ольга на этот словесный реверанс.

— Я не спорю, просто в моём возрасте дополнительные солнечные лучи только в радость, за что вам отдельное спасибо.

Я мысленно хмыкнул, на этот пассаж о возрасте. Стереотипы, конечно, жуткая вещь, и для меня имя Ванда в первую очередь связанно с известной предсказательницей, имя которой знают, наверное, все, кто хоть раз слышал хотя бы о том же Нострадамусе. Фотографии этой очень пожилой женщины я неоднократно видел в своём мире, в качестве рекламного баннера на каком-нибудь сайте как ссылки на важную информацию о предсказаниях этой бабули. И конечно, до встречи с главой Радомировых подсознательно ожидал морщинистую и сгорбленную старуху, что, учитывая возраст в восемьдесят три года, было вполне оправданно по меркам моей старой Земли. Здесь же нас встретила великолепная женщина, на вид максимум сорока пяти лет, с очень приятными, на мой глаз, формами и стройным телом, как, в принципе, у всех местных представительниц прекрасного пола.

В нашем расследовании загадок возникла небольшая пауза, так как мы ожидали результат работы от местной воровской гильдии, которую привлекли к похищению из монастырского склепа нужных нам вещей. Встречу с посредницей проводила Агния, при поддержке пары хранительниц, и в течение нескольких дней мы вправе ожидать ответа. В связи с этим, решили потратить один вечер и уважить доброжелательный и родовитый болгарский клан совместным ужином. София уже отделилась от этого семейного стола, убежав с несколькими детками разных возрастов знакомиться с фамильным дворцом весьма приличных размеров. А Яна вместе с Радой изначально ожидавшие за дверью, составили компанию этому шумному забегу наравне с несколькими хранительницами Радомировых и теперь за столом осталась небольшая компания из восьми человек.

Помимо нас с Ольгой присутствовали глава клана, её старшая дочь Лидия, родная сестра Ванды с немного странным именем Дельфина, знакомая уже нам по встрече в аэропорту Богдана, а также двое мужчин, являющихся мужьями Ванды и Лидии. Если муж Ванды, представленный Филиппом, пока совершенно не участвовал в застольных разговорах, сидя с чопорным выражением лица, то Андрей — муж Лидии — мне понравился. Оказалось, что он весьма активно увлекается роботехникой и при этом полноценно помогает своей жене в управлении делами клана, отвечая за финансовую составляющую. Я даже поймал себя на стыдливой мысли, что я-то в делах своего клана участвую весьма посредственно, хотя бесполезными мои усилия назвать нельзя и кое-какую пользу я уже принёс — это я так скромненько приписал себе спасение мира, ведь если бы Регина пришла к власти, последствия ощутили бы не только в России.

Малый обеденный зал, где нас приняли, выглядел роскошно и невольно притягивал взгляды рядами декоративных колонн, выстроенных вдоль стен нежно-голубого цвета, и красивыми хрустальными люстрами. Огромные, от пола до потолка, окна также смотрелись очень внушительно, маня своей загадочной темнотой ввиду позднего времени суток. Позолоченные шторы ещё больше подчёркивали общую помпезность этого места. Во главе большого прямоугольного стола сидела Ванда с мужем, по правую руку от неё расположились мы с Ольгой, а рядом со мной уселась Богдана. Напротив нас находились соответственно остальные члены семейства. Причём мы с Андреем заняли позиции строго друг против друга, что позволяло нам время от времени вставлять свои фразы во время возникающих иногда пауз в разговоре присутствующих дам. Вот и сейчас этот юморист, немного старше меня, обладатель роскошной блондинистой шевелюры и явно имеющий собственный взгляд на придворный этикет, решил пройтись по теме роботов.

— Скажите честно, Сергей, ваша великая супруга также мешает вам познавать мир роботов? — с улыбкой спросил Андрей.

— К сожалению, мне не с чем сравнить, не приведёте пример? — отфутболил я каверзный вопрос.

— О, без проблем. Лидия каждый раз переживает, что я могу в любой момент прищемить себе пальчик, — хмыкнул собеседник.

— Ваша переживает всего лишь за пальчик, а вот моя жена думает, что меня раздавит целиком. Хотя вы не уточнили, про какой именно палец идёт речь — возможно, он очень важен, — закончил я немного плоской шуткой, желая посмотреть, кто, помимо Филиппа, страдает излишней строгостью взглядов.

Андрей откровенно заржал, моя Ольга только хмыкнула, а вот Лидия и Ванда с сестрой Дельфиной широко улыбнулись. Про истукана Филиппа промолчим, а Богдана весело проговорила:

— Как интересно, оказывается, умеют сочинять мужчины.

— Кстати, Андрей пишет очень красивые стихи, не желаете послушать? — выдала вдруг Лидия.

— О господи, — вырвалось у меня.

— Не поможет, — грустно проговорил Андрей

— Возможно, побег спасёт твою душу? — участливо предложил я. — Могу посодействовать.

— М-м-м, две охранницы на входе, боюсь, затея обречена на провал.

— Андрей, ну прочти, пожалуйста, я знаю, что княгиня Ольга любит поэзию, — проговорила Лидия с улыбкой.

— Увы, но это правда, — печально подтвердил я, за что получил шутливый толчок локтем от улыбающейся Ольги.

— Как ты вообще мог так пасть? — продолжил я прикалываться над темой.

— Это не я, это муза, — вздохнул Андрей, поднимаясь из-за стола, явно собираясь продекламировать какое-то своё творение.

— Пристрелить не пробовал?

— Да там фиг попадёшь, — хмыкнул мужчина, — больно вертлявая.

— Ну ладно тогда, давай жги глаголом наши сердца. Если что, я обожаю короткие четверостишия, — постарался я направить ход его мыслей в нужную сторону. — У меня аллергия на оды с поэмами, — сделав извиняющиеся выражение лица, пояснил я, чем вызвал дополнительный шквал улыбок.

— Вам так не нравится поэзия? — спросила Ванда.

— Нравится, — опередила меня Ольга и до кучи прихвастнула: — Сергей очень хорошо играет на гитаре и поёт.

— О-о, — произнёс Андрей, садясь обратно за стол, — Стихи не конкуренты хорошей песне, сейчас скажу, чтобы принесли инструмент.

Предложение вызвало нездоровый ажиотаж, а я, посмотрев на этого стрелочника и сделав печальное лицо, заявил:

— И ты, Брут?

— Могу посодействовать в побеге, — хмыкнул мужчина, возвращая мне ранее брошенный «мяч».

— Но я всё-таки надеюсь познакомиться с вашим творчеством, — неожиданно проговорила Ольга, — Заинтриговали, знаете ли.

— О да, что-нибудь из раннего и не изданного, — довольно скалясь, поддержал я идею. — Кажется, я созрел на поэму, причём эпическую.

На этот раз рассмеялись все, а после довольно улыбающаяся Лидия проговорила:

— Судя по тому, как наши мужчины спелись, стоит усилить охрану винного погреба.

— Зачем, дорогая? — возмутился Андрей, — Я абсолютно уверен, что мы с Сергеем справимся с этой задачей самостоятельно. Ни одна мышь не проскочит.

— А там есть что охранять? — поинтересовался я.

— О да, там хранятся настоящие сокровища, — и, воздев палец к потолку, патетически воскликнул. — Коллекция со времён Византии!

— Пожалуй, Богдана права, — хмыкнула Ольга, — когда мужчина в ударе, он врёт необычайно красиво. Никогда не видела, чтобы так восторгались уксусом или во что там превратилось вино после столь долгого хранения.

— Ну, возможно, я немного преувеличил, — улыбнулся Андрей.

— Действительно, подумаешь, какая мелочь — ошибся на пару тысячелетий, — поддержал я его.

В общем, вечер удался, а Радомировы оказались весьма радушными и гостеприимными хозяевами, причём с полным отсутствием снобизма, что весьма мне импонировало. Видно, Андрей с Лидией давно создали в семье соответствующую атмосферу, только один Филипп просидел весь вечер с постным выражением на лице, но я довольно быстро перестал на него реагировать. Мы даже поменяли с Ольгой планы и решили не уезжать вечером, как планировали изначально, а остались ночевать у них во дворце. Так что вернулись домой только после хорошего завтрака, который снова провели в компании радушных болгар.

Вовремя мы, конечно, нанесли визит местной хозяйке города, так как буквально после приезда на арендованную виллу Ольге поступил звонок от Вяземской Кати. Однако, я фигею с этого марлезонского балета. Оказалось, что Вяземским пришёл вызов на поединок сразу от четырёх Сильнейших кланов. Выяснилось, что земли в Приамурье, подаренные Евой и ранее принадлежавшие Антонине Романовой, бывшей главе СИБа, оказались с одним существенным подвохом. В своё время Антонина, пользуясь своим высочайшим положением, отжала спорные территории в свою пользу, а то, что при этом пострадали интересы сразу четырёх кланов, её совершенно не смущало и уж тем более не волновало.

Зато теперь, когда эти владения вышли из-под руки императорского рода, обиженная четвёрка спокойно выкатила свои претензии новым владелицам. Самое печальное, что после подачи в императорскую канцелярию соответствующих документов, оспаривающих законное нахождение некоторых частей данного надела в руках Вяземских, Сильнейшим ответили, чтобы разбирались самостоятельно. При таком ответе события могут развиваться только по одному сценарию — и кланы бросили Вяземским вызов на поединок.

Получается, что сотрудницы Евы не смогли юридически прикрыть Вяземских, а документы на земли Антонина оформила как-то криво, и теперь разгребать последствия приходится нашим союзникам. Вариант, что Ева специально подбросила такого «кота в мешке», на мой взгляд, маловероятен. Зачем ей заранее портить отношения с кланом, показавшим свою надёжность? Так что наша молодая императрица, скорее всего, была просто не в курсе таких нюансов. Ну а Вяземским теперь придётся поднимать брошенную перчатку и отстаивать свои интересы на поле боя.

Кто-то, наверное, возмутился бы неравенству сил и поспешил бы обвинить Сильнейших в трусости и подлости, но это не совсем так. Вызовы на поединок строго регламентированы, минимальная заявка в количестве используемой в сражении технике также чётко прописана, а значит, Вяземские спокойно могут выставить на каждый из поединков по двадцать пять роботов определённых категорий и десять тяжёлых МПД. Из-за того, что все четыре претензии касаются одного и того же вопроса, наши союзники также вправе объединить все поединки в один решающий бой, но для этого, конечно, придётся увеличить в четыре раза количество выставляемых сил.

То есть по существу-то ничего страшного не случилось, однако есть одно большое НО. Даже если Вяземские выиграют все четыре поединка или одно большое сражение — а это уже сам по себе вопрос, смогут ли их пилоты выступить на должном уровне — остается проблема касаемо сроков владения спорными территориями. Ведь Сильнейшие указали в заявке, что спорная земля переходит победителю на срок в три года и только после истечения этого периода можно снова оспорить право на владение. В результате этого пассажа мы получаем следующий расклад. Если Вяземские выигрывают, то через три года Сильнейшие снова бросают им вызов, а если наши союзницы проиграют, допустим, два из четырёх поединка, то через три года получают очередные проблемы. Ведь они наверняка попытаются отбить обратно потерянные участки, но так как Сильнейшие безусловно подписали союзный договор и согласовали свои действия именно по этому вопросу, то Вяземские получат отпор сразу от всех четырёх, и им придётся снова выставлять минимум сотню роботов и сорок МПД опять-таки при условии, что противостоящие кланы не выставят больше, ведь теперь они, как вызываемая сторона, будут вправе увеличить количество техники. А потом Вяземские получат ответный вызов от тех Сильнейших, что в прошлый раз проиграли, и также захотят реванша.

В общем, чем дальше, тем хуже будет развиваться ситуация, а потому надо решать эту проблему с первого раза и, желательно, малой кровью. И в этом случае на помощь могут прийти союзники, привлечение которых правилами не возбраняется, а в заявке на поединок надо сделать одно существенное исправление. Вяземские вправе потребовать изменить пункт, где прописаны сроки владения в случае победы, и четыре Сильнейших клана обязаны будут принять это изменение, иначе их заявка на поединок практически аннулируется, а точнее, сроки генерального сражения начнут переноситься до тех пор, пока не будет достигнуто полное согласие всех сторон. А такой процесс может занять бесконечно долгий период времени. И значит, наши союзницы при поддержке Гордеевых могут рискнуть и сыграть ва-банк, прописав новые условия. То есть: удалить пункт о возможности через три года повторно оспорить право собственности на вышеуказанные участки земли, заменив его положением о бессрочном владении в случае победы в поединке. И до кучи выставить на поединок не сотню роботов, а все двести или триста, причём уже максимально тяжёлых категорий. Вот такой расклад будет однозначно не в пользу Сильнейших, и им придётся хорошенько подумать, где набрать столько серьёзной техники и, главное, опытных пилотов.

Клановые союзы, как и Восток, вообще очень тонкая штука. Практически у каждого рода или клана есть хотя бы один долгосрочный и давний военный союз, но количество союзников редко бывает более двух. Во-первых, очень трудно не пересечься в различных сферах, не перейдя тем самым дорогу друг другу, а договариваться не всегда удобно или интересно. Во-вторых, иметь больше двух друзей — весьма тяжкая задача в плане обязательного обеспечения их необходимой поддержкой, когда им потребуется ваша помощь. Бывает и наоборот — когда надёжные партнёрские отношения в каком-нибудь совместном деле могут быть сразу с несколькими кланами или родами, и именно такие реализованные успешно отношения чаще всего приводит к полноценному военному союзу, хотя это происходит далеко не всегда. Например, у Гордеевых сразу три надёжных союзника: Демидовы, Вяземские и японский клан Мията. Также есть парочка давних партнёров, с несколькими общими проектами и дружески настроенных по отношении к нашему клану — это Вараничи из Югославии и российские Сильнейшие Мосальские, которые правда немного облажались во время недавних событий, зато теперь стараются по максимуму реабилитироваться. В общем, даже временные союзы с ограниченным сроком действия между несколькими кланами не самое частое явление и четыре Сильнейших выступают единым фронтом только из-за совпадающих в данный момент интересов.

Как бы то ни было, но, к сожалению, из-за всех этих событий в России наши с Ольгой планы накрываются медным тазом, так как ей придётся вернуться в империю. Безусловно, что-то можно согласовать по телефону, и большую часть работы для подготовки к сражению возьмут на себя Ярослава и Мирослава, но моя жена как глава союзного клана обязана присутствовать на встрече всех заинтересованных сторон, где произойдёт окончательное утверждение количества используемых сил, а также обсуждение условий по срокам владения. Обычно запись таких переговоров транслируется по телевидению перед самым началом поединка, дабы потом никто не мог отвертеться и сказать что-то типа «она этого не говорила или вообще её не так поняли». И после того, как согласуют все нюансы, главы всех противостоящих сторон также должны присутствовать наряду с наблюдателями от Романовых, следящих за соблюдением всех установленных правил в ходе сражения.

— Нам нужно возвращаться, — прервала Ольга мои размышления, озвучив вслух гуляющие в голове мысли.

Сидели мы в полюбившейся нам обоим гостиной, заняв два кресла в углу этой комнаты.

— Нам? — скептически переспросил я, — Тебе — да, а что мне там делать? Сидеть в усадьбе и плести кружева? Или ты доверишь мне робота, чтобы я мог поучаствовать в конфликте?

— Серёжа, ну что ты опять начинаешь? — голос Ольги зазвенел. — Сначала тебя едва не убили в Маньчжурии, потом во время переворота отличился, а теперь чего ты хочешь?

— Э-э, притормози, родная, — замахал я руками. — Переворот-то точно не моих рук дело, чего приплетаешь? Да и Маньчжурия тоже стечение обстоятельств, я вообще-то уже домой на самолёте летел, если ты забыла.

— Я к тому, что тебе в последнее время везёт вляпываться в различные ситуации, и ты постоянно рискуешь жизнью.

— А ты у нас, значит, бессмертная и ничем не рискуешь?

— Я не бессмертная, но чтобы меня убить, надо приложить более существенные усилия.

— Позволь напомнить, дорогая, что если бы не я, то в последний раз такие усилия увенчались бы успехом.

— Я помню, но и ты, похоже, забыл, дорогой, что тебе тогда сказочно повезло остаться в живых, — скрипнула белоснежными зубками моя княгиня.

— Это говорит о том, что вместе мы — сила, — пафосно заявил я.

— Господи! Ну когда ты перестанешь трепать мне нервы? — воззвала супруга к высшей инстанции, для усиления посыла закатив глаза в потолок.

— Никогда, — категорично заявил я, — это официальная позиция Господа, я у него лично спрашивал, а ты бы могла уже привыкнуть. А потому слушай мой гениальный план. Ты с Софией летишь в Россию, а я с Агнией и хранительницами продолжаю поиск.

— Плохой план, — недовольно сказала Ольга.

— Ну-у, второй вариант, это я выхожу на роботе рядом с тобой, если дойдёт до явных боёв, хотя я понимаю, что такой вариант маловероятен. Зато поучаствовать в намечающемся поединке мне вполне по силам, если вспомнишь, Алёна авторитетно заявляла, что я хороший пилот. Смею надеяться, что она всё-таки не льстила.

— Ты — артефактор, и мы вроде уже определились с тобой, что твоё предназначение именно этот путь.

— Это ты определилась, а я просто признал твои доводы разумными, но это не значит, что я буду всё время сидеть дома, пока моя жена воюет.

— Но на Кавказ ты же меня отпустил?

— Так там столько Валькирий с тобой шли, я почти не волновался.

— Ты невыносим в своём вечном желании доказать мне, чего стоишь как воин.

— А ты невыносима в твоём желании спрятать меня глубже под собственную юбку, чтобы, не дай бог, не простудился.

— Это не я такая, это реалии моего мира, который тоже стал твоим, — уже натурально закричала Ольга. — Мужчины не воюют, а сидят дома, потому что их мало, и они слабы.

— Хреновые реалии, что я ещё могу сказать, — хмыкнул я, напрочь игнорируя женский гнев, ибо уже тысячный по счёту предмет разговора выработал во мне определённый иммунитет. — Но прошу отметить, ваша честь, что специально на рожон не лезу, понимая, что в одиночку пока слаб. Вынужденно пользуюсь вашей защитой и поддержкой, что, несмотря на всю вашу прелесть, временами бесит. И ты, по-моему, упустила суть моего предложения: я как бы не воевать собираюсь, а просто продолжить поиски ответов, под надёжной охраной.

— Бесит, значит? — прищурилась Ольга, пропустив мимо ушей мои последние слова.

— Ты прямо так удивилась, — развёл я руками, — как будто открыл тебе страшную тайну.

— Нет, тайну ты не открыл, — напряжённым голосом ответила супруга. — Но осознавать, что тебя настолько раздражает моя помощь, весьма неприятно.

— Я имел в виду, что меня бесит собственная слабость, но отнюдь не ты и твоя поддержка, — торопливо проговорил я, чувствуя, что Ольга обиделась.

— Ну да, конечно.

— Оль прекращай, — я встал с кресла и, подойдя к жене, рывком поднял её за руки из кресла. — Я безмерно благодарен судьбе, что в моей жизни есть ты. И я, правда, не знаю, что бы делал, если бы не встретил тебя. Любовь такой женщины нужно заслужить потом и кровью, а мне, я считаю, подфартило незаслуженно. Этот аванс я честно стараюсь отработать, но у меня не всегда получается. Ты же знаешь, откуда я родом. Когда ты идёшь на какие-нибудь разборки, мне каждый раз приходится ломать себя об колено. Мне до сих пор нереально тяжело подстраиваться под местные реалии, и единственное, что меня обнадёживает — это возможность достигнуть такого ранга, когда ты перестанешь настолько сильно переживать за меня, ну а я смогу действительно встать рядом со своей Валькирией в одном строю против общего врага.

Говоря всё это, я смотрел в глаза своей любимой, как всегда восхищаясь синевой её глаз, и мне казалось, что ими можно любоваться бесконечно долгое время, с каждой секундой погружаясь всё глубже в этот прекрасный омут.

— Я всегда буду переживать за тебя, — прошептала Ольга, или это я прочитал в выражении её глаз.

Я обнял свою женщину за талию, крепко прижав к себе, зарылся лицом в её золотые волосы и, вдыхая будоражащий аромат своей княгини, проговорил:

— Я тоже навряд ли когда-нибудь смогу оставаться спокойным.

Её руки обхватили меня за шею, и когда она подняла голову, наши губы встретились, чтобы насладиться долгим поцелуем. А в процессе жарких объятий я не удержался, чтобы немного не опошлить светлое чувство незамутнённой любви, в результате чего Ольга слегка отстранилась и, подняв на меня озорно сверкнувшие глазки, спросила:

— Чего это ты задумал в двенадцать часов дня?

Мои руки в порыве вспыхнувшей страсти уже пристроились на самых привлекательных для меня местах её тела. Левая рука вовсю орудовала под короткой плиссированной юбкой, исследуя обе половинки сексуальных ягодиц, а вот правая, вволю натискав сквозь материю блузки роскошную грудь, уже начала борьбу с первыми непокорными пуговицами, дабы получить полный доступ к спрятанным сокровищам. Там по ходу движения нужно будет преодолеть ещё одно препятствие в виде бюстгальтера, но это уже мелочи, а вот пуговицы почему-то сдаваться без боя не желали.

— Тороплюсь выполнить супружеский долг, — озвучил я вполне очевидную вещь, пыхтя над неуступчивой конструкцией блузки и не выдержав пожаловался: — Слушай, они у тебя магией, что ли, запечатаны?

— Нет, — улыбнулась Ольга, — просто нужно использовать обе руки.

— Я не могу, у меня вторая сильно занята, — хмыкнул я и, переведя правую руку под юбку на помощь к левой, добавил: — Давай-ка ты сама, а я посмотрю, поучусь.

Притиснутой ко мне Ольге осталось, конечно, маловато свободного пространства, но я был уверен, что она справится.

— Тебе быстро или медленно? — дразнящим голосом спросила эта хулиганка, слегка выгнув назад спину и неторопливо расстёгивая первую пуговку.

— У тебя пара секунд или я сейчас порву твою эксклюзивную модель, — прояснил я ситуацию.

— Оу, такие угрозы, я прямо растерялась, — коварно улыбнулась Ольга, нарочито неспешно продолжая процесс избавления от лишних, на мой взгляд, предметов одежды.

Я с трудом дотерпел до финала, жадным взглядом встречая каждую новую часть постепенно обнажающегося тела. Силы воли хватило, чтобы удовлетворённо проследить за падением соскользнувшей с плеч жены хитро сделанной блузки. Сорвался уже, когда более покладистый бюстгальтер одним ловким движением отлетел куда-то в сторону, отброшенный рукой Ольги. Вот после этого терпеть уже не было никаких сил и, подхватив свою женщину на руки, я на сверхзвуковой скорости полетел в сторону нашей спальни. Накипело так, что пар из ушей валил, словно у паровоза на полном ходу. А восторженное предвкушение нарисовало столько эротических поз, сулящих удовольствие, что от нетерпения умудрился порвать штаны, пока лихорадочно стаскивал их с себя с помощью своих рук и стройных ног моей богини, которая не осталась безучастной и активно помогала в этом нелёгком процессе.

Экстаз и эйфория в одном флаконе и такая дикая смесь из непередаваемых эмоций и ощущений, что всегда должны связывать двух любящих и жаждущих друг друга людей. Связывать в едином порыве безграничной любви таким образом, когда с вершины этого пика страсти кажется, что весь остальной мир исчез, а во вселенной остались только вы вдвоем. Последние из оставшихся по-настоящему живых, чьи сердца — это пульс галактики, а сдвоенный крик удовольствия это взрыв сверхновой звезды и рождение новых миров, олицетворяющих кусочки ваших душ. И где-то там далеко на самом краю сознания, родится очередная мысль — «Господи, как хорошо, что она (или он) есть у меня»!

* * *

Аэропорт столицы Болгарии прощался с моей женой, сопровождая её хорошей погодой и ясным безоблачным небом. Причём на этот раз Ольга в этот процесс совершенно не вмешивалась, и природные силы самостоятельно проявили характер, разогнав все тучи. Дело происходило на следующее утро после нашего разговора, и, помимо яркого солнца, среди провожатых неожиданно нарисовались Радомировы, а точнее, Ванда с дочерью Лидией и её мужем Андреем. Правда, для них стало сюрпризом, что самолёт увозит только мою жену, а я с маленькой Софией остаюсь на некоторое время.

Но болгарский правящий род вполне удовлетворился полученным объяснением, что у княгини в империи нашлись срочные дела, требующие её безотлагательного присутствия. А дочку мы, посовещавшись, всё-таки решили оставить со мной, к тому же во время «допроса с пристрастием» Софи раскололась, что хочет остаться с папой. Ну, про допрос я естественно приукрасил, но на вопрос, поедет ли она с мамой обратно в Москву или желает ещё попутешествовать с папой, ребёнок, не колеблясь, ответил, что остаётся путешествовать. Не люблю долгие проводы, а потому, поцеловав по очереди с Софией нашу улетающую маму и в сотый раз пообещав не совершать глупостей, поехали обратно в сторону съёмного дома.

Каюсь, торопился, так как Агния уже получила сообщение от посредницы о том, что заказ выполнен и та готова передать найденные в гробнице Раи, интересующие нас предметы. Встреча была назначена на час дня, и мне не терпелось узнать, что же именно воровки смогли достать. Сама же Агния в сопровождении нескольких хранительниц уже выехала в нужное место, а я, чтобы в процессе ожидания время пролетело быстрее, завернул по пути в детский кружок по рисованию. Благодаря Яне, мы ещё вчера знали, что среди деток сегодня будет проводиться конкурс рисунков, а строгое жюри из трёх улыбчивых девушек собирались выбрать особо красивые работы и отметить юных художников поощрительными призами. В общем, всё прошло нормально, и София успешно нарисовала летающего дракона! Или крокодила? Короче, это было что-то зелёное с крыльями, после чего ребёнок, с гордым видом сдав свой шедевр, с детской непосредственностью поинтересовалась, когда ей завтра приходить за наградой. Жюри, что ли, подкупить, дабы обязательно выдали утешительный приз, ибо очень сомневаюсь, что дракончик займёт призовое место. Или нафиг? Пусть София знает, что помимо побед бывают и поражения, которые должны также стимулировать, если хочешь чего-то добиться. Дилемма, однако!

Дома я, отправив дочь на обед, нетерпеливо поднялся наверх и заходил из угла в угол, меряя шагами помещение. Желание позвонить Агнии душил несколько раз, но в итоге плюхнулся в кресло и постарался помедитировать. Вроде получилось, так как очнулся от шума в коридоре, а спустя секунду в дверь вошла наш «штатный артефактор по вызову». Судя по широкой улыбке на её лице, всё прошло успешно и что-то нужное мы всё-таки получили. Девушка выложила на стол одну деревянную коробочку, уже знакомую по прошлому опыту, и довольно проговорила:

— Как и ожидали, один амулет и одна загадка.

— Что скажешь по амулету? — сразу спросил я, абсолютно уверенный, что Агния по дороге уже посмотрела всё, что нужно.

— Особо рассказывать не о чём, кроме того, что это «Антилекарь», только очень высокого класса, — задумчиво сказала девушка, в то время как я уже открыл шкатулку, чтобы внимательно осмотреть магическое устройство.

— А разве в то время они уже были? — удивлённо вопросил я.

— В том-то и дело, что нет.

— Однако, похоже, что Славица реально была гением.

— Да, не спорю. Ты уже знаешь, что такие амулеты очень сложны в изготовлении. Сделать рабочий экземпляр с первого раза не всегда получается даже у признанной мастерицы. А первые упоминания о таких изделиях зарегистрированы около ста пятидесяти лет назад.

— Дела-а, — протянул я, разглядывая лежащую на ладони древность.

Он действительно был странен, начиная от своей сути, фантастической для того времени, откуда был родом, и заканчивая необычным видом. На данный момент в ходу амулеты в форме круга. То есть берётся основа идеальной окружности из какого-нибудь металла и уже на неё крепятся остальные компоненты в основном из драгоценных камней. Иногда встречаются овальные амулеты и совсем уже редко похожие на звёзды с пятью или более лучами. Но на моей ладони сейчас лежал классический Мальтийский крест, выполненный явно из серебра с одним голубоватым камнем строго по центру. Что касается сути то «Антилекарь» в отличие от «Целителя», призван защищать от воздействия лекарской магии. Грубо говоря, если вы не одарённый и вдруг решили грохнуть лекарку, то идти на дело без такого амулета чревато большими для вас проблемами. Короче, без такой защиты вы труп, без вариантов. Если у вас есть хотя бы минимальный ранг Дельта, то задача немного упрощается и тут главное не дать целительнице приблизиться ближе, чем на пять метров, а лучше на десять, чтобы наверняка не попасть под воздействие лекарской магии, которая легко может и убить за пару ударов сердца. Учитывая, что у лекарок доспех духа «дырявый» и держится на честном слове, то та же Дельта сможет завалить такую слабозащищённую одарённую максимум с пятого удара.

Сама история создания «Антилекаря» проста и банальна, кто-то когда-то недооценил силу лекарской магии, и после мгновенной гибели нескольких сильных одарённых артефакторы получили заказ на разработку такого девайса. Но большого распространения они не получили ввиду их сложности в изготовлении, а также невозможности носить оба амулета вместе. Нет, они не высасывали друг из друга силу, ибо относились к разному типу магических устройств, но работа исцеляющего амулета при этом просто блокировалась. Получалось, что при получении серьёзного ранения возникала вероятность совершенно по-глупому истечь кровью.

— Сапфир? — попытался угадать я принадлежность единственного камня.

— Он самый.

Покрутив ещё немного крест и не обнаружив на нём никаких надписей или символов, отложил в сторону. Пришла очередь второй вещицы лежавшей на дне шкатулки, которая принесла очередную загадку на шёлковой бумаге. В этот раз, в отсутствие Ольги, пришлось вслух зачитать мне:

— Я слёзы вложила в надёжный металл,

— Лишь тот всё получит, кто долго искал.

— Я помню их всех, кто свой путь восхвалял,

— Остался последний, что меня проклинал.

Пока я пытался осознать и уловить хоть какой-то смысл, паузу нарушила Агния:

— Я прочла, пока ехала сюда, но, если честно, никаких идей не возникло.

— Тут одной идеей не поможешь, — пробормотал я. — Подсказка по традиции в двух последних строчках, но, чтобы их расшифровать, придётся поработать. Давай открывай свой планшет и начинаем искать всё, что связано с проклятиями королевы. Кто? Когда? Почему? И что стало с теми, кто её ненавидел, а такие наверняка будут.

Агния, кивнув головой, уселась за работу, а я пошёл отдать распоряжение Яне, чтобы пока справлялась с дочкой самостоятельно. Ну и Софии объяснить, что у папы появилась срочная работа, которую незамедлительно нужно сделать. Надеюсь, она не сильно расстроится.

* * *

Мельком глянув на часы, отметил, что время уже четыре ночи, но это было не важно, так мы с Агнией всё-таки докопались до истины. Вроде бы! Н-да, стоит всё же отметить, что археологи и искатели различных сокровищ, успешно отыскав в далёком прошлом различные ценные находки, заслуживают гораздо больше уважения, чем современные охотники за антиквариатом, реликвиями и другими подобными вещами. Просто представьте объём работы без доступа к интернету. Раньше, чтобы получить необходимую информацию, нужно было ехать за тридевять земель, надеясь, что там предоставят доступ к архивам и другим нужным документам. Это хорошо, если могли выслать копии почтой, но и то, сколько суток она добиралась до адресата или правильнее спросить — недель, месяцев? А если возникала надобность что-нибудь уточнить, то на выходе имеем просто катастрофическую потерю по времени. Отсюда и вывод, народ раньше был более терпелив, усерден и намного твёрже в своих желаниях получить требуемое. Без этих качеств любое начинание было обречено на провал, как и в наше время, в принципе, но люди прошлого всё-равно были крепче духом ибо невзгод на их долю выпадало гораздо больше.

Сейчас абсолютно каждый человек может найти в сети всё что угодно и за кратчайшее время, причём не выходя из дома. Конечно, до сих пор существует особо засекреченная информация, которую простому смертному не получить, но если очень постараться, то возможно всё. Ну и обязательно не забываем фильтровать полученные ответы или тем более советы. А то некоторые, послушав врачебные рекомендации из интернета, на радостях бегут лечить все болячки, запихивая себе огурец в одно тёмное место, и почему-то потом искренне недоумевают, и гадают, из-за чего же лекарство не подействовало. А потому что, млять, в полнолуние надо было обряд проводить, когда, мать его, трижды Козерог в зените находится. Только не спрашивайте, что он там делает, в этом зените. Пасётся, наверное.

В нашем с Агнией случае просматриваемые документы не имели никакой степени засекреченности и находились в свободном доступе в виде слухов, легенд и даже документальных писем, давно отсканированных и выложенных в сеть. Даже если у нынешней Югославской правительницы и были какие-то секреты из прошлого, то, судя по выставленным на всеобщее обозрение четверостишиям Радмилы, все тайны того времени уже потеряли свою значимость в связи с истёкшим сроком давности. Если кратко, то наша следующая цель — это Белградский королевский музей. А если развёрнуто, то «проклятие» из письма Радмилы — это не что иное, как послание одной сербской дворянки с весьма древней родословной. Хотя родовитость этой особы ставилась под сомнение даже её современниками, что уж говорить об историках XXI века. Эта мамзель утверждала, что является прямой наследницей славных и великих Неманичей — первых королей Сербии. И упирая на своё, безусловно очень крутое, генеалогическое древо дамочка написала обращение Радмиле, указав открытым текстом, что фамилия Войнович совершенно не катит против Неманичей. И если возрождать объединённое Балканское королевство, то только под флагом более древней и достойной династии. До кучи к этому замысловатому посылу приплетались обещания всевозможных небесных кар и проклятие на всех Войновичей вплоть до седьмого колена.

Мы с Агнией, наверное, отложили бы это письмо к куче других уже просмотренных, а было их действительно немало. Так как перед дворянским собором, где состоялись выборы королевы, все поливали грязью всех и желали видеть на престоле только себя любимых. Но конкретно именно это послание после избрания себя королевой Радмила приказала поместить в металлическую рамку со стеклом и повесить в только что открытом королевском музее как один из экспонатов человеческой глупости, жадности и неадекватности. Все строчки из четверостишия прямо кричали, что это оно, и мы с напарницей согласились, что все другие варианты однозначно не дотягивают. Так что собираем манатки и едем в Белград, благо, что Ольга обещала по прибытию в Москву отправить нам второй резервный самолёт, дабы мы не ограничивали себя в манёврах.

— Ладно, с загадкой вроде разобрались, завтра, а точнее уже сегодня звонишь посреднице и обговариваешь новое дело, — озвучил я девушке план действий. — Обговори, что «посылку» заберём в Белграде.

— А есть ли смысл туда вообще лететь? Они вполне могут передать нам заказ в Софии.

— Если честно, то хотел заглянуть на могилу Радмилы.

— Думаешь увидеть что-то, чего нет на фотографиях?

— Не знаю, — неуверенно ответил я, — вроде ракурсы вполне подробные, но чем чёрт не шутит, вдруг рассмотрю что-то новое.

— Предлагаю дождаться посылки из Белграда, а уж после лететь в столицу Югославии, если вообще придётся. Может, найдём ещё одну подсказку.

— Пожалуй, ты права, — согласился я с доводами Агнии. — Поспешать будем медленно. Интересно, за сколько гильдия провернёт это дело?

— Если ты про деньги, то уверена, что выйдет гораздо дороже. А вот по времени не знаю, — улыбнулась девушка.

— Да по деньгам даже не сомневался, — отмахнулся я от озвученной истины. — После кражи жезла, охрана музея наверняка вздрючена по полной, что естественно повлияет и на цену, и на сроки. Давай лучше обсудим найденный амулет. Судя по его предназначению, а также по структуре той «слезы», которую уже нашли, можно теперь уверенно сделать вывод, что боевой жезл убивал, используя лекарскую силу смерти. Правильно я говорю?

— Пока всё верно.

— Возникает вопрос, а стоит ли заморачиваться с дальнейшими поисками, если по факту защита от такого воздействия уже давно известна, хотя и не применяется повсеместно?

— Стоит, — уверенно ответила Агния, — сейчас объясню почему. Даже лекарка первого ранга для негативного воздействия на организм ограничена максимально возможным расстоянием в десять метров. Судя по легенде, жезл охватил территорию радиусом более пятисот метров. Одномоментно погибли не только все люди, попавшие в зону охвата, но даже животные и отрядная целительница. То есть свыше тысячи живых существ погибли мгновенно. Представляешь силу оружия?

Агния сделала паузу, чтобы я мог наглядно представить такую трагедию. Было сложно, но я постарался проникнуться и осознать.

— Теперь что касаемо амулета — он неимоверно сложен и на порядок превосходит современные схемы защиты. В узловых точках также расположены охранные узоры, а значит на то, чтобы скопировать, уйдут годы исследований. Причём проверить работу будет, как понимаешь, весьма сложно, ввиду возможной гибели всех подопытных, разве что набирать «добровольцев» из приговорённых к смерти и обязательно держать под рукой лекарку высокого класса, чтобы могла реанимировать пострадавших. Я абсолютно точно уверена, что все известные «Антилекари» не смогут остановить силу такого оружия. Все «слёзы» также защищены от копирования, но тот, у кого есть жезл, вполне может, потратив энное количество времени, воссоздать новые образцы этого оружия.

— Сама сказала, что современные уровни защиты не справятся. А значит, без нашего амулета они все погибнут.

— Когда есть образец действующего оружия, то придумать защиту гораздо проще.

— Ты забыла одно существенное но — артефактор, активирующий оружие, обречён умирать с каждым проведённым опытом. И кстати, далеко не факт, что находящаяся поблизости лекарка сможет воскресить незадачливого испытателя. Возможно жезл убивает настолько хорошо, что даже Бог не даст второго шанса. Никто не сможет провести полноценное исследование, не обладая всеми необходимыми частями.

— Да, это существенный нюанс. Но хорошая мастерица, получив рабочий образец, может попытаться внести необходимые изменения, чтобы жезл могла активировать не только артефактор, но и обычная одарённая. Это сложно, но вполне возможно при должном умении, главное, увидеть всю схему целиком в полностью снаряжённом состоянии, это позволит рассмотреть общую суть и самостоятельно додумать узловые точки, которые скрыты защитными узорами.

— Получается, что те, кто украли жезл, ничего не смогут скопировать без наших «слёз», а работа без древнего «Антилекаря» — чистейшей воды самоубийство, — подвёл я предварительный итог нашей дискуссии.

— Получается так, но мы примерно в таких же условиях, даже немного хуже, так как в принципе не можем воссоздать схему оружия. Одного камня и амулета недостаточно для нормальных исследований.

— Почему-то мне думалось, что иногда достаточно одной идеи для того, чтобы хороший мастер смог со временем воплотить её в реальность, — разочарованно вздохнул я.

— Работать с силами смерти не самое привлекательное занятие, — хмыкнула Агния. — Попытки были, и лично я знаю о трёх случаях, когда артефакторы пытались сделать что-то похожее. И все они погибли, так что Славица, может, и гений, но с обязательной приставкой — сумасшедшая.

— Что ж, мне всё ясно, найдём, что ещё можно найти, а потом будем думать, как отыскать жезл или тех, кто его украл.

— Да, больше вариантов нет.

На том наш разговор и закончился, и пожелав друг другу спокойной ночи, мы отправились по кроватям. Первоначально я подумал заснуть в спальне дочери, но там уже обустроилась Яна, а потому был вынужден вернуться в нашу с Ольгой комнату и почивать в одиночестве. Впереди нас ждёт неопределённое по времени ожидание, и возможно, всё же стоит потратить его на поездку в Белград? В общем, решу на свежую голову завтра, или, правильнее сказать, уже сегодня, через несколько часов.

* * *

Москва.

Кремлёвские куранты только что пробили полдень, и Ольга, изгнав из головы лишние мысли, приготовилась войти в Зал Вызова. Две воительницы из кремлёвской стражи уже замерли возле дверей, готовые по сигналу распахнуть их перед очередными посетительницами. Само помещение находилось в восточном крыле Екатерининского дворца и пользовалось стабильным спросом у всех желающих доказать свое право на честь, достоинство и справедливость через поединок. Давненько Ольге не приходилось вступать в этот зал, и последний раз это было пять или даже шесть лет назад. Великие кланы редко переходят друг другу дорогу, стараясь уладить любые вопросы ещё на ранней стадии, не доводя до серьёзного конфликта. На их фоне те же Сильнейшие выглядят настоящими задирами, постоянно что-то доказывая, требуя и сталкиваясь лбами по любому поводу. Про остальные более мелкие роды и клановые союзы и вовсе не стоит говорить. Складывается ощущение, что чем меньше род, тем больше он гордится собственной значимостью, пытаясь донести до каждого сомневающегося свой грандиозный статус. И в своём кругу они никому не дают спуска, вызывая на поединок по малейшему поводу. Правда это касается только тех, кто может позволить себе выставить на бой хотя бы двадцать пять роботов, а остальные будут смотреть и охать, восторгаясь более богатыми соперницами. Ну и конечно завидовать, куда уж без этого, ибо для таких неимущих остаётся только один способ выяснить отношения — с помощью магической дуэли.

Ольга тронула рукой висящую за спиной рукоять катаны и немного ослабила ворот тёмно-синего комбинезона, в который была облачена согласно традиции. Стоящая рядом Владислава была одета схожим образом, только комбинезон был чёрного цвета, а из оружия на боку висела сабля. В былые времена сюда приходили, одетые в брючный костюм, вооружённые шпагой и пистолетом. А в правление императрицы Екатерины — любительницы старины и рыцарских романов, придумавшей столь неординарный способ переговоров и решение спорных вопросов — в ходу были кольчуги и тяжёлые кирасы. Теперь же достаточно было надеть комбинезон пилота робота или МПД и, конечно, не забыть холодное оружие.

— Что-то задерживают сегодня, — вдруг проговорила Вяземская.

Ольга не успела ответить главе давнего союзного клана, как стражницы на дверях встрепенулись и одновременно потянули обе створки дверей. Делая первый шаг, она поймала себя на возникшем в душе предвкушении. Чего именно? Объяснить это человеку, не владеющему магией, сложно. Дело в самом помещении, куда одновременно шагнули обе женщины. Зал Вызова имел идеальную круглую форму, без окон, с куполообразным потолком, и у него были только два входа, расположенных строго напротив друг друга. Соперницы в предстоящем поединке входили в зал с двух противоположных сторон, соблюдая определённый ритуал. Именно перед его прохождением у неё и встрепыхнулось в душе предвкушение от встречи сразу с шестью стихиями.

На первом же шаге вокруг неё вспыхнуло жаркое пламя, а жадный огонь стремительно окутал её с головой, пытаясь найти лазейку в защите. Ольга улыбнулась этой попытке стихии встать у неё на пути и, максимально уплотнив доспех духа, шагнула к следующему испытанию. Её встретил могильный холод, и если бы не активная защита, риск превратиться в ледяную статую был очень высок. Затем была земля, которая постоянно цеплялась за ноги, и каждый очередной шаг давался с большим трудом. Потом её встретило пространство безграничной белизны, в котором было абсолютно невозможно определить его размеры и понять, где находится верх или низ. Мощный воздушный кулак ударил её в грудь, и Ольга даже на секунду замерла. Тут же ответив равнозначным магическим импульсом и тем самым обозначив, что она повелительница воздуха, спокойно прошла дальше, а лёгкий ветерок, словно заигрывая, принялся кружить вокруг неё.

Переход к другой стихии происходил всегда внезапно, без обозначения каких-либо границ, вот и водная стихия встретила реальностью полного погружения на морское дно резко и неожиданно. Было темно, и дальше вытянутой руки не было видно ничего, и Ольга почувствовала, как затрещала её защита, стараясь сдержать созданное водой давление. Преодолев в два шага толщу воды, она мгновенно оказалась в кубе, чьи стены, пол и потолок представляли собой перекрученные сгустки молний. Разряды электрической энергии бессистемно пронизывали весь внутренний объём, постоянно сталкиваясь и шипя, словно рассерженные змеи. Сразу два десятка таких «змей» попытались пробить её внешнюю защиту, но были мгновенно поглощены и наоборот — усилили её. Стихия молнии не могла причинить вред одной из сильнейших своих адептов и раз за разом бессильно бились об её щит, лишь увеличивая его мощь. Возникшая перед глазами серая дымка обозначила конец пути, и последний шаг наконец-то привёл её к конечной цели — к одинокой фигуре женщины в алой мантии, окружённой со всех сторон клубящимся серым туманом, за которым не было видно ни дверей, ни стен. «Похоже, я первая справилась со всеми стихиями», — удовлетворённо отметила Ольга, подходя к главной распорядительнице всех предваряющих поединок церемоний, происходящих в Зале Вызова.

Возраст этой женщины уже перевалил за сто десять лет, и будь с ней сейчас Сергей, он наверняка присвистнул бы и сказал, что в его мире до такого срока доживают единицы из всего многомиллиардного населения планеты. А чтобы ещё и сохраниться настолько хорошо — это вообще невероятно и невозможно. Но даже здесь такое — большая редкость, и средняя продолжительность жизни редко переваливает за девяностолетний рубеж. И если человек начал стремительно седеть и обильно покрываться морщинами, это означало, что конец совсем близко. Бабушка Ольги ушла спустя месяц после начала этого печального процесса, и она хорошо помнила тот вечер, когда, неожиданно прервав ужин, Власта поднялась из-за стола и, расцеловав всех своих близких, отправилась в покои. Утром её не стало, а уже позже Ольга узнала, что после того, как гаснет источник, жить остаётся лишь несколько часов. Иногда бывает, что процесс старения протекает медленно, растягиваясь на несколько лет, но такое происходит достаточно редко. По сравнению с миром Сергея, где большинство пожилых людей из-за множества болячек, «нажитых» уже к семидесятилетнему возрасту, и общей изношенности организма с большим трудом передвигаются до магазина и обратно домой, княгине можно сделать вывод, что на её планете жить намного лучше, сохраняя до самого последнего дня твёрдый разум в крепком теле.

— Приветствую тебя, блюстительница порядка, — проговорила Ольга, останавливаясь в трех шагах от этой женщины из рода Небольсиных, входящего в клан Романовых.

Данный род контролировал в империи судебные процессы и осуществлял надзор за исполнением закона. Все высшие судебные должности огромной державы, за исключением клановых родовых земель занимали выходцы только из этого рода. Бажена Небольсина — стоящая сейчас перед Ольгой, на протяжении последних шестидесяти лет была бессменной хозяйкой Зала Вызова, облечённая обязанностями священнослужителя, судьи, хранительницы традиций и ещё многих других постов.

— И я тебя приветствую, княгиня Гордеева, — степенно прозвучало в ответ, и резной посох в руках соглашающе слегка качнулся. — Чисты ли твои помыслы?

— Да.

— Зачем ты пришла сюда?

— Выполнить свои обязательства согласно союзному договору.

— Ты уверена, что правда на стороне твоей союзницы?

— Да.

— Хорошо, если не будет иных предложений, вас рассудит поединок.

Ольга кивнула головой, подтверждая услышанное, и в этот момент за её спиной раздались шаги. Обернувшись, она увидела Владу, вышедшую из серого тумана, который полностью скрывал буйство магических сил, прячущихся за ним. Несмотря на то, что они с Вяземской вступили в зал одновременно, у каждой из них был свой маршрут и своя очередность противостоящих им стихий. Каждая из гранитных плит, покрывающих пол, по сути была отдельным артефактом, отвечающим только за свой участок. Само ритуальное прохождение через шесть стихий символизировало чистоту помыслов и решительность идти до конца. Правилами не возбранялось остановиться и вернуться обратно, но это означало бы, что поступившая так глава клана или рода неожиданно осознала перспективность мирных переговоров и готова сделать компромиссное предложение своей сопернице, при конфиденциальном разговоре тет-а-тет. Был ещё один существенный нюанс — пройти испытание могла одарённая только с минимальным рангом Бета, причём предельного уровня. Сделано было для того, чтобы слишком юные главы своих родов не имели возможности принимать скоропалительных решений и не бегали по любому поводу в Зал Вызова горя желанием доказать свою правду посредством поединка. Тем временем Владислава, пройдя десяток шагов, остановилась рядом с Ольгой и точь-в-точь повторила ритуальное приветствие. Список вопросов и ответов также был практически одинаковым за одним единственным исключением.

— Зачем ты пришла сюда?

— Отстоять то, что принадлежит мне по праву, — ответила Вяземская.

— Ты уверена, что правда на твоей стороне?

— Да.

— Хорошо, если не будет иных предложений, вас рассудит поединок, — вновь прозвучала стандартная для такой ситуации фраза.

Едва затих голос распорядительницы, как стали подтягиваться остальные участницы предстоящих переговоров. На вопрос, зачем они пожаловали, каждая из вновь подошедших, выдавала ответ, явно заученный заранее:

— У меня претензии к клану Вяземских касаемо прав на владение землями в Приамурской губернии. Соответствующие документы, оспаривающие их право собственности на часть вышеуказанной территории, были предоставлены в императорскую канцелярию.

— Подтверждаю. Претензия получена и завизирована, — проговорила распорядительница и обратилась к Владе, спросив. — Не желаете решить этот вопрос мирно без пролития лишней крови?

— Не желаю.

— Я напоминаю, что, как вызываемая сторона, вы вправе указать количество и характеристики используемой техники, объединить все вызовы в один поединок либо провести их поочерёдно с выбранными вами временными интервалами, а также внести своё предложение по срокам владения спорными землями в случае победы.

— Мы готовы провести один решающий поединок, но срок владения в три года меня не устраивает. Мое предложение — в случае победы право на земли становится бессрочным. Поправка к соглашению окончательна и не обсуждаема, — твёрдо проговорила Владислава.

— Вам необходимо время на раздумье? — прозвучал вопрос уже в сторону четвёрки Сильнейших.

— Нет, — усмехнулась Иви Карпелан, глава клана родом из Финской губернии. — Раз обсуждать нечего, мы согласны на внесение данного изменения в окончательный документ.

Вслед за ней три остальных главы также подтвердили своё согласие. А блюстительница порядка продолжила уточнять у Вяземской необходимые вопросы:

— Озвучьте свою заявку на поединок.

— По сотне роботов в средней, тяжёлой и сверхтяжёлой категории. Лёгких — всего тридцать штук и плюс три сотни тяжёлых МПД.

— Мне кажется, ваш вопрос можно решить гораздо меньшими силами, — мягко проговорила распорядительница, в чьи обязанности также входила задача не доводить до массовых поединков, где высока вероятность больших жертв. — Зачем простое превращать в сложное и устраивать столь грандиозное сражение? Иные страны во время межгосударственных конфликтов обходятся гораздо меньшим количеством техники.

— Пилоты давно не сражались, пришла пора проверить уровень их подготовки. И я забыла упомянуть про три десятка Альф, — невозмутимо ответила Владислава.

Ольга внутренне усмехнулась, внимательно наблюдая за оппонентками: Карпелан, Рокоссовской, Воротынской и Еремеевой. Внешне все сохраняли подчёркнутое спокойствие, хотя пару стиснутых явно в нервном напряжении кулаков она всё же отметила, и ей не требовалась гадать, из-за чего так взволновались главы своих кланов. Если поединки происходят не между давними врагами, то никто особо не старается значительно превышать необходимое количество техники в заявке и не добивает упавшего робота, стараясь уничтожить пилота. Такое негласное, но строго соблюдаемое правило, дабы не разжигать чувства мести от бессмысленно пролитой крови. Но если кто-то на порядок увеличил количество техники, то это ничто иное, как прямой намёк на то, что сражаться намерены по-настоящему. А по-настоящему — это значит до смерти. И тот, кто пошёл на сознательное превышение минимального лимита, тем самым честно заявил, что пощады не будет никому, а бой будет вестись до последнего живого пилота.

— Что ж, я, к сожалению, не могу повлиять на ваше решение, — недовольно проговорила распорядительница. — Однако для сражения столь крупными силами у нас есть только две подходящие арены, это Северная — расположенная за полярным кругом и Южная — в пустыне Гоби. Выбор за вами.

— Южная, — озвучила Влада заранее согласованное с Ольгой решение, обусловленное в первую очередь удобством логистики. Ведь большая часть сил двух союзных кланов находилась в Маньчжурии, и оттуда перебросить технику в Монголию на Южную арену было гораздо ближе.

— Хорошо. Выбор сделан, и ваша заявка принята. Готовы ли Сильнейшие поддержать озвученную заявку или всё-таки попытаетесь решить вопрос миром и сесть за стол переговоров?

— Стол уже был, — криво улыбнулась Карпелан. — Пришло время разговаривать пушкам. Я подтверждаю заявку.

Вслед за временно выбранной старшей от всего квартета Сильнейших своё согласие без колебаний дали ещё главы двух кланов. И только молодая глава Еремеевых ответила с небольшой заминкой и хмурым выражением лица.

После этого блюстительница подвела итог и напомнила санкции, установленные за неявку без уважительных причин одной из сторон на место поединка:

— Что ж, заявка на поединок принята и согласована. Ровно через десять дней ваш спор разрешится на Южной арене. Клан, чья техника не выйдет на поле боя или его глава не явится на поединок, будет дисквалифицирован и на пятьдесят лет лишен права обращаться в Зал Вызова. А его претензия аннулирована либо удовлетворена в зависимости от того, чья сторона нарушит данное правило. Да пребудет сила на стороне правды!

Удар посоха о пол ознаменовал окончание переговоров, а окружающая дымка стала быстро рассеиваться, явив взору стены и двустворчатые двери на противоположных сторонах зала. Небрежно кивнув своим соперницам и вежливо попрощавшись с распорядительницей, Ольга с Владой развернулись на выход, причём стороны конфликта направились каждая к своей двери. Союзницы неспешно и молчаливо шли по коридору, погружённые в собственные мысли. «Жаль, конечно, что Ева не смогла поддержать Вяземских, было бы гораздо удобнее обойтись без лишних сражений», — думала Ольга, всегда считающая, что при малейшей возможности необходимо стараться решить вопрос мирно. И только исчерпав все шансы бескровной договоренности, прибегать к поединку, как очень редкому исключению. У неё был секундный порыв — встретиться со своей высокопоставленной любовницей и замолвить слово за Вяземских, но немного поразмыслив, поняла, что Ева связана по рукам несколькими важными ограничениями. И главное из них — она совсем недавно заняла престол Российской империи и её позиции пока ещё недостаточно сильны. А своим вмешательством накалять обстановку среди кланов, тем более после недавнего переворота — весьма глупая затея. Ведь среди четырёх Сильнейших кланов, что предъявили свою претензию Вяземским, лишь Еремеевы участвовали в попытке посадить на трон Регину, а остальные трое в итоге поддержали Еву. И если молодая императрица допустит произвол, встав на сторону своих обласканных фаворитов, то многие могут возмутиться, а это сейчас совершенно ненужная и опасная вещь. Еве необходимо планомерно зарабатывать дополнительные очки, повышая свой престиж, а не наоборот — терять позиции в рейтинге по любому поводу. Отсюда и вывод, что Гордеевым с Вяземскими нужно разбираться с соперницами самостоятельно.

— Похоже, ты оказалась права, говоря про Еремеевых, — сказала Владислава, когда они вышли из дворца и остановились возле своих автомобилей, допущенных на территорию Кремля. — Они согласились участвовать не иначе как под давлением остальных, хотя претендуют на самый незначительный участок земли, который проще было выкупить, ибо его большую часть занимает болото, и лично мне он совершенно не нужен.

— Это лежало на поверхности, — слегка отстранённо ответила Ольга, — на всех бывших участников переворота обижены очень многие роды. Так что у Еремеевых было всего два пути: или остаться в одиночку сразу против трёх кланов, или наладить с ними отношения, вступив во временный союз против тебя. Не удивлюсь, если по договору они обязаны выставить наибольшее число техники и людей.

— Скорее всего, так и есть, но меня смущает то, насколько легко остальная троица приняла поправки к соглашению и практически невозмутимо отреагировала на нашу заявку. У меня складывается ощущение, что мы что-то не учли и можем очень крупно просчитаться.

— Если тебе станет спокойнее, то у меня схожие ощущения. Финка вела себя необычайно нагло.

— Нет. Спокойнее не стало, — улыбнулась Влада.

— Возможно, всему виной их уверенность в собственных силах, — вернула улыбку Ольга. — Четыре клана, выступающих одним фронтом, уже большая редкость, и это внушает им определённые надежды. Либо они опираются на кого-то ещё, кто, не афишируя своего участия, может предоставить своих опытных пилотов и заодно помочь с техникой. И такой вариант вполне возможен, ведь стремительный взлёт твоего клана не всем пришёлся по душе, а значит, пока ты окончательно не окрепла, нужно попытаться хорошенько проредить твои силы и финансы чередой поединков. Заодно и меня задеть, как твою союзницу.

— Возможно, не стоило настолько превышать заявку, — задумчиво проговорила Влада, — а ограничиться минимальным количеством?

— А как бы мы тогда узнали, кто может стоять за всем этим аттракционом? — развела Ольга руками. — Предъявленные к тебе требования на фоне такого поединка выглядят смехотворно, особенно от Еремеевой и Рокоссовской, а значит, им помогли направить мысли в нужную сторону. И одной Иви Каперлан маловато для сколачивания такого квартета.

— Да, Рокоссовская расстроила меня больше всего, — вздохнула Влада, — ведь у нас планировался один совместный проект, и я не ожидала, что Ирина вдруг выкинет такой фортель.

— Зависть — ужасный возбудитель, и исключать её пагубное влияние на человеческие отношения, конечно, не стоит, но повторюсь, этого маловато для такого шага. Хотеть что-то сделать и иметь для этого силы и средства — две большие разницы. Зато теперь четыре Сильнейших клана, по сути, бросили вызов двум Великим и в случае победы будут пользоваться повышенным уважением.

— Ну-у, я-то Великая пока лишь на бумаге, — с горькой иронией проговорила Вяземская.

— А это не важно, — жёстко ответила Ольга, — никто не вспомнит, что свой новый статус ты получила совсем недавно. Зато поражение больно ударит по нашему общему имиджу, а значит, нам нужна только… Что?

— Победа, — ответила Владислава на резкий вопрос княгини Гордеевой, невольно вытягиваясь перед союзницей.

— Громкая и убедительная победа! Так что действуем по плану и собираем всех лучших пилотов, как и планировали.

На этой решительной ноте обе главы закончили разговор и, тепло попрощавшись, разошлись по своим машинам. «Прорвёмся, — думала Ольга по пути к поместью. — Не в первый раз игра идёт вразрез основному сценарию». Достав телефон, она набрала номер Сергея, чтобы узнать, как прошла новая встреча с посредницей, имеющей контакты с воровской гильдией в Югославии. У него с Софией и Агнией пока всё хорошо, что безусловно не может не радовать. «Главное, чтобы поиски ответов не столкнули их с чем-то действительно угрожающим жизни», — мелькнула у неё опасливая мысль, и слушая короткие гудки, она параллельно решила усилить охрану своих близких и направить им ещё людей, чтобы не переживать на столько сильно, и быть уверенной в их безопасности.


Глава 5. Сафари

Дикие земли. Пятьсот пятьдесят километров на запад от Гондэра.

Колонна из шести машин медленно продвигались вдоль очередного ущелья, которыми так изобиловало Эфиопское нагорье. Последние сто километров дорога планомерно уходила вниз, и исключительно гористый рельеф стал потихоньку меняться на более сглаженный равнинный пейзаж. Шестиколёсные грузовики двигались неспешно с одинаковой скоростью, сохраняя между собой строгий интервал, и только одна машина, опередив основную группу, выдвинулась вперёд на дистанцию в триста метров, проводя первичную разведку дороги. В кузове головной машины, возглавляющей ударную группу из пяти тяжёлых грузовиков, находились наёмницы из «Берегини» и нанявшая их для собственной охраны девушка. Лора — едущая вместе с Витой в этом же автомобиле — чуть тронула ногой педаль, приводящую в действие механизм поворотной башни, установленной на крыше бронированного кунга. Плазменное орудие послушно качнулось, разворачивая ствол вправо по ходу движения, а Лора внимательно осмотрела картинку, транслируемую системой наведения. В двадцати километрах позади осталась граница Эфиопии, которую отряд пересёк после того, как тепло распрощался с воительницами из эфиопского пограничного рода, несущего охрану доверенных ему рубежей. Пограничницы регулярно совершали рейды в дикие земли, стараясь быть в курсе общей ситуации, и охотно поделились последними новостями. Благодаря этой короткой остановке у блокпоста, люди Анжелы получили свежую информацию о предстоящем пути и узнали обстановку в ближайшей округе. В общем, по словам африканских порубежниц всё выглядело достаточно спокойно, правда, некоторую обеспокоенность внушали рыскающие по прилегающим окрестностям небольшие отряды воительниц из племени Нуэр, и девушки посоветовали наёмницам быть предельно внимательными. В принципе, и без их доброго совета было понятно, что предстоящая поездка в эту своеобразную демилитаризованную зону далеко не пикник и по сторонам следует смотреть в оба глаза.

Наехавший на стотысячную по счёту яму грузовик сильно тряхнуло, от чего всех воительниц, сидящих в кузове, неслабо подбросило, что, впрочем, не вызвало какой-либо ругани, ибо за несколько первых часов пути все уже привыкли к этой колоритной особенности Африки, где хорошее дорожное покрытие можно увидеть преимущественно в крупных городах. Даже Эфиопское королевство, достаточно развитое по сравнению с остальными африканскими государствами, из общего числа дорог могло похвастаться лишь двадцатью процентами полностью заасфальтированных, а всё остальное — это худо-бедно укатанная грунтовка, либо тропа для вьючных животных. Безусловно, слишком сложный рельеф Эфиопии не даёт возможности провести полноценную модернизацию всей дорожной сети, но количество хороших дорог могло бы быть гораздо больше, было бы желание, которого, увы, не наблюдается. Хотя, если учитывать постоянные пограничные стычки и гигантские средства, вкладываемые в защиту от набегов, то ситуация с дорогами в Эфиопии, возможно, не настолько однозначна, ведь все усилия направляются в поддержку обороноспособности страны.

Изначально отряд планировал остановиться на границе для полноценной ночёвки и продолжить движение с утра, но Вита, явно расстроенная незапланированной задержкой в Гондэре, приказала двигаться дальше. Внимательно оглядывая подконтрольный ей сектор наблюдения, Лора параллельно вспомнила события последних нескольких дней, которые прошли в жуткой беготне и подготовке к сложной работе. Несмотря на желание Виты выехать немедленно, осуществить требование своей нанимательницы отряд Анжелы смог лишь спустя четверо суток. Неожиданная проблема возникла с автотранспортом, и речь не шла о банальных грузовиках, так как именно этого добра в Гондэре было достаточно. Но вот найти специфический транспорт с полным приводом на все оси, бронированием и вооружением оказалось безумно сложной задачей. Кто-то выгреб практически весь свободный автопарк таких машин, а ехать в опасный рейд по диким землям без них было безумной идеей, потому пришлось побегать, чтобы добыть искомую технику. Им требовалось минимум три таких машины, а ещё три автомобиля с открытым кузовом можно было использовать для перевозки тяжёлых МПД. В общем, пока нашли, пока проверили и подготовили транспорт к поездке, время и ушло.

В отряде было десять тяжёлых доспехов, которых почти равномерно разместили в авангарде, арьергарде и в центре автомобильной колонны, а единственная Альфа заняла место в третьей машине вместе с Анжелой и двумя девушками операторами дронов. Парочка беспилотников в данный момент барражировали на высоте в двести метров над колонной и помогали контролировать с высоты окружающее пространство. В принципе, учитывая скорость движения, пилоты МПД могли обеспечить фланговое прикрытие, но в пределах королевства в этом не было острой нужды, а перейдя границу Эфиопии, в воздух подняли дронов, тем самым решив вопрос с обеспечением безопасности. Рельеф становился всё более плоским, а обзор дороги, изначально ограниченный всего лишь несколькими сотнями метров, постепенно сменился на комфортные пару километров. Окружающая природа была бедна на растительность, и лишь немногочисленные кустарники покрывали большей частью каменистый и сухой грунт. И хотя теперь отряд виден всем как на ладони, это было лучше, чем ожидать засады из-за каждого угла.

Ещё в Гондэре, столкнувшись с проблемой поиска необходимого транспорта, обдумывали привлечь к делу вертолёты, что существенно упростило бы доставку отряда до нужной точки, но точное место не знала даже их нанимательница. Единственный ориентир, озвученный Витой, это примерное направление к центру демилитаризованной зоны, а после она должна сориентироваться и уже более конкретно подсказать, куда им двигаться дальше. Но главный минус при использовании воздушной техники — это высокий риск попасть под обстрел и быть сбитым, а всевозможные защитные амулеты не гарантировали абсолютного прикрытия от неожиданного и фатального удара с земли. Несмотря на общую отсталость и дикость, африканские племена не чурались использовать для войны захваченные в набегах доспехи и пушки, а одарённых различного ранга у них также хватало. Нечистые на руку торгашки также регулярно снабжали воительниц всевозможным вооружением. И почему-то у местных племён сбить вертолёт считалось большой удачей, и ценилось выше всего остального. Так что передвижение наземным транспортом в большей степени отвечало минимальным запросам безопасности и оставляло возможности для манёвра.

Несмотря на то, что из столицы Эфиопии выехали спозаранку, до захода солнца оставалось не более трёх часов, и отряду следовало ускориться, чтобы до темноты добраться до промежуточной точки назначения. Однако из-за скверного качества дороги поддерживать скорость выше двадцати километров в час было невозможно, так как возникал риск перевернуться либо оставить на местности пару колёс. Участок «нормальной» дороги, которая лишь условно носила это название, закончился ещё на пограничном посту, а сейчас колонна машин двигалась по древней тропе, проложенной в начале девятнадцатого века, когда Эфиопия ещё была хозяйкой этих земель. Пока воительницы из «Берегини» готовились к неожиданной экспедиции, Лора успела кратко ознакомиться с информацией о месте предстоящей работы.

Оказывается, в период с конца XVIII по начало XIX века королевство находилось на пике своего могущества, и границы государства простирались далеко на запад, а под контролем находился стратегический узел этого региона — место, где Белый и Голубой Нил сливались в одну величественную реку. Основу этого могущества, как это ни удивительно, заложил последний мужчина на троне из Соломоновой династии — Иясу Великий. Именно этот король вёл активные войны в данном регионе и строил множество крепостей, постепенно распространяя влияние Эфиопии на местные племена, правда и погиб он во время очередного сражения именно где-то здесь. Его дочь и внучка успешно продолжили завоевания, доведя государственные границы до реки Нил. К сожалению, уже в конце XIX века правнучка прославленного короля не смогла отстоять завоёванную предками территорию, и королевство вынуждено отодвинуло границы глубоко на восток.

В данный момент эта территория служила своеобразной буферной зоной между Эфиопией и многочисленным племенем Нуэр. Регион был весьма засушливым, а почва слишком каменистой и для ведения какого-либо хозяйства совершенно не пригодной. Так что этот многокилометровый кусок земли оказался почти никому не нужен и пользовался стабильным спросом только у любителей острых ощущений и охотников за различными сокровищами, кои, как считалось, были спрятаны в полуразрушенных поселениях и древних крепостях, оставленных эфиопками. И наёмницам точно не следует рассчитывать, что встреча с подобными поисковыми группами пройдёт в тёплой и дружеской обстановке. Если это будут воительницы из Нуэр, то конфликт практически неизбежен, африканки наверняка устроят проверку боем и отступят, только если получат серьёзный отпор. Прочие охотницы за лёгкой наживой сначала взвесят свои возможности и, если посчитают мероприятие выгодным, также могут напасть. Однако, учитывая размер колонны, её вооружение и десять тяжёлых МПД, хорошо различимых в кузовах грузовиков, можно ожидать, что возможные противницы рискнут атаковать только при наличии минимум двух Альф либо при большом количестве одарённых, либо если они полные психи. В общем, смотреть нужно внимательно, ибо ожидать можно всякого — это же Африка.

Марта — отрядная Альфа — конечно очень сильная одарённая, но против двух противниц может и не потянуть, а Анжела в ранге Беты, пусть и высокого уровня, навряд ли сможет существенно помочь в этом вопросе. И даже новая артефактная сабля, которую Романова Ева подарила капитану «Берегини» за организацию помощи в спасении пострадавших после ракетного залпа и поимки, а точнее, самосудной казни пилота «Армагеддона», не сможет существенно помочь в бою против Альфы. Тогда в Кремль вызвали всех добровольных участниц сражения со сверхтяжёлым роботом, и они получили более чем достойную награду. Жаль только, что из «Берегини» было всего три девушки, помимо Анжелы. Но зато у Лоры теперь появился нож, который она вряд ли когда-нибудь купила бы самостоятельно на честно заработанные деньги. Честно заработать пять миллионов рублей, а именно столько стоит хороший артефакт для ранга Гамма, практически невыполнимая задача, да и жалко было бы выкладывать такие деньги за оружие, пусть и хорошее, но слишком дорогое.

Несколько раз Лора порывалась взять кредит и всё-таки заказать подобный высококлассный клинок, но каждый раз что-то останавливало. К тому же место её основной работы не пользовалось у банков особым доверием, и ей пришлось бы хорошенько побегать, чтобы найти кредитора с нормальной процентной ставкой, согласного выдать такую сумму наёмнице. И даже получив деньги на руки, она решила бы только первую часть задачи, причём самую лёгкую, а второй этап — то есть сама покупка — гораздо сложнее.

Ведь в свободном доступе готовых изделий практически не существует, а на редкие объявления о продаже идёт самая настоящая охота, и перехватить подобные сообщения в мировой сети фактически нереально. Всё-таки такое оружие стараются передавать от матери к дочери и вариант продажи рассматривают только в исключительных случаях. А если вам повезёт, и вы успеете быстрее всех договориться с продавцом весьма специфичного и редкого товара, то риск получить некачественную вещь в этом случае очень высок, ибо мошенниц разных статей полно в любом уголке планеты. Нет! Вы безусловно приобретёте самый настоящий артефактный нож, вот только сделан он будет мастерицей крайне низкого уровня и вам сильно повезёт, если возможностей такого изделия хватит, чтобы пробить доспех духа хотя бы у Дельты.

Самый надёжный способ — это заказать нож у артефактора напрямую, но все подобные одарённые высокого класса давно и прочно входят в какой-нибудь род или клан, и соответственно всех их усилия уходят на покрытие нужд своей большой семьи. Заказы со стороны они, конечно, тоже выполняют, но сроки изготовления такого оружия для Гаммы обычно составляют минимум три года, а если добавить сюда нескончаемую очередь из желающих, то на выходе имеем слишком продолжительный период ожидания.

Поэтому Лора, как и любая другая одарённая, не имеющая денег на покупку такого артефакта, долгое время ограничивалась использованием сравнительно дешёвого суррогата наподобие боевого жезла. Только если жезл способен нанести от десяти до пятнадцати дальних магических ударов, по силе равных уровню Беты, то его собрат, обладая схожими характеристиками, использовался только как оружие для ближнего боя и, в отличие от почти одинаковых по виду жезлов, мог иметь абсолютно любую форму, которая зависела от личных предпочтений воительницы. Сама Лора давно и прочно подсела на классическую булаву с шарообразным шипастым навершием весом в четыреста грамм, но остальные девушки из «Берегини» пользовались совершенно различным вооружением, и помимо булав в ходу были: ножи, топоры, мечи и куча остального колюще-режуще-дробящего оружия. А от статуса банальной средневековой рухляди их спасали магические узоры, которые в момент удара высвобождали заранее закачанную энергию, позволяя тем самым снести доспех духа у одарённой противницы, а вторым ударом уже гарантированно добить свою оппонентку. Применять такое оружие против воительницы выше уровня Гамма было бесполезно, если только вам не встретилась на пути обессиленная предыдущим поединком Бета. И даже Дельта иногда может выдержать все десять ударов и не потерять концентрацию, всё-таки в силе своих возможностей такой девайс проигрывал тем же дорогущим артефактным ножам и мечам.

И, к сожалению, в независимости от частоты использования плетения довольно быстро разрушались, и приходилось бежать к любому свободному артефактору. Хорошо, что исправить данную поломку могла даже школьница последнего года обучения и не надо было тратить кучу времени, пытаясь найти мастерицу высокого класса. Сами ученицы с удовольствием брались за такую работу, которая занимала совсем немного времени и помимо опыта приносила ещё некоторый финансовый доход. Увы, но то, что просто починить, то и ломается намного чаще, чем более сложные артефакты. И тем не менее для ближнего боя это было хорошее подспорье, гораздо лучше голых кулаков, а при нужде можно даже бетонные стены проламывать, причём в некоторых случаях с одного удара. Чаще всего в основу закладывалась сила молний, так как электрический разряд хорошо проходит сквозь практически любые материалы и фактически не даёт обратной отдачи, что в совокупности с весом самого оружия добавляло проблем сопернице. Электронная начинка доспехов тоже не всегда справлялась с точечным энергетическим ударом, что также давало преимущество в ближнем бою. И несмотря на подарок императрицы, расставаться со своей излюбленной булавой Лора не стала, как и с магическим жезлом.

Правильно всё-таки говорят: не надо думать о плохом, ведь беду легко можно накликать. Правда, когда чего-то ждёшь и готов встретить неприятности во всеоружии, то это уже не так страшно. Вроде бы! Неожиданный и мощный взрыв под колёсами головного автомобиля заставил Лору резко повести стволом плазменной пушки в разные стороны, стараясь быстрее найти цель. Краем глаза успела отметить на визоре, как едущая в авангарде машина опрокинулась на бок, а из кузова на землю попадала тройка МПД, но латницы в тяжёлых доспехах практически сразу вскочили на ноги и приготовились к бою.

— Продолжить движение, — резкий окрик Анжелы, раздавшийся из наушников, заставил рулевых снова нажать на педаль газа.

Одновременно с приказом капитана, Лора наконец-то увидела первого врага и заодно поняла, почему беспилотники не обнаружили засаду раньше. На правом фланге, в двухстах метрах от дороги, в воздух взвился целый пласт земли, и оттуда выскочили сразу три негритянки. Пылевые фонтаны из пересохшего грунта взметались вдоль всей автомобильной колонны, а из многочисленных схронов выскакивали полуобнажённые аборигенки. Считать количество противниц было некогда, как и обдумать, на кого именно устроили засаду: конкретно на них или это просто совокупность случайности с невезением? Данная дорога не зарастала травой, а регулярность движения вполне могла надоумить какую-нибудь предводительницу племени устроить здесь ловушку. Либо на свежеприбывших, либо на тех, кто поедет обратно, ведь возвращающиеся из зоны вполне могут иметь при себе что-то ценное, найденное при раскопках брошенного эфиопского селения.

Наёмницы мгновенно открыли огонь из всех пушек, установленных на трёх грузовиках, и плазменные орудия моментально вышли на режим предельной скорострельности, выдавая триста выстрелов в минуту. Пилоты тяжёлых МПД также не отставали от своих сестёр по оружию, увеличивая мощность отрядного залпа, но разбойницы с большой дороги неплохо подготовились к встрече и обрушили на колонну практически сравнимый шквал огня. Большинство из напавших африканок использовали автоматы с подствольными гранатомётами, а несколько ракетных залпов показали наличие у противниц ручных ракетных систем класса «земля-земля». К этим смертоносным «гостинцам» примешивались магические удары одарённых воительниц, добавляя общей неразберихи и хаоса.

Обе противоборствующие стороны, прикрытые защитными амулетами, окутались всполохами разрывов, возникающих на силовых полях от различного применяемого оружия. Плазма, пули, гранаты, ракеты и магические удары зажгли между отрядами две стены из разноцветного огня, что неумолимо сближались друг с другом, заставляя фантазировать на тему: что будет, когда они соприкоснутся? Неизбежность рукопашного боя была очевидна всякому, кто хоть немного разбирался в тактике одарённых воительниц. Будь расстояние больше, и можно было бы делать ставки на то, чьи амулеты лучше и дольше продержатся, но на коротком отрезке этот фактор не играл большой роли, и Лора практически сразу поняла, что общей свалки не миновать. Если бы дорога позволила развить большую скорость, то можно было бы ускорить движение и попытаться оторваться, правда в этом случае никто не гарантировал, что африканки не заложили ещё одну мину как раз на этот случай, а значит, придётся вступать в ближний бой.

— Смена, — выкрикнула Лора, едва грузовик поравнялся и остановился рядом с первой подорванной машиной, возле которой вели бой три МПД.

Моментально выскочив из кресла управления плазменным орудием, она поспешила на выход из машины, где её ждала более грязная работа. Вообще-то пушкой изначально должна была управлять одна из девушек, но Лоре было скучно просто сидеть в кузове, и во время движения она на правах помощницы Анжелы самовольно заняла это место, получив хороший обзор и удобное сиденье, что в условиях жуткой тряски было весьма актуально. Уже выскакивая из остановившегося грузовика, успела зафиксировать в визоре ещё одну картинку, не обещающую ничего хорошего. С левого фланга наёмниц атаковала вторая часть банды, а общее число целей на радаре достигло ста пятнадцати отметок. Благодаря тактической программе, встроенной в доспехи наёмниц, единая система в режиме реального времени отображала всю необходимую для боя информацию, что позволяло вовремя реагировать на опасность и принимать соответствующее решение. Радар также показал шесть тяжёлых МПД, но кроме количества, провести идентификацию данных моделей был не в состоянии, ибо они явно собирались из запчастей от разных доспехов.

Тем временем колонна грузовиков полностью остановилась, и наёмницы, выпрыгнув из машин, приготовились к намечающейся мясорубке. Десять тяжёлых МПД — это существенная помощь и сила, но если среди аборигенок много одарённых, то смогут тупо завалить количеством, и пусть эта пиррова победа дастся дикаркам большой кровью, для наёмниц из «Берегини» это будет очень слабым утешением. К тому же не стоит забывать про вражеские неопознанные доспехи, чья функциональность и ТТХ пока неизвестны. Лора уже успела выделить для себя основную группу, примерно из полусотни негритянок, что помимо МПД бежали впереди обоих отрядов. Остальные атакующие прекратили свой бег и, остановившись на дистанции в сотню метров, продолжили вести безостановочный огонь из стрелкового оружия. Тем самым стало понятно, где именно одарённые, а где простые люди. С момента подрыва первого автомобиля прошла ровно одна минута, и считанные секунды остались до финальной схватки, где решится, кто же лучше: российские наёмницы или местные аборигенки?

Привычные к засадам и неожиданным нападениям наёмницы без суеты заняли места согласно плана, уже давно написанного потом и кровью. Из всего численного состава «Берегини» в Эфиопию прибыли всего три десятка воительниц, но они были лучшими представительницами отряда, имеющими ранг Гамма и большой опыт подобных схваток. Правда все планы хороши только до первого выстрела, и как показывает практика, чаще всего приходится импровизировать прямо во время сражения. А при неожиданном нападении превосходящими силами избежать общей свалки и одиночных поединков фактически невозможно, остаётся только держаться друг к другу поближе, дабы успеть прийти помощь. Едва Лора присоединилась к остальным девушкам, ведущим огонь из плазменных ружей, как заметила выпрыгнувшую из машины нанимательницу. Вита — как и все девушки этого похода, облаченная в лёгкий МПД — спокойно встала рядом и, судя по зажатому в правой руке явно непростому ножу, намеревалась принять бой наравне со своими охранницами.

— Куда ты вышла? Возвращайся в машину, — возможно, излишне резко сказала Лора, но в разгар сражения соблюдать вежливость было совершенно неуместно, а подвергать риску жизнь своей подопечной она не собиралась, такое клеймо отряду точно не нужно.

— Ага! Бегу уже. Аж подпрыгиваю, — хмыкнула Вита. — Ты и правда думаешь, что я пропущу такое веселье?

— Думаю, что причин для смеха будет всё-таки немного, — мрачно ответила Лора, у которой на силовом поле как раз вспыхнули два заряда от шаровых молний, успешно остановленных амулетной защитой её лёгкого МПД.

— Ну почему же, — пожала плечами нанимательница, также в свою очередь отражая аналогичный магический удар. — Веселье уже началось, и впереди нас ждут жаркие танцы с горячими африканскими девочками.

«Сумасшедшая», — скорее с одобрительным оттенком подумала Лора. Всё-таки каждый человек ведёт себя под огнём совершенно по-разному, а Лора успела полюбоваться на многих, и не все из них вели себя достойно, так что Вита своей решительностью, конечно, внушала уважение. Хотя, что ещё можно ожидать от одарённой? Резкий вскрик, раздавшийся из наушников, заставил Лору вздрогнуть и попытаться найти источник продолжительного стона. Причина нашлась практически сразу и оказалась тяжёлым МПД, чью бронированную тушу пронзило сразу несколько земляных пик, что неожиданно и стремительно выскочили из пропыленного и сухого грунта. Доспех приподняло на несколько метров над землёй, и было понятно: находящаяся внутри воительница как минимум тяжело ранена. «А вот и Альфа», — мрачно подумала Лора.

Мешанина из магических импульсов, ощущаемых с помощью источника, мешала чётко определить направление до одной из сильнейших одарённых, но она однозначно была где-то недалеко. Практически тут же раздался ещё один вскрик, и прямо на глазах Лоры второй доспех смяло «Молотом Тора» — одной из мощнейших техник в стихии льда. Огромный ледяной топор просто вбил МПД в землю, оставив после себя бесформенный кусок железа. «Ещё одна Альфа или это первая развлекается?», — лихорадочно размышляла девушка, ведя стрельбу из плазменного ружья по приближающейся толпе дикарок и одновременно с этим действием дополнительно к амулетной защите ставя ещё водный щит, причём умом понимала, что это мало поможет против «Альфы», находящейся явно на предельном уровне силы. Будь иначе, и амулетная защита доспеха должна была остановить хотя бы одну магическую атаку. Удар земляными пиками тоже далеко не подарок, но его можно хотя бы почувствовать и успеть отскочить, однако гораздо сложнее уклонится от неожиданного удара сверху или среагировать на магформу, мгновенно возникшую перед самым лицом.

Наёмницы сгрудились возле своих машин, заняв круговую оборону, и вели беспрерывный огонь из всех доступных видов оружия, стараясь погасить амулетную защиту врага до момента полного соприкосновения. Стремительно таяли последние секунды до столкновения с отрядом местных аборигенок, а события продолжали развиваться с невероятной частотой, сменяя одну картинку за другой и практически не отставая от бешеного ритма сердца. Снова ледяной молот попытался выбить из строя ещё один тяжёлый доспех, но то ли сработала повышенная чувствительность опытной воительницы, то ли просто повезло, но она успела убрать свой МПД с траектории магического удара, в этот раз нанесённого в горизонтальной плоскости. Вся сила боевого конструкта обрушилась на борт автомобиля, оказавшегося на его пути, отчего машину слегка подбросило в воздух и со скрежетом от сминаемого кузова опрокинуло на бок. Стало понятно, что силовое поле именно этого грузовика либо уже рухнуло, не выдержав предыдущий массированный обстрел, либо находилось на последнем издыхании.

— Марта! Скорее найди эту суку! — раздался в наушнике очередной окрик командира наёмного отряда.

— Уже, — буркнула отрядная Альфа.

В обычное время очень нелюдимая и вечно недовольная воительница вызывала у многих наёмниц стабильное раздражение, но сейчас её голос был для Лоры лучшей музыкой на свете. Девушка на автопилоте продолжала вести стрельбу из ружья, не забывая при этом фиксировать окружающее пространство и вычленяя наиболее значительные эпизоды. Вот и сейчас она успела увидеть мощный ответ Марты, использующей свою излюбленную огненную стихию. Помимо сильных помех в магическом поле, создаваемых большим количеством сражающихся одарённых, идентификацию вражеской Альфы затрудняло ещё то, что негритянка использовала технику дальних ударов, когда магические конструкты возникали именно там, где их мысленно проецировала одарённая воительница. Из-за этого Марте пришлось использовать весьма затратную в плане магии технику и расширить зону поражения, накрывая огнём участок сразу в несколько десятков метров. «Огненный шторм» являлся одной из сложнейших магформ для повелительниц данной стихии и имел вид окружности, полностью состоящей из всепожирающего пламени, достигая в диаметре тридцать метров, а в высоту три метра. Вот только Лора думала, что Марта будет бить по бегущей группе противниц, но она нанесла удар по второй части вражеского отряда, замершего в сотне метров от наёмниц. Однако спустя пару мгновений стало понятно, что с выбором направления для применения своего страшного оружия отрядная Альфа не ошиблась.

Оказаться в центре этого рукотворного Ада и при этом выжить могла только сильная воительница, имеющая минимальный ранг Бета или выше. Амулетная защита в таком пекле сдохнет за пару секунд, и вся мощь огненной стихии обрушится на щит, генерируемый источником, который слабой одарённой удержать практически невозможно. И обладательница ранга Гамма или Дельта, не облачённая в доспех, имеет шансы выбраться, только если ей повезет оказаться с самого края огненного озера. Лора успела увидеть несколько объятых пламенем фигур, выбегающих из охваченного огнём участка. Дикий крик сгорающих заживо людей был слышен далеко вокруг и наверняка нанёс деморализующий эффект остальным африканкам. А вот следом за этими несчастными спокойно вышла ещё одна женщина, целая и абсолютно невредимая, которая, совершенно не торопясь, направилась в сторону Марты. Посмотреть на бой двух Альф было жутко интересно, но к великому сожалению Лоры, она находилась здесь не как зритель, а как участник основного действия, и ей пришлось резко перебросить за спину своё плазменное ружьё, встречая первую волну добежавших противниц.

Опыт работы с булавой — это конечно хорошо, но сегодня она могла порадоваться за себя, что не зря тратила время на изучение техники ножевого боя, словно чувствовала, что когда-нибудь пригодится. Пригодилось! Нападающих было два раза больше чем наёмниц, и, по сути, каждой воительнице из «Берегини» требовалось убить всего лишь двух противниц и победа будет за ними. Остальная половина атакующих явно относилась к обычным вспомогательным силам, состоящим из неодарённых людей, и расправиться с ними после уничтожения основной группы будет совсем не сложно. Лора быстро скользнула навстречу двум полуголым негритянкам и, проигнорировав пару слабых шаровых молний, выпущенных с близкого расстояния, вонзила свой артефактный нож в бок первой противнице, очень удачно подставившейся под удар. Рванув оружие вверх и в сторону, тем самым расширяя нанесённую рану, развернулась в сторону следующей цели.

Вторая оказалась более серьёзной противницей, к тому же вооружённой весьма страшного вида топором, которым та орудовала необычайно ловко. Распознать боевой артефакт не получалось, но подставляться под удар, чтобы проверить это наверняка, Лора точно не собиралась. Однако не всегда события развиваются в угоду нашему желанию, а в такой схватке в ход идут любые уловки, способные принести победу. Возникшее прямо перед глазами плотное пылевое облако, скрыло от Лоры чернокожую соперницу, практически полностью дезориентировав в пространстве. Переключаться на инфракрасный режим девушка не стала, а не теряя времени постаралась мгновенно выйти из густой магической завесы, но здесь она совершила ошибку и, вместо того чтобы бросится в сторону, быстро отшагнула назад. Мощный удар в грудь и сильный электрический разряд, пронзивший всё тело, превратили её тактическое отступление в обычное падение, и только пропахав спиной пару метров земли, она сообразила, что доспех духа слетел. Потребовалась одно мгновение, чтобы понять, к какому классу оружия принадлежал топор африканки — это явно был аналог её булавы, созданный для ближнего боя, и слава Богу, что до уровня её артефактного ножа он очень сильно недотягивал. Для активации доспеха духа — этого последнего оплота обороны — необходима была всего лишь, секундная концентрация, вот только явно опытная темнокожая поединщица не собиралась давать Лоре даже столь незначительный период времени.

Несмотря на скорость смены событий, Лора, привыкшая к различным передрягам в ходе любого сражения, по-прежнему продолжала контролировать окружающее пространство и на автопилоте прислушиваться к своему источнику. А едва почувствовав концентрацию магии прямо под своей спиной, она резко перекатилась в сторону, и как оказалось, в этот раз девушка не ошиблась. Земляная пика, имеющая блестящий чёрный цвет, выскочила из земли на целый метр, пронзая место, где за мгновение до этого находилась Лора. Но расслабляться было рано, так как одарённая противница, подстраховывая свой магический удар, уже прыгнула на наёмницу, занося свой топор для финального удара. Вмятина в нагрудной пластине, полученная после предыдущей атаки, не оставляла сомнений в том, что если лезвие столкнётся с забралом шлема, то последствия будут более чем печальны. Лежать на земле, когда твой враг имеет над тобой преимущество в росте, не очень хорошая идея, но встать и встретить противницу на своих двоих Лора уже не успевала. Перекатываться в сторону посчитала малоэффективным решением, а потому, заведя руки за голову и оттолкнувшись ими от земли, встретила негритянку сдвоенным ударом ног.

Получилось очень удачно, так как удар пришёлся в живот, а доспех придал дополнительные силы и скорость. Подброшенная вверх негритянка рухнула рядом с Лорой и практически сразу же постаралась подняться, дабы броситься на свою соперницу, но наёмница, не мудрствуя лукаво, из полулежащего положения уже взмахнула своим ножом, нанося смертельный удар. Лезвие легко прошло сквозь магическую защиту, а височная кость оказалась слабым препятствием для артефактного оружия. Ещё не до конца осознавшее свою смерть тело соперницы в последний раз дёрнулось в конвульсии и окончательно замерло полностью обездвиженное, а Лора быстро вскочила на ноги, готовая или к следующему поединку, или прийти на помощь своим соратницам.

Скоротечная и тяжёлая схватка, конечно, добавила осторожности, но Лора не переставала считать местных воительниц совершенно безбашеными. Прыгать на Гамму в лёгком доспехе, имея ранг Дельта, как-то совсем по-глупому. Хотя не исключено, что все аборигенки проходят особую обработку у менталистки, которая прописывает в голове специальный узор, который в Европе и России носит название «Берсерк», что в момент активации превращает любых воительниц в яростных и бесстрашных противниц. Но против Гаммы в лёгком МПД, сей сомнительный плюс не в состоянии обеспечить слабой одарённой серьёзное преимущество или оказать существенную помощь в бою.

Однако полноценно оглядеться и оценить обстановку, царившую на поле боя, ей не позволила следующая противница, напавшая со спины. Внутреннее чутьё сигнализировало об опасности слишком поздно, и хоть Лора уже начала разворот, сильный удар всё равно бросил на землю, причём повисшая на спине воительница упала вместе с ней, но наёмница, вместо того, чтобы рухнуть плашмя, сумела сгруппироваться и сделала перекат. Увы, но успешно сбросив лишний груз и поднявшись на ноги, Лора обнаружила, что лишилась своего основного оружия для ближнего боя. Каким образом её нож перекочевал в руки чернокожей девы, она не понимала, но теперь ей придётся активно уклоняться от ударов негритянки, чей довольный оскал не предвещал Лоре ничего хорошего. Мысленно обругав себя косорукой бестолочью и обозвав противницу «ловкой гадиной», девушка резко отшатнулась назад от стремительного удара в лицо, скрытое забралом шлема, одновременно встречая свою визави ледяным копьём, которое правда прошло мимо цели, ибо противница действительно оказалась очень ловкой воительницей и находилась явно в ранге Гамма. Будь иначе, и она бы так не радовалась, завладев чужим артефактом, ведь Дельта не смогла бы активировать все узоры боевого клинка. Дело осложнялось ещё тем, что в левой руке соперницы находился уже знакомый Лоре топор, и вся ситуация выглядела весьма тревожно. Возникшая на периферии паническая мысль о дате смерти была яростно задавлена и отброшена подальше на задворки сознания, а сама девушка, выхватив булаву, приготовилась к бою, возможно, что и последнему в её жизни.

В следующее мгновенье два события случились практически одновременно и слились в один стремительный образ. Сначала африканка, раскачав Лору обманными движениями, достала-таки девушку нижним ударом, резанув по внешней стороне бедра левой ноги. Лезвие ножа, усиленное концентрируемой в артефакте магией, легко вспороло броню вместе с доспехом духа, но вспышка боли не успела полностью сформироваться в сознании, как откуда-то сбоку уже налетела чья-то тень и внесла директивы в неудачно складывающийся для Лоры поединок. Вита — а это была она — удивительно легко обезоружила противницу, первым же ударом отрубив кисть правой руки держащей нож. Второй удар пришёлся в горло негритянки, и хлынувшая из страшной раны кровь не оставляла сомнений о скором исходе ещё одной жизни на этом узком поле брани.

Но, к сожалению, сражение с дикарками этим эпизодом не ограничилось, и практически сразу же Вита открыла огнь из боевого жезла, разом выпустив все файерболы за спину застывшей на мгновенье Лоры, а девушка, разворачиваясь, успела послать в вдогонку пару ледяных копий. Но это оказалось единственным полезным действием, которое она успела сделать, до того как тяжёлый МПД снёс её с ног, отшвырнув на несколько метров. Подняв тучу пыли после неудачного падения и получив вдогонку сразу десяток выстрелов из плазменной пушки, из-за чего защитный амулет лёгкого доспеха окончательно вырубился, Лора увидела отчаянный прыжок Виты, которая умудрилась в считанных сантиметрах разминуться со стальным кулаком МПД. Ржавая, в каких-то грязных подтёках техника двигалась довольно шустро для своего неказистого вида, а пилот, управляющая этой странной конструкцией, вполне могла за пару ударов сбить концентрацию и снести доспех духа у своей соперницы, чтобы следующим ударом окончательно проломить уже голову.

Едва вскочив, Лора сразу же бросилась на помощь к своей спасительнице, спеша отплатить аналогичной услугой. Первый шаг отозвался болью из раны на ноге, впрочем, довольно быстро затухающей. Пусть и не из самых дорогих амулетов, но её «Целитель» практически уже закончил свою работу, остановив кровь и проводя окончательное излечение от незначительного ранения. Вита в этот момент как раз очень удачно сместилась, пританцовывая вокруг МПД, разворачивая тяжёлый доспех спиной к Лоре, хотя, может быть, дело было не в удаче, а в богатом опыте этой странной нанимательницы. Она на большой скорости ухитрялась уворачиваться от выстрелов из плазменной пушки, сделанных практически в упор, и одновременно при этом уклоняться от шаровых молний, выпускаемых пилотом посредством усиливающего артефакта. Раздумывать было некогда, а потому Лора прямо с места взяла максимально быстрый разбег, рванув к очередной противнице.

Секундный обзор окружающей обстановки, совершённый на бегу, наполнил мозг множеством картинок, но катастрофическое отсутствие времени мешало провести полноценный анализ поступившей информации. Однако предварительно нарисованный итог внушал осторожный оптимизм и тихонько шептал, что ситуация вроде бы складывается в пользу воительниц из «Берегини». «Тактик» МПД сообщал о восемнадцати наёмницах, чьи отметки горели ровным зелёным цветом, тем самым информируя, что доспехи исправны, а жизни боевых подруг пока вне опасности. Количество жёлтых и тем более красных считать было некогда, а вот любительниц разбоя существенно поубавилось, так как из более чем ста целей осталось всего сорок семь вражеских единиц. Учитывая, что больше половины из них — это ещё одна группа из неодарённых людей, можно было надеяться, что победа в этом сражении останется за наёмницами. Оставался, правда, существенный нюанс в виде Альфы, но Марта, даже если не сможет победить свою соперницу, как минимум должна хорошенько её потрепать, и возможно, Анжела при помощи своих подчинённых сможет добить такую сильную воительницу.

Более глубокие размышления пришлось оставить на потом, так как Вита срочно нуждалась в помощи. Лора выпустила очередное ледяное копье, находясь уже в прыжке к своей противнице, облачённой в тяжёлый МПД, но, как и предыдущая неудачная попытка, оно только зря разорвалось на защитном поле, разбрасывая по сторонам безвредные здесь и сейчас осколки. К сожалению из двух стихий, которыми владела девушка, только лёд являлся максимально эффективным для атаки, а вода была хороша в основном для обороны. И формируя свой ледяной конструкт она особо не надеялась на удачу, а расчёт строился на более рисковой стратегии, и едва приземлившись на трёхметровый доспех, Лора мёртвой хваткой зацепилась рукой за ракетную установку на правом плече. Её левая рука со встроенным в перчатку усиливающим магию артефактом намертво прилипла к левому плечевому суставу, а ждущее своего часа магическое плетение вырвалось на свободу.

Жаль, что «Абсолютный холод» — промораживающий насквозь практически любые преграды и превращающий даже железо в хрупкое стекло — работал только при полном контакте, а использовать его при дистанционной атаке могла лишь Валькирия, и то — максимальное расстояние не превышало ста метров. Но против скачущего под Лорой МПД, суетливо машущего стальными руками в бесполезной попытке сдёрнуть своего нежданного наездника, этот метод вполне подходил. Примерно на третьей секунде в побелевшем и исходящем паром плечевом суставе раздался хруст, после чего тяжеловесная стальная конечность с громким треском отломилась и рухнула под ноги этой своеобразной танцевальной паре. Пилот МПД только в этот момент сообразила, что единственный способ избавиться от незапланированного груза — это рухнуть на спину, тем самым постаравшись придавить назойливую и опасную помеху. Естественно, Лора не собиралась принимать на себя груз весом свыше тонны, а потому резво соскочила со своего строптивого «коня», сразу отбежав подальше от однорукого, но по-прежнему опасного противника. Однако, по всей видимости, пилот была более опытной, чем казалось со стороны, так как падение она просто сымитировала, сильно отклонив корпус назад, и как только Лора, введённая в заблуждение этим нехитрым манёвром, очутилась на земле, по ней тут же открыла огонь пока ещё целая плазменная пушка.

Лора и Вита волею случая в этот момент оказались на одной линии выпущенных

плазменных зарядов, а потому уворачиваться от выстрелов и прыгать в сторону им пришлось практически одновременно. Только для своих прыжков девушки выбрали разные направления и, как оказалось, данные действия были совершены весьма вовремя. Целый столб пламени вспух на защите однорукого доспеха, останавливая сразу сдвоенный залп из плазменных пушек. Два тяжёлых МПД, неожиданно подошедшие на помощь, меньше чем за минуту погасили амулетную защиту своего бронированного противника, а уже следующие выстрелы, не встречая сопротивления, вскрыли ржавый корпус как консервную банку. Раскуроченный за несколько секунд доспех оставил после себя кучу разновеликих запчастей и окончательно лишил возможности провести точное опознание модели, собранной местными умелицами.

После нескончаемой череды взрывов от использования разного вида оружия и постоянных криков в эфире от яростно сражающихся воительниц неожиданно возникшая тишина показалась немного подозрительной. Настороженно оглядевшись вокруг, Лора отметила кучу валяющихся тел, принадлежащих и своим, и чужим. Чужих, к слову, было значительно больше, и полуголые темнокожие девы покрывали всё видимое пространство, невольно приковывая взгляд. Вдали виднелось лёгкое облако пыли, поднятое убегающими на всех парах остатками разгромленного отряда. Судя по показаниям дальномера, шустрые девчата успели отбежать уже на девятьсот метров и явно не собирались снижать скорость ещё десяток минут как минимум. Судя по всему, неодарённые сыграли отступление сразу после ответного удара Марты, иначе возникает вопрос: когда это они успели столько пробежать? По ним никто не стрелял, так как в этом не было особого смысла, добить всех на таком расстоянии не получиться, а организовать грамотное преследование наёмницы были не состоянии. Безусловно, убегающие разбойницы вполне могут привести подмогу, чтобы вернуться уже более подготовленными и попытаться отомстить, но здесь остаётся надеяться, что ближайший лагерь напавшего племени располагается не очень близко.

Самим наёмницам требовалось как можно скорее организовать помощь раненым подругам и проверить транспортные средства на предмет полученных повреждений, а лично Лора испытывала сильные сомнения, что Вита передумает продолжить движение и вдруг прикажет возвращаться. Вот если бы потери составили больше половины отряда, то здесь вопросов бы не возникло и, хочет Вита или нет, но Анжела по договору была вправе считать, что экспедиция провалилась и можно возвращаться. Однако судя по данным «Тактика» безвозвратные потери не превысили допустимый максимум, а значит, отряду придётся двигаться дальше, с каждым километром углубляясь на территорию, которая, несмотря на ничейный статус, явно кишела всякого рода авантюристками и жаждущими лёгкой наживы отрядами многочисленного племени Нуэр. «В общем, скучно точно не будет», — подумала Лора, фиксируя в голове очередные грустные цифры, горящие на визоре шлема в сопровождении похоронной мелодии, звучащей в голове у девушки. Пятеро погибших в противостоянии с более чем двукратно превосходящими силами кажутся не самыми большими потерями, но к такому привыкнуть в принципе невозможно, и Лора каждый раз переживала за рано ушедших из жизни девушек. И если бы не высокий уровень подготовки и общеранговый показатель магических сил, то жертв было бы гораздо больше. Под вопросом остаётся здоровье ещё семи воительниц, но отрядная лекарка должна справиться с практически любыми ранами — это лишь вопрос времени для её третьего ранга.

Лора наконец-то вывела себя из созерцательного состояния и шагнула к телу негритянки, а точнее к своему артефактному ножу, валяющемуся недалеко от убитой. Пальцы отрубленной кисти руки по-прежнему сжимали рукоятку оружия и, вызволив из плена свой бесценный клинок, девушка брезгливо отшвырнула конечность, не желающую даже после смерти своей хозяйки расставаться со столь полезным устройством. Как раз именно в этот момент подошла Вита с открытым забралом шлема и, сверкнув серыми глазами, спросила:

— Я думала, что ты сразу за ним бросишься, время позволяло, — сопроводила она свои слова улыбкой.

— К тебе торопилась, — вернула улыбку Лора, так же подняв забрало шлема. — В тот момент мне казалось, что ты по мне очень сильно скучаешь.

— Ага, очень, — хмыкнула Вита. — Но в любом случае спасибо.

— Это тебе спасибо. Классно ты негритянку уделала, и от выстрелов очень здорово

уворачивалась. Не подскажешь, где так готовят?

— Тебе бы там не понравилось, да и берут туда далеко не всех, — сразу пресекла Вита попытку выяснить о себе лишнюю информацию. — Пошли лучше к Анжеле, надо узнать, как быстро мы сможем продолжить движение.

— Думаю, не раньше, чем через сорок минут, — ответила Лора, идя вслед за этой интересной со всех сторон личностью.

Как в итоге оказалось, она не намного ошиблась в своём прогнозе, и отряд через час продолжил своё движение. Небольшая задержка была вызвана необходимостью оказать помощь тяжело раненым соратницам, а сделать это на ходу не представлялось возможным и означало подвергать их дополнительному риску. Как сказала лекарка: «По такой дороге можно транспортировать либо абсолютно здоровых, либо уже мёртвых». Пятерых погибших временно оставили недалеко от места сражения, заключив с помощью магии в голубоватые глыбы льда и обложив камнями. Анжела рассчитывала вернуться за своими девочками и переправить на родину, ведь у некоторых из них там остались родные и близкие, которые будут благодарны за доставленное домой тело.

Большую часть времени потратили на одну из раненых, которой практически полностью срезало ногу чуть ниже колена. Лекарский амулет не дал истечь кровью, но чтобы прирастить почти отрубленную конечность требовалась лекарка не ниже третьего ранга. И даже ей пришлось возиться почти полчаса и при этом использовать пять «Целителей», которыми поделились воительницы. С остальными справились уже гораздо быстрее и без особой нервотрёпки. Вообще стоит возблагодарить Бога за помощь в комплектовании отряда наёмниц. Та же Марта попала к ним совершенно случайно, и если бы Анжеле не повезло оказаться в нужном месте и в нужное время, то неизвестно, где бы сейчас оказалась единственная в отряде вечно ворчливая Альфа. А наличие у «Берегини» лекарки такого класса можно считать ещё большей удачей, так как услуги одарённых столь высокого уровня всегда остаются в цене и пользуются стабильным спросом, а найти высокооплачиваемую работу без ненужного для жизни риска для них совершенно не проблема. Но Лида явно обладала авантюрным складом характера, а размеренная и спокойная жизнь стала для неё источником стабильной скуки, из-за чего девушка решила испытать себя в наёмницах. Причём очень долго ходила по разным отрядам, выбирая по каким-то только ей известным параметрам, но в итоге остановила свой выбор именно на «Берегине», чем, естественно, очень порадовала капитана. Ещё одна отрядная лекарка пятого ранга была оставлена в Москве и присматривала, в меру своих сил, за здоровьем остальных наёмниц.

К сожалению, путь смогло продолжить только пять машин из шести, а один автомобиль, тот самый, что первым подорвался на мине, пришлось бросить. Мощным взрывом пробило амулетное поле, вырвало колесо с полуосью и повредило передний мост машины, а для устранения таких повреждений требовалась полноценная ремонтная база и куча времени. Но так как численный состав немного поредел, оставшиеся воительницы без проблем разместились на оставшейся на ходу технике. Лора снова заняла своё излюбленное место на удобном сиденье наводчика плазменной пушки, но внимательно оглядывая окружающее пространство, регулярно обращала свой взгляд на вмятину в кузове, оставленную ударом вражеской Альфы. Внутреннее убранство салона со стороны пострадавшего борта выглядело очень непрезентабельно, а сорванные противоосколочные ловушки, повисшие на остатках креплений, навевали не самые позитивные мысли. «Деньги, конечно, хорошо, а риск — это основополагающая составляющая нашей профессии, — думала она. — Но, пожалуй, так горячо наши рейсы ещё не начинались. Удалились всего на пару десятков километров от спокойной границы, и уже такие проблемы.» Оставалось надеяться, что худшее осталось позади и главное испытание, так же как и потери, отряд уже преодолел. Но в данный момент до захода солнца оставалось всего два часа и отряду требовалось поспешить, дабы за оставшееся время найти место с хорошим обзором и надёжным укрытием.


Глава 6 Под прицелом

Болгарский край. Город София.

Похоже, я начинаю понимать, что такое ломка у наркоманов, ибо в данный момент наблюдаю у себя примерно такие же симптомы, вызванные острым информационным голодом. Давно почившая югославская королева подсадила меня на своеобразную иглу, и без очередной порции «инфодозы» в душе возникло разочарование и острое чувство невосполнимой потери, помноженное на приступ паники. Диагноз, как говорится, на лицо — «информационная зависимость с обострением в сопровождении ярко выраженного расстройства». И виновата в этом наша долгожданная посылка из Белграда, которую мы получили несколько часов назад. Конечно, может зря я тут психую, но почему-то даже пара позитивных событий были не в состоянии поднять мне настроение.

Первый приятный момент — это удивительная оперативность местной воровской гильдии, которая справилась с работой всего лишь за четверо неполных суток. Возможно, в деле поучаствовала та самая девица, которая ранее стащила из Белградского музея боевой жезл, а все потуги охраны по усилению режима безопасности вызвали у воровки приступ смеха. Ибо она настоящий профи и ей всё по… или на… Ну а второй положительный нюанс — что мы с Агнией не ошиблись в разгадке и в доставленной металлической рамке оказалась ещё одна «слеза». Казалось бы, можно с чувством полного морального удовлетворения налить себе в бокальчик что-нибудь соответствующее торжественному моменту и, наслаждаясь божественным напитком, порассуждать о прекрасном, не забывая при этом хвалить себя красивого. Ага, щаз! Представьте моё возмущение, когда выяснилось, что, кроме брюлика, больше ничего полезного не оказалось.

В очередной раз потряс наш трофей, просветил магическим зрением, но увы. Камушек был один, и это огорчало. Вот где письмо? А? Где очередное четверостишие? Камень есть, а подсказки не было. Что за непруха? Хоть бы иероглиф какой-нибудь нарисовала, но нет же. Эх Радмила… Тоже мне — королева! Массивная металлическая рамка имела размеры сорок пять на тридцать сантиметров, и помимо прозрачного стекла, подложки из плотного картона и воззванием сербской дворянки, больше ничего полезного не содержала. Всё это оказалось по-варварски разобрано на составные части и вывалено на столе. Из эмоций присутствовали сплошное недоумение и чувство недовольства человека, который привык к определённому распорядку дня и ночи, а тут и-и-и раз… электричество обрубили, телефон разрядился, и вы оказались в полной изоляции, то есть в попе.

Вот как дальше жить? Кто подскажет? Желание что-то сделать не утихало, так что я, поддавшись настроению, два часа назад отдал приказ Раде, чтобы передала пилотам готовить самолёт к завтрашнему вылету. Мы и так непозволительно долго задержались в Софии, надо бы теперь навестить Белград. Правда, я затруднялся с ответом на вопрос: что мы будем там делать? А единственный чётко сформулированный пункт — это посещение Радмилы, точнее, её могилы, ибо встречаться с ней лично, как понимаете, никто пока не планирует. До грандиозного поединка, что замутили Ольга с Владой, оставалось ещё шесть суток, так что у нас есть пока время порассуждать над оставшимися загадками и успеть долететь до Монголии, чтобы поболеть за наших.

— Давай колись, о чем задумалась? — буркнул я свой вопрос Агнии, что с задумчивым видом сидела на стуле и барабанила пальцами по столу.

— В этот раз посредница была слишком любопытна, — немного замявшись, ответила девушка.

— О чём ты?

— Многовато вопросов для человека, чья профессия в принципе не подразумевает проявление излишнего интереса к тому, что не имеет непосредственного отношения к делу.

— А конкретнее?

— Она начала издалека, посмеявшись над тем, что такими темпами в королевском музее вообще не останется экспонатов. Я разговор не поддержала, занятая сканированием рамки. Но она продолжила свои философствования на тему повышенного интереса к эпохе правления Радмилы, вскользь выпрашивая, чем таким меня заинтересовало это письмо? Я ответила, что своё любопытство ей лучше удовлетворять на исторических форумах. Так гораздо безопаснее для здоровья. На этом, собственно, и всё.

После слов Агнии я задумался, откуда могут расти ноги такого повышенного интереса? Посреднице скучно и от нечего делать она решила поиграть в детектива? Или тут что-то другое? Хм… А если девочка, которая провернула кражу нашей рамки, действительно перед этим поучаствовала в экспроприации жезла? Ну-у допустим, и что дальше? Что там Ольга вещала мне по поводу воровского кодекса? Типа, все такие правильные, что даже ангел слезу пустит, умиляясь от их честности. Ага, давайте ещё кредо ассасина сюда приплетём, я тогда вообще заплачу от переизбытка романтической составляющей. Прямо непорочные девы обносят виллы, музеи и другие интересные объекты. Вот прямо щ-щас возьму и поверю. Мутноватая, конечно, ситуация получилась, и если посредница или воровка каким-то образом связаны с людьми, заказавшими изъятие жезла, то моё «хм» мгновенно трансформируется в «ой». Как там в «Бриллиантовой руке» было? «Лёгким движением руки штаны превращаются в элегантные шорты!» Похоже, мы очень элегантно влипли и привлекли к себе ненужное внимание.

Однако если следовать логике: раз вопросы задавала посредница, то, скорее всего, именно она является неким ключиком к нашим конкурентам по поиску частей боевого артефакта. Почему вопросы пошли только сейчас, а не после кражи в монастырском склепе? Потому что гробница ещё нигде не фигурировала, и связать одно с другим сходу не получилось, а уже после музея у неё и щёлкнуло в голове, возможно даже, что непосредственно перед встречей с Агнией. Сомневаюсь, что она напрямую работает на похитителей жезла, всё-таки подобные люди принадлежат только гильдии и ценят своё место, которое, не обладая необходимыми для этого качествами, просто так не получишь. А вот поделиться любопытными сведениями уже после выполнения работы ей ничто не мешало. Вознаграждение за информацию не я придумал, и данная функции работает ещё с тех времён, когда до появления первой проститутки оставалось несколько тысячелетий. Наверное… В общем, сойдёмся на том, что торговля свежими новостями и девушки лёгкого поведения явились на свет одновременно, и именно доступные красавицы стали первыми разносчиками добытых данных. Н-да, немного двусмысленно получилось, разносить-то можно не только данные, но не будем о грустном.

— Раде сообщила? — прервал я свои размышления.

— Не стала, — смутилась девушка. — Меня не оставляет сомнение, что я зря паникую и напрасно себя накрутила. Девушки, которые меня сопровождали, ожидали за дверью, и наверное, мне стоило одну из них попросить присутствовать при разговоре, чтобы было с кем после обсудить свои впечатления.

— Думаю, это не тот случай, когда стоит бояться выглядеть глупо. Старшая хранительница должна знать все подробности. Сходи прямо сейчас и расскажи ей все обстоятельства прошедшей встречи.

Кивнув мне головой, Агния вышла из комнаты, а я, глядя в окно, размышлял о перипетиях последних дней. Время, проведённое в ожидании посылки из Белграда, мы потратили с максимальной пользой, пытаясь уже в две головы обдумать монастырское послание. Порой мы спорили до хрипоты, пытаясь выработать верное решение, но в итоге обсуждение загадки закончилось на Эфиопии, как единственном возможном варианте. Так что мой предварительный итог, сформулированный ещё перед Ольгой, не потерял своей актуальности даже после усиленного мозгового штурма. Однако предполагать, в какой именно стране может находиться ещё одна часть артефакта, нам было мало. Требовалось понять, где конкретно располагается гробница Иясу Великого. А вот с этим пунктом возникли большие сложности. Честно говоря, у меня в душе даже поселилась обида за этого явно неординарного мужчину, чьи деяния замылили, а саму личность короля задвинули на задворки истории. Несправедливо, блин! Информации оказалось очень мало, и в прошлый раз мне просто повезло, практически сразу наткнутся на хоть что-то. Нам с Агнией пришлось хорошенько полазить по различным форумам, пытаясь собрать как можно больше исторических фактов, которых оказалось на удивление немного.

Почему так мало осталось информации об этом короле, чья жизнь и деяния упоминаются вскользь и выставляются как малозначительные фрагменты? Всевозможные героические эпизоды его наследниц описываются во всех красках и подробностях, а про него всего лишь сухие статистические цифры. Мол, в таком-то там году Эфиопская армия под командованием какой-то там супер-пупер воительницы разгромила Египетские силы вторжения или, например, успешно захватила очередную приграничную область. И всё!!! Как так-то? Про Иясу попадались лишь жалкие строчки, которые были явно обрезаны до самого минимума, а возвышенный и восторженный тон снижен до такого минимума, что даже самый ярый сторонник этого короля не смог бы вдохновиться на написание эпической поэмы о подвигах своего кумира.

Хотя… Чему я удивляюсь? Тому, что история пишется победителями и всеми остальными кому не лень? А объективный взгляд на всевозможные эпизоды из прошлого какого-нибудь государства в принципе невозможен, даже со стороны. Или правильнее сказать — тем более со стороны. Так как правда либо замалчивается, либо трансформируется во что-то совершенно другое, несущее уже совсем иной смысл. Мне даже далеко ходить не надо, достаточно вспомнить про Сталина. Фигура мирового масштаба и лидер огромной страны, что выстояла во время самой кровавой войны в истории человечества. А сталинизм — был одной из ведущих «религий» того времени. Но всё это было при его жизни, и стоило ему уйти со сцены, как «неожиданно» оказалось, что он кровавый тиран, и вообще — гад такой — едва не довёл СССР до поражения в Великой Отечественной Войне. Не спорю, что тогдашняя жизнь не обходилась без существенных перегибов и перекосов, ибо жёсткая система власти была тверда в своём желании не допускать инакомыслия. Но думаю, неправильно обвинять Сталина как единственного виновника во всех преступлениях, поливать его грязью и жалеть при этом абсолютно всех пострадавших, считая их невинными жертвами. Ибо на фоне плохих дел и массы минусов безусловно должны быть плюсы, причём не в меньшем количестве. Ведь если оставить только зло, то возникает закономерный вопрос: «Каким образом государство окончательно не скатилось в Ад и смогло из аграрной страны стать державой с развитой промышленностью и с ядерной боеголовкой в „кармане“, а между этими делами умудрилось ещё выгрызть победу в тяжелейшей войне?» Только вот не надо вещать, что именно Ад царил в те времена и лишь после смерти усатого вождя мы потихоньку двинулись на выход из преисподней. Ага, прямо в сторону Рая, но вот незадача, охраняющий райские врата «ангел» с родимым пятном на башке, увы, не пустил, сволочь такая. Наверное, грехов многовато оказалось…

Это «лирическое» отступление, навеянное не иначе как неожиданным приступом ностальгии по своей старой родине, заставило лишь ещё активнее искать всё, что можно, об эфиопском короле. Трое суток мы с Агнией ломали голову, пытаясь найти достоверную информацию о гробнице Иясу, но, чёрт возьми, мне всё чаще стало казаться, что мы ищем не место захоронения человека, почившего всего лишь триста лет назад, а как минимум участвуем в безнадёжной экспедиции по поиску Атлантиды. Эфиопские историки сделали всё возможное, чтобы имя короля пропало из всех возможных архивов. Что за приступ мужененавистничества? И ладно бы к какому-нибудь бесполезному болванчику, так нет же, прошлись со стирательной резинкой по вполне нормальному мужику, который оставил после своего во всех смыслах достойного правления сильное и развитое государство. Хрен с вами, подтёрли информацию о деяниях, но мать вашу, объясните, зачем наводить тень на плетень и нормальным языком не написать, где именно был похоронен сей чернокожий товарищ?

Намутили столько, что аж голова трещала, пытаясь решить ребус из каких-то полунамёков и названий несуществующих ныне городов. Можно, конечно, предположить, что Эфиопия, вынужденно отводящая свои войска из ныне пограничной зоны, делала это в большой спешке и совершенно не заботилась о спасении архивов, а также других не самых важных вещей. Но чтобы при этом настолько бездарно профукать информацию, где именно находится место упокоения одного из королей, у меня в голове не укладывается. И как вообще можно забыть, где захоронен один из королевской династии? Но объяснить почти десяток различных названий бывших эфиопских крепостей, городков и других поселений, в которых предположительно похоронен Иясу Великий, я мог только забывчивостью и просранными архивами. Но это же бред! В итоге пришлось вывести более стройную теорию.

Допустим, похороны короля прошли без особой помпы, и после ожесточённого сражения, в котором он погиб, его тело переправили в условно ближайшую крепость или город. Естественно, королевское окружение знало об этом, как и прямая наследница Иясу. Почему не переправили в столицу? А потому, что великий воин возжелал быть захороненным на месте своей последней битвы. Здесь моё богатое воображение сразу нарисовало пафосную сцену прощания Иясу со свитой. Естественно в лучших голливудских традициях…

Жаркое африканское солнце равнодушно освещает сухую, выжженную землю, усыпанную многочисленными телами поверженных воительниц. В окружении сотен окровавленных безжизненных тел лежит король и, глядя героическим взглядом на собравшихся вокруг грустных и полуголых амазонок, с чудовищным напряжением на лице и на последнем издыхании мужественно приподнимается на локте и хриплым голосом говорит:

— Прошу. Похороните меня здесь.

Финальная сцена длится ещё минут десять, а король всё говорит, говорит, говорит. Каждый раз, не забывая изображать, как ему плохо и что жить осталось всего секунд пять максимум.

«Фу-у, халтура», — тут же завопил мой внутренний критик. — «Все было совсем не так. Герой должен уйти в сторону заката и, обернувшись, на фоне кроваво-красного солнца сказать: Айлбибек».

На этом месте, не выдержав явного глумления над голливудскими «святынями», проснулась вконец охреневшая логика и ехидно заявила: «Всё фигня, братан, король не идиот и наверняка озаботился заранее составленным завещанием». Сопротивляться логике я не стал, только немного всплакнул о погибшем в душе великом режиссёре и сценаристе. В итоге вариант с завещанием стал единственным выглядящим реалистично, а дальше версия о потерянной гробнице выстроилась сравнительно легко. Деяния Иясу затмили ещё более громкие успехи дочери и внучки, а упоминать о нём стало не модно и не актуально. Прошли годы, и вот уже правнучка последнего мужчины на эфиопском троне не смогла отстоять завоёванные её предками земли и после нескольких чувствительных поражений приказала вывести войска, заняв более удобные позиции для охраны новой границы. Удалось отыскать упоминание об одном эфиопском роде, что отказался уходить вслед за отступающей армией и, заняв оборону в своей крепости, почти десять лет провёл в окружении диких племён, успешно отражая все атаки. Но даже вода точит камень, и гордым защитникам всё равно пришлось уйти, с боями прорываясь из окружения.

В общем, период упадка и хаоса длился почти пятьдесят лет, и упоминание об этих печальных для Эфиопии событиях было отражено лишь в нескольких источниках в малозначительном объёме. Из-за проигранной войны несколько тысяч квадратных километров земли, ранее плотно заселённых людьми, оказались, по сути, брошены. И где-то там осталась гробница Иясу, а после вынужденного переселения даже те из жителей, кто помнил её точное местоположение, либо не оставили точных записей об этом, либо погибли во время боевых действий. Единственная, кто сможет дать точный ответ, это ныне правящая королева Мариам, если допустит к архивам своей семьи. Но судя по своеобразному отношению эфиопок к истории своей страны и куче малодостоверных фактов, доступ к королевским архивам закрыт даже собственным исследователям. Ныне правящую династию, похоже, совсем не волнуют события прошлых лет, а правдивость хроники и исторических данных стоит на последнем месте.

Выход из тупика я придумал достаточно быстро, решив, что настала пора подключать тяжёлую артиллерию и воспользоваться высочайшим расположением Евы. Думаю, эфиопская королева не сможет проигнорировать запрос от правительницы Российской империи и не откажет в столь маленькой просьбе, позволив, ознакомиться с некоторыми материалами касаемо последних лет жизни Иясу Великого. Однако я не успел согласовать данный вопрос с Ольгой, как Агния смогла выдвинуть практически идеальную версию, имеющую весьма высокие шансы на успех.

— Ты можешь как-то объяснить, зачем королеве Радмиле писать благодарственное письмо одной из эфиопских наместниц? — спросила девушка, когда мы снова засиделись допоздна, пытаясь найти хоть какие-нибудь зацепки.

— Вот так сходу — нет, — немного удивлённо ответил я. — А что за наместница?

— Илэни Сага — военачальница крепости Зэра. Письмо хранится в национальном музее Гондэра, а туда его передали потомки эфиопской дворянки, найдя в своём семейном архиве.

— И за что благодарит королева?

— Тут просто общие слова. Спасибо за оказанное содействие… Пусть хранит вас Господь… Ну и так далее. Но главное, что меня привлекло, это не сам текст, а то, что на момент правления Радмилы крепость Зэра располагалась на территории Эфиопии, а сейчас это дикие земли.

— Так… Выходит, что наместница оказала королеве какую-то услугу? — задумался я.

— Несомненно, а доверенные люди Радмилы как минимум единожды посещали Эфиопию. А ещё, если вспомнишь, то название именно этой крепости фигурирует в одном источнике, как предполагаемое место нахождения усыпальницы Иясу Великого.

— Думаешь, это оно? — в лоб спросил я.

— Честно говоря, мозг уже кипит, пытаясь решить этот ребус, — тяжёлый вздох Агнии наглядно продемонстрировал, как она устала, — но с письмом Радмилы выходит очень складно. Что скажешь?

— Скажу, что на данный момент времени это лучший из вариантов. Ты молодец, — улыбнулся я девушке, проделавшей столь сложную работу.

Таким образом, у нас появилась весьма стройная версия, и можно потихоньку готовиться к поездке в Африку, но перед этим важным делом стоило, конечно, дождаться долгожданного экспоната из белградского музея. Только я надеялся, что вместе с очередным артефактом мы получим ещё одну подсказку и продолжим колесить по Югославии, а тут выходит, что особых вариантов не осталось и надо первым же рейсом лететь в Эфиопию. Заскочить в Белград, глянуть на могилу Радмилы и уже оттуда рвануть в Гондэр. Или повременить с Африкой? До поединка в Монголии осталось совсем немного, а в этой крепости мы можем застрять неизвестно насколько. Хотя с другой стороны, потратить пару суток на поверхностное исследование древних руин не так сложно, это же не город. А если плюнуть на Белград и сразу рвануть в эти дикие земли, то можно выгадать с десяток лишних часов и как раз останется необходимый запас на перелёт в Монгольскую губернию. Да, только вот Софии точно не место в Африке, там слишком много Бармалеев и маленьким деткам там однозначно нечего делать, несмотря на внушительный конвой из хранительниц самого высокого ранга.

Как же всё-таки поступить? Это я ещё не упомянул реакцию своей Ольги, а в том, что она последует и будет остро негативная, я даже не сомневался. Шутка ли, муж в Африку собрался, и ладно бы в относительно благополучную Эфиопию, так нет же, дикие земли ему подавай, а это уже экстрим чистой воды. Однако если глянуть на состав сопровождающих нас воительниц, то можно легко сделать вывод, что поездка выглядит не настолько самоубийственной, какой кажется на первый взгляд. К шестерым Альфам, что изначально прилетели с нами в Болгарию, добавилось ещё пятеро, прибывших из Нижнего Новгорода. В итоге у меня под рукой сейчас аж одиннадцать крутанских хранительниц, способных навалять любым залётным аборигенкам. А ещё есть десять одарённых в ранге Бета, что тоже серьёзное подспорье в сражении. Устраивать полномасштабные боевые действия против многомиллионного племени мы точно не собираемся, но для встречи случайных и незваных гостей сил точно хватит. И моя любимая жена, безусловно, всё прекрасно понимает, но понять и принять — две большие разницы.

В самый разгар моих грандиозных размышлений в духе Наполеона и постройки зловещих планов по «захвату пирамиды Хеопса» — а точнее гробницы Иясу Великого — вернулась Агния. Девушка отчиталась, что разговор с Радой провела и зашла пожелать спокойной ночи. Последняя мысль была достаточно здравой, а потому я, в очередной уже раз за последнее время, решил, что с утра думается гораздо лучше и отправился на боковую. С дальнейшим путём определимся уже завтра.

* * *

Вообще-то не имею привычки вскакивать посреди ночи, но тут что-то заставило меня резко подорваться и замереть на кровати в полусидящем положении. Плохой сон? Не уверен. В полусонном сознании мелькали отрывки каких-то образов, но размытые картинки плохо поддавались анализу и мало годились для роли возмутителя спокойствия. Однако отчего-то пересохшее горло настойчиво требовало глотка прохладной воды, и я, конечно, не стал противиться настойчивому желанию своего организма. Графин с животворящей влагой находился на прикроватной тумбе и, утолив неожиданно возникшую жажду, посмотрел на продолжавшую мирно спать дочку. София умиротворённо сопела в обе крохотные сопелки, и, казалось бы, с этой стороны также нет никаких причин для беспокойства, но вдруг издав слабый стон, дочка жалобно прохныкала:

— Папа…

— Я здесь, солнышко, тише-тише, — тут же отреагировал я, возвращаясь обратно на кровать и обнимая своего ребёнка.

Похоже, я нашёл причину моего пробуждения, видно, беспокойство дочери передалось и мне, а её стон пробился в спящее сознание и заставил резко подорваться. Хотя стрелки на часах едва отметили пять утра, спать дальше мне уже расхотелось, а потому, полежав рядом с ребёнком ещё пару минут, тихонько поднялся и, натянув джинсы с футболкой, решил остаток ночи провести в удобном кресле, дабы полазить в местном аналоге интернета. Большие окна были приоткрыты в режиме микропроветривания, давая доступ свежему воздуху и лишь немного приглушая звуки улицы. Хотя стоп! Какие посреди ночи могут быть звуки в элитном районе города, застроенном особняками различного уровня комфортности? Кроме редкого собачьего лая и негромкого шума от иногда проехавшей мимо машины больше быть ничего не должно. А любители поздних вечеринок в такое время года предпочитают устраивать свои оргии в комфортабельных апартаментах, а не на улице. Но я слышал что-то совсем другое. Однако мысль не успела оформиться во что-то толковое и узнаваемое, как за окном полыхнуло, а мощный взрыв сотряс дом.

«Похоже, файерболы, причём высокого класса», — выскочила у меня изумлённая мысль, когда я на автопилоте срисовал возмущение в магическом фоне. Из кратковременного ступора вывел звон разбиваемого стекла в гостиной и плач дочери. Моментально рванув к выходу из спальни, увидел пару плохо различимых в темноте силуэтов, однако тёмное время суток совершенно не мешало моему второму зрению, и я чётко разглядел источники одарённых. Две Альфы каким-то образом забрались на балкон третьего этажа и вломились в гостиную. Не раздумывая атаковал их всем наличным арсеналом: файерболы, несколько ледяных копий и воздушный кулак вдогонку. В общем, всё, что у меня было из готовых узоров атакующего плана. Понятно, что для таких воительниц все мои усилия вышвырнуть непрошенных гостей восвояси оказались бессмысленны, но каких-то других вариантов у меня не было. К слову сказать, отвечать они не стали, а молча бросились в мою сторону, а точнее попытались, но на их пути неожиданно возникла Яна, что ворвалась в комнату на пару секунд позже наших противниц. Крикнув на ходу, чтобы я хватал Софи, и бежал вниз, хранительница без раздумий встала на пути у двух Альф.

Мужская гордость, придавленная плачем дочери, только крякнула от досады и практически не рыпалась, когда я, сграбастав ребёнка, рванул мимо дерущихся девушек. Последнее, что я увидел, выбегая в коридор, это взмах артефактного меча одной из Альф, и было понятно, что, как бы ни хороша Яна в своём ранге, остановить такой удар не в её силах. Сожаление от гибели девушки не успело оформиться в полноценную горечь от такой утраты, как мгновенно вспыхнувшая злость затопила моё сознание. О-о, кто бы знал, как же мне захотелось убить хотя бы одну из этих зарвавшихся Альф. Но увы! Пока не дорос, а достигну ли когда-нибудь необходимого уровня — тот ещё вопрос. Как же это бесит…

Шум нарастающей битвы, перемежаемый криками ярости и боли, казалось, шёл из всех уголков большого дома, и бездумно бежать от опасности, оставленной за спиной, казалось мне не самой лучшей идеей. К тому же звон мечей также продолжал нарастать, а значит, в нападении участвуют гораздо больше Альф, чем могло показаться. Но не успел я сделать и нескольких шагов, как навстречу выметнулись сразу несколько наших хранительниц, а присутствие маячившей за их спинами лекарки очень меня порадовало. Особенно когда беспрестанно всхлипывающая и дрожащая София вдруг замолчала и обмякла на моих руках. «Сон — это хорошо», — моментально просёк я ситуацию и, дёрнув головой в сторону покоев, крикнул:

— Там Яна против двух Альф! Быстрее!

Две Альфы тут же рванули на выручку к своей подруге, держа в руках убийственные сабли, а за спину к ним пристроилась лекарка. Пара хранительниц в ранге Бета остались рядом со мной, а в коридор уже выскочили незваные гостьи. Только сейчас я обратил внимание, что освещение какое-то тусклое и лампы на потолке работают с перебоями, то притухая, то снова горя ровным светом. «Похоже, основной кабель нам перерезали, а генератор, стоящий в подвале, с трудом справляется с нагрузкой», — сообразил я, не отрывая взгляда от сошедшихся в поединке воительниц. Широкий коридор вполне позволял вести сражение на мечах стоя плечом к плечу, но наличие Валентины внушало серьёзную надежду, что надолго этот бой не затянется. Однако что-то у лекарки пошло не так, поскольку секунды таяли, а две хитрожопые Альфы, что решили столь оригинальным образом атаковать тыл нашей обороны, проникнув в дом через балкон третьего этажа, продолжали упорно драться и умирать совсем не желали. Потребовалось несколько мгновений, чтобы я разобрался в причине и мог теперь вполне уверенно утверждать, что без специального защитного амулета здесь не обошлось.

Жёсткая схватка нарастала с каждой секундой, заставляя переживать по поводу исхода коридорной баталии, а звуки боя, доносящиеся с первого этажа, также не давали расслабиться и вынуждали напряжённо гадать в попытке ответить на вопрос: кто же всё-таки побеждает? Две Беты потихоньку подталкивали меня к широкой спиральной лестнице, ведущей вниз, с каждым шагом постепенно удаляясь от сражающихся воительниц. София продолжала безмятежно спать на моих руках, и слава Богу, что навеянный магией сон не могли прервать ни громкие крики, ни звон оружия, ни громыхающие взрывы от магических атак. Мы как раз вступили на край лестницы, и я успел увидеть момент, как одна из наших Альф, пропустив коварный удар, завалилась спиной на пол. Валентина сумела подхватить её и оттащить на несколько шагов назад, торопясь оказать помощь и вернуть скорее в строй. Первый ранг лекарки позволял спасти от неминуемой смерти и залечить практически любую рану. Но сколько у неё есть времени?

Оставшаяся в строю Альфа под градом ударов стала вынужденно отступать в нашу сторону, и в этот момент вокруг нас с Бетами разорвалось сразу несколько шаровых молний, прилетевших откуда-то снизу. Мои охранницы, соединив усилия, генерировали двойной магический щит, и мне с Софией, кроме звукового удара по ушам, больше ничего не угрожало, но часть картин, что висели на стенах коридора, слизало взрывной волной, а ниже этажом на лестничном пролёте я заметил Раду, которая стремительно неслась к нам наверх. Судя по телу в чёрной одежде, что без признаков жизни осталось лежать на ступеньках, атаковала нас именно эта одарённая, которую старшая хранительница на ходу срезала точным ударом одной из своих сабель. Вообще по фехтованию на клинках, из тех девушек, кого я знаю, Рада уверенно входила в тройку лучших наравне с Ольгой и Агатой. В принципе, здесь в любой школе для одарённых детей, помимо рукопашного боя, преподают заодно и основы фехтования, что выглядит вполне логично, особенно касаемо не просто способных, а талантливых к магии учениц. Ведь у таких выдающихся одарённых очень высокие шансы достичь максимального ранга, и это умение им безусловно пригодится.

Под эти мысли, мелькающие где-то на краю сознания, мимо нашей маленькой группы пролетел тайфун под именем Рада, и хранительница сходу внесла свои коррективы в поединок, неудачно складывающийся для защитниц верхних этажей дома. Из глубины коридора, да к тому же со спины, мне было трудно различить подробности, но увиденного вполне хватило, чтобы порадоваться, что столь сильная воительница находится на правильной стороне. Сражаться против обоерукой соперницы — ещё то сомнительное удовольствие, и первая противница закономерно рухнула спустя пару ударов сердца, а вот вторая попыталась броситься наутёк, видно, прекрасно понимая, что шансов победить уже не осталось. Вот только Рада с напарницей отпускать свою жертву не собирались, но и сразу убивать не стали, так как решили взять живой. Короткая схватка закончилась тем, что неизвестная Альфа потеряла правую руку чуть выше локтя и, завывая от боли, раскорячилась на полу… кхм, в коленно-лобной позе, то есть стоя на коленях и уткнувшись лбом в паркет. Болезненные ощущения, несомненно, добавляла взятая на излом левая и пока ещё целая рука.

Своим зрением артефактора я видел, что Рада с напарницей во избежание возможных неприятностей создали вокруг пленённой Альфы особый многоуровневый магический щит. Вдруг она с помощью магии захочет выместить злость за свою неудачу и решит долбануть чем-нибудь убойным. Но пробить силовое поле двух Альф невозможно, и любая магическая атака будет остановлена и останется внутри этого кокона, не причинив вреда окружающим. Зато ей самой достанется по полной программе, и даже техника дальних ударов в данный момент заблокирована. Ведь при создании подобных магформ также используются узоры источника, которые не телепортируются в заданную точку, а мгновенно переносятся по направленному магическому лучу, ограниченному полем видимости одарённой. Артефактор, лекарка или менталистка способны зафиксировать такие конструкты и увидеть росчерки, похожие на лазерные лучи. Все остальные одарённые из касты воительниц могут лишь чувствовать этот магический импульс и его примерную направленность. Именно это явление и называется возмущением магического поля, которое возникает перед применением любой магической техники, причём абсолютно неважно от кого последует удар: от слаборанговой Гаммы или могущественной Валькирии, этот характерный «белый шум» невозможно скрыть.

Ну, а касаемо техники дальних ударов, то если на пути такого магического луча встаёт силовой барьер, кирпичная стена или холм, то, естественно, магформа взорвётся сразу же, как только столкнётся с подобным препятствием. И защитное поле, созданное воительницами вокруг пленной Альфы, было именно таким препятствием, гарантирующим полную защиту от неожиданного удара, а пробить его можно только магическим или артефактным мечом. Но артефактный клинок валялся на полу недалеко от отрубленной конечности, а для призыва магического конструкта нужно освободить единственную целую руку. Думаю, для того, чтобы сдержать Раду с помощью такого поля, нужны минимум три одарённые аналогичного ранга, а повсеместное применение подобной техники, наверное, стало одной из причин, которая подтолкнула артефакторов превращать обычное холодное оружие в мощные магические артефакты. Раз нельзя воспользоваться магией в обычном порядке, значит, воительнице нужно оружие, способное пробить любой блок.

Непосредственная опасность миновала, и я решил подойти поближе, дабы не пропустить подробности экспресс-допроса, а то, что он будет, я не сомневался, и может, даже лично поучаствую, только Софию передам в надёжные руки. Кипевшая во мне бешеная ярость немного схлынула, оставив контролируемый холодный гнев, но он также требовал выхода, а на права военнопленных я плевал с высокой колокольни и не только плевал. Не стихающий стон этой гадины не давал нормально прислушаться к царящей обстановке в доме, но вроде бы шум боя пропал столь же стремительно, как и начался. Только откуда-то стало явственно тянуть гарью.

— Хорошо, проверьте округу и усильте посты, — отвлёк меня голос Рады, ведущей диалог через гарнитуру с кем-то из своих девчонок, не переставая при этом в качестве дополнительной страховки держать свою саблю возле шеи коленопреклонённой воительницы.

При мыслях об остальных хранительницах я вспомнил про Яну, и хоть умом понимал, что шансов почти нет, но проверить няню нужно незамедлительно.

— Валентина, там Яна в гостиной, возможно, ещё жива, — быстро проговорил я лекарке, которая как раз отстранилась от нашей раненной Альфы.

Одна из Бет помогла подняться пострадавшей воительнице, что неуверенно прислонилась к стене, а перед моим взором предстали последствия пропущенного девушкой удара. По косому разрезу на футболке и многочисленным кровавым подтёкам можно было легко представить всю степень тяжести полученной раны. Артефактное оружие вспороло тело от левого плеча до правого бока, и хотя глубина удара мне не известна, скорее всего, если бы не оперативное вмешательство лекарки, то Альфу ждал гарантированный конец. Сейчас же, кроме возможной слабости от потери крови, ей больше ничего не угрожало. Весь обзор занял у меня ровно одну секунду, и мазнув напоследок взглядом по обнажённой груди воительницы, что торчала сквозь разорванную материю, нетерпеливо уставился на Валентину. Однако не успела лекарка сделать и шага, как неожиданно вмешалась Рада:

— Стоп, — и ткнув большим пальцем себе за спину, хранительница скомандовала: — Проверить.

Обе Беты тут же сорвались в сторону моих с Софией апартаментов, а со стороны лестницы раздался топот ног. Появление живой и здоровой Агнии в сопровождении нескольких хранительниц воспринял с большой радостью. Настроение стало неуклонно подниматься вверх, и для ощущения полного счастья мне осталась самая малость: узнать, кто именно на нас напал, и чтобы у Яны остался хотя бы мизерный шанс на выживание. В этот момент Рада, схватив за волосы пленённую воительницу, рывком задрала ей голову и, наклонившись практически к самому лицу, зло прошипела:

— Лекарка ещё может вернуть твою руку, если будешь отвечать на вопросы.

Выражение боли не сходило с лица однорукой Альфы, однако предложение Рады вызвало только кривую ухмылку и ехидный комментарий, выданный хриплым голосом:

— Вылечить руку, чтобы потом перерезать горло? Да, это по-нашему.

— Ну как хочешь, у тебя ещё достаточно конечностей, чтобы успеть одуматься, — холодный тон хранительницы не оставлял сомнений о возможных методах дальнейшего допроса, и явно предвещал пополнить список неприятных ощущений.

Рада махнула рукой лекарке, а пленённая Альфа резко обмякла и перестала издавать какие-либо звуки. И только сейчас я обратил внимание на валяющийся на полу амулет, а также что кровь из обрубка руки почему-то не хлещет, как это должно было быть при таких ранениях. Видно, хранительницы сразу сорвали с шеи «Антилекарь», чтобы пленница не загнулась от кровопотери раньше времени. Спустя мгновение раздался крик одной из девушек, проверяющих мои покои:

— Чисто, и Яна пока дышит.

Валентина рванула вперёд, а в спину ей полетел новый возглас Рады:

— Поторопись, у нас ещё семь тяжёлых!

Пришедшие с Агнией воительницы подхватили тело Альфы, лежащей в бессознательном состоянии, и потащили куда-то вниз по лестнице.

— А больше живых не осталось? — грустно поинтересовался я. — Кого-нибудь поменьше рангом?

Оскал… Ну да по-другому улыбку Рады назвать язык не повернётся.

— Осталось, но я тебе не отдам. Нам надо ещё вдумчиво с ними поговорить.

— Так я тоже просто поговорить хотел, — попытался я сделать честные глаза, но, похоже, не сильно в этом преуспел, так как хранительница, хмыкнув, отрицательно покачала головой.

— Что-то мне подсказывает, что после твоего разговора нам ничего не останется.

— А мы Валентину с собой возьмём, — предложил я.

— Правда? А разве лекарки умеют голову обратно приращивать? — скепсис так и сквозил в словах девушки. — Или ты думаешь, я по твоим глазам не вижу, каким образом ты собрался разговаривать?

— Не знал, что ты такая жадная, — недовольно буркнул я.

— Успеешь ещё в крови искупаться, — спокойно, ответила Рада, — если будешь гореть желанием.

— Жизнь моей дочери поставили под угрозу, а ты думаешь, у меня не хватит духа завалить одну из этих тварей?

— Сомневаюсь, что Софии хоть что-нибудь угрожало, если только случайно.

— Не понял!

— Её хотели захватить, а не убить. И тебя заодно.

«Твою ж-ж-ж дивизию», — заработали шестерёнки в голове.

— А сколько всего было нападавших? — подала голос Агния.

— Двенадцать Альф и около десятка Бет. Восьмерых мы убили, троих смогли взять живьём, остальные сумели скрыться. СБ Радомировых уже поставлена в известность, так что в ближайшее время можно ждать представителей от их клана, и надеюсь, они успеют поднять свои силы, чтобы оперативно обеспечить поиск и перехват остальных сбежавших. Княгине доложить не успела.

Несмотря на чёткий и подробный доклад, он всё-таки вызвал у меня один недоумённый вопрос:

— Как-то самонадеянно со стороны этих неизвестных нападать почти равными силами, тебе не кажется?

— Они были уверены, что по Альфам у них двойной перевес, — хмыкнула Рада.

— Это как, прости.

— Прибывшим из Нижнего воительницам я приказала снять домик неподалёку и не отсвечивать.

— А зачем? — опередила меня Агния.

— Это же подкрепление, а подкрепление либо сразу идёт в бой, либо находится в резерве, желательно скрытом. Но даже без этого пункта могу уверенно утверждать, что операцию подготовили очень плохо и выполняли в большой спешке. Так как во время попытки захвата совершили слишком много ошибок.

Мысли скакали, словно лихорадочные, и я честно пытался вычленить главное и не дать ускользнуть, но получалось плохо, а потому высказал первое, что получилось удержать в голове:

— Посредница! Больше некому навести на нас.

— Я тоже так думаю, но сильно сомневаюсь, что нам оставят такой след. Девять из десяти, что посредница уже мертва, — озвучила Рада свои подозрения.

— Прямо сейчас и проверим. Агния — звони этой красавице и немедленно назначь новую встречу. Скажи: срочный и очень дорогой заказ.

Девушка молча достала свой телефон и, набрав номер, принялась слушать гудки. Процедура повторялась раз за разом, но трубку так и никто не взял.

— Может, поздно или наоборот слишком рано, — неуверенно предположила Агния.

— У представителей её «благородной» профессии не существует таких понятий, — мрачно ответил я.

Наша компания продолжала стоять в коридоре, обсуждая подробности весьма бодрого утра, хотя наличие спящего ребёнка на моих руках добавляло немного странности и мало вписывалось в кровавый антураж. Труп на полу, отрубленная рука и подтёки крови на стенах не очень соответствовали месту, где любящему отцу стоит гулять со своей дочерью. Однако я чертовски не хотел расставаться с моей малышкой, и только убедительная просьба Рады отдать девочку под опеку одной из Альф всё-таки заставила передать Софию подошедшей воительнице. В этот момент как раз вышла Валентина и, ободряюще улыбнувшись мне, проговорила:

— Жить будет, а к утру вполне здорова. Но едва успели. Ещё бы несколько минут и всё, амулет почти исчерпал все силы источника, не давая умереть. Сейчас обойду самых тяжелых, а потом проведу повторный осмотр, и кому надо поставлю капельницу со свежей кровью.

Вывалив на меня радостную новость, лекарка практически бегом отправилась осматривать остальных раненных, а я смог тяжело выдохнуть, выпуская внутреннее напряжение. Я, безусловно, знал по именам практически всех присутствующих хранительниц, но к Яне, естественно, был привязан гораздо больше. И на душе стало легче, что девушка продолжит выполнять свои обязанности, а Софии не придётся объяснять, куда подевалась её персональная нянька. Усилием воли вернул мысли к обсуждению одного из поднятых вопросов, а именно: когда посредница могла нас сдать, и сколько времени было на подготовку у воительниц, напавших на нас? Сил всё же было привлечено немало, и чтобы собрать столь Альф в одном месте требовалось приложить значительные усилия.

— Мне кажется, посредница уже после монастыря сообщила своим «подружкам» о нашей группе. Так как она наверняка заглянула в шкатулки и сфотографировала найденные предметы, чтобы потом продать информацию. А значит, последнюю загадку с письмом наши неизвестные конкурентки пытались расшифровать параллельно с вами. И заодно установили наблюдение за домом. Вот только найти ответ вы успели раньше, и когда посредница сообщила об этом, они решили действовать, чтобы забрать всё и сразу, только почему-то поторопились.

Всё это выдала Рада, и её железобетонные аргументы звучали сверхубедительно. Действительно, посреднице ничто не мешало заглянуть в шкатулки из монастыря и рассказать о содержимом нужным людям. И если бы не пресловутый гильдейский кодекс, она бы нас легко кинула и продала бы товар ещё дороже, но даже в такой ситуации наверняка умудрилась навариться дважды: нам амулет с письмом, а конкуренткам фотографии.

— Похоже, мы зря обратились к местной гильдии, — вздохнула Агния.

— Не согласен, — опротестовал я, — это просто фатальное невезение. Ведь она не единственная посредница на всю Югославию. И нам сказочно «повезло» нарваться на ту самую, что ранее оказывала услуги по краже жезла, а после получила предложение, от которого не смогла отказаться.

— Ну да, много денег за любую инфу о людях, что будут интересоваться старинными предметами времён королевы Радмилы, — криво улыбнулась старшая хранительница.

Мы втроём погрузились в молчание, осмысливая прозвучавшие слова, а мой блуждающий взгляд сошёлся на теле убитой Альфы. Рада нанесла своей противнице два удара: один вспорол живот, а второй раскроил голову, и эта рана была самой неприглядной, которую совершенно не хотелось рассматривать во всех подробностях. Отчего мой взор подсознательно скользил по другим частям тела, а внимание постоянно привлекала дырка на рукаве чёрной куртки, расположенная в районе правого предплечья. Похоже, воительница надорвала одежду, пока лезла ко мне на балкон. Чёрт меня дёрнул сделать шаг и подойти поближе, дабы рассмотреть подробности. Судя по обнажённому участку кожи, Альфа помимо верхней одежды умудрилась порвать кофту. Присев на корточки, раздвинул рваные края и замер… Татуировка… С очень характерным рисунком… Набор слов в голове начался со слова «млять» и продолжился дальше, неизменно заканчиваясь на «ть», пара редких исключений не в счёт.

А вот шагнувшая ко мне Рада совсем не стеснялась и вслух выдала всё то, о чём я только скромно подумал, но культурно промолчал. Краем уха услышал приказ, переданный по радио: раздеть всех убитых, если ещё не сделали и проверить тела на особые приметы. Н-да, всё чудесатей и чудесатей. Если вспомнить мою родину, то, наверное, из всех возможных видов элитных войск первыми приходят на ум ВДВ. По моему, там у каждого второго десантника есть татуха, обозначающая принадлежность к своему крутому воинскому братству. Возможно, есть и другие войска, где военнослужащие стабильно делают себе различные наколки, как память о проведённых в армии годах, но ВДВ однозначно самые разрекламированные. День ВДВ — это ж праздник, кхм, особенно для жителей домов, у которых окна квартир выходят на ближайший в округе фонтан.

В мире Валькирий также есть подобная мода на татуировки. Хотя правильнее будет вместо «мода» употребить словосочетание «подтверждение статуса» или знак принадлежности к определённой касте. В основном на тело наносят герб рода, и например, мои хранительницы щеголяют на предплечье очень красочно выполненными рисунками росомахи. Видел такие у Киры, Рады, Яны и у многих других, да что там, даже у Ольги есть подобная тату. Пилоты роботов, помимо герба клана или рода, часто наносят изображение металлического кулака. В клане Романовых также не обходились без этого телесного граффити, но у них было гораздо больше всевозможных подразделений, в которых несущие службу девушки набивали себе весьма характерные татуировки. Самой известной такой структурой был естественно СИБ. Лаконичный герб — фигурный щит с мечом и короной над ними — частенько украшал руку какой-нибудь воительницы. И сейчас я пребывал в каком-то ауте, так как на предплечье убитой Альфы оказался изображён именно этот знаменитый рисунок.

— Пора сообщить княгине, — раздался над головой голос Рады.

Поднявшись на ноги и всё ещё пребывая в глубочайшем раздумье, ответил хранительнице:

— Я сам поговорю с женой, а ты позвони Марине, — и шагнув к своим покоям, добавил: — Если что, я у себя.

— В гостиной будут дежурить две Альфы, — донеслось мне в след.

«Две так две», — отстранённо думал я, плюхаясь на кресло в своей спальне. Мысли продолжали вращаться вокруг нападения и татуировки. Лекарка без особых проблем может свести любую тату, так что не останется никаких следов и можно будет легко набить новое изображение. А значит можно рассматривать вариант с подставой. Резко поднявшись с кресла, прошёл в гостиную. Две Альфы стояли возле входа на балкон и сразу же повернулись в мою сторону.

— Нашли что-нибудь на остальных телах? — обратился я к воительницам.

Недолгая пауза после моего вопроса, пока одна из Альф уточняла информацию и ответ:

— Нет, если что и было, то сведено и никаких следов не осталось.

Что ж! Этого следовало ожидать. Идя на такое дело, стараются уничтожить все возможные зацепки, а наличие татуировки с гербом — это всё равно, что открыто заявить: Это мы напали, искать здесь! Но если рассматривать вариант с провокацией, то отсутствие подобных знаков у остальных убитых выглядит сверхнелогично. Ведь это глупо со стороны противника рассчитывать, что нам в руки попадётся именно эта воительница, а сама Альфа наверняка собиралась уйти целой и невредимой. В мысль о том, что в этом деле действительно может быть замешан СИБ, я не верил. Ева не могла отдать подобный приказ. Почему? Потому что не могла, и точка, либо я вовсе не разбираюсь в людях, а новая глава имперской безопасности пойти на такую самодеятельность без санкции императрицы также не рискнула бы. Юлия Коршун — кто угодно, но точно не дура. «Что, Серёга? — мысленно обратился я к самому себе. — Жаловался на отсутствие загадок? Получи — распишись!»

Со вздохом достал телефон, настраиваясь на тяжёлый разговор с женой. Софию надо отправлять в Москву без промедления, а вот по поводу себя красивого предстоит выдержать настоящий бой с любящей и переживающей за меня женщиной. Хотя одна идея у меня только что появилась, и княгиня Гордеева, обожающая различные многоходовые комбинации, вполне может её оценить, если возьмёт нервы в кулак и отключит мешающее думать беспокойство. Конечно, моё предложение отдаёт излишней долей авантюризма, но если выгорит, то мы сможем прихлопнуть сразу двух зайцев. А моя Ольга очень любит одним действием исполнять два дела сразу. Осталось только убедить свою Валькирию в правильности выбранного мной пути…

* * *

Где-то в Российской империи.

Раннее зимнее утро очень сложно отличить от ночного времени суток, так как едва пробудившееся солнце только собиралось начать свой короткий дневной маршрут, из-за чего царящий сумрак внушал опасение своей мрачностью и раздражал неопределённостью. То самое лёгкое равновесие и тонкая грань между светом и тьмой когда уже не ночь, но ещё и не день. И жителям огромной страны очень сильно повезёт, если сегодня солнечные лучи смогут пробиться сквозь низкую облачность и порадуют своим редким в последнее время светом и слабым теплом. Однако не всех волнуют погодные условия за окном уютного дома, а цели и жизненные приоритеты устремлены в невообразимые для простого человека дали. Властная и блистающая истинной красотой молодости хозяйка одного уютного кабинета явно относилась к тем людям, что о погоде думают в последнюю очередь.

Правда, если на счёт властности вопросов не возникало, то с молодостью было уже не так всё однозначно. Всё-таки этот мир помимо того что одарил некоторых женщин возможностью повелевать разными стихиями сумел наделить каждого своего жителя невероятной способностью сохранять продолжительную молодость, здоровье и красоту. А потому девушка, сидящая в кожаном кресле с высокой спинкой, вполне могла недавно отметить своё сорокалетие, но сей возраст пока не нашёл своего отражения на её прекрасном лице. Что касается уютной обстановки, то человеку, предпочитающему интерьеры из дорогих пород дерева, обилие в кабинете хромированного металла и стекла могло показаться безвкусным и малоподходящим для комфортной работы.

Однако владелицу кабинета точно не волновали столь незначительные детали, как собственный возраст или дизайн своего рабочего места. А на лице, что казалось полностью невозмутимым, время от времени пробегали волны еле сдерживаемого гнева, и зайди сейчас в кабинет одна из многочисленных помощниц, то, увидев богатую мимику своей госпожи, испарилась бы мгновенно… так, на всякий случай, чтобы не попасть под горячую руку.

— Я очень хочу узнать, по каким причинам вы не дождались Валькирий, отправленных вам в помощь?

Спокойный тон вполне мог обмануть менее внимательного слушателя, и только суть вопроса в сопровождении холодного блеска глаз могла насторожить наблюдательного собеседника. Однако разговор вёлся по громкой связи посредством стационарного телефона, что стоял на углу большой стеклянной столешницы, в свою очередь покоящейся на изящных металлических ножках. И возможно, что именно по этой причине находящаяся на другом конце провода ответчица не смогла уловить недовольство черноволосой хозяйки кабинета, а может, здесь сыграло свою роль прескверное качество связи.

— Наша наблюдательница в аэропорту сообщила, что пилоты подали заявку на утренний вылет. Но главное, они не указали, куда именно запланирован рейс. Гордеев вполне мог возжелать вернуться в Москву, а это значило, что мы потеряли бы последний шанс достигнуть необходимого нам результата. Нужно было рисковать, и мы ошиблись только в одном — просчитались в количестве Альф.

— Из-за вашего просчёта мы вряд ли теперь сможем добиться желаемого.

— Мы проверяли информацию о прибывшем в Софию самолёте из Нижнего Новгорода. Но кроме пилотов никаких других пассажиров на борту не было. И либо неучтённые хранительницы прилетели другим рейсом, либо они специально не проходили процедуру регистрации, чтобы уже позже скрытно покинуть самолёт.

— Плохо, очень плохо. В итоге, где сейчас князь с дочкой?

— У нас пока нет подробной информации, а в самом городе стало очень жарко. Радомировы подняли всех своих людей. Посты на каждом углу, трясут и проверяют каждого. Работать спокойно невозможно. Некоторые мои девушки не успели покинуть Софию и были вынуждены временно затаиться и лечь на дно.

— Все ли из воительниц, кто, возможно, попал в плен, достаточно надёжны?

— Абсолютно! Между ними и Гордеевыми лежит ненависть. Они скорее убьют себя при первой же возможности, когда поймут, что другого выхода не осталось, чем откроют рот.

— Хорошо. Я жду доклада каждый час. Нужно будет оперативно решать, что делать с князем, и если он, согласно своему характеру, опять поступит не так, как обычно поступают мужчины, то нам очень сильно повезёт.

Завершив разговор и вяло отреагировав на прощание собеседницы, хозяйка кабинета, покрутив в руках отливающую золотом перьевую ручку, вздохнула и неожиданно вслух проговорила:

— Хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сама.


Глава 7. Охота на охотника

Дикие земли. Пятьдесят километров на запад от границы Эфиопии.

В мире практически ничего не исчезает бесследно, и рано или поздно, но археологи обнаруживают следы древнейших цивилизаций. Даже спустя тысячелетия можно отыскать различные уникальные или вовсе невозможные артефакты, которые будоражат умы научного сообщества и заставляют заново пересматривать уже устоявшиеся гипотезы и теории. Однако, чем древнее исследуемый период времени, тем меньше шансов найти хоть какие-то значимые свидетельства о давно ушедшей эпохе. Казалось бы, если следовать данной логике, то более молодые результаты человеческой деятельности должны выдерживать испытание временем без каких-либо серьёзных разрушений, сохранив пусть и не первозданную, но хотя бы частично целую и поддающуюся анализу форму. Но увы, это не всегда так. Войны и природные катаклизмы способны в одно мгновение уничтожить даже самое монументальное и незыблемое творение. Даже целые города порой сметаются с лица земли, не в силах справиться с буйством стихии или противостоять массированной атаке извне. И главное во всём этом то, что если человек по каким-то причинам оставил место своего обитания, то природа постепенно год за годом начинает уничтожать любые инородные предметы на теле земли, и в итоге не останется даже малейшего намёка на былое могущество ушедшей цивилизации. Сколько уже раз такое было? Десять раз или, может быть, сотню? Кто знает наверняка?

Африку можно смело назвать колыбелью цивилизации и местом, где зародилась человеческая культура и общность, а наравне с другими материками планеты она наверняка видела на своём веку множество различных цивилизаций, чьи взлеты и падения оставляли свои отметины на теле чёрного континента. Остатки этих следов можно обнаружить до сих пор, хотя и не все они сохранились достаточно хорошо. Эфиопия была одним из немногих земных государств, что могла похвастаться тысячелетней историей и на протяжении сменяющихся столетий успешно противостояла натиску всевозможных катаклизмов. Период расцвета пришёлся на XVIII век, и за это время королевство существенно увеличило пределы своих границ. Но, к сожалению, избежать упадка было так же сложно, как и убежать от гепарда в чистом поле.

Вынужденно уходя из ранее завоёванных земель, королевство старалось уничтожить все следы своего пребывания, дабы дикие племена не могли воспользоваться результатом кропотливого труда нескольких поколений людей. В итоге регион, некогда плотно застроенный городами и крепостями с высокими стенами, оказался полностью разрушен. Что не успели доделать эфиопки, то довершили дикарки, практически полностью сравняв с землёй остатки строений. Зачем они это сделали, было совершенно не понятно. Ведь если вы отвоевали эти земли, то гораздо логичнее было сохранить коммуникации, а крепости использовать для контроля прилегающих земель. Во всяком случае, на месте аборигенок Булатова Ирина поступила бы именно так. Однако уже третья крепость, которую небольшой отряд осматривал на предмет возможной реконструкции, представляла собой мешанину из груды камней и для хотя бы временного проживания рода абсолютно не годилась.

— Это не самое лучшее место, — недовольно сказала Анна. — Даже если мы восстановим эти развалины, останется проблема с водой. На несколько километров в округе нет ни капли. Я вообще не понимаю, как они тут раньше жили. На осликах, что ли, воду доставляли? Или дождевую собирали?

— Пара сильных повелительниц водной стихии вполне могла обеспечить крепость водой, — ответила Булатова своей дочери.

— В таком случае им приходилось тратить все свои силы только на это. Крепость-то не маленькая, и гарнизон явно переваливал за пятьсот человек. А в случае отражения атаки, как от воительниц, от этих Альф не было бы никакого толка.

— Ты забываешь, что даже Гамма может легко скастовать себе и своим подругам графин чистой воды в день. До сих пор в Эфиопии — как, в принципе, во всех засушливых регионах планеты — самые уважаемые одарённые это водницы. И тогда и сейчас численный состав любых гарнизонов, а также пограничных застав подбирался с таким условием, чтобы такие воительницы составляли хотя бы четверть от всех сил.

— Угу! Только вот в нашем роду очень мало подобных воительниц. Больше половины специализируются на огне в сочетании с воздухом или землёй, остальные — на молнии с теми же вторичными элементами. А водой или хотя бы льдом владеют единицы, и то у большинства из них это не основная стихия.

Никак не отреагировав на слова дочери, Булатова ещё раз осмотрела место возможного проживания её рода. Или правильнее сказать — выживания? Сумасшедшая идея, неделю назад возникшая в голове у княгини, сулила как и плюсы, так и минусы. Из плюсов: Булатовы выполняли требование Мариам — королевы Эфиопии — и покидали территорию королевства. Предварительные переговоры, которые княгиня провела практически на бегу, внушали осторожный оптимизм и давали надежду, что эфиопские пограничные роды не откажут в помощи Булатовым. Ведь её род, пусть и на очень узком участке станет своеобразным буфером между дикими племенами и защитницами порубежья. Вейзаро* Таиту — школьная подруга Анны — пришла в настоящий восторг от идеи Ирины и обязалась, как глава клана Саблэ, озвучить план на ближайшем королевском совете. К сожалению, эфиопка не могла гарантировать скорейшей реализации этого рискового проекта, но обещала приложить все силы, чтобы он точно состоялся.

*Вейзаро — Княгиня

Суть предложения Булатовой заключался в возврате земель, брошенных в давние времена, обратно под руку Эфиопии. Несмотря на непрекращающиеся пограничные конфликты, королевство умудрилось накопить достаточно сил, которые теперь требовали выхода. Политика открытых дверей вызвала нескончаемый поток одарённых разного класса, и эфиопские кланы вполне могут рискнуть вновь завоевать эти земли, особенно если королева Мариам пообещает, что возвращенные территории получат статус родовых земель. Робототехника, совершившая за последние пятьдесят лет качественный скачок, также способна подтолкнуть эфиопок к этому решению. Род Булатовых в данном случае выступает в качестве головной разведки, на которую обрушится вся ярость соседних племён. Если они выстоят и дождутся общего выступления остальных кланов, то королеве будет сложно провести процедуру повторного изгнания рода, который, выполняя указ правительницы, однажды уже покинул пределы государства. Все необходимые формальности, которые Мариам навязала Ева, также будут соблюдены, и российской императрице придётся искать другие возможности для осуществления своей мести. Булатовым нужно только выдержать первый удар аборигенок и дождаться общей атаки остальных кланов. «Главное, чтобы подмога не пришла слишком поздно», — подумала Ирина.

— Я по-прежнему считаю, что этот путь ведёт в тупик! — снова заговорила дочь.

Глава рода и ее единственная наследница стояли недалеко от развалин старой крепости, по которой беспрерывно сновали воительницы, пытаясь определить степень разрушений. Но даже без планомерного обследования руин было понятно, что здесь им ловить нечего. И скорее всего, придётся разбивать лагерь в чистом поле, постепенно отстраиваясь и возводя максимально надёжную оборону.

— Можешь предложить другой вариант? — спокойно осведомилась Ирина.

— Нет! — возможно, излишне резко ответила Анна. — Но в Гондэре на обдумывание и согласование всех пунктов твоего плана потратят не один месяц. Потом ещё несколько месяцев будут образовывать союзы и делить шкуру неубитого льва, решая кому какие земли достанутся. И параллельно со всей этой суетой внимательно наблюдать, как обстоят дела у нашего рода. Мы не выстоим столько времени. Как только по окрестным землям прокатится слух о толпе в несколько тысяч человек в сопровождении кучи техники, на нас слетятся все местные стервятники.

— Стервятники нам не страшны. Главное, справится со львами. Но мой вопрос не поменялся, — Ирина сделала паузу, смотря в глаза своей дочери: — У тебя есть другой вариант?

В этот раз Анна ничего не ответила и спустя пару секунд, не выдержав взгляда матери, молча отвернулась в сторону руин. Вариантов не было. У нынешнего плана был хотя бы минимальный шанс на успех, а все остальные рассмотренные предложения обещали полную неопределённость.

— Едем дальше! — сказала княгиня. — Посмотрим ещё пару крепостей и, если не найдём ничего стоящего, будем выбирать место для полевого лагеря.

Обе женщины шагнули в сторону транспортной колонны из десятка машин различного класса. Автомобили уже вторые сутки двигались вдоль границ Эфиопии, всё больше забираясь на север, и пока обходились без нежелательных встреч с дикарками. Позади, на пару сотен километров южнее, остались земли рода, на которых уже ждали в полной боевой готовности роботы, бензовозы, бурильные машины, многочисленные грузовики для перевозки людей. Весь этот табор ждал только сигнала от своей главы, чтобы сняться с места и отправиться на покорение новых земель. Похоже, кочевой образ жизни становится для Булатовых традицией, правда весьма печальной.

«Анна права, — метались в голове у княгини тревожные мысли. — Можно выставить множество разъездов и блокпостов, но такую толпу всё равно не спрятать от внимательных глаз, а значит, гости не заставят себя ждать. Первую волну мы отобьём, а вот вторая может стать для нас последней.» Удержав тяжёлый вздох, Ирина посмотрела на пейзаж, мелькающий за окном автомобиля. Возможно, всё-таки стоило выбрать вариант с переездом в другое африканское государство? И чёрт с ним, с этим низким уровнем жизни и общей отсталостью по сравнению с Эфиопией. Какой же всё-таки сделать выбор? Рискнуть и попробовать разыграть карту с превозмоганием и вероятным героическим финалом? В этом случае стыдно точно не будет. Или гарантированно сохранить род, но при этом окончательно похоронить фамилию Булатовых в африканских джунглях? Ведь в случае мирного переезда предсказать реакцию Евы совсем не сложно. Если уж она смогла договориться с Мариам, что помешает российской императрице надавить на другую правительницу? Очередной дорогой подарок, и Булатовы будут вынуждены снова бежать. Болтаться по африканскому континенту, словно говно в проруби, совершенно не хотелось, уж лучше умереть с честью и достоинством. Тяжёлые мысли безостановочно метались в голове, практически не отставая от ритма внедорожника, постоянно подпрыгивающего на всевозможных ухабах. Время утекало сквозь пальцы, но княгиня колебалась и никак не могла принять окончательного решения.

* * *

Африка. Где-то в диких землях.

После ночёвки возле руин какого-то бывшего поселения наёмницы продолжили движение на юго-запад и, не снижая скорости, двигались несколько часов без остановки. Воительницы учли неожиданное нападение на колонну и удвоили количество дронов. Теперь дополнительная парочка беспилотников летела в нескольких метрах над землёй, повторяя все изгибы рельефа, чтобы наверняка не пропустить возможную засаду, сокрытую с помощью различных амулетов невидимости. В два часа дня Вита попросила выбрать место для рекогносцировки, и пологий холм с очередными развалинами показался достаточно привлекательным для такой операции.

Колонна грузовиков замерла возле подножия холма, а Вита, отойдя в сторону на пару десятков метров, разложила на земле своё оборудование. Лора внимательно осматривала окрестности, стараясь не упустить ни одной мелочи, одновременно краем глаза следя за своей подопечной. Вита уже определилась с направлением и передала Анжеле координаты конечной точки назначения, но в данный момент времени нанимательница устроила сеанс связи по спутниковому телефону. С кем конкретно разговаривала девушка, Лора не знала, предмет разговора также оставался тайной, так как воительница отгородилась от всех магическим барьером. Спустя пятнадцать минут, аккуратно упаковав свой чемоданчик, Вита вернулась к группе воительниц и с хмурым выражением лица заявила:

— Маршрут меняется, — достав планшет, девушка вывела на экран карту приграничного района и, ткнув пальцем в точку на мониторе, добавила: — Новая цель — крепость Зэра.

Легкая трель оповестила Лору о получении входящего файла и, поймав глазами значок нового сообщения, активировала раскрытие. Визор моментально отобразил карту местности и новую точку следования. Точно такую же карту сейчас рассматривала Анжела, и капитан первая прокомментировала небольшую странность.

— Вроде бы совсем рядом с тем местом, куда ты изначально хотела?

— Да всё так.

— А чего тогда хмуришься?

— Нам надо успеть за сегодня провести первичную разведку и организовать встречу.

— Это не проблема, — пожала плечами Анжела и, подняв забрало шлема, переспросила: — Какого рода встречу нужно организовать?

— Тёплую и дружественную, — улыбнулась Вита, — это свои. Думаю, после прибытия этих воительниц можно будет отпустить ваш отряд, но точно решим уже на месте.

— Хорошо. Тогда погнали, времени осталось мало.

Девушки двинулись к своим машинам и, рассевшись по местам, продолжили вояж по диким землям. Полдня уже позади, а за оставшееся время нужно преодолеть почти сто километров, что в условиях полного бездорожья не самая простая задача и успеть провести разведку места встречи.

* * *

В небе над Средиземным морем.

Ровное гудение четырёх мощных моторов успокаивало и вызывало полноценный эффект снотворного, так что нет ничего удивительного, что я вырубился почти сразу после взлёта с аэродрома Софии и проспал часа четыре. Безусловно, своё убаюкивающее действие также оказала бессонная ночь и нервное утро, проведённое в суете и ожидании спецрейса из Нижнего Новгорода. Разговор с Ольгой тоже выдался не из лёгких и нервов вытрепал изрядно и мне, и ей, но в такой ситуации ожидать более приятного общения было просто глупо. Наверное, каждого нормального человека при мысли о возможной потере кого-то из близких настигает шоковое состояние. Причём у слабого пола это довольно-таки часто перерастает в истерику, особенно, когда приходит понимание, что родной человек разминулся очень близко с возможной смертью. А уж если речь зашла о ребёнке, то тут вообще тушите свет. И, несмотря на весь свой высокий статус и магическую силу, моя жена оставалась женщиной со всеми вытекающими. Нет — никаких соплей или, упаси боже, истеричного воя не было, всё-таки Ольга не до конца соответствует стандартным женским психологическим параметрам моей старой Земли или, правильнее сказать, полностью им не соответствует. Зато едва сдерживаемого гнева пополам с яростью было вагон и маленькая тележка.

Рецепт для лечения от такой болезни известен достаточно давно, однако не уверен насчёт повсеместного распространения. Но именно в этом мире данный метод, можно сказать, даже узаконен, и, чтобы моя княгиня могла выпустить пар, надо было всего лишь предоставить ей хорошую грушу для битья. Желательно, конечно, живую и виновную в преступлениях против клана. Но, к моему великому сожалению, я не мог сиюминутно выполнить данное лекарское назначение, и мне невольно пришлось стать «жилеткой», на которую вылилось целое ведро не самых нежных эмоций. Хотя поначалу всё было хорошо — Оля фонтанировала беспокойством и волнением, как и должно было быть в такой ситуации. Однако, едва убедившись в нашей с Софией безопасности, и что у нас всё нормально, произошла мгновенная трансформация, и разговор перешёл на повышенные тона. И если её кровожадные планы по отношению к людям, посмевшим поднять руку на клан Гордеевых, я выслушал с пониманием и даже поддакивал в нужных местах, то требование немедленно вернуться в Россию воспринял в штыки.

Очень хорошо, что нас разделяло несколько тысяч километров, иначе бы мы разругались до состояния «иди на…», а так получилось, что во время самых пиковых моментов, когда уже очень хотелось заорать благим матом, я обессиленно откидывался в кресле, одновременно отнимая телефон от уха. Динамик продолжал вещать что-то гневное, но эффект был уже не настолько сильным, и весь шквал выплёскиваемого негатива, минуя сознание, рассеивался в пространстве. В общем, кое-как и с жутким скрипом, но получилось убедить принять мой рискованный план к действию. Правда, рискованным его считал только я один, а вот Ольга без прикрас обозвала моё предложение «бредом». Но это было на эмоциях, а когда немного успокоилась, то всё-таки признала мою идею достаточно интересной, хотя и довольно авантюрной.

Если уложиться в два слова, то я предложил «ловлю на живца», а в качестве приманки использовать себя любимого. Зачем? Тут всё просто. Заговорят ли захваченные пленные? Сможет ли наша менталистка взломать все ментальные блоки? Вопросы, на которые любой ответ будет звучать весьма неоднозначно, а значит, поиск виновных в организации нападения может затянуться на неопределённое время. Выстроенная мной логика звучала весьма убедительно. Ведь точные цели, которые преследовали напавшие на особняк воительницы, нам неизвестны, и мы можем строить только предположения. А предложенная мной операция позволит нам добыть необходимую информацию. Тем более если я вернусь в империю, то шансы на повторное нападение становятся ниже нуля, ибо надо быть полным идиотом, чтобы рискнуть на такой шаг в условиях, когда цель находится в более защищённом месте. Наших противников, или точнее врагов, можно считать кем угодно, но только не идиотами, и, чтобы их вычислить, надо предоставить им ещё одну возможность проявить себя. Предварительно, конечно, хорошенько подстраховавшись.

В итоге, София отправилась домой в сопровождении нескольких воительниц, а я вместе с остальными хранительницами открыто и не скрываясь пересел в грузопассажирский самолёт, спецрейсом прибывший из Нижнего Новгорода. Помимо очередного подкрепления из десятка Альф на борту оказался ещё один суперджокер, способный намертво охладить пыл любых наших недоброжелателей. Так как Ольга не могла открыто вылететь из России, ибо, скорее всего, находилась под наблюдением, а сделать это тайно возможно, но долго удерживать в секрете не получится, то моя жена предложила несколько иной вариант, способный устроить неожиданный сюрприз для наших врагов. Так что наличие на борту этого джокера придавало мне дополнительную уверенность и успокаивало нервы. Рядом со мной в самолётном кресле дремала Вяземская Катя — бывшая Олина любовница, настоящая подруга, надёжная союзница и обладательница ранга Валькирия. В общем, отличное сочетание!

Естественно, нахождение Кати на борту не афишировалось, как и присутствие остальных Альф и тяжёлых МПД с прыжковыми модулями. Да-да мой любимый «Зубр» также здесь присутствовал, конечно, не тот же самый доспех, в котором я щеголял по Маньчжурии, но всё равно наличие под боком трёхметровой машины для убийства очень, знаете ли, радовало. Свой маршрут мы не скрывали и открытым текстом согласовали перелёт в столицу Эфиопии. Сколько времени потребуется нашим противникам на организацию нового нападения — неизвестно, но мы давали им шикарный шанс вдали от чужих глаз попробовать реализовать новую попытку. Правда, совсем уж облегчать им работу мы не собирались, и перед тем как самолёт приземлится в Гондэре, вся группа с помощью доспехов десантируется в диких землях прямо над крепостью Зэра. Быстро установить наше местонахождение у них вряд ли получится, и мы сможем спокойно обследовать руины и проверить нашу теорию насчёт гробницы Иясу Великого. Хотя бы на пару суток спокойных поисков мы точно вправе рассчитывать, а дальше посмотрим.

* * *

Крепость Зэра.

Давненько я не десантировался в МПД, так что небольшое волнение всё же присутствовало. К тому же дело происходило поздним вечером и внизу нас ждала полная темнота, но, слава Богу, без неизвестности. Роза — сотрудница СБ клана — уже подготовила нам площадку, что безусловно не могло не радовать. Подробностей того, каким именно образом девушка оказалась в нужное время в нужном месте, я не знал, но был в курсе, что Роза выполняла задание по слежке за воительницами из клана Кайсаровых, которые какого-то рожна припёрлись в Эфиопию. Кстати, весьма любопытный момент и стоит того, чтобы о нём подумать, но попозже.

Грузовая аппарель пошла вниз, и воительницы в доспехах парами стали шустро выпрыгивать из самолёта. Через пять секунд подошла моя очередь совершить прыжок с высоты пятьсот метров. Пилоты рассчитали время подлёта таким образом, чтобы подо мной сразу оказались развалины крепости. Тем, кто выпрыгнул раньше или чуть позже, придётся немного пробежаться до места сбора. Одновременно со мной прыгала Кира — в обычное время выполняющая обязанности моей персональной хранительницы. В Болгарию её не взяли, так как, пока рядом находилась моя жена и Рада, присутствие ещё одной Альфы с предельным уровнем силы было излишеством. Жаль только, что не прислали её перед нападением, она бы нам очень пригодилась во время отражения ночной атаки — хоть мы и справились самостоятельно, но возможно, что с ней жертв среди воительниц было бы меньше. Кира совсем немного уступала Раде в фехтовании на саблях, но зато по магическим силам у них был полный паритет. И можно сказать, что обе воительницы одной ногой стояли на следующей максимально возможной ступени. Ну как стояли? Несмотря на постепенное развитие источника, именно при достижении предельного уровня в каком-либо ранге, в тот самый момент, когда одарённой кажется, что переход в следующий более высокий класс неминуем, рост источника может резко замедлиться и полностью прекратиться.

Рада с Кирой достигли сейчас такого состояния, когда источник ещё пульсирует и растёт, но при этом может в любой момент либо остановиться, либо произойдёт мгновенный скачок в следующий ранг, причём такой переход может случиться и через год, и через десять лет. Предугадать или как-то просчитать результат здесь в принципе невозможно — не научились ещё. Мой средний уровень Гаммы гарантировал, что я однозначно достигну предела этого ранга, но далеко не факт, что когда-нибудь стану Бетой. Очень надеюсь, что моя ежедневная молитва — «Братишка не подкачай» — сыграет свою роль, и мой источник не замрёт в самый пиковый момент. Да уж, каждый раз, когда мне начинало казаться, что я уже знаю об источнике всё, всплывали всевозможные нюансы, которые по факту оказываются весьма значительными.

Я спокойно снижался в своём доспехе, и практически не контролировал окружающую обстановку. Зачем на это отвлекаться, если вокруг меня сейчас тридцать воительниц и больше половины из них Альфы. Если мы вдруг и приземлимся на голову к каким-нибудь агрессивным аборигенкам, то плохо будет кому угодно, но точно не нам. Зато можно полюбоваться красотой ночного неба, которое только на юге позволяет по-настоящему восхититься богатством нашей вселенной, этими миллиардами необычайно ярких звёзд. Правда от полноценного вхождения в романтическую нирвану немного отвлекал шум работающего прыжкового модуля, а если глянуть на радар, то можно увидеть весь наш отряд, отображённый на экране россыпью точек. Н-да, пожалуй, если в пределах пятидесяти километров есть кто-то, оснащённый необходимым оборудованием, то наша высадка не останется тайной. Хотя на фоне тёмного неба заметить спуск тридцатки тяжёлых доспехов можно даже невооружённым взглядом, ибо голубоватое пламя от двигателей спрятать невозможно. Но тут уже ничего не поделаешь — в любом случае такую дуристику как самолёт, скрыть нереально, так что нам остаётся работать по плану и ждать гостей, если они, конечно, вообще появятся. Ведь вполне вероятно, что мы накрутили излишне сложную схему и намного преувеличили возможности наших врагов, а значит, долгожданная встреча может и не состояться. Пожалуй, что оно и к лучшему, хотя с другой стороны, если мы имеем дело с похитителями жезла, то чем больше пленных мы добудем, тем выше шансы добыть хоть какую-то информацию.

Дальнейшие размышления пришлось отложить на другое время, ибо земля под ногами стремительно приближалась, и надо было сосредоточиться на посадке. Моего участия практически не требовалось — автоматика МПД самостоятельно и плавно приземлила доспех на неровную поверхность африканского континента. В Африке мне бывать ещё не доводилось, и я ожидал ощущений в стиле Нила Армстронга, первого человека, вступившего на Луну, однако душевного восторга почему-то не наблюдалось. Похоже, тёмная ночь и отсутствие правильного туристического антуража, я имею в виду танцующих полуголых негритянок с бусами на шее, помешали мне полноценно проникнуться чувством первооткрывателя. Зато вместо эпатажных девиц радар отобразил несколько тяжёлых доспехов Романовского производства и пару лёгких МПД, что тесной группой замерли в трёхстах метрах от меня. Чуть дальше за ними видеокамеры выхватили остатки какого-то строения, судя по всему — бывшей крепости Зэра. Ночной режим плохо передавал подробности, но на первый взгляд руины были немаленькими и выглядели не сильно повреждёнными. Во всяком случае, с этой стороны невысокая стена казалась целой и даже имела одну круглую башню, возвышающуюся над развалинами крепости.

Я продолжал неспешно сканировать округу, а спустя пару минут сразу две фигуры в лёгких доспехах направились в мою сторону. Учитывая, что вокруг меня постепенно вырастал круг из тяжёлых МПД, то нет ничего удивительного в том, что встречающая сторона выбрала именно это направление. Рядом со мной замерла Кира с Катей, которые уже выбрались из доспехов и были готовы к любым неожиданностям. Рада также справилась с выходом из своего МПД и стояла неподалёку, только Агнии я пока нигде не видел. «Наверное, забыла, где находится кнопка раскрытия», — мысленно хмыкнул я, вспомнив, что наша мастер первый раз в жизни десантировалась из самолёта и практически весь полёт просидела в доспехе, изучая порядок действий при сбросе под руководством одной из воительниц. Облако пыли, поднятое при посадке, уже рассеялось, так что я решил присоединиться к остальным Альфам и стал выбираться из своего «Зубра». Быстрый фейсконтроль — и одна из подошедших девушек прошла внешнюю цепь моей охраны и направилась к нам с Вяземской. Темноту южной ночи немного рассеивали включённые на некоторых МПД фонари, свет которых позволял без особых проблем различать лица окружающих меня девушек.

Подошедшую к нам воительницу я знал, пусть и не очень хорошо. Именно эта девушка вместе со своей напарницей пришла к нам на помощь во время переворота, но, к сожалению, её подруга погибла, совсем немного не дожив до победы над заговорщицами. Сейчас я молча смотрел на Розу, одну из лучших сотрудниц СБ клана, которой, по словам Марины, можно всецело доверять. Из-за того, что агентесса была в лёгком МПД пришлось смотреть на неё снизу вверх, хотя этот нюанс меня совсем не беспокоил, а искусственное освещение и открытое забрало шлема явили взору широкую улыбку на лице и поблёскивающие в свете фонарей глаза. Не дойдя до нас с Катей пары шагов, Роза замерла и отвесила каждому из нас индивидуальный поклон, при этом, не забыв поприветствовать:

— Ваша светлость! Ваше сиятельство! Рада приветствовать вас на земле Африки.

Сиятельство — это Катя, ибо графиня и всего лишь наследница, а светлость — это я: целый князь и муж главы клана, и это вам не хухры-мухры, а что-то неимоверно крутое. Если бы я ещё эту крутость ощущал и научился вести себя естественно и согласно статусу… Но почему-то в окружении своих у меня просыпались манеры простого парня, коим я по сути и являюсь. Также не дремало моё постоянное желание плюнуть на манеры и свести высокопарные речи к нормальному диалогу. Где тут колхоз «Светлый Путь»? Щас-с пойду и как всё «осветлю», а после Кати всё засияет. И кстати, Ева могла бы до кучи даровать Вяземским право обращаться к ним «Ваша светлость», но, видно, решила приберечь эту плюшку для следующего раза, а то и так слишком много завистливых взглядов ощутили наши союзники.

— Хм. Нашла время для церемониала, — не удержался я тем временем от комментария, — мы же не во дворце.

— Да, у меня тоже сложилось ощущение, что сейчас появится чернокожая королева, — поддержала меня Катя.

— Давай сразу к сути, — предложил я, — свежие новости, обстановка и так далее.

— Обстановка — в этих местах дело переменчивое: сейчас вроде бы всё спокойно, но через час всё может поменяться. Местные племена агрессивны и непредсказуемы. С новостями ещё хуже, ибо я практически оторвана от своих обычных каналов, но из того, что вам следует знать обязательно, это наличие поблизости крупного отряда из клана Кайсаровых. Они всего в тридцати километрах, но чем конкретно заняты, я не скажу, зато не могу не отметить, что, помимо меня, их деятельностью заинтересовался кто-то ещё.

О присутствии Кайсаровых в Африке я уже знал, и пусть немного смущала их близость, но меня больше заинтересовало, кто ещё может следить за ними.

— А предположение, кем именно может быть этот неизвестный, у тебя есть? — задал я главный вопрос.

— Дело в том, что там не одна, а целых две группы любопытных, и если первые, скорее всего, кто-то из местных, то вторые — это однозначно сотрудницы СИБа.

«Да чтоб вас всех черти побрали», — мысленно выругался я в стиле своей любимой бабушки, к сожалению, уже давно умершей. И здесь сибовцы! Ситуация с имперской безопасностью начинала напрягать не по-детски.

— Прямо однозначно? Без вариантов? — опередила меня Катя.

— Хоть все спецслужбы и похожи друг на друга, но у каждой есть свой индивидуальный почерк. Сибовцев я знаю более чем хорошо, а потому абсолютно уверена в их интересе к Кайсаровым.

— Марина в курсе?

— Да, — коротко ответила мне Роза.

— Ладно, — выдохнул я после короткого раздумья, — в данной ситуации нам остаётся только бдить. У нас своя задача в ближайшие пару дней — провести качественную разведку крепости и попытаться отыскать гробницу.

— Мне сообщили о ваших поисках, думаю, что при таком скоплении сильных одарённых быстро расчистить территорию совершенно не проблема.

— А что за люди с тобой?

— Наши наёмницы из России, искали в Гондэре хороший контракт и согласились ненадолго составить мне компанию. Без них соваться в эти земли было бы слишком рискованно. Кстати уже разочек выручили. Хотите пообщаться с их капитаном?

— Давай, — кивнул я головой.

Роза по радио коротко позвала командира наёмного отряда, а в этот момент к нам наконец-то подошла Агния.

— Как тебе ощущения после полёта? — улыбнулся я.

— На земле комфортнее, — буркнула артефактор, — И я в этот металлический гроб больше не залезу, даже не проси. Лучше пешком пойду.

— Пешком до России далековато будет, — хмыкнула Катя.

— Ничего, я как-нибудь справлюсь.

Я бы с удовольствием ещё поприкалывался над нашей мастерицей, но пришлось переключить своё внимание на подошедшую наёмницу. И прежде чем девушка заговорила, я изумлённо воскликнул:

— А ведь и правда Земля круглая!

— И даже вертится, ваша светлость, — улыбнулась мне Анжела.

Я сразу узнал подошедшую воительницу. Пусть наше знакомство было очень коротким по времени, но довольно насыщенным событиями.

— А ведь я для твоего отряда новое название придумал, — хмыкнул я, — более эпическое.

— С удовольствием послушаю.

— Укротители «Армагеддонов»!

— Слишком пафосно, — фыркнула Анжела, — мои девочки не оценят. Скромные очень.

— Ты, вообще, что здесь потеряла? Мне казалось, что за твою помощь на развалинах квартала клан перевёл тебе достаточно приличную сумму денег.

— Спасибо, что по достоинству оценили мою скромную лепту и не забыли, но у меня большой отряд, а любые деньги имеют свойство рано или поздно заканчиваться. Награда от вашего клана позволила не торопиться и поискать предложение поинтереснее. Думала, что в Эфиопии сможем найти хороший контракт.

— Ясно! Что ж, у нас тут куча тяжёлых МПД, но Альфам, как понимаешь, сражаться в доспехах несподручно и даже бессмысленно. Так что пусть твои девушки берут управление данной техникой на себя. Что-то мне подсказывает, что ты взяла с собой самых лучших и им не доставит никакого труда справиться с этими моделями.

— Конечно, — подтвердила Анжела, — без проблем. Думаю, при таком количестве Альф нам в принципе нечего опасаться.

— Как сказать, как сказать, — качнул я головой, — На любую силу может найтись кто-то намного круче и сильнее.

— Ожидаете нападения?

— Ожидаем, и шансы на это очень высоки, поэтому будьте внимательны.

— Поняла, будем начеку.

Приятно, конечно, встретить за тридевять земель не просто землячку, но и ещё знакомую. Поэтому некий подъём настроения, безусловно, ощущался. Сейчас дотопаем до лагеря, переночуем и с утра начнём рыться в руинах. Очень надеюсь, что удача нам улыбнётся в тройной ряд зубов, и мы сможем отыскать гробницу и захватить при этом несколько «языков». Ах, да — ещё бы головоломку про СИБ решить, и будет совсем замечательно, но я этот момент завтра с Мариной обсужу, когда спутник выйдет на нужную орбиту. Думаю, глава нашей СБ уже совершила ряд телодвижений, чтобы прояснить этот вопрос. Надо будет ещё обязательно позвонить Ольге и узнать, не встречалась ли она с Евой, ведь моя жена чувствует любую ложь, хотя я по-прежнему считал предположение о вмешательстве нашей молодой императрицы не соответствующим действительности.

* * *

При дневном свете можно было без помех разглядеть остатки эфиопского оборонительного сооружения, и наверное, когда-то крепость Зэра своим видом внушала ужас неприятелю, ибо даже сейчас развалины выглядели грандиозно и шептали о былом величии. Строили явно с размахом, не жалея камней, а судя по обширным руинам, окружавшим холм, здесь по тем временам был настоящий город с населением не менее пяти тысяч человек. Цитадель занимала место на вершине небольшого холма, но время и вандалы сохранили только небольшой участок стены и парочку относительно целых башен. Но даже эти жалкие остатки впечатляли основательностью, с которой эфиопки подошли к строительству, ведь если верить искину пилотного шлема, высота стен составляла восемь метров, а башни возвышались на целых четырнадцать.

Я не помню точно, какого именно размера были глыбы, пошедшие на создание пирамиды Хеопса, но местные образцы если и проигрывали, то ненамного. Каждый камень имел полутораметровую длину, с метровыми шириной и высотой, и если в отношении пирамид до сих пор спорят, какими инструментами пользовались древние египтяне, то касаемо возведения крепости Зэра у меня вопросов не возникало. Достаточно было посмотреть, как воительницы отшвыривали в сторону мешающие нам обломки, и сразу становился понятен примерный способ возведения таких сооружений. Работали в основном повелительницы воздуха, ибо только эта стихия позволяла в должной мере совершать подобные манипуляции.

«Невесомость» — одно из самых интересных плетений воздушной стихии, доступное с уровня Бета и выше и позволяющее уменьшать вес тяжёлых предметов. Чем выше ранг, тем более эффективно можно использовать магическую силу, однако данная магтехника считалась одной из самых затратных. И конечно, против многотонного робота этот номер не прокатит — тупо не хватит энергии источника на такую операцию, даже Валькирия не потянет. А для перевозки особо массивных вещей используют специальные артефакты, которые усиливают магическое воздействие. С руинами было намного проще: если попадалась слишком массивные обломки, то несколько одарённых объединяли свои усилия. В нашей группе оказалось девять воздушниц, и семь из них были Альфами, так что процесс был поставлен практически на поток. Воительница сначала магически уменьшала вес очередного мешающего ей обломка строения, а вторым конструктом — как правило, «Воздушным кулаком» — отправляла его в полёт на несколько метров. И в таком вот футбольном стиле «пинала» его как можно подальше. В работе по расчистке завалов также участвовали тяжёлые МПД, которые спокойно переносили облегчённые магией обломки.

После осмотра руин мы с Агнией решили начать с расчистки развалин старой церкви. Просто потому, что это было единственным строением внутри крепостного двора, которое поддавалось идентификации. Треснутый купол с обломанным крестом лежал прямо посередине большой кучи обломков, и мы логично посчитали, что если эфиопского короля похоронили в этой крепости, то, скорее всего, местом последнего упокоения была именно церковь, а точнее — подземелье под ней. А в том, что подземелье должно было быть, мы практически не сомневались. Ведь это же классика жанра — перед постройкой любого здания обязательно продумать и заложить подвал. К тому же в архитектурном стиле Эфиопии частенько встречаются подвальные помещения различного назначения, вырубленные прямо в скале.

Завистливо вздохнув и проводив взглядом очередную группу летающих по небу камней, продолжил своё «очень важное» занятие — сидеть и смотреть, как работают другие люди. В этом «неимоверно тяжком труде» мне помогали Катя с Агнией, которые, как и я, временно оказались не у дел, оккупировали два соседних складных кресла и вели ленивый диалог о влиянии магии на техническое развитие общества. Ага. Именно так. Не забывая при этом прихлёбывать кофе из пластиковых стаканчиков, ибо фарфор с собой никто не брал. Не скажу, что мне было не интересно, но слушал я вполуха. Как и практически любого человека, оказавшегося рядом с целью, меня охватило жуткое нетерпение, и приходилось прилагать усилие, чтобы не залезть в доспех и не рвануть на помощь к нашим «чернорабочим». Поэтому я большую часть времени смотрел на темп производимых работ, пытаясь нащупать умиротворённое состояние, и мысленно прикидывал: «Успеют ли за сегодня убрать всё намеченное или нет?» Конечно, мы с Агнией вполне могли ошибаться, как с церковью, так и с крепостью в целом, но до сих пор логика была на нашей стороне, а значит, шансы на успех более чем велики.

Среди праздно шатающихся воительниц также оказались и Рада с Кирой, которые забрались на одну из целых башен и обозревали окрестности с высоты древнего строения, а компанию им составила Анжела на пару со своей Альфой по имени Марта. Роза также находилась в этой башне, организовав там полевой узел связи. Часть наёмниц, пересев в тяжёлые доспехи, участвовала в расчистке развалин, но большинство девушек, наших и анжеловских берегинь, разбежались по округе и в радиусе трёх километров контролировали подступы к нашей крепости. Где-то там на своём участке несла свой пост Лора — девушка из моего давно забытого прошлого, которое, как оказалось, может настигнуть вас в самом неожиданном месте, и не всегда это несёт приятные эмоции. Но конкретно в моём случае никакого негатива не было, и я был искренне рад увидеть её живой и невредимой.

— Слушай, а ты какой частью тела будешь рубить наших врагов? — спросил я у Кати.

У девушек как раз возникла пауза в дискуссии, и я решил слегка разнообразить свой «час сурка» и обратился к Кате с вопросом. А сама суть вопроса, несомненно, была навеяна видом графини Вяземской, позирующей перед солнечными лучами в обнажённом виде. Ну как в обнажённом…Точнее топлесс, труселя-то присутствовали… Э-э, пардон, мадам. Труселя — это конечно же у мужчин, а здесь трусики. Или плавки? Короче… Тайн не осталось! Ну, почти. Но воображение можно смело отправить в отпуск с формулировкой: «Спасибо, но больше мы в ваших услугах не нуждаемся». Агния, кстати, была одета «гораздо» скромнее, загорала в коротких… шортиках! И всё! Тоже мне — нашли себе море. Мы, вообще-то, находимся не в самом благополучном месте на Земле и уж точно не на курорте. Я, конечно, понимаю, что зима в Африке — это намного круче, чем лето в нашей родной полосе, но совесть-то надо иметь. Я же живой. Мужчина. Здоровый. И наличие под боком голых грудей… то есть людей… в смысле баб с грудью… фу-уф… Наши трудящиеся немного снижали внутренний градус, а ещё спасал взгляд на ноги, так как их вид был не настолько волнителен, как другая часть женского тела, я про свои ноги говорю, если кто не понял. Ибо, в отличие от девушек, я был одет по всей форме в тёмно-синий пилотный комбез и обут в невзрачные ботинки. В общем, именно по причине целенаправленного «женского заговора» я так активно следил за уборкой камней, практически не участвуя в диалоге, а то, как ни повернёшься, на тебя сразу четыре пары глаз смотрят, и две нижние — особенно внимательно и пристально. Звиздец, короче… Где там моя Ольга? Мне срочно надо «пожаловаться» и получить дозу утешения.

— Так у меня же меч с собой, — слегка удивлённо ответила Катя. — Разве не показывала?

— Не-а, не показывала, — ответил я, невольно оглядывая взглядом тело графини и тщетно пытаясь прогнать мысль, откуда именно Екатерина Владиславовна будет доставать своё оружие.

— Лена! — повысила голос девушка, обращаясь к ещё одному персонажу, стоящему неподалёку.

Вяземская прибыла вместе с двумя своими Альфами, одна из которых в данный момент исполняла роль девочки на побегушках. Подошедшая воительница, к слову, одетая по всей форме в пилотный обтягивающий комбинезон, с молчаливым вопросом посмотрела на свою госпожу, и только сейчас я обратил внимание на то, что у Альфы, помимо сабли на боку, над плечом торчала рукоятка ещё одного оружия. Получив приказ, Лена ловко сбросила с себя перевязь с мечом и протянула графине. Катя плавно поднялась с кресла и, перехватив ножны с мечом, ловко и стремительно извлекла на свет свой меч, одновременно разворачиваясь ко мне. Правая рука с мечом оказалась вытянута в мою сторону, а остриё клинка замерло в метре от меня, и я мог подробно рассмотреть и восхититься видом грозного оружия.

Классическое обоюдоострое лезвие, без каких-либо изгибов, имело длину чуть меньше метра, с прямой крестовиной и довольно-таки длинной рукоятью, которую вполне можно было обхватить двумя руками. Никаких вычурных излишеств не было, а единственным украшением служил сверкающий камень в навершии рукояти, имеющий красноватый оттенок. Время от времени стальное лезвие меняло цвет и подёргивалось бледно-голубоватой дымкой, отчего клинок начинал излучать ясно видимое сияние. Всё это я зафиксировал буквально мельком, так как взгляд постоянно перескакивал на прекрасную обладательницу этой «вундервафли» местного разлива. Немного постояв в картинной позе, Катя отмерла и, опустив остриё к земле, с улыбкой спросила:

— Как тебе мой «Цветок»?

«Как мне? Хорошо быть Валькирией — можно ходить абсолютно голой и не чувствовать себя уязвимой». Обнажённая девушка с убийственным оружием в руках вызывала эмоции, но совсем не те, которые интересовали Катю. Великолепно сложенное спортивное тело: красивые длинные мышцы на ногах, подтянутый живот, приятные и упругие округлости привлекали особое внимание. Сумасшедшая сексуальность от сплава молодости, красоты и здоровья. Быстро перевёл взгляд на работающих «негров». «Ага. Очень хорошо камень пошёл. Правда низковато. Наверное, к дождю. Но всё равно молодцы. И солнце ещё высоко, возможно, что и успеют за сегодня разобрать большую часть». Смена картинки немного помогла, и мысли резко вернулись к заданному вопросу.

— Цветок? — удивлённо переспросил я, — Почему «Цветок»?

— Ну, он же красивый? Разве нет?

Я ещё раз посмотрел на это орудие смерти. В руках у Валькирии он сможет разрубить абсолютно всё. Нет ничего, что способно его остановить, кроме другого подобного меча. А зовут Цветок… Откуда-то вылезла сценка из древнего диснеевского мультфильма про оленёнка Бемби. Там скунс нежданно-негаданно получил имя «Цветочек», чему несказанно обрадовался. Катана моей жены тоже имела имя, можно сказать, даже родовое, присвоенное ещё японской мастерицей — Сэкера, что переводится как «вишнёвый рассвет». Учитывая, что лезвие пылало багровым светом, это имя очень подходило «японцу». Но «Цветок»…

— Шикарный меч, — с широкой улыбкой ответил я. — Предлагаю переименовать его в «Цветочек».

— Я его так и зову иногда.

Я хмыкнул, но историю про скунса решил не рассказывать — тут такого мультика не было. Полюбовавшись ещё немного мечом и приятным дополнением к нему в виде девушки, поспешил вернуться к релаксирующему занятию и продолжил смотреть на разбирающих завалы воительниц. Время неумолимо двигалось вперёд, и очень хотелось быстрее добраться до подвалов церкви, чтобы либо убедиться в нашей версии, либо думать о других вариантах.

* * *

Воительницы решили не останавливать работы даже ночью, чем несказанно меня порадовали, и сразу после полудня мы наконец-то смогли увидеть нашу цель. Полностью расчищать площадку не пришлось, так как, убирая очередной обломок, обнаружили под ним узкий проход с ведущей вниз каменной лестницей, которая упиралась в массивную деревянную дверь. Любопытные девушки естественно не удержались и попытались её открыть, но первая же подопытная Альфа едва не поплатилась жизнью, так как, пройдя несколько ступеней, получила мощный электрический разряд, что пробил внешний щит и буквально выбросил её обратно на улицу. Если бы не доспех духа, то незадачливая исследовательница точно бы поджарила себе задницу. По её словам, выходило, что уровень магического удара соответствовал сдвоенной атаке от парочки Альф как минимум. Никто и не думал, что за столько лет защитные узоры ещё не рассыпались — даже если делал настоящий виртуоз, то они должны были, как минимум, ослабнуть. Но возможно, мы как раз и столкнулись с ослабленной системой охраны, так как понятия не имеем, каким был первоначальный уровень силы. На этот счёт хорошую версию выдвинула Агния:

— Скорее всего, именно под церковью находился алтарь, питающий силовой купол крепости, — высказалась она после часа осторожного сканирования лестничного проёма, — А когда уходили, то замкнули схему на охрану входа в подземелье. Если это так, то изначальный магический резерв был равен парочке Валькирий, если не больше, а такого количества вполне может хватить для активной защиты ещё на пару столетий.

По словам Агнии, магические плетения имели не самую сложную структуру и явно делались впопыхах, но эфиопская мастерица даже торопясь успела накрутить очень много всевозможных ловушек, и, чтобы красиво и аккуратно взломать всю систему, потребуется не менее двух недель. Если Агнию во время работы будет прикрывать Катя, то в этом случае скорость несомненно возрастёт — ей не надо будет переживать по поводу возможных ошибок, но дня три точно придётся провозиться. В итоге, после короткого, но бурного совета решили использовать вариант с красноречивым названием «напролом», который предложила Агния. В этом плане главная роль отводилась Вяземской, которая проламывает защиту подземелья, одновременно прикрывая своими щитами Агнию. Задача двух девушек — добраться до главного артефакта, где Агния сможет точечно воздействовать на всю схему и достаточно легко отключить защиту. Но это в теории…

План мне не понравился, причём сразу и категорично. Если по поводу Кати я почти не волновался, ибо умом понимал, что ослабевший артефактный алтарь не сможет причинить Валькирии особого вреда, то касаемо Агнии уже не был настолько спокоен. Стоит Вяземской потерять концентрацию или отвлечься по каким-то причинам — шансы нашего мастера пройти подземелье и вернуться живой стремительно падают в пропасть. Но я был единственным, кто хоть как-то проявлял встревоженность на этот счёт. Сама Агния была абсолютно спокойна и убеждала меня в том, что опасности для неё практически нет. Навряд ли эфиопки через каждый метр напихали активное защитное поле, это слишком неэкономично и неимоверно сложно, а значит, количество рискованных этапов во время прохождения будет минимальным. Катя изображала оскорблённую невинность — как это я посмел усомниться в её силах? Рада с Кирой, также участвующие в обсуждении, тоже считали, что всё будет в порядке и графиня без особых проблем пройдёт все уровни защиты и прикроет Агнию. Будь у меня опыта побольше, то я без сомнений настоял бы на своём участии, но в таком вопросе даже Агнии потребуется какое-то время для нейтрализации всей схемы, а моих знаний пока недостаточно для решения таких головоломок. В общем, мне осталась роль зрителя, причем абсолютно глухого и слепого, ведь кроме первоначального этапа, все остальные события, происходящие в подземелье, будут оставаться для меня тайной, пока девушки не вернутся. Ведь скорее всего если радиосвязь и не будет блокирована массивным подземельем, то магическое поле наверняка не пропустит радиосигнал.

Подготовка к экспедиции не заняла много времени — Агния уже была готова, причём наша упёртая барАнесса даже лёгкий МПД отказалась одеть — ей, видите ли: «в нём неудобно». Ну хоть шлем для связи нацепила, и то хлеб, а Катя просто вооружилась своим «Цветочком», причём ножны брать не стала, а сразу взяла меч в руки, пристроив клинок гранью себе на плечо и придерживая ладонью за рукоять. Если придётся прорубаться сквозь преграду, то лучшего инструмента не придумать, и к тому же таким мечом можно легко нарушить структуру плетений, разрубая узлы магическихе узоров. Процесс преодоления лестничного проёма начался с попытки Валькирии нанести удар магией по двери, находясь ещё на верхней ступени. Судя по конструкту, она пыталась использовать «Абсолютный холод», но лёгкое свечение из проёма, которое было видно даже при свете дня, подсказало, что защитное поле сработало штатно и атаку не пропустило.

— Держись всё время рядом. Интервал один шаг, не больше, — выдала Катя последнюю инструкцию для Агнии и шагнула вниз.

Практически сразу же в дело вступили множественные электрические разряды, чьи импульсы впились в защиту Валькирии, стараясь прогрызть или найти хотя бы малейшую лазейку. Гибкий водный щит, использованный Катей, покрылся сплошной наэлектризованной сеткой, за которой даже силуэты девушек различались с большим трудом. Сверкающие искры разлетались на несколько метров вокруг, а Агния с Катей шаг за шагом спускались вниз, не спеша приближаясь к двери и тем самым постепенно скрываясь от наших глаз. Лестница имела порядка тридцати широких ступеней и вела примерно на шестиметровую глубину. И какое-то время все стоящие недалеко от спуска в подземелье могли видеть мощное свечение, исходящее от непрекращающегося потока электричества. Спустя минуту раздался сильный шипящий звук, а я с удивлением увидел лёгкое облачко пара, поднявшееся над спуском в подвал. Однако не успел я расшифровать данный «знак снизу», как следом за ним над крепостью взвился мощный столб пламени.

Горячий воздух толкнул в грудь, и я с нарастающей паникой смотрел на этот трёхметровый огненный факел, что ровно и мощно гудел посередине крепостного двора в окружении различного строительного хлама. Практически бездумно рванул вперёд, но тут же был вынужден остановиться, наткнувшись сразу на две «стены». Рада и Кира встали грудью на моём пути, одновременно повиснув на мне и вцепившись в руки. «Водяной щит рухнул и девчонкам конец», — вспомнив облако пара, подумал я, продолжая неверяще смотреть на бушующее пламя. Буйство стихии длилось несколько минут, но эти минуты показались мне целой вечностью, а воцарившийся в душе Ад я никому не пожелаю пережить. Огонь опал так же резко и неожиданно, как до этого возник, оставив после себя обугленные и оплавленные камни возле входа в церковное подземелье. Никто не успел сделать и шага, как снизу раздался крик Агнии:

— Всё нормально — просто дверь неудачно выломали.

— Я прибью тебя, когда вернёшься, — хотел прокричать в ответ, но голос неожиданно подвёл, и я выдал какой-то невразумительный хрип. — Только попробуйте не вернуться, — пробурчал я себе под нос после того, как откашлялся.

Конечно, Агния меня не слышала, и моё напутствие осталось со мной, как и весь предыдущий испуг. Напугала до усрачки, по-другому просто не сказать, и организм срочно требовал разрядки. Я уже успел их «похоронить» и даже отпевальную службу провёл, слава Богу, что мысленно, а не наяву.

— Анжела, — позвал я капитана наёмниц, — А с помощью каких напитков расслабляются наёмницы, будучи в походе?

— А мы в походе не расслабляемся, — улыбнулась мне девушка.

— Что? Вообще, что ли, с собой ничего не берёте?

— Нет. Зачем?

— Зачем-зачем? Чтобы было чем раны дезинфицировать — хмыкнул я.

— Первый раз слышу о таком способе! — явно удивилась девушка. — Амулеты для чего тогда?

— Сам не понимаю, для чего эти побрякушки, — продолжил я прикалываться над не въезжающей в тему воительницей, — даже на закуску не годятся.

Похоже, моя последняя фраза вызвала у Анжелы когнитивный диссонанс, причём не только у неё, так как даже Рада с Кирой смотрели на меня недоумённо. Зато Лена — эта хранительница меча Валькирии или, правильнее сказать, носильщица — да в общем-то, и неважно, кто именно она по своей сути — сходу въехала в суть моих душевных устремлений и вежливо предложила:

— Госпожа взяла с собой бутылочку коньяка. Думаю, она не будет против, если я предложу вам угоститься.

— Я тоже так думаю! — радостно воскликнул я, мысленно потирая руки. — К тому же я не собираюсь выпивать всё и обязательно оставлю графине пару капель.

Уточнив, где именно я планирую произвести дегустацию благородного напитка, и удовлетворившись моим ответом, что знаменательное событие будет проходить под открытым небом во дворе крепости, Лена отправилась за припрятанным сокровищем. Я же, отойдя к облюбованному со вчерашнего вечера месту, рухнул в раскладное кресло и приготовился к томительному и тревожному ожиданию — этому наихудшему из всех состояний человеческой души.

* * *

Где-то в Российской империи.

Есть ли что-то прекраснее молодого женского тела? Кто-то несомненно скажет: «Да, есть и очень много», но как показывает практика, большинство людей готовы подолгу восхищаться своими избранными богинями красоты, уделяя остальным заслуживающим внимание вещам гораздо меньше внимания. И что самое удивительное, если попытаться провести своеобразный парад всех возможных вкусов и предпочтений, то в нём смогут принять участие абсолютно все женщины мира: худые и толстые, низкорослые и высокие, с впечатляющей грудью и полностью обделённые этой частью тела. Существующие стандарты красоты — это всего лишь навязанное мнение большинства, но это не значит, что все остальные женские формы преданы забвению. А всевозможные деятели искусств: художники и поэты, скульптуры и писатели готовы потратить всё своё мастерство, чтобы запечатлеть в очередном творении даму своего сердца.

В Мире Валькирий существовали свои вкусовые предпочтения касаемо красоты женского тела, правда, с одним существенным отличием. В рейтинге самых прекрасных фигур полностью отсутствовали обладательницы пышных форм, ибо источник сжигал все лишние на его взгляд запасы организма, и отложить что-то с прицелом «на холодную и суровую зиму» просто не получалось. И два женских тела, что лежали в данный момент на большой двуспальной кровати, безусловно можно отнести к самым высоким мировым стандартам: по росту, по размеру груди, длине ног и форме бёдер — красотой и стройностью своих тел они могли вызвать только восхищённые либо завистливые взгляды.

Судя по сладкому стону, время от времени срывающемуся с губ лежащей на спине брюнетки, она уже давно отключилась от всех проблем внешнего мира и полностью погрузилась в те самые ощущения, что можно получить только при занятии любовью. Девушка уже не контролировала собственное тело, которое жило собственной жизнью, яркой и наполненной острыми ощущениями, ежесекундно транслируя в пространство все грани получаемого наслаждения. Полуприкрытые глаза с едва дрожащими ресницами, частое и глубокое дыхание, стон ни с чем несравнимого удовольствия, самопроизвольно изгибающееся тело и лёгкая рябь, пробегающая по плоскому и подтянутому животу, всё это словно кричало — «Как же мне хорошо! Ещё, ещё, ещё…».

Вторая девушка была коротко стриженной блондинкой, и именно она являлась главной виновницей всех зримых воплощений блаженства, испытываемого брюнеткой. Голова блондиночки оказалась расположена между разведённых ног своей партнёрши, её правая рука неспешно поглаживала бедро любовницы, обхватив стройную ногу снизу и практически закинув себе на спину, а левой рукой она свободно дотягивалась до восхитительной и упругой груди. Маленькая ладошка легко скользила с одного сексуального холмика на другой и, не в силах полностью обхватить такое сокровище, лишь иногда судорожно сжимала понравившийся участок, вызывая очередной сладострастный стон у брюнетки, чьи руки в свою очередь беспрестанно теребили светловолосую голову, заставляя иногда переживать за целостность короткой причёски.

Обе девушки с упоением отдавались бушующим внутри них чувствам и совершенно не замечали бега времени, что неумолимо приближало их к финалу, причём уже не первому за сегодняшний вечер. Очередной стон брюнетки вышел более продолжительным, а судорожно сведённые колени вместе с выгибающимся телом дали понять, что новая волна экстаза без особых проблем добралась до своей цели. Однако стоило брюнетке обессилено откинуться на одеяле, как блондинка перешла в новую атаку, но только в этот раз юркий язычок девушки, перемежая свои ласки с горячим поцелуем губ, плавно поднялся от низа живота до притягательной груди своей любовницы, чтобы уже здесь подарить свою нежность и теплоту. Поначалу никто из предающихся любви девушек не обращал внимания на громкий телефонный звонок, раздавшийся в спальне, но настойчивый телефон не сдавался, и спустя несколько секунд за первым звонком последовал второй вызов, который было уже сложно проигнорировать.

— Подожди, это важно, — недовольно проговорила брюнетка, одновременно отталкивая голову своей настойчивой любовницы, не прекращающей попытки целовать грудь девушки.

Протянув руку к прикроватной тумбе и схватив продолжавший трезвонить аппарат, девушка нажала на кнопку ответа и с хмурым видом бросила в трубку:

— Даже не смей меня расстраивать.

— Всё получилось, как мы и рассчитывали, — раздался из динамика женский голос. — Не сумев связаться со своим мужем, Гордеева срочно вылетела из Москвы. И хотя рейс был заявлен в сторону Монголии, самолёт не прошёл контрольные точки, а значит, она рванула в Африку.

— Очень хорошо, — широкая улыбка брюнетки демонстрировала высшую степень довольства.

— Нам по-прежнему ждать Вас?

— Обязательно, я вылечу немедленно и ранним утром буду уже на месте.

Завершив разговор и бросив на край кровати телефон, девушка резко притянула к себе голову блондинки и впилась долгим поцелуем в податливые губы, а после окончания горячего поцелуя нетерпеливо проговорила:

— Ещё полчаса, и мне надо собираться.

Словно получив команду, блондинка молча склонилась к телу своей любовницы, чтобы успеть подарить ещё один незабываемый момент.


Глава 8. Улов

Крепость Зэра. Подземелье.

С давних времён огонь с молнией относились к строго атакующему классу и считались одними из сильнейших магических ударных техник, однако для использования в обороне имели несколько недостатков. Зато из всех видов стихий именно вода и воздух являлись наиболее универсальными и в защите, и в нападении, пользуясь из-за этих качеств заслуженным уважением у воительниц. Благодаря гибкой структуре и возможности силового поля принимать абсолютно любую форму, их с удовольствием использовали в различных защитных амулетах и артефактах. Данные стихии могли также становиться настолько плотными, что не проигрывали в этом показателе даже считающимся традиционно более надёжными льду и земле.

Перед спуском в подземелье графиня Вяземская закономерно создала подвижный гибкий водный щит, который полностью повторял все лестничные изгибы и практически соприкасался со стенками узкого прохода, полностью перекрывая его. Защитное поле имело многоуровневую структуру, напоминая слоёный пирог, где каждый слой — это индивидуальный и практически непробиваемый щит. Когда молнии атаковали внешний уровень защиты, Агния с удвоенным любопытством смотрела на целую россыпь электрических разрядов, впившихся в этот мобильный оборонительный редут. Под ногами также находилась прочная водная прослойка, которая слегка пружинила под каждым шагом, и по ней также пробегали разряды электричества. В некоторых местах можно было увидеть почти незаметные для глаз лёгкие облачка пара, что с едва слышным шипением уносились куда-то вверх. До двери внизу лестницы добрались без особых проблем, и Агния, выглядывая из-за плеча Валькирии, рассмотрела множество магических узоров, что причудливо переплетались на деревянном полотне. И даже без особого зрения артефактора можно было увидеть светящийся круг по центру двери, разделённый на шесть секторов, и каждый из которых отвечал за одну из шести стихий.

Древняя эфиопская мастерица не поленилась и создала полную визуализацию образов, из-за чего каждый сектор выглядел, словно ожившая в миниатюре стихия. Жёлто-красный огонь горел строго в пределах границ своего участка, сектор с водой представлял собой тёмно-синее зеркало, по которому время от времени пробегала небольшая рябь. Белый искрящийся лёд, разряды молний, чёрная и, казалось бы, рыхлая земля и бледно-голубоватый туман, обозначающий воздух — всё это выглядело красиво.

Однако, по сути, абсолютно ненужная штука, причём весьма затратная в плане времени, но из-за своего эффектного вида до сих пор пользующаяся спросом. Агния считала, что любая вещь должна быть в первую очередь практичной, и главное — это отвечать всем заявленным требованиям, а не быть внешне привлекательной, и лично она бы, создавая подобный кодовый замок, ограничилась обычными символами без живого воплощения стихий. Но даже сейчас, в технологичный век, многие влиятельные люди хотят, чтобы доступ в такие хранилища в первую очередь выглядел впечатляюще, при этом совершенно забывая, что мало кто из посторонних сможет насладиться мастерством артефактора.

— Я так понимаю, пароль подбирать не будем? — спросила тем временем Вяземская.

Каждый сектор со стихией был чуть больше человеческой ладони и для того, чтобы открыть дверь, требовалось приложить руку и послать строго определённый конструкт. Причём ещё нужно угадать последовательность стихий, и для процедуры по подбору пароля придётся вытянуть руку за пределы защитного поля, но в их случае это был совершенно ненужный риск. Хоть в лагере ждали наготове сразу две лекарки, терять конечности по собственной глупости конечно не хотелось — лишних-то нет. А когда Агния говорила о трёх днях минимум, то такие сложные участки она планировала обходить только с помощью силы Валькирии.

— Не-не, в этот раз грубая сила.

Не отвечая, графиня резко взмахнула своим мечом и нанесла удар, целясь между каменным косяком и дверным полотном в районе замка. Мощное оружие не встретило достойного сопротивления и без видимых проблем прошло сквозь препятствие, а удар ногой слегка приоткрыл массивную створку. Практически мгновенно их накрыла воздушная волна горячего воздуха, обрушившись на защиту, которую по-прежнему безостановочно атаковали молнии. Терморегуляция любого щита всё ещё оставалась для всех вечной головной болью, и девушки даже сквозь многочисленные магические барьеры ощущали жар этой разогретой стихии. Когда лопнул первый щит, Агния не успела испугаться, как следом за воздухом ударил огонь, и вот тогда стало по-настоящему страшно.

Стена из огня бушевала перед самым носом, и жар стал просто нестерпимым, а про то, что творилось за магическим щитом, думать совсем не хотелось. Всё это сопровождалось каким-то низким рокочущим звуком вкупе с шипением, которое издавали водные барьеры, и казалось, что огненная стихия приобрела облик сказочного зверя, что пытался яростно добраться до людей, посмевших вторгнуться в его обитель. Пот лился ручьём, и Агния прекрасно понимала — от смерти их отделяло меньше полуметра и тонкий барьер водяных щитов. Происходи дело на открытом месте, Валькирия легко бы расширила защитный кокон, но в замкнутом и узком пространстве лестничного пролёта оставалось только терпеть и поддерживать защиту. Неожиданно для девушки температура резко пошла на спад, а силовое поле стремительно подёрнулось бледной дымкой и покрылось ледяным узором, будто зимой на окне какого-нибудь дома, приняв форму красивых снежинок. «Катя пустила в ход силу замораживания», — мысленно прокомментировала Агния, радуясь наступившей прохладе. Ледяной щит недолго сопротивлялся напору огня и начал быстро таять, однако не успела Вяземская усилить защиту, как пламя быстро пропало.

— Всё нормально — просто дверь неудачно выломали, — крикнула Агния, чтобы успокоить оставшихся наверху воительниц и, положив руку на плечо графине, приготовилась шагнуть в подземелье.

Толкнув дверь, Катя шагнула вперёд, навстречу темноте, которую совсем немного рассеивала узкая полоска света из дверного проёма. Недолго думая, Агния сформировала сразу три огненных светлячка и запустила горящие шарики на три метра вперёд. Однако пройдя несколько шагов, девушки оказались в небольшом вытянутом в длину помещении, размером примерно сорок квадратных метров, из которого вело сразу два проёма без дверей, но перекрытых магическим барьером. Судя по возникающим искоркам электричества, защита снова состояла из молний.

— Куда сначала? — подала голос Валькирия.

Агния уже перешла на магическое зрение и теперь внимательно оглядывала множество узоров, что в огромном количестве покрывали стены, пол и потолок, переплетаясь и создавая причудливые рисунки. Сходу разобраться в этой мешанине не представлялось возможным, но кое-что вычленить у неё получилось:

— Правый проход прикрыт сверху «Молотом Тора» и «Ледяными копьями» с боков, а у левого на полу и потолке земляные ловушки, скорее всего «Пики» и «Поцелуй Морены».

— Тогда идём под молот с копьями, — сразу ответила Катя, — пики снизу могут пробить, а «Поцелуй» — вообще гадость несусветная. Если с направлением не угадали, потом вернёмся и попробуем уже второй маршрут.

Агния не спорила, так как была полностью согласна с озвученными доводами. Только повелительница земли могла обеспечить надёжную защиту под ногами, а все остальные стихии, создающие купол, были слишком слабыми снизу и не гарантировали полную безопасность. А «Поцелуй Морены» действительно был «Гадостью», причём с большой буквы. Данная техника в мгновение ока способна превратить любую органику в быстро разлагающуюся и дурно пахнущую кучу. Валькирия, владеющая подобной силой, способна накрыть этим смертельным облаком небольшой город, а всевозможные магические щиты от соприкосновения с «Поцелуем» разрушаются очень быстро, и требуется их постоянное обновление и поддержка. Выбраться из опасной зоны без специального снаряжения в виде доспехов сможет только Альфа и, может быть, ещё Бета, если будет шустро перебирать ножками, ну и, само собой, Валькирия. Агния не сомневалась в том, что Катя без проблем преодолеет левый проход. Но зачем начинать с более сложного варианта, если есть возможность выбрать путь немного попроще?

Снова Агния положила руку на плечо стоящей впереди Кати, и девушки синхронно шагнули к правому проёму. Высота потолка была не менее трёх с половиной метров, что позволило графине слегка расширить диаметр собственных щитов. Огненные светлячки по-прежнему подсвечивали им путь, правда, недолго, так как от соприкосновения с магическим барьером мгновенно погасли, полыхнув перед гибелью яркими вспышками, а едва до прохода прикрытого силовым полем осталось пару шагов — на незваных гостей отреагировала защита подземелья. Атака ледяных копий была стремительна, и грохот от разламывающегося льда заставил Агнию вздрогнуть, но когда ударил «Молот», девушка свободной рукой бессознательно нащупала место на груди, где под комбинезоном скрывался защитный амулет, схему которого придумал Сергей. Помимо графини Вяземской, это было её единственной настоящей защитой, и хотя во время последней серии испытаний амулеты показали великолепный результат — успешно выдержав почти двадцать мощных ударов от Альфы, пока не сгорели — в этом месте могло и не хватить запаса прочности.

Два шага, и ледяная стихия осталась позади, а в водный барьер, окружающий девушек, опять впились электрические разряды. Шаг, другой, а молнии всё не отставали, пытаясь прогрызть их защиту. Агния с Катей шли в полной темноте, так как силовое поле целиком покрылось сеткой электрических разрядов, и видимость была практически нулевая, ограниченная радиусом защитной сферы. Агнии стало казаться, что весь этот тоннель — одна большая ловушка и они так и будут идти до самого конца, пока не достигнут нового вида защиты подземелья. Рассерженное шипение молний вперемешку с каким-то скрипом отвлекало, а потому чуть более громкий хлопок за спиной был оставлен Агнией без внимания. Однако Вяземская не была бы настоящей воительницей, если бы не успела отреагировать на новую опасность. А то, что это была опасность, Агния осознала в тот момент, когда идущая впереди Валькирия в крошечные доли секунды развернулась, сбрасывая руку своей подопечной, одновременно подсекая ногой стоящую боярыню. Уже падая на пол, Агния успела отметить активацию своего амулета, создающего вокруг неё индивидуальное защитное поле, и взмах меча Валькирии, тело которой почему-то полностью покрылось цепью из разрядов электричества. «Почему-то? Потому что водный щит рухнул, и только доспех духа сдерживает атаку», — на автопилоте отметила лежащая на полу девушка.

* * *

Крепость Зэра.

Желание расслабиться с помощью алкоголя я, конечно, удовлетворил, однако это не принесло ожидаемого успокоения. Нервы — натянутые словно струна — по-прежнему держали в напряжении и вместо спокойной и вдумчивой дегустации благородного напитка я начал бессистемно вышагивать по руинам. Скоро должен состояться сеанс связи с Москвой и мне мнилось, что разговор с Ольгой сможет немного отвлечь. Вчера днём мы уже пообщались с женой и с главой СБ клана, но прояснить ситуацию по нападению не получилось. Захваченные в Болгарии пленные пока не заговорили, а наша специалистка еще не смогла проломить ментальные блоки и вытащить всю нужную нам информацию. Кто стоит за ночной атакой? Какое отношение к происходящему имеет имперская безопасность? Все эти насущные вопросы пока оставались без ответов. Так что я надеялся, что за прошедшие сутки хоть что-нибудь прояснилось.

— Пять минут, — раздался крик с башни, где обустроилась Роза со своим оборудованием.

«Ага. Время пришло», — мысленно прокомментировал я вопль девушки, которая свесилась через бойницу между двумя крепостными зубцами. Развернувшись в сторону оборонительного сооружения, практически бегом направился к входу в четырнадцатиметровую башню. Еще вчера утром вход в неё был засыпан различным строительным хламом, но воительницы легко расчистили небольшой завал, и теперь можно было спокойно пользоваться лестницей, ведущей на самый верх. Едва я вбежал на первый этаж, как откуда-то вынырнула Кира и молча пристроилась сзади. Ну да! Куда ж без персональной охраны? Либо она, либо Рада всегда маячили неподалёку, а то, не дай боже, светлейший князь ножку подвернёт, им же потом княгиня с ласковой улыбкой на лице голову открутит — нежно и медленно. Однако ёрничал я по старой привычке, можно сказать, на автопилоте, ибо прекрасно понимал, что без этих воительниц мне особо не разгуляться, особенно в этих печально известных местах.

Межэтажные перекрытия выдержали испытание временем, и спустя пару минут я взлетел на обзорную площадку, чтобы свободно насладиться открывшимся видом. Правда смотреть было особо не на что. Верхняя часть массивной башни имела диаметр в десять шагов и ряд почти целых каменных зубцов по всей окружности, перемежаемых бойницами. Подойдя к одной из них, узрел всё ту же картину, что и день назад. Цитадель окружали руины небольшого городка, и лишь в нескольких местах можно было увидеть парочку относительно целых зданий, чьи покосившиеся формы невольно заставляли мысленно прикидывать: «Рухнет прямо сейчас или ещё постоит»? Близость к Эфиопскому нагорью превратила окружающий рельеф в череду различных невысоких холмов, а засушливый климат не способствовал разнообразию растительного мира.

В основном присутствовали колючие кустарники и вялая пожухлая трава, которая своим видом на корню убивала желание пойти и поваляться под солнцем на этом «газоне». «А ведь там ещё гады всякие ползают, шипят и кусаются», — подумал я, вспомнив кучу змей, которых мы распугали во время планомерной расчистки крепостного двора. Развалины служили им отличным местом для гнездования, и приход людей не добавил этим тварям излишнего дружелюбия, так что пришлось огнём и мечом показать кто здесь настоящий хозяин. Само собой «коварный враг» был разбит наголову и был вынужден трусливо ретироваться восвояси. Однако полностью решить данный вопрос было не в наших силах, и некоторые представители данного вида пресмыкающихся по-прежнему иногда мелькали среди глыб.

Я нетерпеливо перевёл взгляд на Розу, ожидая, когда же она протянет мне трубку для разговора с Ольгой, но девушка медлила и только чему-то недовольно хмурилась. Солнце палило беспощадно, и я, проведя языком по пересохшим губам, вспомнил, что фляжку с водой оставил возле раскладного кресла внизу, а приступ жажды, помимо жары, явно был вызван чрезмерной дегустацией алкоголя. Хотя почему чрезмерной? Два неполных пластиковых стаканчика не могли нанести серьёзный ущерб моему, хм, богатырскому здоровью, но пить захотелось зверски.

— Есть попить? — обратился я к Кире.

Пятидесятичетырёхлетняя брюнетка — если смотреть по паспорту, но по факту, с внешностью тридцатилетней женщины, обладательницы великолепной фигуры — молча протянула мне свою флягу, из которой я и пригубил, правда, без особого удовольствия. Почему без удовольствия? Дело в том, что запас питьевой воды, взятый с собой наёмницами «Берегини», был ограничен и покрывал нужды только своего отряда. На то, что им на голову свалятся ещё тридцать человек, Анжела не рассчитывала, хотя и великодушно поделилась своими запасами. Конечно, наши МПД были полностью укомплектованы, включая особую питательную смесь, утоляющую и голод, и жажду. К тому же мы прихватили с собой десяток довольно-таки объёмных ящиков с различными продуктами, но касаемо воды особо никто не заморачивался, и только некоторые прошаренные девушки, благодаря своему опыту, прихватили пару фляг. Однако вода в них очень быстро закончилась, ибо под палящим африканским солнцем пить хотелось постоянно. Остатки были распределены среди патрульных, так как вкусовые свойства спецсмеси оставляли желать лучшего, а девушкам в дозоре и так нелегко, пусть хоть этой мелочи порадуются. Ну, а все остальные, и я в том числе, давились магической водой, хотя на язык просилось определение «мёртвая».

Катя без проблем скастовала нам полные канистры воды, вот только была она… никакой! Её вкус мне напомнил поездку на греческий остров Родос, куда мы однажды летали вместе с моими родителями. Я не помню точно всех подробностей, но то ли на острове было мало пресных источников, то ли их вообще не было, но воду в отеле давали морскую опреснённую, и это было жуткое гэ, так как напиться ею было невозможно и нам приходилось тариться в магазине, покупая бутилированную воду различных мировых брендов. Увы, но магическая вода оказалась такой же гадостью без вкуса и запаха и так же хреново утоляла жажду. «Но выбора всё равно нет, так что молча пьём, братан, и радуемся жизни», — подбадривал я себя.

Вернув флягу владелице, посмотрел на Розу, что-то бубнящую себе под нос. Посмотрел. Осознал, что человек занят. Причём по самые уши. И решил не лезть с «умными» советами и ещё более глупыми вопросами. Так что, вздохнув про себя, безмолвно перевёл взгляд на безоблачное небо с явно идиотской надеждой узреть там пролетающий спутник. Вообще со спутниками на орбите дела обстояли не очень хорошо, а если по правде, то в этом мире освоение околоземного пространства находилось в полной и глубокой заднице. За тридцать лет женский интерес к космической сфере так и не перерос в тот нездоровый фанатизм, который одно время присутствовал на моей старой Земле. Этот интерес можно охарактеризовать словом «вялый», и он достаточно подробно описывает эти попытки исследования космоса.

Если мне не изменяет память, а информация из какой-то научно популярной передачи верна, то на моей родной Земле количество искусственных спутников за более чем пятидесятилетнюю историю освоения космоса уже давно перевалило за четыре тысячи штук. В это число входят спутники связи, метеорологические, навигационные, но в лучшем случае только половина из них до сих пор работают, а остальные представляют собой бесполезную кучу металлолома, захламляющую околоземное пространство. Срок жизни подобного оборудование редко превышает пятнадцатилетний порог и после выхода из строя, аппараты выводятся на так называемую «орбиту захоронения», на которой они могут находиться достаточно долго: от десяти до пятидесяти лет. В итоге они сгорают в плотных слоях атмосферы, когда сила притяжения планеты привлекает их к себе.

В мире Валькирий со дня запуска первого искусственного спутника прошло тридцать пять лет, но за этот, казалось бы, также внушительный срок женское общество не сподобилось вывести на орбиту хотя бы одну космическую станцию. А количество ныне действующих спутников едва приблизилось к отметке в триста единиц, и в это незначительное число входили аппараты для связи, мониторинга поверхности и разведки, навигационные, метеорологические и несколько телескопов. По сравнению с моим родным миром это просто капля в море и обеспечить с помощью их, например, стабильную связь во всех «уголках» планеты было просто невозможно. Сильно я в этот вопрос не влезал, и лишь во время очередной задушевной беседы с женой подчеркнул важность этого направления, объясняя знакомые мне и очевидные плюсы от использования данной орбитальной техники. Итогом разговора стал внеочередной запуск нашим кланом сразу пяти спутников наблюдения и четырёх, отвечающих за связь. Не сразу, конечно, а в течение трёх лет, и на земную орбиту их выводили, используя ресурсы Романовых, так как в этом вопросе императорский клан владел монополией, предлагая данные услуги всем желающим. Почему-то я не сильно удивился, когда узнал, что один из космодромов, под названием Аральский, расположился в Казахской губернии.

Разнообразные космические программы, конечно, существовали у многих стран, но темп развития оставлял желать лучшего. Возможно, что вся эта ситуация по освоению околоземной орбиты сложилась из-за того, что в мире Валькирий не было настолько ярко выраженной конкуренции между двумя разными противоборствующими лагерями, как это случилось на моей родной Земле. Противостояние коммунистического блока и западной демократии привело к гонке по многим стратегическим вопросам и постоянному непрерывному соревнованию под лозунгом «Кто первый?» Да так, чтобы весь мир ахнул. Кто первый испытает ядерную бомбу? Кто первый совершит полёт в космос? Кто первый высадится на Луну? Наверное, если бы Российская империя этого мира лезла бы во все щели наподобие США, то развитие спутниковой группировки выглядело бы совсем иначе, нежели это обстоит на данный момент. Ведь это очень удобно, приглядывать сверху за тем, как обстоят дела на другом конце земли.

Но здесь могущество империи никем особо не оспаривается, хотя регулярные конфликты, вроде Маньчжурских, возникают достаточно стабильно, однако с Китаем эти тёрки длятся уже сто пятьдесят лет и большей частью считаются своеобразной тренировкой для молодых пилотов. На Аляске тоже бывают проблемы с индейскими племенами, причём в последнее время именно на землях моего клана участились столкновения с аборигенами. Но в целом, интересы крупнейших государств в основном вращаются вокруг клановых взаимоотношений внутри страны. Ведь кланы — это практически государство в государстве, причём и де-факто, и де-юре, так как владеют собственными гербами, армиями, имеют право на суд и так далее. И так практически по всей планете. То есть, по сути, на лицо некий феодальный атавизм, который, как мне кажется, немного подтормаживает научно-технический прогресс, а с другой стороны наоборот ускоряет, но в основном в мелочах, ибо потянуть в одиночку глобальные вещи наподобие полноценного исследования космоса ни один клан не в состоянии.

В мире Валькирий все государства планеты, так или иначе, имеют абсолютную монархическую форму правления, ибо только самодержавный монарх обладает достаточным весом и силой для сохранения порядка в здешних условиях, щедро разбавленных магией, а также соблюсти некий баланс между интересами Великих кланов. Альтернативы этой структуре просто нет, ибо терпеть над собой народного избранника никто из высокородных и благородных семей просто не будет, а некий намёк на демократию со стороны власти можно увидеть только по отношению к крупным феодалам, имеющим безусловное влияние на внутреннюю политику своей страны. Формула простая, и думаю, она не сильно изменилась со времён Средних веков: чем сильнее правящий род, владеющий троном, тем меньше прав у кланов и наоборот. И в этом мире полно государств, где на троне восседают практически марионетки или, если перевести на возвышенный слог — «первые среди равных», которым для того, чтобы продавить какое-либо решение, требуется заручиться поддержкой большинства голосов от входящих в совет представителей крупнейших игроков. Считай, та же Дума, что и на моей старой родине, с кучей различных партий, только вместо всевозможных фракций — клановые союзы.

Романовы в России, безусловно, были сильнейшим родом и, даже потеряв во время переворота всех своих Валькирий, по-прежнему оставались грозной силой. Однако, несмотря на многотысячную армию роботов и сотни Альф, потеря Валькирий довольно-таки серьёзно ударила по их авторитету. Всё-таки наличие в роду воительницы столь высокого ранга придавало особый вес статусу и внушало глубокое уважение за счёт их сокрушительной силы и живучести. И если бы моя княгиня не приняла активное участие в укреплении позиций Евы, то вполне вероятно, что кланы могли протолкнуть несколько законов о расширении своих полномочий. В данный момент ситуация вроде бы стабильная, но стоит убрать Ольгу с этой сцены, и всё может в одночасье перевернуться, словно айсберг, обнажив все скрытые до этого угрозы. И этот дурацкий вызов Вяземским вполне можно считать попыткой неких заинтересованных лиц немного пошатнуть политический вес двух Великих кланов — Гордеевых и Вяземских — и показать Еве и всем остальным, что Гордеевы не всесильны, а союз с нами не гарантирует победы. Погружённый в свои мысли и занятый бездумным созерцанием окружающего пространства я не расслышал, что мне сказала Роза, и пришлось переспрашивать:

— Повтори. Что ты сказала?

— Связи нет. Я не могу «нащупать» наш спутник.

Посмотрев на часы, отметил, что прошло более пятнадцати минут с того момента, когда связь уже должна была быть установлена. Чисто на автопилоте, мазнув взглядом по небесному океану, попытался вспомнить, как же правильно называется орбита нашего спутника: то ли геосинхронная, то ли высокая эллиптическая, то ли вообще штангенциркуль? Однако идеальная память в кои веки подвела, и единственное, что смог выловить в сознании, это что спутник обеспечивал продолжительную связь в северных широтах Российской империи, а вот в Эфиопии время сеанса было ограничено несколькими минутами раз в сутки. Немного подумав, вспомнил информацию, с которой мельком ознакомился, когда мы с Агнией решали ребус про Эфиопского короля.

— Где-то прочитал, что королевство планировало заключить контракт с Россией, чтобы мы вывели для них на орбиту пару спутников наблюдения и спутник для связи. Точнее, вывести должна была Индия, используя нашу ракету. К ним мы не можем подключиться?

— Если бы эфиопки всегда делали всё, как запланировали, цены бы им не было, — слегка усмехнулась девушка. — Три года с этой идеей носятся, и вроде бы договорились только на следующий год.

— То есть, связи у нас нет и навряд ли появится? — решил уточнить я.

— Сейчас нет, а восстановится ли, смогу сказать только завтра.

Что ж, придётся подождать до завтра, ситуёвина, конечно, неприятная, но вроде бы не смертельная. Вроде бы… Под такие невесёлые мысли начал спуск с башни, краем уха слушая Киру, докладывающую Раде о проблемах со связью. У девушек одна забота — обеспечить мою безопасность, и такие проблемы им, естественно, не могли понравиться.

* * *

Крепость Зэра. Подземелье.

Лежащая на полу Агния ещё больше распахнула глаза, когда над головой пронеслось широкое лезвие гигантского меча, достигающего, на первый взгляд, как минимум полутораметровой длины. Стремительный росчерк клинка, горящего ярко-оранжевым огнём, был остановлен бледно-голубым мечом Валькирии, и после раздавшегося громкого металлического лязга Агния ожидала, что огненный клинок закономерно развалится на две половинки. Но вместо этого она с удивлением наблюдала противостояние двух магических мечей, замерших друг против друга в странном равновесии. Напитанное огненной стихией оружие нанесло неожиданный горизонтальный удар примерно на уровне живота оставшейся на ногах Вяземской, и графиня, парируя коварный выпад, успела подставить свой меч. Вот только вражеский клинок вместо того, чтобы переломиться или быть отброшенным в сторону, скользнул по голубому лезвию и упёрся в крестовину рукояти.

Причём давление активированной ловушки не прекращалось, и Агния видела, как скользили по каменному полу ноги Валькирии в попытке справиться со смертельным оружием. Ещё немного, и Катя будет прижата спиной к стене без возможности уклониться от меча, хотя места для такого манёвра и сейчас почти не было, и графине явно приходилось прилагать серьёзное усилие, чтобы удерживать свой меч в руках и не дать огненному лезвию разрезать себя на две половинки. Фигура Валькирии была по-прежнему объята цепью из электрических разрядов, и, если срочно не предпринять каких-либо действий, всё может закончиться весьма плачевно. Спохватившись и чуть приподнявшись на локте, Агния стала крутить головой, стараясь быстрее найти слабое место у ловушки и как-то помочь своей спутнице. Молнии не прекращали своей попытки пробить оборону её амулета, правда, девушке показалось, что их количество значительно уменьшилось, возможно, из-за того, что вся магическая энергия в данный момент направлена на усиление огненного клинка.

Агния легко нашла место, где меч выходил из стены и, переместившись к нему на четвереньках, постаралась быстро обследовать механизм. Небольшое и явно сквозное отверстие, шириной в ладонь, шло вдоль стены в обе стороны, но разглядеть подробно, где именно находится начало, а где — конец, в тусклом свете двух сияющих мечей и мерцающих молний не получалось. Но и без этой информации было понятно, что по задумке авторов данного механизма, оружие вылетало из-за спины непрошенного посетителя и двигаясь по большой дуге наносило смертельный удар параллельно полу. Длинное лезвие крепилось к массивной стальной рукояти, наружняя часть которой была длиной около двадцати сантиметров, но истинный её размер оставался неизвестен, так как невидимый глазу участок находился в углублении, скрываясь в стене.

Помимо ясно видимого огня, Агния с помощью магического зрения также могла наблюдать множество узоров, переплетённых на этом гипертрофированном лезвии, в которое сейчас вливалась вся сила церковного алтаря. Воздействовать на это наполненное мощной магией оружие было бессмысленно и небезопасно, однако короткий участок рукояти имел несколько иную структуру и, судя по схеме, служил основой для нескольких энергетических каналов, через которые и поступал весь магический поток. Девушка могла совершить единственно возможную на данный момент манипуляцию, и не колеблясь ни секунды, Агния обхватила рукоять гигантского меча правой рукой.

Замораживание не являлось её любимой магической техникой, наверное, из-за того, что лёд отзывался хуже остальных магических умений. Но сейчас у неё не было особого выбора, а потому, сосредоточившись, стала максимально быстро формировать подходящий для ситуации узор. «Абсолютный холод» практически мгновенно проник в структуру металла, и Агния успела увидеть, как поражённые её вредоносной магией энергетические потоки вдруг пропали, а пламя меча стало намного слабее, после чего раздался громкий треск и обломившийся у рукояти меч едва не упал ей на голову. Но девушка, находясь в полулежачем состоянии, умудрилась извернуться и откатиться в сторону. Получать ненужные ранения от ещё активного оружия — не хотелось. Посмотрев на графиню, отметила, что Катя в полном порядке, разве только она опустила свой меч и прислонилась спиной к стене, успокаивая дыхание, всё так же облепленная молниями, словно улей пчёлами.

— Это было неприятно, — проговорила Вяземская. — Очень надеюсь, что подобных сюрпризов будет немного.

— Ну-у, теперь-то мы знаем, как с ними бороться, — ответила Агния, поднимаясь на ноги. — И думаю, что последующие атаки будут гораздо слабее.

— Почему?

— На меч ушло очень много энергии. Посмотри — молнии атакуют гораздо слабее и их частота также снизилась.

Тёмный тоннель по-прежнему пронизывали электрические разряды, но они действительно пошли на спад. Огненный меч, лежащий на полу, всё ещё светился оранжевым светом, медленно изливая в пространство полученную силу. «Пожалуй, всё-таки не полтора, а два метра», — заново оценила размеры клинка Агния.

— Думаю, это был один из последних серьёзных рубежей обороны, и дальше всё должно быть намного проще, — немного подумав, добавила девушка.

— Что ж, будет хорошо, если ты не ошиблась. Пойдём, хочется быстрее завершить это дело и успеть на ужин. И спасибо тебе за помощь.

— Взаимно, — улыбнулась девушка, хотя шлем скрывал выражение лица.

Молча кивнув головой, Валькирия заново активировала защитное поле, от чего все искорки электричества, облепившие её фигуру, моментально погасли. Девушки снова продолжили движение в прежнем порядке, однако, несмотря на желание скорее закончить свой поход, темп держали неторопливый, внимательно прислушиваясь и напряжённо вглядываясь вперёд: «Что там ещё впереди? Какие опасности? Предположения предположениями, но нужно быть начеку, чтобы не прозевать очередную смертельную ловушку.»

* * *

Крепость Зэра.

Четвёртый час ожидания подходил к концу, заставляя нервничать всё больше с каждой пройденной минутой, и моё беспокойство достигло пика, а потому неожиданный лязг, раздавшийся со стороны спуска в подземелье, я воспринял с радостью, очень надеясь, что это наконец-то вернулись наши девушки. Оптимистичную мысль додумывал уже на ходу, вскочив со своего раскладного кресла и рванув к лестнице. К месту подлетел одновременно с Кирой, а спустя пару секунд смог воочию наблюдать возвращение двух расхитительниц гробницы. Защита подземелья молчала, и девушки свободно поднимались по ступенькам, не встречая какого-либо сопротивления. Это было хорошим знаком, однако некоторое недоумение вызывал их внешний вид, а точнее трофей, с которым они возвращались.

В первое мгновение я не понял, что это за металлическую хрень волокли девчонки на своих плечах, и только спустя пару секунд изумлённое сознание определение её, как артефактное оружие «Меч великана». «Ни хрена себе инструмент», — мысленно присвистнул я, глядя на слегка изогнутое лезвие этого гиганта. Судя по воцарившейся вокруг тишине, не только у меня одного возник от увиденного некий разрыв шаблона. Тем временем наши разведчицы, закончив своё недолгое восхождение по лестнице, остановились на расчищенном участке двора и аккуратно положили свой груз на землю.

— Похоже, нам здесь не рады, — первой усмехнулась Катя.

— Ага! Где восторженные крики и обнимашки? — вторила ей Агния, сняв с головы шлем.

— Да я всегда готов, — улыбнулся я, одновременно разводя руки в сторону, — Только скажи, что это за сабля-переросток?

— Ты что? Это же легендарный меч короля Иясу Великого! — воздев палец к верху, патетически воскликнула Агния.

— Ты прикалываешься? — мой скепсис вылез наружу в полном объёме.

— Как можно? — наигранно возмутилась Агния и, приняв гордую позу — задрав подбородок и уперев одну руку в бок, а вторую вытянув по направлению к мечу — пафосно воскликнула: — Бери и владей! Отныне он твой!

— Ага, — хмыкнул я — всё ясно. Ты не прикалываешься, рыжая, ты издеваешься.

— Даже в мыслях не было. Ты же не будешь спорить с тем, что это действительно меч?

— Нет, спорить не буду, но если ты сейчас скажешь, что нашли ЭТО в трёхметровом гробу — а судя по размеру скелета, туда захоронили великана — то я потребую видеоотчёт. И кстати, где рукоять? — добавил я, глядя на огрызок этой части оружия, длиной чуть больше ширины ладони, что для такого мега-клинка было слишком мало.

— Пришлось выламывать из стены, чтобы достать, — ответила Агния, невозмутимо пожав плечами.

Народ вокруг стал потихоньку хихихать, а пока я тёр переносицу, пытаясь подобрать слова и сформулировать очередной вопрос, дабы вывести эту врушу на чистую воду, голос подала Рада:

— Предлагаю сначала покормить её сиятельство и боярыню Зорину, — с улыбкой проговорила хранительница.

— Думаешь, долгое нахождение в подземелье и чувство голода внесли свои коррективы в их сознание? — с умным видом вопросил я.

— Не исключено. Голодные фантазии и всё такое.

— Всё это очень весело, но предложение покормить звучит очень заманчиво, — с улыбкой проговорила Катя, до этого момента стоявшая молча.

Что ж, общий вектор для дальнейшего пути был задан, поэтому вся наша компания развернулась в сторону нескольких палаток, стоящих на границе с руинами. Надеюсь, после позднего обеда, или правильнее сказать — раннего ужина, Агния перестанет юморить и удовлетворит моё любопытство.

* * *

В обеденной палатке остались только мы с Агнией, а Катя с моими двумя хранительницами вышли прогуляться. Девушки успешно преодолели все ловушки подземелья, и меня несомненно радовало, что мы не ошиблись в своём предположении по поводу гробницы эфиопского короля и все наши усилия не были напрасны. Правда, как и в истории с Белградским музеем, получилось добыть только одну «слезу» без каких-либо подсказок от Радмилы. Тупик? Пожалуй, что да. И кроме моей версии по поводу могилы югославской королевы и существования ещё одной возможной загадки, больше у нас ничего не было. Зато, кроме брюлика от боевого жезла, Агния, как начинающий чёрный археолог, не удержалась и прихватила с собой ещё несколько интересных предметов.

Душевный порыв немного пристыдить Агнию по поводу неприкрытого грабежа и экспроприации всех остальных вещей был сметён доводом, что если не заберём мы, то после отключения защиты это обязательно сделает кто-нибудь другой. Вопрос культурного наследия Эфиопии также не поднимался, ибо если правящая династия африканского государства до сих пор не озаботилась данным вопросом и не перевезла прах своего короля в столицу, то значит, ей этого не надо. Ну а раз не надо, то мы можем с чистой совестью оставить всё себе. Так что я просто с интересом слушал девушку, которая объясняла свойство того или иного девайса, прихваченного из гробницы. К слову сказать, Иясу оказался чрезвычайно скромным парнем, или это его окружение оказалось жадным, но заслуживающих внимания драгоценностей действительно было не очень много. Но обо всём по порядку.

Меч-переросток, который едва не стал причиной гибели девушек, привлёк Агнию необычной компоновкой, а точнее схемой магических узоров. По сути это оказался, пусть и гипертрофированный, но фактически стандартный меч для Валькирий, в котором использовалась стихия огня. Однако мою наставницу восхитило то, насколько долго оружие держало первоначальный заряд после отключения от основного источника магии. По её словам, клинок до сих пор ещё не потерял всей своей мощи и небольшой магический импульс вполне мог заново активировать его смертельные свойства. Гигантская площадь меча позволила вплести в него дополнительные узоры, превратив в своего рода накопитель энергии. Именно это качество на пару с оригинальной схемой подтолкнуло Агнию взять этот трофей с собой, чтобы на досуге разобраться с изделием эфиопской мастерицы.

Из интересных предметов стоит также отметить два амулета — диадему и перстень. Диадема представляла собой венец, с ободком полузакрытого типа и, несмотря на то, что была отлита целиком из золота, выглядела не очень впечатляюще, я бы даже сказал, простенько. Драгоценный металл, долгое время пролежавший в королевской усыпальнице, потерял свой первоначальный блеск и слегка потускнел, а ширина ободка не превышала одного сантиметра и единственным украшением служила рельефная пентаграмма из того же материала, располагавшаяся строго по центру обода. В центр пентаграммы были вставлены четыре гранёных зеленоватых камня, имеющих немного вытянутую форму и расположенных так, что образованная ими фигура напоминала крест. Насколько я успел ознакомиться с историческими документами — пентаграмма с давних времён считалась символом царя Соломона, легендарного предка эфиопских царей, а сама диадема являлась защитным амулетом, использующим силу воздушной стихии.

Перстень был ещё более невзрачным, чем диадема, и, если честно, то слово «перстень» звучало слишком пафосно по отношению к изделию. Такое название приходило на ум лишь потому, что это было королевским украшением, а в моём понимании все короли должны носить перстни. Однако по факту это было ничем не примечательное золотое кольцо, без каких-либо украшений, шириной не более пяти миллиметров, и больше всего походило на скромное обручальное колечко без всяких излишеств, не имея ни драгоценных камней, ни хотя бы надписей. Хотя, если учитывать магический антураж, то больше подойдёт сравнение с «Кольцом всевластия» из нашумевшей кинотрилогии «Властелин колец». Вот только волшебное колечко из фильма красиво полыхало, высвечивая каллиграфическую надпись, а наш образец вёл себя скромно: не блистал ни буквами, ни поверхностью. Агния не побрезговала стащить с пальца скелета этот артефакт, так как почувствовала себя уязвлённой, не сумев сходу определить его предназначение. Хотя на первый взгляд используемая эфиопской мастерицей схема была очень простой, без особых наворотов, а узоры относились к огненной стихии, но это было всё, что можно было о нём сказать.

Поначалу кольцо даже реагировало на магические импульсы, и вторым зрением артефактора я видел, как оживали узоры, пропитываясь силой, а потом резко и неожиданно процесс прервался. Причём впитало оно совсем крохотную каплю из того количества, которое Агния пыталась передать из своего источника. Девушка попеременно надевала его на свои изящные пальчики, где, кроме как на большом пальце, оно свободно болталось, но ничего необычного не происходило. В итоге, сдавшись и смирившись с тем, что с наскоку решить задачку невозможно, передала эту неопознанную хрень мне, чтобы уже я помучился, разгадывая его назначение. Особо заморачиваться я не стал и, надев кольцо на указательный палец правой руки, стал с интересом следить за Агнией, которая переключилась на обследование более интересной вещи.

Меч! Тот самый из легенды о короле Иясу. Правда данный артефакт оказался ещё более необычным и странным, нежели загадочное колечко. Представьте себе прямую удлинённую рукоять для полутораручного хвата, навершие которой украшала оскаленная пасть льва. Царь всех зверей в зубах держал рубин насыщенного бордового цвета размером с перепелиное яйцо. Черенок рукояти украшали две накладки, похоже, выполненные из слоновьей кости, а слегка изогнутая крестовина в форме полумесяца своими заострёнными концами изгибалась в сторону, кхм, клинка, которого не было. Да-да, я не оговорился, клинок отсутствовал полностью. Причём он не был обломанным где-нибудь у рукояти, его просто не существовало с момента создания этой конструкции. Из-за отсутствия самой важной части в любом холодном оружии, рукоять с изогнутой крестовиной больше всего походила на двузубые вилы, своим оформлением наводя на мысли о ритуальном оружии.

В том месте, где у нормального меча рукоять переходила в клинок, был вставлен ещё один рубин, но уже крупнее размером. И конечно, повышенное внимание привлекали магические узоры. Да уж — как-то многовато за последнее время приходится сталкиваться с различными схемами, на которые даже Агния смотрит широко раскрытыми глазами.

Вся фишка заключалась в том, что видимыми была только часть узоров, остальные выглядели, как мутные и смазанные пятна. Так что первый эксперимент с мечом провели с помощью Кати, попросив её зарядить оружие, рассчитывая, что данный метод проявит всю схему целиком. Вообще подобную попытку сначала попробовала совершить Агния, однако вынуждена была прекратить своё занятие, ибо, даже опустошив половину своего источника, добилась лишь слабого свечения рубина, зажатого в пасти у льва. Явно требовался кто-то повыше рангом, и Катя, которая к тому времени ещё не успела сбежать от нашей шумной компании, охотно согласилась помочь. Артефакт оказался универсален и мог впитывать любые стихии, трансформируя их, по предположению Агнии, в стихию огня. Удивительно, но Валькирии потребовалось около десяти минут на то, чтобы активировать все магические узоры артефакта. Ёмкость этого, вроде бы небольшого, устройства поражала.

— Какая прожорливая штука, — хмыкнула графиня, положив на стол рукоять.

Два рубина горели ровным насыщенным красным светом, что явно говорило о полной зарядке.

— Сколько ушло сил? — деловито спросила Агния, одновременно беря рукоять для более детального изучения.

— Почти четверть.

«Ого! — мысленно присвистнул я. — Четверть от всех сил Валькирии — это примерно три Альфы с гаком». Как-то сразу стало неуютно находиться рядом с вещью, чьи свойства до конца не понятны, а если в процессе изучения что-то пойдёт не так или мы совершим ошибку, может полыхнуть половина крепости разом.

— Надо было не до конца заряжать, — высказал я свои опасения.

— Надо было, — согласилась Катя и, обращаясь к Агнии, добавила: — Ты, пожалуйста, будь аккуратнее с исследованием.

— Да-да, я буду очень осторожна, — отстранённо пробурчала девушка, уже полностью погружённая в анализ схемы артефакта.

Солнце село, а мы всё продолжали изучать и пытаться активировать меч короля. Получалось плохо, точнее вообще не получалось. Весь процесс лёг на плечи девушки, так как, завладев устройством, она совершенно не желала с ним расставаться. Я не настаивал и не требовал срочно дать посмотреть, всё-таки это именно она прошла подземелье, преодолев многочисленные ловушки, сразившись с армией зомби, победив дракона и так далее. Ну-у, зомби с драконом, допустим, не было, но этот трофей по праву её, а я никуда не тороплюсь, и когда она устанет разбираться, то придёт моя очередь. В общем, я расслабленно сидел на стуле, крутил кольцо на указательном пальце, рассматривал диадему, попивал чай и время от времени поддакивал Агнии, рассуждающей вслух и задающей риторические вопросы то ли самой себе, то ли нам обоим:

— На первый взгляд, выглядит как боевой жезл, но ёмкость невероятная, — подняв глаза к потолку палатки, объявила она.

— Ага, — лениво поддержал я вывод.

Спустя немного времени — новая фраза:

— Однако жезл активируется одарённой, но король им не был, а значит — что?

— Значит, процесс происходил как-то иначе, — отреагировал я на вопрос, — может, кнопочку какую-нибудь надо нажать.

Обычно Агния дискуссию не поддерживала, продолжая что-то прикидывать и вносить в планшет какие-то пометки. И когда я уже начал подрёмывать прямо в кресле, девушка, шумно выдохнув, заявила:

— Всё это безумно интересно, но требуется больше времени. Будешь смотреть?

Задав свой вопрос, Агния подтолкнула ко мне артефакт по раскладному столику, позаимственному у наёмниц. Подхватив оружие левой рукой, я принялся неторопливо разглядывать рукоять, неспешно прихлёбывая чай. Погружаться в схему, дабы в свою очередь попытаться расшифровать многочисленные плетения, изначально даже не собирался — если уж наша мастерица спасовала, то я буду только зря голову ломать. Однако любопытство — всё-таки страшная штука, так что, не выдержав душевного порыва, всё же оставил в сторону стакан с остывшим чаем и перехватил рукоять правой рукой. В следующее мгновение я с матерным воплем выронил артефакт на стол, а из-за того, что слишком резко откинулся спиной назад, вместе с креслом опрокинулся на землю.

Не скажу, что я испугался, скорее дело в неожиданности, с которой всё произошло. Сначала мне обожгло палец с надетым на него кольцом, словно крошечный уголёк попал именно на это место, но свой главный эффект на меня оказал артефакт, когда из рукояти резко материализовался «клинок». Узкая полоска из ярко оранжевого пламени возникла настолько стремительно и внезапно, что я, находясь до этого в полностью расслабленном состоянии, тупо растерялся. Падая на спину, ещё успел увидеть, как разваливается стол, перерубленный на две половинки, а магический меч, упав на пол, снова принял образ странной ритуальной хрени в виде рукояти с изогнутой крестовиной и двумя сверкающими рубинами. Первоначальное ощущение от охваченного огнём пальца оказалось несколько преувеличено, и острая вспышка боли уже прошла, а стянув кольцо, не обнаружил ни следа от ожога. Что ж, можно ответственно заявить, что метод тыка в очередной раз сработал как надо, и мы нашли «кнопку» включения этого девайса.

Водрузив себя на ноги, уже уверенно подошёл к мечу и, подняв с пола рукоять, тем самым снова вызвав появление пламенного клинка, смог заново оценить меч короля Иясу. Огненная полоса была длиной не менее метра, а шириной где-то сантиметров пять. Точнее определить не получалось, так как края были немного размыты, в отличие от насыщенного центра. Кроме веса рукояти, какой-либо прибавки тяжести совершенно не чувствовалось, и пару раз взмахнув гудящим клинком, подумал, что таким оружием можно сражаться весь день и точно не устанешь. Жар от пламени ощущался очень хорошо, и, пожалуй, этот образец будет, как минимум, не хуже пресловутых джедайских мечей. Ощущения от кольца уже не напрягали, а его изначальное жжение в момент активации сменилось на едва уловимое тепло. За всем этим любованием совершенно забыл про Агнию, которая, к слову, так и продолжала сидеть в своём кресле с весьма ошарашенным видом, и только её самокритичный тон вернул меня на землю:

— Господи, как же всё просто…

— Всё гениальное — просто, — улыбнулся я, — кольцо — это активатор и ключ одновременно.

Перехватив рукоять в левую руку, дождался деактивации оружия и, подойдя к упавшему креслу, придал ему правильное положение, только пододвинул поближе к Агнии, предварительно оттолкнув ногой мешающую половинку от разрубленного столика.

— Вот скажи мне, — начал я формулировать пришедший в голову вопрос, — почему на заре магии, в самом начале пути по исследованию источника, могли создавать такие вещи, как жезл Радмилы или вот этот меч, а сейчас, когда артефакторы обросли различными знаниями, нет ничего даже близко похожего?

— Сейчас все опираются на знания прошлого, и многие из них написаны кровью. Возникли определённые рамки или запреты, за которые переходить не рекомендуется. В тот период не существовало каких-либо правил или ограничений, и все жадно бросались воплощать очередную идею, не оглядываясь на последствия. В сети в свободном доступе есть любопытный файл «Статистика смертей среди артефакторов», настоятельно рекомендую ознакомиться, и ты сможешь увидеть динамику от начала восемнадцатого века по наши дни. Так вот за один только XVIII век погибло больше, чем за весь остальной период. И это только среди официально зарегистрированных случаев. А сколько мастериц нашли свою смерть, пытаясь создать что-то совершенно новое, и не попали в статистику — тот ещё вопросик.

— Получается, что сейчас большинство идёт проторенной дорогой, лишь немного совершенствуя методы, и с большой осторожностью пытаясь создать что-то принципиально новое?

— Конечно, ведь то, что уже придумано, по-прежнему пользуется стабильным спросом, а артефакторов больше не стало. Создают уже давно проверенные вещи, иногда модернизируя схемы, стараясь повысить скорость изготовления не в ущерб качеству. Это только тебе не даёт покоя слава первооткрывателя.

— А ты разве не такая же? — улыбнулся я девушке.

— Наверное, — пожала плечами Агния, — Я не люблю рисковать, но почему-то всё время рискую.

После небольшой паузы девушка задумчиво проговорила:

— Всё-таки странно, что это оружие не получило широкого распространения, хотя бы в Эфиопии? Ведь таким мечом, судя по уровню силы, даже Дельта сможет разрубить Бету, как минимум. И хотя всех подряд вооружить, конечно, не получится, так как даже на первый взгляд технология изготовления намного сложнее создания обычного артефактного меча. Но всё же?

— Ты невнимательно читала легенду. Мастерица, которая изготовила уникальное оружие для короля, была из приграничного рода и погибла во время очередного набега диких племён, и видно, просто не успела передать знания, — ответил я и, со вздохом протянув девушке рукоять меча, добавил: — Держи, авантюристка, это твой трофей.

Но, завертев головой в отрицательном жесте, Агния проговорила:

— Я не воительница — я артефактор, и такое оружие мне не нужно. Зато ты постоянно мнишь себя воином, и тебе оно будет в самый раз.

— Нет, не могу. Это ты рисковала собой, и ты его нашла. Как-то по-свински забирать у тебя такой интересный артефакт.

— Ты не забираешь, — улыбнулась Агния. — Я его дарю от чистого сердца. Ведь я до сих пор толком не отблагодарила тебя за спасение из Кремля. И будь моя воля, сделала бы это совсем по-другому.

Девушка вдруг приподнялась со своего кресла и, сделав шаг в мою сторону, склонилась надо мной. Когда её ладони нежно скользнули по моим щекам, слегка задирая мне вверх голову, я не стал отстраняться, как и уклоняться от поцелуя. Замечу, поцелуя весьма скромного и без использования всяких французских приёмов. И в нём не было никакой пошлости, скорее подойдёт эпитет — дружеский. «Ага, сначала дружеский поцелуй, а потом секс по дружбе, — отметила ехидная часть меня. — Знаем, плавали, проходили. Когда-то!». Впрочем, мысли не успели принять какое-то определённое направление, как девушка прервала свой неожиданный поцелуй и отстранилась, стоя рядом и глядя на меня сверху вниз.

— Ну вот. Хоть поцелуй урвала, — улыбнулась Агния.

— Ага, — ляпнул я и, переводя тему, быстро добавил: — Может, оставишь меч у себя на какое-то время, чтобы подробно изучить и создать аналог?

— Не-е, у меня вполне хватает головоломок с алтарём Змеевых. А вот для тебя эта задача станет своеобразным выпускным экзаменом. Ведь чтобы её решить, сначала придётся изучить практически весь курс артефакторики. Так что дерзай, может, получится создать что-то гораздо эффективнее и мощнее. Но если у тебя будут появляться неразрешимые вопросы, то, конечно, обращайся.

«Какая хитрая у меня наставница», — мысленно хмыкнул я и уже вслух спросил:

— Как думаешь, Альфу разрубит?

— Я искренне надеюсь, что тебе не придётся проверять это на практике.

Мы немного помолчали, и девушка, хлопнув меня по плечу, сказала:

— Пойду я, Серёж. День был слишком насыщенным.

Попрощавшись и проводив Агнию взглядом, остался сидеть в кресле, погрузившись в философское состояние. В последнее время мои мысли находились в некоем замешательстве, не всегда, конечно, но иногда накатывало. Ольга, безусловно, для меня оставалась женщиной номер один, и мне вполне хватало её одной на все случаи жизни. Эмоциональная связь с моей княгиней была прочной и цельной, что бы не происходило между нами. Однако и к Агнии, как матери моих детей, у меня тоже были какие-то чувства, которые с трудом поддавались определению. В какой-то момент, ещё до переворота, я мысленно придал ей статус давнего и надёжного друга, чтобы как-то упорядочить свои внутренние ощущения. Наверное, именно это и сыграло немалую роль, и когда во время переворота пришло время выбирать дальнейший путь, я не раздумывая бросился на помощь той, что была одновременно и другом, и матерью моих детей. А когда было раздумывать, если со временем был жуткий цейтнот? Ева добавила ещё больше сумбура к мыслям, но тут я хотя бы чувствовал явное влияние своего источника. Причём происходило это только в моменты близости, так как даже сейчас, находясь вдалеке от своей законной жены и императрицы, я безумно скучал по Ольге, но абсолютно ничего не чувствовал чего-либо похожего по отношению к Еве. Или чувствовал? Н-да! Пожалуй, копаться в самом себе, пытаясь отсортировать и разложить по полочкам все мысли, не самоё лёгкое занятие. «А пойду-ка я прогуляюсь», — мысленно решил я. Ночь, звёзды и пеший тур вокруг крепости — отличное времяпровождение перед сном.


Глава 9. Гардэ*

Гардэ* Шахматный термин — обозначает атаку на ферзя.

Крепость Зэра.

«Что за издевательство будить человека посреди ночи?» — это было первым, что пришло мне в голову. Однако эта довольно вялая мысль очень быстро затерялась на периферии сознания, выдавленная нахлынувшим возбуждением. Под руками ощущались волнительные изгибы женского тела, и я уже впился поцелуем в податливые губы лежащей на мне девушки… Стоп! Девушки?! Какого хрена? Резко отстранив от себя ночную гостью, лёгким усилием активировал огненный светлячок и с изумлением уставился на визитёршу, которая с очень довольным выражением лица и дразнящей улыбкой смотрела на меня.

— Ольга?! — наверное, в моём возгласе хорошо различались шок пополам с радостью, правда, я затруднялся сказать, какая эмоция доминировала в большей степени.

— Надеюсь, ты рад меня видеть?

— Ты даже не представляешь насколько, — хмыкнул я, потянувшись к застёжке её куртки, дабы удовлетворить эротические фантазии, которые по-прежнему бурлили во мне.

Нелёгкую процедуру по снятию пилотного комбинезона, в который была облачена Ольга, я проводил нарочито молча, и моя жена закономерно не выдержала.

— Кхм. А ты не хочешь спросить, что я здесь делаю и зачем прилетела? — вопросила моя княгиня, впрочем, не забывая помогать мне в процессе собственного избавления от лишней одежды.

Роль кровати сегодня выполнял тонкий надувной матрас, что, несмотря на некоторые эстетические минусы, хотя бы гарантировал отсутствие скрипа, а приглушённый свет с красным оттенком от магического светляка лишь немного размывал границы тьмы, добавляя толику романтики в общую картинку.

— Так ты говори, говори. Мне это совершенно не мешает, — удовлетворённо хмыкнул я, отбрасывая в сторону её комбинезон.

Слегка согнутые в коленях и сведённые вместе ноги моей богини не выглядели серьёзным препятствием, и стоило моим ладоням прикоснуться к ним, как этот последний уровень женской «защиты» сдался без сопротивления, покорно разойдясь в стороны. Уже не сдерживаясь, припал к желанному телу супруги, по которому я, оказывается, успел весьма неслабо соскучиться.

— Нахал, — выдохнула Ольга, когда я нагло вторгся святая в святых любой женщины.

Её руки скользнули по моему затылку и требовательно притянули голову к своему лицу, чтобы подарить продолжительный поцелуй. Тайны, артефакты, Африка, тонкие стенки палатки и множество других вещей одномоментно и дружным строем отправились в туман. Любые мысли стали лишними и никчёмными, а все тревоги ушли на второй и даже третий план, став на время чем-то незначительным и мелочным. Думать во время акта любви можно, только если сам процесс превратился в обыденность, этакий нудный семейный ритуал по отбыванию повинности между давно охладевшими друг к другу партнёрами. И слава Богу, что в нас с Ольгой по-прежнему жила та самая искра, которая позволяла страсти по-прежнему вспыхивать, словно спичка, мгновенно разжигая наши сердца.

* * *

Надувной матрас был шириной всего восемьдесят сантиметров и являлся не самым подходящим ложем для занятия любовью. Но никто из нас не жаловался на отсутствие комфорта, и утолив сексуальное желание, мы вдвоём даже умудрились как-то разместиться на этом ограниченном пространстве. Лёжа на спине, я сдвинулся к самому краю, а Ольга пристроилась на боку, как всегда закинув ногу мне на живот и пристроив руку поперёк моей груди. Толику информации я уже получил и даже успел частично разложить по полочкам в голове. Оказывается, наш спутник был полностью выведен из строя в результате столкновения с другим околоземным объектом. Если точнее, то аппарат разлетелся на мелкие кусочки, как и протаранивший его собрат. Ситуация сама по себе нестандартная, но ко всему почему настораживает, что неожиданно сошедший со своей орбиты чужак принадлежал Шульцам — немецкому клану, имеющему тесные связи с Кайсаровыми.

Немки даже успели выслать официальное письмо с извинениями и объяснением манёвра своего космического агрегата. Пояснение причин вышло довольно кратким — «Выход из строя системы управления маневровым двигателем». В принципе, ответ получился исчерпывающим и дополнительных разъяснений вроде бы не требовалось, однако эксперты нашего клана успели проанализировать траекторию сошедшего с орбиты «немца» и утверждают, что он дважды слишком «удачно» менял маршрут, чтобы в итоге столкнуться с нашим спутником. Эту информацию Ольга получила уже в самолёте, не дожидаясь общих выводов. Броситься в Африку её заставили сразу несколько факторов.

Во-первых, после встречи с Евой и клятвенного заверения нашей любовницы, что её люди точно не имеют отношения к нападению в Софии, к делу тут же подключилась глава СИБа. Буквально за несколько часов удалось установить, что убитая во время нападения на особняк Альфа — обладательница характерной татуировки — оказалась человеком Антонины Романовой, бывшей главы имперской безопасности. Причём информации в базе данных на Альфу не оказалось, а опознала её по фотографии одна из сотрудниц. Судя по всему, Антонина, убегая, подчистила систему, что, впрочем, не сильно удивляло.

Далее выяснилось, что девочки из СИБа присутствуют в Эфиопии, но на данный момент времени никаких активных действий не ведут, неотлучно находясь при посольстве Российской империи. А значит, если Роза не ошиблась в своём предположении и за отрядом Кайсаровых действительно следили имперцы, то это снова люди Антонины. И это очень странно, так как аналитики СБ клана, проанализировав имеющиеся данные, а также последнюю информацию от Розы, сделали вывод, что Кайсаровы ищут гробницу Иясу Великого. Но тогда выходит, что мы имеем дело сразу с двумя поисковыми отрядами, желающими разгадать записки Радмилы. И можно было добавить, что Кайсаровых не стоит обвинять в нападении на наш особняк, если бы не одно «но». Их подружки из клана Шульц вывели из строя наш спутник. Зачем? Чтобы лишить нас связи? Логично! Но мы-то собрались завтра с утра сваливать в Гондэр. Хотя об этом Кайсаровы не знают.

Н-да. Та ещё головоломка — нападение в Софии, сбитый спутник, Кайсаровы и Антонина Романова. Последняя — вообще тёмная лошадка. Безусловно, Антонина не могла уйти в никуда, слишком значимая была фигура. Несмотря на необходимость лечь на дно, кто даст гарантию, что она сделала именно так. И кстати, именно у неё, занимающей очень высокую должность, как ни у кого другого, была возможность нарыть информацию о загадках Радмилы. Зачем ей артефакт — вопрос риторический, но неужели она действует сама по себе? Злободневные вопросы получились. В общем, всю эту информации мы должны были получить вчера вместе с приказом валить из диких земель, так как точные силы находящихся рядом с нами Кайсаровых неизвестны.

— Ты могла спокойно связаться с пилотами, что ждут в Гондэре, чтобы передали сообщение срочно сворачиваться. Мы вполне можем завязнуть, пока доползём до столицы Эфиопии, а тебе опаздывать на поединок нельзя.

— Предчувствия плохие.

— Опять вещие сны? — сочувствующе спросил я, прекрасно помня, как Ольга мучается с этими дурацкими видениями.

— Да. Снова. Ещё в Болгарии начались, просто тебе не стала говорить.

— А-а, ну теперь мне хотя бы понятно, чего ты так истерила и не хотела оставлять меня одного.

— Я не истерила, — тут же вспыхнула моя княгиня, — я переживала.

— Что за кино на этот раз? — с улыбкой спросил я.

— Как всегда больше мути, чем ясной картины, — вздохнула Ольга. — Чётко вижу только огненную бурю, а дальше какие-то туманные фрагменты из сражающихся МПД.

— Ну-у, — протянул я, — поединок вы задумали грандиозного, я бы даже сказал, космического масштаба. Понимаю, что это из-за желания продемонстрировать свою силу, но учитывая количество заявленной техники, особенно тяжёлой, в пустыне Гоби будет более чем жарко. Как тебе версия?

— Я думала об этом, — Ольга дёрнула рукой, обозначая пожатие плечами. — И вроде бы звучит логично, но уверенности у меня нет.

— Ладно. Когда вернёмся домой, и если будет время, то съездим к Агнии и принесём в жертву одну из тех пленных, что захватили в Софии. Надо будет только над ритуалом хорошенько подумать. Что лучше: просто голову отрезать или сразу начать с сердца?

— Кгхм, — закашляла моя красавица и, приподняв голову, чтобы видеть мои глаза, спросила: — Ты когда стал таким кровожадным? Вроде совсем недавно кричал мне, что жертвоприношение — это мракобесие.

— Да надоело смотреть, как ты мучаешься со своим даром, — спокойно ответил я. — Почему бы действительно не попытаться решить вопрос таким вот кардинальным методом? Вдруг сила источника умирающего врага способна придать тебе импульс, и ты сможешь узреть всё как наяву.

— Спасибо тебе, конечно, за заботу, но ты не ответил на вопрос. С каких это пор чужая жизнь перестала тебя волновать?

— Наверное, черствею потихоньку. Но ты немного не права, и к человеческой жизни я по-прежнему отношусь с уважением. Только те, которые посмели поднять руку на мою дочь, не имеют права называться людьми. И мне всё равно, какие цели они преследовали, мне просто плевать на их жизни. Мои родные и близкие неприкосновенны, а посягнувшие на них должны быть уничтожены.

Всё это я произнёс, не повышая голоса, абсолютно спокойным тоном.

— Ну вот. А был такой пай-мальчик, — грустно заявила мне Ольга.

— Вот только не надо, — хмыкнул я. — Хочешь сказать, что изначально влюбилась в сентиментального и романтичного мужчину?

Красноречивое фырканье стало мне ответом, но, не удовлетворившись данным эффектом, Ольга добавила:

— Нет, но милосердия и обычных для человека душевных переживаний в тебе было больше. А сейчас я чувствую в тебе пробуждение необходимой доли жестокости и постепенное понимание нашего мира. Это не плохо и совсем меня не отталкивает, но немного необычно.

— Точно не отталкивает?

— Точно, — улыбнулась Ольга и, склонившись к моему лицу, нежно поцеловала.

Небольшая пауза в разговоре, вызванная поцелуем, с нашего молчаливого согласия была продлена на неопределённое время, которое мы также потратили на диалог, правда весьма своеобразный. В нём уже было очень мало слов и гораздо больше чувств и физических ощущений, что возникали от единения двух тел, слияния мужского и женского начал и проявления вечных спутников взаимной любви — страсти и желания погрузиться в океан удовольствия, надеясь задержаться там как можно дольше.

* * *

Ночь уже давно вступила в свои права, но княгине Булатовой не спалось. Мысли о дальнейшем пути для её рода и так безостановочно крутились в голове, а за последние сутки вопросов прибавилось ещё больше. Если точнее, то добавилось всего два вопроса, и хотя по существу они не сильно влияли на общую печальную ситуацию, но не думать о них мешала причастность этих факторов к недавним событиям в Российской империи.

Во-первых, интриговала странная активность бывших союзниц, забравшихся в столь отдалённую точку планеты, разжигая желание узнать подробности такого поведения. Две недели назад, выполняя распоряжение её дочери, за Кайсаровыми установили наблюдение, и когда воительницы сообщили, что гостьи из России собрались в дикие земли, то княгиня, несмотря на занятость и проблемы, приказала усилить группу и снабдить всем необходимым оборудованием. Согласовав частоты и время связи, булатовские лазутчицы проследовали за казанским отрядом, и вчера утром удалось в первый раз за долгое время связаться с девушками, что расположились в нескольких километрах от лагеря Кайсаровых. Радиус покрытия портативных радиостанций не превышал ста километров, а потому установить связь получилось, только когда две группы сблизились на устойчивое для радиосигнала расстояние.

Однако поток информации, поступившей за этот день, не прояснил ситуацию и вызвал дополнительные вопросы. Кайсаровы обустроились в одной из старых крепостей, проводя активные археологические раскопки. Что именно они ищут, выяснить не получилось. Дикие земли — это всё-таки не густонаселённый город, и подобраться близко не было никакой возможности. В середине дня во время очередного сеанса поступили новые данные: к Кайсаровым прибыло пополнение. Десант был сброшен с самолёта, летящего на сверхнизкой высоте, причём вновь прибывшие практически сразу отправили разведку в юго-восточном направлении. Булатовские лазутчицы организовали преследование, но поступление новых сведений нужно было ждать до вечера.

Наступления вечернего сеанса связи княгиня ждала с чувством глубокого нетерпения и, как оказалось, не зря. Целью кайсаровской разведгруппы оказалась старая крепость Зэра, расположенная всего в тридцати километрах от лагеря Кайсаровых. И всё бы ничего, но именно это место было последней точкой на карте, которую Булатова желала проверить на предмет возможного укреплённого пункта для её рода. Если верить старым записям, то возле крепости существовали источники природной воды, и в документах упоминалось о двух не пересыхающих колодцах, что было немаловажным фактором. Их, конечно, следовало ещё найти и восстановить, но в любом случае, двигаться дальше на север было уже бессмысленно, и если бы Зэра оказалась не пригодна для её планов, то других вариантов, кроме как разбить лагерь в чистом поле, не остаётся. Так вышло, что отряд Ирины не доехал до места всего два десятка километра, вынужденный из-за наступившей темноты остановиться на ночёвку возле подножия очередного холма. Тот момент, что Кайсаровых заинтересовала та же крепость, что и Булатову, можно было, конечно, списать на случайность, однако, как оказалось, эфиопское укрепление было занято ещё одними старыми знакомыми.

Так как в радиусе трёх километров крепость окружали посты наблюдения, то для того, чтобы сделать нужные фото, две девушки, сняв доспехи, проползли пару километров, а хорошая оптика позволила запечатлеть все необходимые подробности. Когда княгиня приказала выделить своим лазутчицам необходимое оборудование, она также велела снабдить их полной информационной базой по всем значимым кланам Российской империи. И теперь, благодаря такой предусмотрительности, её люди смогли быстро опознать ещё одних старых знакомых. Абсолютно точно получилось установить личности князя Гордеева и графини Екатерины — наследницы клана Вяземских. Один российский клан в такой глуши — это само по себе большая странность, но три сразу… «Чем вам тут намазали, что вы слетелись практически в одну точку?» — пыталась разгадать княгиня ребус.

Увы, но если возле крепости Зэра разведчицы остались незамеченными, во всяком случае попыток преследования не было, то группа, что оставалась наблюдать за лагерем Кайсаровых, была обнаружена, и булатовские разведчицы вынужденно сменили дислокацию, отойдя на несколько километров вглубь территорий. Видно, повышенный радиообмен насторожил кайсаровских воительниц, и хоть девушки княгини каждый новый сеанс связи проводили с разных точек местности с соблюдением всех необходимых мер предосторожности, такая активность в эфире не могла остаться незамеченной. И вот теперь у княгини назрелл вопрос: следует ли ей разворачиваться восвояси или из всей этой суеты можно получить какую-то выгоду для её рода?

Очередной виток размышлений княгини прервала глава её охраны. Неожиданно прибыли лазутчицы, которые до особого распоряжения должны были продолжить наблюдение за Кайсаровыми, насколько это будет возможным. И внезапное прибытие двух воительниц весьма настораживало — что такого могло случиться, что заставило отправить посыльных, не дожидаясь утреннего сеанса связи? Ирина недолго мучилась данным вопросом, так как спустя минуту, выбравшись из бронированного грузовика, где она располагалась вместе с дочерью, увидела прибывших разведчиц.

— Говорите, — сразу затребовала Булатова у девушек, облачённых в лёгкие МПД, в которых те за пару часов пробежали более сорока километров.

Передвигаться по пересечённой местности в доспехе было намного удобнее, чем в том же автомобиле, и в отличие от последнего, в МПД можно бежать практически по прямой, не выбирая дороги, особенно ночью. Оглянувшись на свою дочь, которая вслед за ней выбралась из бронированного фургона, Булатова требовательно посмотрела на воительниц, устроивших марафонский забег посреди ночи.

— К Кайсаровым прибыло ещё подкрепление, — с небольшой одышкой произнесла одна из лазутчиц.

Боевой режим, конечно, неоценимое подспорье, но столь большое расстояние даже для подготовленной воительницы весьма серьёзное испытание.

— Но не это главное, — продолжила посыльная, — спустя час после этого события примерно семь десятков человек вышли из лагеря и направились в сторону крепости Зэра. Мы с Ниной как раз находились в дозоре и едва отметили факт ночного марша, как место ночёвки остальной нашей группы атаковала Валькирия. Земляной провал, диаметром не меньше сотни метров, полностью поглотил стоянку, перемешав и людей, и машины.

Княгиня только зубами скрипнула от известия о гибели шести подготовленных разведчиц, а воительница после небольшой паузы продолжила свой невесёлый доклад.

— Как смогли настолько точно определить место нашей дислокации, точно не скажу, ведь «Артефакт Миражей» работал бесперебойно. Единственное, что приходит в голову, это если нас вели во время смены позиции. Мы не стали проверять, остался ли кто-то в живых, — девушка тяжко вздохнула, — все сигналы от наших соратниц отрезало мгновенно, а потому сразу и на максимальной скорости рванули на север, ибо других свободных направлений не оставалось. Север, правда, Кайсаровы также перекрыли, но, видно, не думали, что наша пара окажется практически снаружи кольца. Мы ведь в дозоре пользовались амулетом сокрытия. Нас пытались остановить с помощью земляных ловушек, но, похоже, мы находились у Валькирии на пределе видимости и она мазала. Потом несколько километров уходили от преследования десятком воительниц в лёгких МПД, но те отстали, когда убедились, что мы не меняем направление. Мы же, пробежав ещё немного, по большой дуге вернулись на нужный маршрут и направились в вашу сторону.

— Сколько же всего пробежали? — спросила княгиня.

— Шестьдесят четыре километра.

— Ясно. Молодцы, — оценила Булатова трудности своих людей. — Как думаете, вы опередили Кайсаровых, и сколько им осталось до крепости?

— Мне трудно сказать точно. При нас они не сильно торопились и если продолжили движение с той же скоростью, с какой вышли из лагеря, то в течение часа, максимум полутора, должны быть на месте. Мы-то бежали на пределе боевого режима и потратили ровно два с половиной часа.

— Хорошо. И спасибо, что смогли вырваться. К месту гибели наших девушек мы обязательно наведаемся, а пока можете немного отдохнуть.

Попрощавшись со своей главой, воительницы отправились на заслуженный отдых, а княгиня, задрав голову к ночному небу, глубоко задумалась. Между Гордеевыми и Кайсаровыми никогда не было особой приязни, а уж когда два клана во время переворота оказались по разную сторону баррикад, отношения вышли на пик неприкрытой вражды. У Булатовой не было тесных контактов с каким-нибудь российским кланом, но, тем не менее, с несколькими небольшими родами связь она поддерживала, и свежие новости приходили довольно регулярно. И перед выездом из родовых земель она даже успела узнать о грядущем и масштабном поединке между двумя великими и четвёркой сильнейших кланов. Из-за размаха предстоящего сражения данную новость муссировали по телевидению дольше, чем это обычно принято, и информация докатилась даже до Эфиопии, где население, как в принципе и во всём мире, также фанатело от поединков роботов.

Ирина прекрасно понимала, почему в Африке рядом с великим князем находится графиня Вяземская, а не княгиня Ольга. Глава клана Гордеевых не могла надолго покидать империю, так как обязана присутствовать среди наблюдателей, ведь до поединка осталось то ли два, то ли три дня. Что забыл в диких землях её муж — вопрос, конечно, интересный, но это уже не столь важно на фоне намечающейся атаки Кайсаровых. В то, что воительницы казанского клана вышли на ночь глядя, чтобы просто попить с землячками чайку, Ирине верилось слабо. Но теперь возникает вопрос: что делать отряду Булатовой?

— Что будем делать, мам? Сворачиваемся?

Вторящий мыслям княгини вопрос дочери вызвал усмешку на лице Ирины. Не отвечая Анне, она продолжила разглядывать звёздное небо и просчитывать дальнейшие варианты, которых, к слову говоря, было не особо много. Группа Кайсаровых по количеству воительниц вроде бы немного превышала засевших в крепости Зэра, но точное соотношение по рангам неизвестно, и наверняка можно говорить только об одной Валькирии с каждой из сторон. Булатова взяла с собой десять Альф и шесть воительниц в ранге Бета, включая и собственную дочь, рассчитывая столь мобильным отрядом быстро разведать дикие земли и подобрать место для будущего переезда. А на родовых землях осталось всего две Альфы, оставленные дома по причине преклонного возраста.

Смогут ли одиннадцать Альф, если считать вместе с княгиней, внести существенную лепту в намечающее сражение? И какую сторону следует поддержать? Какие дивиденды для рода может принести её вмешательство? А если у Кайсаровых не одна, а две или даже три Валькирии? Что тогда? Стоит ли вообще влезать в чужие разборки при существующих собственных проблемах? Времени практически не осталось, и Ирина чувствовала, что стоит на пороге принятия самого важного решения в её жизни. Ощущения были схожи с теми, когда она приняла предложение Регины и согласилась участвовать в перевороте. Тогда она ошиблась и поставила род на путь изгнания, а попытка как-то исправить ситуацию и повиниться перед Евой полностью провалилась. Княгиня поморщилась, вспоминая отправленное на имя императрицы письмо, в котором просила принять её добровольную явку на открытый суд, если королева Эфиопии отменит изгнание рода. Но Романова не ответила Булатовой, полностью проигнорировав это обращение.

— Мам!? Всё в порядке? — снова заговорила Анна.

— В полном. Я в полном порядке, — выдохнула княгиня и, переведя взор на безмолвную главу своей охраны, добавила: — Собери мне всех воительниц. Немедленно.

Отдав необходимое распоряжение, Ирина снова задумалась над принятым решением. До рассвета осталось меньше двух часов, и совсем скоро станет ясно, куда на этот раз приведёт род Булатовых восходящее солнце.

* * *

Силуэты людей, словно призрачные тени, скользили в полной темноте вдоль едва различимой тропы, и глава клана Кайсаровых, идущая в арьергарде, часто ловила себя на мысли, что всё вокруг в данный момент времени выглядит как-то нереально и очень похоже на сон. Ночное небо с россыпью необычайно ярких звёзд над головой. Шелест сухой травы, высохшей под лучами палящего африканского солнца. И редкий перестук камней, что периодически выскакивали из-под ног группы людей, молчаливо пробирающихся к своей цели.

План! Любой план хорош только на бумаге. Но едва дело доходит до реализации, как всё может обернуться полным крахом даже самой гениальной идеи. Истина, которая уже давно написана не просто золотом или чернилами, а самой настоящей кровью тех людей, что просчитались, не сумев учесть многочисленные нюансы. Хотя иногда бывает так, что подводят исполнители, совершая порой обидные и детские ошибки на пустом месте. Но именно сегодня, здесь и сейчас, Азима обязательно проконтролирует, чтобы всё прошло только так, как она задумала. И пусть её первоначальный план — это чистой воды экспромт, который подвернулся по воле случая, но ведь не просто так говорят, что случайности не случайны. Ведь не попытайся она совершить ещё одну попытку кражи из Кремля, наняв в этот раз по рекомендации баронессы Шульц всеми расхвалённых специалисток из Германии, то следующая цепь событий могла и не свершиться.

Неожиданный интерес Гордеевых к давно ушедшей эпохе югославской королевы и их перелёт в столицу Болгарского края позволили поначалу выработать план похищения Сергея вместе с дочкой. Сама попытка, если опять-таки вернуться к цепи из случайностей, стала возможна благодаря предварительной подготовке, которую Азима и другие заинтересованные лица провели, чтобы вызвать Вяземских на поединок. Слишком многим неудачливым участницам переворота хотелось спустить на землю Вяземских, подрезать крылья Ольге и показать Еве и всем остальным друзьям нижегородского клана, что Гордеевы не настолько уж сильны. А решения императрицы можно по-прежнему оспаривать, если вопрос не касается государственной безопасности, задеты интересы сразу нескольких ведущих кланов и претензия подана в течение срока, указанного в императорском уложении от 1815 года. И четыре Сильнейших клана, что взяли на себя основное дело, естественно получив гарантии о полной поддержке и в людях и технике, весьма своевременно бросили вызов Вяземским.

Увы, но похищение сорвалось по причине излишней торопливости и недооценки противника. Однако в итоге всё сложилось даже ещё лучше, и благодаря профессионализму людей Антонины Романовой получилось подцепить маячок на самолёт Сергея, улетающего в Эфиопию. Проследить за князем оказалось не сложным делом, как и зафиксировать высадку десанта в диких землях. Сколько времени планировал Гордеев провести в Африке, было не известно, но это стало хорошим шансом для ещё одной попытки реализовать уже новый план, сулящий даже больше выгоды, чем банальное похищение. Любовь Ольги к собственному мужу широко известна, ведь не будь этого чувства, разве получил бы Сергей столько свободы в своих порой очень странных для мужчины увлечениях? Сам по себе мужчина также был интересен и явно не прост, но после переворота Азиму закрутило множество дел, и ей просто некогда было думать о нём, но зато скоро появится масса времени пообщаться с этим человеком. А касаемо своего африканского манёвра, Азима была вправе рассчитывать, что Гордеева бросит всё и полетит в Эфиопию вытаскивать своего благоверного из возможной передряги. Ведь один раз она уже так поступала.

Для реализации финального плана следовало максимально оперативно перебросить все имеющиеся силы, чтобы никто из Гордеевых не смогу уйти. Да, именно так! Азима замахнулась обезглавить клан Гордеевых. Смерть Ольги наносила удар не только по Гордеевым, но и по их союзникам Вяземским, которым автоматически засчитывалось поражение в поединке. А ещё группировка кланов, ведомая Ольгой и поддерживающая Еву, лишилась бы одного из своих ведущих лидеров, а значит, можно будет перейти к планомерному давлению на императрицу, дабы выбить кланам больше прав. Ярослава, тётя Ольги, несмотря на всю свою силу, всё же не обладает столь ярко выраженной харизмой, как её племянница. И Романова без своих Валькирий, в отсутствие сильной поддержки, будет вынуждена прибегнуть к очередным компромиссам. Установить, кто сотворил побоище в диких землях, будет абсолютно невозможно, и никто не сможет обвинить Кайсаровых в нарушении чести.

Кость в горле — именно так Азима могла охарактеризовать своё отношение к княгине Ольге. Несмотря на молодость, Гордеева, уже умудрилась наработать высокий авторитет и глубокое уважение. Причём даже такие вечно язвительные и ехидные персоны, как Нино Багратион, не гнушались прислушиваться к мнению Ольги. И это бесило! Неимоверно! Но на людях Азима никогда не показывала своего отношения. Зачем? Лучше направить свою ненависть в более конструктивное русло, вот как сейчас, например.

Многие понимали, что изгнание глав кланов, оказавших поддержку Регине в её притязаниях на трон империи, это всего лишь компромисс. Молодая императрица хотела показать свою силу, не прибегая к пролитию лишней крови. Но только малое число осознавало, что такое решение стало своего рода отсрочкой по дальнейшим попыткам кланов отстоять свои интересы. Ева просчиталась, думая, что пострадавшие во время переворота кланы из-за понесённой обиды тут же начнут плести свои интриги, горя желанием сжить со света всех тех, кто посмел подло напасть во время торжественного мероприятия.

Безусловно, с кем-то отношения испортились окончательно, например, с Гордеевыми или Багратион, перейдя на уровень неприкрытой вражды, но в целом, все те, кто пошёл за Ольгой и поддержал Еву, прекрасно понимали, что именно двигало восставшими, и некоторые из них, пусть и в тайне, жалели, что переворот не удался. Империя большая, и у всех значимых игроков и без того хватает забот, чтобы плодить себе новые проблемы. Перед кем-то удалось реабилитироваться и за счёт дорогого подарка восстановить нормальные отношения, ну а кто-то был просто удовлетворён наказанием в виде изгнания и после принесения ему извинений продолжил вести дела с молодыми наследницами, ставшими новыми главами своих кланов. А в отсутствие погибшей Елизаветы Морозовой скрытую оппозицию возглавили Великие Кайсаровы.

Разнообразные мысли безостановочно крутились в голове, что, впрочем, не мешало Азиме на автопилоте переставлять ноги. Из-за малого количества автомобилей и невозможности обеспечить перевозку одновременно всех людей, до крепости Зэра пришлось идти пешком. Правда этот фактор не имел решающего значения, и даже если бы с транспортом было всё в порядке, то двигаться ночью по данной местности на машинах само по себе весьма проблематично, но главное, что существовал риск быть преждевременно обнаруженными. Двигаясь вот так, по старинке, можно соблюсти максимальную скрытность и не спугнуть Гордеевых. Ведь Ольга вполне могла приказать срочно эвакуировать собственного мужа вместе с артефактором Агнией, а эти двое, по различным причинам, были очень нужны Азиме, и бегать за этими персонажами по диким землям совершенно не хотелось.

Взглянув на идущую рядом мать, Азима в очередной раз возжелала, чтобы план сработал без сбоев, а Дамира со временем могла бы вернуться домой. Последнюю пару месяцев мать провела в Германии у Шульцев, по-прежнему помогая своей дочери в решении различных вопросов. И Азима очень надеялась, что после сегодняшних событий, пусть и не сразу, но получится отменить изгнание и вернуть её в клан. Главой Дамире уже не стать, но пост старейшины будет ждать её столь долго, сколько потребуется. И словно почувствовав, что Азима думает о ней, Дамира заговорила:

— Меня не отпускает ощущение, что мы слишком торопимся, а при таких ставках это не самый лучший метод.

— Период долгого планирования и подготовки уже был, — спокойно ответила Азима. — Я ни в коем случае не хочу тебя поддеть, так как на последних этапах сама принимала активное участие, но даже тогда мы проиграли. Иногда — если выпал шанс — решения надо принимать мгновенно.

— Могла бы и не цитировать меня, — блеснули в темноте зубы матери. — Но я к тому, что можно было бы удовлетвориться захватом князя вместе с этой артефакторшой, а вопрос с Ольгой решать позже. С помощью жезла Радмилы можно легко достигнуть нужного результата, и такой путь намного надёжнее.

— Вот интересно, почему ты только сейчас об этом заговорила?

— Зная тебя, была уверена, что ты продумала все варианты, а сейчас просто захотела послушать.

— Ага. И заодно, пока не поздно, узнать, не просчиталась ли я где-нибудь, — хмыкнула Азима.

— Да. Все люди ошибаются. Кто-то больше, кто-то меньше, — спокойно ответила Дамира. — Надеюсь, ты не в обиде из-за моих сомнений.

— Какие могут быть обиды, мам? — отмахнулась девушка. — А касаемо твоего вопроса, то нет никаких гарантий, что у князя с собой все остальные части жезла. И если бы Гордеева не прилетела в Африку, то мы бы ограничились захватом. Но раз уж подвернулась возможность добиться гораздо большего и одним ударом решить сразу несколько вопросов, то зачем упускать такой шанс?

Обе женщины замолчали, обходя попавшиеся по дороге заросли какого-то колючего кустарника. Глянув на часы, чтобы понять, сколько ещё осталось времени, и заново пристроившись рядом с матерью, Азима успокаивающе проговорила:

— У нас перевес по Валькириям и ровно шестьдесят Альф. Как бы хороша ни была Ольга, против таких сил ей не выстоять.

— Никогда не недооценивай противника, — наставительно произнесла Дамира. —

Неожиданные сюрпризы может преподнести даже загнанная в угол мышь. И ты забыла о двух лазутчицах, что умудрились ускользнуть.

Азимы внутренне улыбнулась. В последнее время её мать слишком часто упоминала в разговорах различные прописные истины. Видно, последствия от неудачного переворота подстёгивали Дамиру устраивать для дочери внеочередные лекции, как когда-то в детстве.

— Воительницы Антонины отжали их на север, и, по словам бывших безопасниц, это был кто-то из местных. Наблюдатели у крепости предупреждены, так что если б беглянки хотели предупредить Гордеевых, мы бы уже узнали об этом.

— Не могу не отметить, что люди Романовой оказались не настолько хороши, как мы ожидали, — придралась Дамира к бывшей главе СИБа. — Сколько они пытались вычислить этих наблюдателей? Неделю, две?

— Ты придираешься. При всём своём профессионализме сибовцы привыкли работать в совершенно других условиях. Им попались опытные и умелые противницы, хорошо понимающие местные реалии и прекрасно ориентирующиеся в здешних местах. Беспрестанно кружили вокруг нашего лагеря, очень ловко меняя позиции. Вычислить было сложно, и нам повезло, что всё-таки смогли это сделать, а то возросшая активность в радиоэфире напрягала.

— Всё равно Антонина мне не нравится. В ней слишком бурлят обида и жажда мести. Опасное сочетание. Она может нам навредить своей горячностью и непредсказуемостью. Да ещё эта слежка, которую она изначально организовала за твоей сестрой, прибывшей в Эфиопию. Вот хоть убей, но не чувствую я в ней надёжности, и единственное, что меня успокаивает — это её присутствие сегодня с нами. Раз на виду, значит, не нагадит.

Азима не ответила, воспользовавшись паузой в движении — до их конечной цели осталось совсем немного, и идущие впереди воительницы просигнализировали о временной остановке. Несколько километров назад большой отряд разбился на три почти равные группы, и теперь нужно дождаться, пока все воительницы, согласно плану, займут места, полностью окружив крепость Зэра. Подойти ближе, чем на пять километров, сохраняя незаметность, не дадут дозорные Гордеевых, но это несущественно, так как на открытой местности четыре Валькирии легко накроют развалины крепости и всю прилегающую территорию.

Дабы успокоить нервы, которые в ожидании скорой развязки натянулись словно струны, Азима усилием воли вернулась к мыслям об Антонине Романовой. Бывшая глава СИБа не захотела просто залечь на дно в каком-нибудь экваториальном государстве и тем самым тихо доживать свой век. Вместо этого она вышла на связь, сообщила, что в курсе интереса Кайсаровых к наследству югославской королевы, и предложила свою помощь в поисках и разгадке оставленных подсказок. Уже тогда мать была против, но Азима настояла на участии Антонины, ибо предсказать после отказа реакцию женщины, в одночасье потерявшей всё, было очень трудно. Пнув попавший под ноги небольшой камешек и глянув на постепенно светлеющее на востоке небо, Азима проговорила:

— Люди, движимые местью, были нужны во все времена. Антонина прекрасно знает, что именно Гордеевы оказались тем неучтённым фактором, из-за которого переворот завершился неудачей, и чтобы она хорошо выполнила свою часть работы, достаточно предоставить ей возможность отомстить. А то, что она пытается контролировать наши действия, меня совершенно не смущает, всё-таки до полноценного доверия между нами ещё очень далеко.

Открывшая рот Дамира явно хотела что-то возразить на слова дочери, но помешала подошедшая воительница:

— Можно начинать. Все люди уже на позициях.

Мать и дочь молча переглянулись друг с другом. Когда в один миг ставишь на карту всё что есть, а от того, выиграешь или проиграешь грядущую битву, зависит дальнейшая судьба целого клана, сомнения накатывают с новой силой, даже несмотря на, казалось бы, явное численное преимущество. Что ж, ещё до полудня всё решится, и либо их ждёт успех, либо — если Ольга каким-то чудом сумеет вырваться из ловушки — полномасштабная война кланов с непредсказуемым результатом.

— Я по-прежнему считаю твоё присутствие ещё большей глупостью, чем прилёт Гордеевой в Африку.

Очередная попытка матери отговорить свою дочь от участия в операции ни к чему не привела. Азима — глава клана, и вести за собой своих людей её прямая обязанность. Так она искренне считала, а потому должна быть здесь. Особенно сейчас. В том, что ей просто хочется увидеть поражение княгини Ольги собственными глазами, она вряд ли призналась бы даже сама себе. Ведь высокие идеалы гораздо выгодней смотрятся, чем низменные желания.

* * *

Роза вместе с Лорой расположились на одной из возвышенностей, находящейся недалеко от крепости. Особо бегать, чтобы выбрать подходящий для наблюдения холм, не пришлось, так как рельеф в этой местности практически полностью состоял из череды сменяющих друг друга невысоких холмов, перемежаемых широким и ровным пространством. Час назад наёмница засекла какое-то движение, и Роза, исполняющая этой ночью роль дежурной, решила пробежаться до места, прихватив парочку Альф. Просто случайных прохожих здесь быть не может, а значит, кто-то целенаправленно проявляет любопытство. Две Валькирии за спиной и куча Альф, конечно, внушали определённую долю уверенности, но перед отбытием в Гондэр хотелось бы обойтись без неприятных сюрпризов. А учитывая, что Лора зафиксировала подозрительное шевеление как раз на пути дальнейшего следования отряда, необходимо проверить маршрут во избежание проблем.

До того момента, когда небо на востоке полыхнёт оранжевым светом, оставались считанные минуты. Неожиданное прибытие княгини подняло небольшой переполох, и народ стал потихоньку собираться, рассчитывая тронуться в путь сразу же, как только первые солнечные лучи подсветят дорогу. В принципе, всё уже было готово, и ждали только её светлость, решившую напоследок заглянуть в подземелье и посмотреть усыпальницу эфиопского короля. Наёмницы и часть Альф уже забрались в тяжёлые доспехи и ждали только команды на выдвижение. Роза всё пыталась обнаружить посторонних наблюдателей, но пока безуспешно. «В конце концов, если это дикарки, им же хуже», — мысленно усмехнулась девушка, представив голосистую ватагу негритянок, решивших напасть на столь внушительный отряд. После сдвоенного удара Валькирий от аборигенок мало что останется.

— Давно хотела спросить, — подала голос лежащая рядом Лора. — Зачем ты представилась чужим именем?

— Каприз памяти, — сходу ответила Роза.

— Это как? — улыбнулась девушка.

— Память о близком для меня человеке.

Лора замолчала, а спустя минуту неожиданно спросила:

— Когда вернёмся в Гондэр, не хочешь сходить в какое-нибудь уютное место? Посидим — отдохнём.

Обе воительницы, облачённые в лёгкие МПД, использовали для наблюдения за местностью более серьёзную оптику, чем та, что была встроена в доспехи, а потому девушки лежали на вершине холма, подняв забрала своих шлемов. Первые рассветные лучи восходящего солнца уже проникли в этот мир, предвещая начало нового дня, и когда Роза повернула голову, то увидела взгляд Лоры, обращённый прямо на неё, и конечно не могла не отметить красоту голубых глаз наёмницы. Белокурый локон выбился из-под шлема и, подчиняясь лёгкому дуновению ветерка, скользил по лицу Лоры, создавая впечатление живого, подчёркивая миловидную внешность своей хозяйки.

— Ты же понимаешь, что я не задержусь в Эфиопии надолго? — после небольшой паузы вопросила Роза.

— Понимаю. Но если есть возможность провести с понравившимся тебе человеком чуть больше времени, то зачем упускать такую возможность?

— Что ж, предложение интересное. Осталось только вернуться, — улыбнулась Роза, и в этот момент в наушнике раздался голос Рады.

— Ну что там у вас? Можем выдвигаться?

— На первый взгляд всё чисто… — начала отвечать Роза, но резко оборвала себя на полуслове.

Сначала источник отреагировал на мощнейший магический выброс, и практически сразу же агентесса распахнула в изумлении глаза от вида огненной стены, что мгновенно сформировалась в нескольких сотнях метрах от лежащих воительниц. Не меньше километра в длину и метров пяти в ширину, она поначалу неторопливо устремилась в их сторону, постепенно ускоряясь. Секундный ступор закончился, и девушки кубарем скатились с холма к ожидающим их двум Альфам, чтобы всей компанией на максимальной скорости рвануть в сторону крепости. Однако, едва начав свой бег, Роза едва не споткнулась при виде того, как с других сторон к крепости устремились ещё две силы. С неба на цитадель опускалось чёрное облако «Поцелуя Морены», а с запада неслась воздушная волна, поднимая перед собой тучу пыли.

— Валькирии! — зачем-то прокричала Роза в микрофон, совершенно забыв о том, что Рада, как и все остальные воительницы, несомненно уже всё почувствовали и увидели.

— Минимум три, — на бегу добавила Лора.

Четверо дозорных бежали со всех ног, задействовав по максимуму ресурсы своих источников, стремясь опередить стихию, дышащую в их спины огнём. Казалось бы, совершенно нелогично бежать почти три километра в сторону места, по которому как раз нанесли удар Валькирии, но именно там их ждёт безопасность. Только в крепости, под защитой собственных одарённых высшего ранга и объединив силы всех воительниц, можно выдержать столь мощную атаку.

* * *

Когда мы с Ольгой наконец-то выбрались из палатки, движуха шла полным ходом. Лихорадочные сборы — примерно так можно было назвать суету в лагере и бегающих туда-сюда воительниц. Вроде бы с собой было взято не особо много вещей, однако народ всё время что-то таскал, складируя по машинам различные предметы походного обихода. До рассвета оставалось ещё немного времени, и Ольга выразила желание сходить на экскурсию в подземелье. Ну почему бы, собственно, и нет? Так что, прихватив с собой Агнию и Катю, отправились удовлетворять любопытство моей княгини, ну и заодно, моё собственное. В принципе, смотреть там особо было не на что. Два широких тоннеля были проложены в два уровня, закручиваясь по спирали в сторону центра. Правый вёл к алтарю, а второй к пустому хранилищу и усыпальнице, в которой помимо саркофага с эфиопским королём оказалось ещё несколько гробниц. Скорее всего, здесь были захоронены церковные служители и наместницы этого маленького городка. Вычислить могилу Иясу было не сложно, так как только у единственного саркофага присутствовал на надгробье символ королевства — пентаграмма, отлитая из золота.

В целом было сумрачно, сыро, как в любом подвале, и довольно скучно, а единственным местом, где я немного оживился, было помещение с алтарём. Насколько я успел ознакомиться с вопросом по структуре подобных артефактов, то особых предпочтений к внешней форме не наблюдалось, правда практически все артефакторы, создавая свои творения, так или иначе избегали округлостей, и наличие граней было обязательным. Так образом использовались разнообразные геометрические фигуры, из которых самыми популярными были: пирамида, куб, параллелепипед. Размер редко превышал полуметровую высоту, а на создание подобного магического накопителя уходили годы кропотливого труда. Помимо времени тратилось неимоверное количество драгоценных камней и металлов. Особо твёрдые сорта недорогих горных пород использовались гораздо реже, но также попадались. Взять, например, алтарь Змеевых, целиком выточенный из куска гранита. За счёт гигантской площади он вполне обеспечивает весь нужный функционал, пусть и пока странный и непонятный. Но, тем не менее, факт на лицо.

Эфиопский же артефакт имел форму объёмного трёхмерного креста, что, наверное, не так уж удивительно, учитывая его размещение под бывшей церковью. Целиком покрытый пластинами из золота и инкрустированный драгоценными камнями, артефакт походил на произведение искусства, место которому в музее, а не в тёмном подвале. К нашему великому сожалению данная модель оказалась стационарной и не приспособленной для транспортировки. Хотя этот факт опять-таки не особо удивлял, ибо будь артефакт переносным, его бы наверняка забрали с собой.

Основу сложносоставной конструкции составлял кусок пола, которому сначала придали определённую форму, а уже после мастерица планомерно и не спеша превращала его в мощный накопитель с функцией магической защиты крепости. Жаль, конечно, а то бы мы обязательно прихватили эту полезную щтукенцию с собой. Агнии, например, в усадьбе точно бы пригодилось, а то она, плотно занятая своими исследованиями на тему лесного алтаря, никак не может выкроить время для создания собственного защитного артефакта.

В своё первое посещение Агния отключила все энергетические потоки, отвечающие за охрану подземелья, оставив в рабочем состоянии только «Твердь» — особый магический узор, обеспечивающий противодействие любой попытке устроить локальное землетрясение под фундаментом крепости. Этакая «контрмина» против магического удара любой одарённой, владеющей стихией земли. Как сказала наша мастерица, эта схема ей не мешала, а просто так возиться и тратить время на отключение не хотелось. И как показали последующие события, хорошо, что не стала.

Неожиданный и мощный импульс магии где-то за стенами крепости заставил напрячься. Источник уловил всплеск и возмущение в магическом поле такой силы, что в первое мгновение я растерялся. Допёр спустя секунду, молча рванув за бросившейся на выход Ольгой, опередив в этом порыве даже Катю. Правда через пару пройденных метров под ногами вдруг закачался пол, а с потолка посыпалась каменная крошка. Постоянные колебания земли с непредсказуемой амплитудой всё же толкнули меня на стену, а сзади раздался крик Агнии:

— Алтарь! Нужна подзарядка! В нём мало сил!

— Я сделаю, — выкрикнула Катя, разворачиваясь обратно к помещению с артефактом.

Мы с Ольгой и Агнией бросились по тоннелю на выход, пытаясь подстроить бег под скачущий пол и одновременно отмахиваясь от падающих на голову кусков потолка, что в условиях практически полной темноты было довольно сложно сделать. Так что пару булыжников всё же пришлись по моему телу, и слава Богу, Аллаху и всем остальным, кто был причастен к созданию такой функции, как доспеха духа, иначе лежать мне с пробитой головой, и не только мне. Алтарь и крепкая горная порода пока сдерживали магический удар Валькирии, а едва мы успели добежать до лестницы, как интенсивная пляска под ногами сменилась на слабые толчки. Видно, Катя щедро влила в артефакт свои силы и на какое-то время мы можем не опасаться атаки из-под земли.

Выскочив во двор крепости, невольно замер, поражённый открывшимся видом. Сверху на крепость опускалось клубящееся серое облако, одним своим размером внушающее опасение, а если учитывать, что я прекрасно распознал данную магическую технику, то сдриснуть, и как можно подальше, захотелось немедленно. Со стороны полуразрушенного участка стены был прекрасно виден рассвета, но не эта обыденная картинка бросалась в глаза первой. Огненная волна надвигалась с размеренностью и кажущейся неторопливостью океанского лайнера. Нет, она не затмила полнеба, но с высоты холма, на котором находилась цитадель, казалась широкой рекой протяжённостью пару километров, полностью состоящей из сгустков оранжевого пламени, в нарушение законов природы вдруг вышедшей из берегов и начавшей течь по земле, вздымая свои пышущие жаром волны на несколько метров в высоту. А там, где прошлась эта прожорливая стихия, уже вспыхнули охваченные огнём участки с сухой травой.

— Решили собрать дозорных в одну кучу, — отвлек меня от созерцания голос Ольги. — Чтобы никто не ушёл.

Приглядевшись, заметил, как перед стеной из огня в сторону крепости бежали несколько человек. И судя по их скорости, шансы добежать до нас были довольно неплохие. Налетевший с запада порыв ветра заставил меня повернуть голову и уже без особых эмоций отметить приближение бури. Ветер закрутил воздух и, подняв с земли кучу мелких предметов, стремительно приближался к крепости. «Хорошо обложили,» — мелькнула у меня мысль, и я с надеждой перевёл взгляд на Ольгу. Моя княгиня стояла, расставив ноги на ширину плеч и задрав голову к небу, а обычно распущенные волосы были собраны в хвост. Походный стиль дополняли тёмно-синий обтягивающий комбез и пилотные ботинки на толстой подошве. В этот момент тугая волна силы толкнула меня в грудь, и я мог легко заметить колебание воздуха вокруг тела Ольги, а мелкие камни, лежащие возле её ног, задрожали и покатились от Валькирии. Зримый эффект от формирования магического плетения длился пару секунд и резко пропал, когда моя волшебница воздела руки к небу, сведя их над головой.

Вообще пассы руками — абсолютно не нужная вещь, ибо все магические узоры

формируются и направляются с помощью мысли. Но, как это иногда бывает, любой мысленный посыл на автопилоте частенько сопровождается жестами, вот и машут все руками, визуально транслируя созданный мыслеобраз. В данном случае можно было легко увидеть, как крепость накрывает воздушный купол, границы которого, несмотря на прозрачность, немного искажали пространство, а легко различимая рябь непрерывными волнами пробегала по стенкам этого защитного поля. И практически сразу органы чувств вступили в небольшой конфликт, выясняя, кто же именно из них врёт. Дело в том, что я по-прежнему слышал гудящее завывание ветра и приближение бури за стенами крепости, но посреди двора стало абсолютно спокойно и не было ни малейшего намёка даже на лёгкий ветерок.

— Может, восстановить энергетические потоки алтаря к другим оборонительным функциям? — раздался за спиной голос Агнии, про которую я совершенно позабыл.

— А сколько это займёт времени? Да и смысла нет. Другое дело — был бы алтарь полным, а так только зря провозишься. Постоянно его подпитывать неэффективно, ведь нашим воительницам ещё пригодятся запасы их личных сил.

Выдав скороговоркой свои доводы, я подбежал к ближайшей куче камней, оставшихся на месте бывшей стены, с желанием взобраться на эту импровизированную вышку и получить информацию об остальном нашем отряде, оставленном у подножия холма.

Общий сбор перед отправлением в путь само собой проходил в лагере, что расположился за чертой городских руин. И с моего наблюдательного пункта сразу же бросились в глаза многочисленные изменения, которые напрямую коснулись развалин старого города. Вместо останков от разрушенных домов чернели многочисленные провалы с перемешанными в них обломками строений и земли. Мощности алтаря хватало, чтобы с гарантией обеспечить защиту крепости, но для того чтобы прикрыть целиком весь город от удара из-под земли, требовалось расположить среди зданий многочисленные артефакты, через которые главное управляющее устройство, отвечающее за оборону и расположенное в подземелье, могло обеспечить надёжное прикрытие жителей. К сожалению, даже добротно сделанные вещи со временем выходят из строя.

И пожалуй, стоит поблагодарить судьбу, что крепостной артефакт до сих пор работал и смог прикрыть большую часть объектов в зоне своей ответственности. Отыскав взглядом наших воительниц, отметил, что на первый взгляд вроде бы все целы. Во всяком случае, все пятьдесят с лишним человек шустро двигались в сторону цитадели, сохраняя некую видимость порядка. Альфы уже преодолели половину маршрута и, лавируя между провалами, старались как можно быстрее преодолеть тропку, которую мы проложили через руины старого городка, а наёмницы, облачённые в наши доспехи, используя прыжковые модули, практически уже достигли своей цели. В принципе, бежать от лагеря было не особо далеко, так как бывший город раскинулся вокруг крепости, заняв площадь около километра в диаметре, ну или чуть больше. От наблюдения отвлёк голос Кати, уже выскочившей из подземелья:

— Сейчас помогу.

— Нет! Не светись пока, — выкрикнула Ольга, — На первых порах поддержат Альфы.

«Ага. Всё правильно. Если о Кате не знают, то следует приберечь этот козырь», — мысленно одобрил я решение супруги. Моим вниманием снова завладела окружающая обстановка, а именно — резко наступивший сумрак. Тёмное облако постепенно накрывало защитный купол, окутывая его со всех сторон и одновременно закрывая собой солнечные лучи. Эта гадость по структуре напоминала плотный тёмно-серый туман, но явно была смертельно опасна. Я чувствовал, как Ольга сделала несколько безуспешных попыток вызвать ветер и сдуть эту хрень куда подальше, но облако оказалось слишком большим, и главное, ощущалось постоянное противодействие этим попыткам от второй Валькирии, которая, управляя воздухом, не давала рассыпаться в стороны «Поцелую Морены». Всё, чего смогла добиться моя княгиня, это пробить в облаке несколько сквозных дыр, которые, впрочем, очень быстро затянулись.

Видимость продолжала падать, но ещё до того, как «Поцелуй» древней богини смерти полностью закрыл мне обзор, во двор крепости, заваленный всяким строительным хламом, стали вбегать воительницы. С момента моего выхода из подземелья прошло от силы минут пять, а события продолжали стремительно развиваться своим чередом. Колебания земли по-прежнему не прекращались, хотя и стали гораздо реже, а потому резкий треск за спиной заставил меня обернуться, и я успел заметить, как одна из двух еще не обрушившихся башен вдруг резко просела и наклонилась в сторону городских руин, прилегающих к стенам крепости. В таком подвешенном положении четырнадцатиметровое сооружение пробыло несколько долгих секунд, и я уже подспудно начал думать, что эфиопское строение повторит подвиг пизанской башни, но нет, медленно и величаво она всё-таки продолжила свой короткий путь, прихватив с собой участок стены. Непродолжительный грохот и кратковременные завихрения в смертоносном облаке, вызванные падением массивной конструкции, стали финалом всего действа. «Н-да, или алтарь слабеет, или вражеская Валькирия удачно „бомбанула“ и новый провал рядом с башней вызвал такие разрушения,» — провёл я первичный анализ.

Тем временем наши Альфы занимали места по периметру крепости, дабы помочь Ольге в поддержке силового поля, а наёмницы в тяжёлых МПД сгрудились в центре вокруг моей жены. Наблюдая за воительницами и пользуясь относительной тишиной, позволил себе поразмышлять на тему: «Почему не атаковали на марше, ведь это логичнее?».

Правда этот вопрос не отнял у меня много времени. Если это всё-таки Кайсаровы, и они увидели наши сборы, то чтобы подготовить грамотную засаду, нужно время и, самое главное, знание точного маршрута. К тому же любую засаду можно обнаружить, а значит, высок шанс, что кто-то из нашего отряда сможет прорваться и уйти, и тогда это станет большой проблемой для казанского клана. Не здесь, конечно, а в России, где им придётся держать ответ за столь подлое нападение.

Есть определённые правила, и Кайсаровы нарушают сразу несколько из них. Всевозможные интриги и хитрые манёвры, чтобы оставить конкурента с носом, безусловно, присутствуют повсеместно, но это касается коммерческих вопросов. А кровопролитные межклановые войны проходят по другой, более серьёзной статье, и сначала как минимум следует выставление обоюдных претензий, и только потом начинаются боевые действия, если императрица, обычно берущая на себя роль посредницы, не сможет примирить враждующие стороны. В этом мире честь пока не пустой звук, и хоть действия Кайсаровых опровергают данный тезис, но всё же это скорее исключение из правил, и я очень хотел бы знать, что же именно их так мотивировало и заставило плюнуть на все существующие нормы. Неужели только артефакты Радмилы?

Как бы то ни было, но из всего вышесказанного следовал один очень неприятный вывод: оставлять живых свидетелей своего беспредела нападающие точно не собираются. «Что, братан? Страшно?» — попытался я определить своё внутреннее состояние. Однако копание в себе выдало неожиданный результат. Какое-то волнение безусловно присутствовало, но оно более походило на азарт и предвкушение. Ведь, по сути, наша ловля на живца всё-таки сработала, пусть и немного не так, как мы рассчитывали, но я жаждал боя с явно превосходящим нас противником, хоть и не мог внести существенный вклад в намечающееся сражение. Да-да. Основное сражение ещё впереди, магия магией, но, как и тысячи лет назад, всё решат поединки на холодном оружие. Сейчас враг постарается лишить Ольгу запаса магических сил, чтобы после сблизиться и поставить окончательную точку в этом противостоянии. Очень надеюсь, что наш джокер в виде Кати станет для атакующих внезапным и неприятным сюрпризом.

В следующую секунду на силовом поле разорвалось что-то необычайно мощное, заставив меня невольно пригнуть голову и прикрыть веки от яркого света. «Однако нехилого размера файербол прилетел,» — промелькнула у меня мысль. И в этот момент наша защита засверкала множеством вспышек, сдерживая массированный обстрел из разнообразных магических ударов. Молнии чередовались с огнём и льдом, стараясь пробить воздушный щит Ольги, подпитываемый тремя десятками Альф. Если попытаться абстрагироваться, то можно было бы даже повосхищаться салютом в нашу честь, ибо силовое поле покрылось разнообразными цветовыми схемами на любой вкус. Стоя на груде камней, я мельком фиксировал знаковые моменты, а мысли на всевозможные и разносторонние темы продолжали возникать в моей голове.

Мешанина из сильнейших магических техник, ощущаемых источником, не могла дать точный ответ на вопрос: сколько же Валькирий участвуют в атаке? Но по разнообразию ударов было абсолютно ясно, что их минимум трое и, глядя на всю эту иллюминацию, сверкающую на нашей защите, во мне невольно пробудился червячок сомнения, сходу решивший вые… вынести мне мозг своим неуместным сейчас сожалением. «Всё-таки стоило выехать ещё вчера вечером, как этого хотела сделать Рада?» — начала свою арию злопамятная часть моей натуры. К сожалению, мы часто крепки задним умом, а на тот момент, когда Рада с Катей обсуждали вариант «выезда на ночь глядя», я был увлечён добытыми из гробницы артефактами и просто отмахнулся от попытки вовлечь меня в разговор. В итоге победила Вяземская, решившая, что с теми силами, что мы располагали, нам ничего не грозит. Валькирия искренне не понимала, кто в этих диких землях сможет бросить ей вызов? Встань я на сторону Рады, и всё могло пойти совсем по другому сценарию. Ну, да что теперь без толку сожалеть.

Бабахало по-прежнему неслабо, с пулемётной частотой покрывая защитное поле разноцветными вспышками разрывов, и можно было легко представить, какой ад творился по ту сторону барьера. Правда один нежданный плюс эти беспрерывные атаки всё-таки принесли, и тёмное облако стало не настолько плотным, постепенно теряя свою непроницаемость. «И кстати, а все ли дозорные вернулись?» — возник у меня вопрос при взгляде на трёх девушек, которые просто влетели сквозь барьер. Причём одну из них, оказавшуюся наёмницей, две другие воительницы тащили на руках. «Похоже, зацепило на подходе», — отметил я очередное событие. Судя окровавленным латам, требовалась срочная помощь лекарки, но с этим пунктом дела у нас обстояли хорошо. Ведь помимо Валентины, что прилетела в Африку вместе с моей группой, в отряде Анжелы также имелась подобная специалистка. Причём обе целительницы сходу настолько спелись друг с другом, что с момента прилёта я ни одну из них не видел. В общем, встретились два одиночества, дабы с философской точки зрения обсудить нелёгкий труд своей профессии. Наверное…

Акцентировав свой взгляд на Ольге, отметил, что моя княгиня, кроме постоянной подпитки щита, никаких других узоров атакующего плана не использует. Это правильно. Во-первых, в какой стороне находится противник, пока абсолютно не понятно, а тупо лупить по площадям контрпродуктивно. Во вторых магические силы стоило поберечь для финальной стадии. Рядом хрустнуло, и повернув голову, заметил старшую хранительницу, что в два прыжка запрыгнула на мой импровизированный пункт наблюдения.

— Не желаете спуститься в подземелье ваша светлость? — вежливо поинтересовалась Рада.

Спокойненько спросила. Как будто мы не под обстрелом находимся, а где-нибудь в

поместье время обеда обсуждаем.

— А что? Там уже открыли бордель? — сыронизировал я.

— Если это единственная причина, способная подстегнуть ваше желание, то я сейчас организую.

— Хм. Не-е. Этого стимула для меня недостаточно.

— Тогда настоятельно прошу облачиться в доспех, пока есть время.

— В тяжёлый, — безапелляционным тоном заявил я.

— Что-то мне подсказывает, что в тяжёлом ты точно пустишься во все тяжкие, — перейдя на «ты», с хмурым видом проговорила Рада.

— Ха! Оглянись! — развёл я руками, — Тебе не кажется, что мои шансы отсидеться за вашими спинами близки к нулю?

Рокочущий и беспрерывный грохот от множественных взрывов и яркие вспышки на защитном барьере были хорошо зримым подтверждением моих слов.

— Хорошо, — вздохнула воительница, — но очень тебя прошу не лезть на рожон. Я постараюсь быть рядом, но может выйти так, что мои способности понадобятся в другом месте и оперативно прикрыть тебя не смогу. Ведь количество и ранг противниц пока не известны, но скорее всего от наёмниц будет мало проку, так что на время боя Анжела и её девочки будут охранять тебя с Агнией.

— Я постараюсь быть благоразумным и не бросаться на Валькирию с голыми руками, — криво усмехнулся я в ответ.

На этой ноте обсуждение моего места в бою завершилось, и Рада спрыгнула с нашей возвышенности, а спустя пару минут меня снизу окликнула Анжела:

— Ваша светлость! Карета подана!

«Юмор — это хорошо!» — мысленно одобрил я позитивный настрой командира наёмного отряда. Спустившись с кучи камней, подошёл к тяжёлому МПД модели «Зубр». Стальная туша бронированной техники возвышалась надо мной больше чем на метр и, кроме общего имени, не имела никаких других сходств со своим парнокопытным собратом из дремучего леса. Все взятые в Африку МПД были немного модернизированы, и на каждой руке располагалось по плазменной пушке, а пусковые устройства на плечах несли увеличенный боезапас ракет. Энергопитание второй пушки обеспечивалось за счёт прыжкового модуля, у которого был собственный реактор.

Я вполне мог немного собой погордиться, ведь подобный апгрейд был предложен именно мной. После маньчжурских приключений, будучи в лёгком подпитии во время очередной встречи с Михаилом, у нас зашёл разговор о доспехах, и я высказался насчёт слабого вооружения тяжёлых МПД. В духе: «Не хватает им одной плазменной пушки, надо бы две». На что получил справедливый ответ, что: «Миниреактор доспеха не потянет две плазмы серьёзного калибра. Или один „крупняк“, или пара „мелкашек“, но при последнем варианте получается шило на мыло». Ну а я возьми и ляпни в ответ насчёт десантных модулей, которые нужны только во время прыжков, а на земле это просто бесполезный груз. Мой лысый дружбан сначала завис, а потом заявил, что это гениально, и порывался тут же сбежать, дабы донести до клановых конструкторов столь очевидное и простое решение.

В общем, на доводку прыжковых модулей ушло два месяца, и у наших тяжёлых МПД появилась ноу-хау в виде дополнительной плазменной пушки на левой руке, которой можно было пользоваться, находясь на земле. В обычной компоновке, на месте пушки располагался дополнительный блок для четырёх ракет ближнего радиуса действия, но последние испытания наглядно продемонстрировали преимущество усовершенствованного доспеха, который ожидаемо показал двукратное увеличение в мощи залпа и скорострельности, а это те самые показатели, что непосредственно влияют на итоговый результат любого боя.

Так как перед возвращением в Гондэр практически все наёмницы перебрались в тяжёлые доспехи, то большую часть своих лёгких лат анжеловские девушки передали Альфам. Хоть у Рады и ей подобных воительниц хватало собственных сил, но небольшой плюс к защите лишним не будет. А едва я уселся за пульт управления своего МПД и нацепил шлем, как в голове молнией возникла мысль, заставившая меня аж подпрыгнуть в нетерпении. Активировав командирский канал быстро проговорил:

— Анжела! Сколько дозорных ещё не вернулось?

— Ещё две группы, — ответила наёмница и тут же поправилась: — Вру. Уже одна.

Оговорка произошла не потому, что девушка, забыла, сколько именно человек осталось «в поле», а из-за неожиданного возращения ещё четырёх дозорных, сумевших добраться до нашего островка безопасности. Эта группа также прошла через барьер в том же месте, где и предыдущие беглянки. Чтобы не заниматься каждый раз скалолазанием, когда требовалось попасть во внутренний двор крепости, обвалившийся участок стены был более-менее расчищен и теперь представлял собой узкий проход шириной несколько метров, которым мы регулярно пользовались пару последних дней. Проводив взглядом вроде бы целых с виду воительниц, снова обратился к Анжеле:

— Кто остался? Дай контакт.

— Лови. Только смысл?

«О как!» — слегка удивился я, получив короткий список из четырёх имён, парочка из которых была мне знакома. Вопрос капитана я проигнорировал, так как сосредоточился на скорейшем решении посетившей меня идеи. «Роза или Лора?», — озадачился я запоздалым вопросом, уже тыкая в первое имя. Однако вместо связи получил какую-то феерию из писка и треска. «Поздравляю! Ты дятел!», — тут же наградила меня «почётным» званием самокритичная часть моей натуры. Ольгин барьер не пропускал радиосигнал, иначе бы Анжела заранее знала о возвращении воительниц. Вывод сделал уже на ходу, врубив прыжковый двигатель и направляя «Зубра» на ту сторону защитного поля. Мне срочно нужно связаться с девчонками. Вопль Анжелы, раздавшийся в наушниках, оборвался, когда я пересёк границу воздушного щита, но при этом успел вызвать пробуждение совести, которая сходу напомнила, что кое-кто обещал не совершать глупостей.

Второй раз сожаление о принятом решении накрыло меня уже без подсказок со стороны совести. Стоило оказаться по ту сторону защитного поля, как меня чуть не сбило пронёсшимся рядом файерболом. Испуганное воображение намного преувеличило размеры полуметрового огненного шара, выдав его за гигантскую сферу необъятного диаметра, а расстояние, на котором мы разминулись, было сокращено до нескольких сантиметров. Хотя по факту пылающая хрень пронеслась на гораздо большем удалении, вне границ амулетной защиты, но всё равно это было близко. Хоть и ожидал что-то подобное, но опасная ситуация возникла слишком внезапно, чтобы воспринять её абсолютно спокойно. Так что фраза «Едва не обделался» подходила к моим ощущениям как нельзя лучше. А если учесть, что со всех сторон по нашему барьеру шла непрерывная бомбардировка подобными снарядами, то вокруг было более чем жарко.

Своим первым прыжком я преодолел всего метров пятьдесят, которых как раз хватило, чтобы оказаться на небольшом удалении от крепости. Специально прыгал на минимальное расстояние, чтобы как раз-таки избежать столкновения с «гостинцами» наподобие едва не подбившего меня файервола. Ведь чем больше длина прыжка, тем выше верхняя точка дуги, по которой перемещается МПД, находясь в воздухе. Но в моём случае уже в десяти метрах над уровнем земли кипела адская смесь от всевозможных магических атак, и траектория некоторых из них пролегала слишком близко к поверхности. Так что приходилось осторожничать, дабы не оказаться в роли сбитого лётчика.

— Роза, приём, — попытался я вызвать нужную мне девушку.

Я замер посреди груды обломков какого-то строения, за спиной моего доспеха возвышалась крепость, укрытая защитным полем, а передо мной раскинулись руины городка, который за десять минут, прошедшие с начала атаки, претерпел значительные изменения. Помимо нагромождения камней и покосившихся остатков домов, добавились новые элементы, а точнее многочисленные проплешины, где не было ничего. Валькирия, управляющая стихией земли, изрыла все подступы к вершине множеством провалов, стараясь обрушить остатки стен и заодно ослабить сопротивление защитников Зэры. Судя по колебаниям земли, она до сих пор не оставляла свои попытки.

— Лора, приём, — попробовал я вызвать другого абонента.

Быстрое сканирование местности не выявило целей ни своих, ни вражеских, но всецело полагаться на оборудование, конечно, не стоило. Высокий магический фон создавал многочисленные помехи, и радар явно барахлил, транслируя картинку с каким-то искажением. Попытка поиграться с оптикой также не принесла успеха, и в доступной для наблюдения зоне я мог рассматривать только восточный склон холма, с ограниченным обзором северного и южного направления. Туманное марево от «Поцелуя Морены» ещё не рассеялось окончательно и по-прежнему затрудняло видимость. Но Валькирий на ближайших возвышенностях замечено мной не было, а из-за того, что атакующие использовали технику дальних ударов, проследить, откуда именно запускают магические снаряды, было невозможно. Все эти взрывоопасные хреновины возникали в воздухе, метрах в трёхстах от крепости, и стремительно неслись в сторону цитадели. Причём с той стороны крепости, где находился именно я, основную массу всех атакующих техник составляли файерболы, правда весьма увеличенного размера.

Определить хотя бы примерное направление с помощью источника было опять-таки нереально из-за повышенного уровня магфона. Но Зэра однозначно находилась у Валькирий на прямой видимости, ибо использование корректировщиков хорошо только для артиллерии, но не для магического удара. Вполне вероятно, что одарённые высшего ранга находятся в паре километров от крепости, скрытые артефактом невидимости и тем самым оставаясь незамеченными для любых глаз.

Огненная река, которую я наблюдал в первые минуты атаки на крепость, прекратила своё существование, однако она оставила после себя выжженную и местами горящую землю. Чадящий дым от костров, подхваченный сильным ветром, разрывался на клочья и беспорядочно кружился в воздухе, что также ограничивало видимость. Радиоэфир по-прежнему шумел, пыхтел, скрипел, но мне никто не отвечал. Похоже, всё-таки придётся прыгнуть ещё на несколько сотен метров, подальше от эпицентра этой аномалии, созданной магией. И вообще, мне теперь проще самому выполнить задуманное, чем пробовать связаться с нашими потеряшками.

Весь анализ ситуации вместе с попытками связаться с группой дозорных занял у меня от силы секунд пятнадцать. Неизвестно, сколько ещё у меня осталось времени до того момента, когда меня обнаружат, а потому не раздумывая совершил очередной прыжок в сторону нашего полевого лагеря. Привычная перегрузка в момент отрыва от земли слегка вдавила в кресло, а саму траекторию я рассчитал таким образом, чтобы с запасом перелететь ближайшую на пути яму метров двадцати диаметром. Так как склон понижался, то я мог прыгнуть на более длинную дистанцию, не переживая о столкновении с летящими в сторону крепости магическими снарядами.

За сто метров пути и пять проведённых в воздухе секунд произошло сразу два события. Во-первых, я ошибся с точкой приземления. Точнее, не учёл, что сразу за ближайшей ко мне ямой может оказаться ещё один котлован, который скрывала цепочка строений, образовав тонкий перешеек между двумя земляными ловушками. В итоге пришлось врубать форсаж, чтобы дотянуть до нормального участка поверхности. Я, может быть, и не стал бы столь лихорадочно вытягивать МПД, но дно каждого провала, помимо того, что представляло собой мешанину из камней и земли, было также утыкано земляными пиками, словно ёжик иголками. Быть прошитым насквозь мне решительно не хотелось и пришлось таранить доспехом какую-то хилую постройку, оказавшуюся на месте приземления. Ветхая стенка старого дома оказалась слабее моего бронированного «Зубра» и закономерно развалилась на составные части. Брызнувшая во все стороны каменная крошка, пылевая завеса и зубодробительная встряска стали мне «наградой» за сей сомнительный «подвиг».

Несмотря на столкновение, я удержал МПД на ногах, что позволило мне сразу сосредоточить внимание уже на втором событии. Из крепости выскочило сразу десять тяжёлых доспехов, и сейчас они совершали уже второй прыжок в мою сторону. Либо девушки оказались более внимательными, чем я, либо учли мою кривую траекторию, но воительницы спокойно перемахнули оба котлована и приземлились тесной группкой возле меня. Кто конкретно был отправлен за мной, я не знал, а потому невозмутимо обратился по общему каналу:

— Из машины нужно извлечь артефактный меч, который нашли в подземелье. Боюсь, что наши скачки на склоне могли привлечь ненужное внимание, а потому нужно поторапливаться.

Секундная пауза и ответ одной из наёмниц:

— Хорошо. Мы всё достанем. Но вас прошу вернуться в крепость.

Несмотря на то, что мы находились в пяти метрах друг от друга, голос девушки, транслируемый наушниками шлема, сопровождался жутким шипением.

— Давайте не будем тратить время и…

Я оборвал свою фразу, так как все мои чувства, обострённые и работающие на пределе, заорали благим матом, предупреждая об опасности.

— Прыжок! Немедленно! — выкрикнул я, одновременно разворачивая доспех в сторону лагеря и врубая прыжковый модуль.

Причём резкую команду мы с наёмницей крикнули практически одновременно. Очень хорошо, что девушки в отряде у Анжелы оказались опытные и среагировали одновременно со мной. Очередной провал, возникший под нами, едва мы оторвались от земли, достигал в диаметре не меньше тридцати метров. Что тут скажешь? Вовремя взлетели! Торчащие на пятиметровой глубине чёрные наконечники пик гарантировали смерть любому упавшему и далеко не факт, что быструю. Была ли это прицельная атака Валькирии или нам просто не повезло оказаться именно в этом месте, сказать было сложно, но лучшей стратегией будет всё же разделиться.

— Четверо со мной к лагерю, а остальные поищите дозорную группу. Находиться всем в одном месте слишком опасно, — проговорил я по общему каналу.

Моё логичное решение никто не оспаривал и не обсуждал, а после приземления и повторного прыжка за моей спиной оказалось четыре МПД, в то время как остальные воительницы разделились поровну и проследовали хоть и параллельным, но веерообразно расходящимся курсом.

«Минус тебе, братан! Жирный минус!» — клеймила меня самокритичная часть души, пока мы совершали к лагерю последний прыжок. — «Не выйдет из тебя генерала. Хреновый, может, и получится, а про хорошего можешь забыть». Мысль была справедливой и полностью соответствовала мне сегодняшнему. Вот что мне мешало поставить задачу и отправить на задание группу воительниц? Ничего! Абсолютно ничего не мешало! Но юношеская импульсивность так и прёт из меня, а действие всё время опережает мысль. Понятно, что времени мало, но, чёрт возьми, умение думать быстро и правильно как раз-таки и отличает хорошего командира от плохого. «Ну, значит, не судьба. Что ещё тут скажешь. Может, ещё дорасту. Если выживу» — вывел я успокаивающую формулу. Будет «весело», если стальная ладонь доспеха не удержит меч за обломанный кусок рукояти, а даже если и сможет, то мощь клинка вполне может оказаться недостаточной, и вся эта операция окажется бессмысленной.

«И вообще! Всё зло от баб! Мало того, что за их спинами вечно нахожусь, так ещё на убой нужно посылать,» — продолжил я своё философствование, приземлившись рядом с двумя грузовиками. Три остальных автомобиля рухнули в очередной провал и пронзённые пиками лежали на дне ямы. Мои сопровождающие бросились к первым двум машинам, и если меча там не окажется, то придётся спускаться в котлован. Замерев недалеко от края провала и напряжённо оглядывая окрестности, я попытался примерить на себя роль Юлия Цезаря, небрежным взмахом руки отправляющего в бой свои легионы. Но на последнее у меня явно жёсткая аллергия и хладнокровно приказать женщинам выполнить внеочередное задание, находясь под непрерывным обстрелом, у меня рука не поднимается. И не только рука.

«Твоё глупое рыцарство здесь мало кто оценит, а поймут и того меньше», — долбилась в голове мысль. — «Их много, а тебя мало. Чего их жалеть? Вечно стремишься потешить свою мужскую гордость, забывая, что предназначение местных воительниц сражаться и умирать. В том числе и за тебя и твоё имя. Ты вообще уникален на всю эту планету», — пел в моей голове… Кто? А хрен его знает, какая часть натуры решила покапать на мозг, но занудная мантра напрягала. Как долго меня ещё будет клинить от подобных вопросов, неизвестно, но своё отношение к бабьему миру давно пора отформатировать. А то слишком часто веду себя, как юноша с вечно горящим взором, пылающим сердцем и с полным отсутствием мозговой деятельности.

Мои размышления прервала одна из подошедших воительниц. Можно сказать, что нам повезло, так что не придётся спускаться в провал для исследования упавших грузовиков. Наёмница протянула мне двухметровый меч, который она придерживала обеими руками своего МПД. Огрызок рукояти на фоне массивных ладоней доспеха выглядел крохотным и казался совершенно неподходящим для хвата. Однако не попробуешь, не узнаешь. Мой «Зубр» послушно протянул левую руку и четыре захвата-манипулятора сомкнулись на рукояти. А нет. Поместилось только три «пальца». Ну и ладно. Главное, чтобы держалось. Набрал на пульте команду, чтобы стальная ладонь МПД всегда оставалась в режиме «сжато» и не реагировала на мои непроизвольные действия в сенсорной перчатке. Взмахнул несколько раз рукой доспеха, покрутил кисть и убедился, что оружие держится крепко и не болтается. Мои губы самостоятельно растянулись в довольной улыбке, и хотя со стороны это наверняка выглядело глупо, но мне было плевать. Во-первых, меня в доспехе никто не видит, а во-вторых, я был счастлив. Безмерно. Теперь я точно готов к бою.

— Нужно уходить, — проговорила наёмница.

Быстро огляделся. Показалось, или за те пару минут, что мы потратили с девушками на поиск меча, интенсивность обстрела крепости несколько снизилась? Мнимое затишье перед основной атакой? Может быть. Как бы то ни было, но нам действительно пора возвращаться.

— А что с дозорной группой? — спросил я, оглядываясь в поисках остальных МПД.

— Угодили в провал. Им уже оказывают помощь.

— Справятся без нас?

— Не переживайте. Справятся.

Голос наёмницы транслировал явное нетерпение, намекая, что мне пора перестать трепать нервы и себе и девушкам. Что ж, основная цель достигнута, и можно действительно возвращаться обратно. Развернувшись в сторону крепости, мы совершили одновременный прыжок, и в этот момент противник решил, что МПД, свободно скачущие среди руин, вконец обнаглели. Радар даже пикнуть не успел, когда у меня за спиной полыхнуло. Так как я находился на острие нашего построения, прикрытый со спины четвёркой воительниц, то вся мощь магического удара пришлась по наёмницам. Взрывная волна лишь качнула мой доспех, слегка изменив траекторию полёта, но трое из нашей группы рухнули на землю. Насколько пострадали пилоты, сходу понять было невозможно, но моё естественное желание прийти на помощь ещё до приземления пресекла оставшаяся девушка:

— Не останавливаемся. Прыгаем дальше, — резко выдала наёмница.

— Им надо помочь, — огрызнулся я.

— Остальные помогут. Ходу, князь. Ходу.

«Твою ж дивизию!», — мысленно ругнулся я на ситуацию в целом, уже ожидая очередного удара с воздуха. Противник не заставил себя долго ждать, вот только в этот раз его внимание оказалось сосредоточено на остатках отряда, что оставались оказывать помощь дозорным. Полыхнуло знатно, а количество файерболов, что транслировала видеокамера заднего вида, было трудно сосчитать. Слишком мощными были взрывы, и смогут ли воительницы пережить такое накрытие, сказать очень трудно. Огненная стена взвилась на несколько метров вверх, и если бы не МПД, то можно было бы с уверенностью утверждать, что все попавшие в эпицентр вряд ли переживут такую атаку. Только благодаря доспехам у наёмниц ещё оставались какие-то шансы всё-таки выбраться из этого ада.

«Если эта длинная хреновина окажется бесполезной, то я самолично убьюсь головой об стенку», — злясь на самого себя, подумал я. Хотя, если смотреть с другой стороны, то эфиопский меч вполне тянет на серьёзный бонус в бою, и не попытаться воспользоваться им я не имел никакого права. Так что оружие в любом случае требовалось достать, а сам бы я это сделал или отправил бы воительниц — уже не настолько важно. И кто бы ни пошёл за артефактом, он всё равно попал бы под огонь Валькирии. Очередной виток размышлений пришлось прервать, так как из крепости уже выбежали шесть воительниц, среди которых сходу опознал Раду и Киру. Выскочили они, к слову сказать, очень вовремя, так как стоило нам с наёмницей, приземлиться за их спинами, как нам в спину полетел запоздалый и пламенный «привет» от Валькирии. Развернув доспех лицом к опасности, мог воочию наблюдать, как шесть Альф отражают атаку одарённой высшего ранга. Со стороны казалось, что справились без особых проблем. Во всяком случае, десяток огненных шаров разорвались на коллективно созданном защитном поле, не причинив никому вреда.

— Давайте в крепость, а то сейчас графиня Вяземская выскочит, а её присутствие не хотелось бы светить раньше времени.

Из-за близости к магическому барьеру голос наёмницы, раздавшийся в наушниках, был жутко искажён и сопровождался посторонними хрипами, но общий смысл я разобрал. Через защитное поле я прошёл как можно скорее, дабы успокоить всех тех, кто за меня переживал. За время моего отсутствия картинка крепостного двора особо не поменялась: две пока ещё целые стены, уже одна башня и груды строительного мусора, оставшиеся после обрушения внутренних построек. Лишь участок перед спуском в подземелье, на котором по-прежнему находилась Ольга, был немного расчищен, а всё остальное пространство представляло собой нагромождение камней разной высоты. Ну а первым, кто меня встретил, оказалась Анжела — командир наёмного отряда. Воительница — облачённая в легкие латы — замерла передо мной, а открытое забрало шлема позволяло довольно легко разглядеть выражение её лица. Я бы назвал его безучастно-грустным. Правда глаза подозрительно поблёскивали. Эдак гневно. Хотя возможно, это от счастья и радости от того, что я наконец-то вернулся. Хм…

— Вы же знаете, ваша светлость, что меня и мой отряд назначили охранять вашу персону на время боя? — голос Анжела не повышала и свой вопрос задала абсолютно спокойным тоном.

Внутри защитного барьера связь работала без перебоев, и я прекрасно слышал все оттенки её голоса.

— Да-да, я что-то слышал об этом, — в тон ей ответил я, смотря на изображение девушки на экране своего визора.

— Не знала, что вы настолько беспокойный клиент. Хотя в принципе догадаться было не сложно, особенно если вспомнить вашу решительность во время печальных московских событий.

— Не переживай. В няньках ты пробудешь недолго.

Учитывая обстоятельства, ответ получился весьма двусмысленным, однако Анжелу это не смутило, вызвав на лице улыбку.

— Спасибо. Успокоили. Возможно, мне кажется, но в доспехе вы находитесь в гораздо большей опасности, чем без него. Может, побудете налегке? Пока всё не закончится. А?

— Ну-у, если ты мне сейчас скажешь, что кто-то из твоих девочек регулярно участвует в турнирах на звание лучшего пилота тяжёлого МПД и умеет прекрасно обходиться с подручными колюще-режущими предметами, то я с удовольствием передам этот меч. Но доспех останется со мной, — твёрдо заявил я в конце своей речи.

Анжела не успела ответить на моё предложение, так как через защитный барьер начали втягиваться воительницы. Я напряжённо замер, считая количество вернувшихся девушек. После того как через магическое поле прошли прикрывающие их Альфы, стало ясно, что ждать больше некого. Из десяти МПД, что ринулись за мной, вернулось только пятеро, это если считать вместе с наёмницей, которая сопровождала меня до самого последнего момента. Радовало, что вернулись дозорные, правда, всего трое из четырёх, а их состояние было критическим, во всяком случае, передвигаться самостоятельно они не могли, и были сразу доставлены к нашим лекаркам. Результат всей вылазки выглядел неоднозначно. Получилось добыть меч и спасти трех девушек, потеряв при этом пятерых человек. «Так плюс в итоге или минус?» — спросил я сам себя и тут же мысленно ответил:

— «Не знаю, но кошки на душе почему-то скребут.»

— Надеюсь, эта штука хоть чем-то поможет, — отвлек меня голос Анжелы.

Меч, о котором шла речь, я пристроил лезвием на плечо доспеха, согнув в локтевом суставе левую руку МПД.

— Бой покажет, — непроизвольно пожал я плечами. — И ты не ответила на счёт турнирного бойца.

— Парочка любительниц есть, но они остались в империи. Я очень надеюсь, что ситуация не станет настолько критической и вам не придётся им воспользоваться. Так что, если этот меч не требует активации одарённой, то можете оставить себе.

— Нет. Не требует, — с невозмутимым лицом ответил я.

Хотя мог особо и не стараться с актёрской игрой. В доспехе меня всё равно не видно. Ну а что я мог сказать? Сейчас точно не время рассказывать, что я одарённый. А потом… Вот когда наступит это «потом», тогда и будем думать. И снова наш разговор был прерван. Только в этот раз внимание привлекла резко наступившая тишина. Бомбардировка магическими снарядами неожиданно прекратилась, и единственным звуком оставалось завывание ветра за защитным барьером. Поднадоевшее дрожание земли также пропало, и все эти знаки могли говорить только об одном — сейчас начнётся основное действо. Перевёл видеокамеры «Зубра» на Ольгу и как раз попал на момент, когда моя княгиня, выйдя из неподвижного режима, выхватила сразу оба своих меча. Катана привычно легла в правую руку, а сабля заняла своё место в левой. «Всё. К бою готова!» — мысленно прокомментировал я. Тем временем моя жена в пару прыжков забралась на ближайшую кучу камней, чтобы с высоты было видно приближение противника.

Ольга по-прежнему держала защитный барьер, который обрёл первозданную прозрачность и теперь не мешал спокойно наблюдать за подходами к крепости. Особых изменений в пейзаже было немного, но все они выглядели весьма существенными. С той стороны, где находился обвалившийся участок стены, можно было увидеть, как через городские руины по направлению к развалинам нашей цитадели постепенно продвигался небольшой огненный купол. Ярко-фиолетовое пламя вздымалось на несколько метров вверх, растянувшись в длину метров на пятьдесят, и казалось каким-то неестественно-искрящимся. А языки пламени переливались и скользили, как будто по ровной поверхности, словно вода. Что это такое, мне объяснять не требовалось — я сразу узнал защитное поле.

Среди защитниц Зэры пробежала небольшая волна, и все Альфы зашуршали, вытаскивая своё артефактное оружие. Большая часть воительниц взобралась на длинную насыпь из нагромождения камней, что образовалась на месте когда-то высоких крепостных стен. Несколько девушек поднялись на целый участок стены, туда же запрыгнула парочка МПД, в прямом режиме транслируя с высоты всю видимую картинку. Оказалось, что к крепости подходят ещё две группы с неизвестной численностью, ибо они также скрывались за непрозрачными силовыми полями. Один из отрядов — судя по бледному оттенку магического барьера, прикрытый чем-то из ледяных техник — если не поменяет траекторию, должен подойти со стороны пока ещё целой башни. А вот второй, закрытый серым куполом, постепенно смещался к самой первой группе, которая скрывалась под огненным щитом, и скорее всего оба эти отряда планируют одновременно подойти к точке, где у крепости не было стен.

В этот момент Ольга попыталась вскрыть защиту противника и нанесла удар с применением своих излюбленных молний. Больше десяти шаровых сгустков понеслись в сторону огненного купола, стремительно разрастаясь в размерах, а мощная вспышка, возникшая в момент взрыва, заставила меня прикрыть глаза, так как светофильтры «Зубра» сработали с запозданием. Огненное цунами и взрывная волна подняли в воздух неимоверное количество пыли и камней. И вся эта полыхающая огнём туча, мгновенно преодолев жалкие пятьсот метров до нашей крепости, обрушилась на защитный барьер. Возможно, последствия после атомного взрыва и были бы намного серьёзнее, но, на мой неискушённый взгляд, удар Ольги выглядел не менее страшно. Во всяком случае, до того, как на нас обрушилась обезумевшая стихия, я успел вспомнить очень многое из своей жизни. За секунду пролистал лет десять, а может и больше…

Защитное поле выдержало, а не стихающий ветер довольно быстро разогнал витающую в воздухе пыль. Увы. Но наши противники не понесли явно видимого урона и продолжали неумолимо приближаться. А единственными серьёзно пострадавшими оказались городские руины. В обозримой округе с поверхности земли слизало абсолютно всё, не оставив даже намёка на то, что здесь когда-то был город. Глобальной чистки избежала только та часть городка, что оказалась, прикрыта крепостью и нашим воздушным щитом. «Снос зданий любой сложности. Быстро и качественно», — выдало рекламный слоган моё слегка шокированное подсознание.

Ольга ограничилась только одним ударом, видно, решив, что бить вполсилы бессмысленно, а сверхмощные атаки рикошетят по собственной защите, заставляя тратить дополнительные силы на её поддержание. Так что мы все замерли, молча ожидая, когда же враги «доползут» до крепости. Глянул на свою княгиню, и накатило сожаление, что не могу сейчас подойти и обнять свою женщину. Возникло желание сказать ей что-то нежное и, возможно, совсем сейчас неуместное, но сегодня Ольга не стала одевать даже шлема, и мне оставалось только вздыхать про себя. И вдруг, словно почувствовав, что за ней наблюдают, моя златовласая богиня обернулась и безошибочно посмотрела в мою сторону.

Нахлынуло ощущение, будто смотришь драматичный эпизод из какого-нибудь фильма. Между героями всего пятнадцать метров, но общаться они могут только жестами. Вот и сейчас Валькирия взмахнула катаной, а лезвие японского меча на секунду полыхнуло багровым цветом… приветствуя или прощаясь. Тряхнул головой, прогоняя наваждение. Последний вариант меня категорически не устраивал, и пусть жизнь не кино, но мы пока живы, а значит, ещё поборемся. Копируя жену, решительно вздёрнул левую руку МПД вверх. Остриё двухметрового меча «вонзилось» в небо, а когда я послал в него магический импульс, то лезвие мгновенно окуталось огнём. «Всё будет нормально! Мы справимся!» — мысленно воззвал я, горячо желая донести свой посыл до Ольги, и судя по возникшей на её лице улыбке, что-то у меня получилось.

Ольга отвернулась, а я от душевных волнений перешёл к конструктивным вопросам. Попытался прикинуть наши шансы в грядущем сражении, но из-за отсутствия точной информации о численном составе противника можно было строить только предположения. Моя жена прибыла в Африку в сопровождении пяти Альф, тем самым доведя общее количество одарённых из нашего рода до тридцати пяти воительниц. Плю